Глава 6
Приближался конец июля, и Волдеморт начал чувствовать некоторый стресс. Он планировал рейд на тридцать первое число этого месяца, но с учетом того, что так много его Пожирателей Смерти были идиотами, этот крайний срок казался все менее и менее вероятным. Почему именно этих дураков снова завербовали?
Но это было не единственное, что его беспокоило. Оставался еще вопрос о Поттере. Нет, не та чепуха с клоуном — хотя это тоже было досадно.
Почему Дамблдор рассказал мальчику о сиротском приюте? Да и какой в этом смысл? Чтобы тот посочувствовал ему? Что за чушь! Что-то в этом было таким… неправильным.И именно поэтому он с нетерпением ждал следующего письма Поттера. Оставалось надеяться, что он сам ответит на его вопрос, а не просто сосредоточится на посланном ему сне Элмо.
Волдеморту нужны были ответы. Он требовал ответы.
— У-ху.
Впервые в жизни Темный Лорд был рад увидеть снежную сову этого отродья. Он подождал, пока она приземлится, и тут же потянулся за пергаментом, рассеянно вызывая мышь для птицы.
Волдеморт,
Глупое утверждение будет глупым, независимо от того, кто его высказал, даже если это был «злой» Темный Лорд. Да, и мне очень не хочется тебя огорчать, но Дамблдор ни о чем таком мне не рассказывал. Твое шестнадцатилетнее «я» из того странного дневника рассказывало, точнее, показывало мне это на втором курсе, перед тем как я убил василиска и он, -ты? — набросился на меня, а я уничтожил проклятую книгу клыком.
А что касается этого сна, то спасибо, что напомнил мне, что Элмо пугает меня гораздо больше, чем ты когда-либо пугал и, вероятно, будешь пугать. Если бы мне сейчас не было так больно, я бы уже давно отомстил.
Но я обязательно отомщу! Должно быть что-то страшнее Элмо! И поверь мне, я найду это!
Гарри Поттер
Несмотря на то, что он прочитал всё письмо, внимание Волдеморта быстро вернулось к первой половине, которую он прочитал еще дважды.
Дневник… Дневник… Дневник…
Послышался громкий треск темной магии, который заставил сову ухнуть с чем-то похожим на удивление. Но Волдеморт проигнорировал это и вскочил на ноги, сжимая письмо в руке.
— Люциус!
За много миль отсюда Люциус Малфой почувствовал, как по спине у него пробежала дрожь. Дрожь была такой сильной, что он пролил свое очень дорогое вино на грудь, испачкав не менее дорогую рубашку.
Сидя напротив мужа, Нарцисса раздраженно покачала головой. Еще одна хорошая рубашка пропала впустую. Этот человек должен был перестать так легко пугаться. Было ясно, откуда у их сына взялась такая смелость — или ее отсутствие.
Она щелкнула пальцами, безмолвно призывая домового эльфа, и её один-единственный взгляд сказал все. Эльф скорбно покачал головой, увидев, как испортилась еще одна прекрасная рубашка…