Наш последний май

– Какие у тебя планы на вечер? – спросила я, отстегивая ремень безопасности. Мы доехали до школы так быстро, что я не успела собраться с мыслями и поговорить с Эдгаром. Руки вспотели от волнения, а голос предательски задрожал.

– Никаких планов нет, но видимо есть предложение! – ловко подметил он, выходя из машины. Он обошел и встал рядом со мной. Недалеко от нас, остановилась машина Брайана и я поняла, что медлить нельзя.

– У меня будет для тебя сюрприз. Буду ждать тебя в пять. Ни о чем не спрашивай, просто скажи... Ты приедешь? – с горящими от волнения глазами я посмотрела в его лицо.

Он подошел почти вплотную, взял мою руку и посмотрел прямо в глаза. Казалось, что сердце выпрыгнуло из-под ребер и бросилось камнем вниз. Его пальцы решительно переплелись с моими, от жара его руки, по телу побежали мурашки. А от его голоса, слова застряли где-то далеко в горле.

– Даже если у меня не останется сил, даже если я буду на грани, я всегда приду к тебе. И никто и никогда меня не остановит. Ведь ты так... – он не успел договорить, потому что Брайан появился рядом с нами.

– Привет, чувак! Мы опаздываем на тренировку, потом договорите. Привет, Грейс! – обратился в конце ко мне он, таща при этом Эдгара в сторону стадиона.

Эдгар улыбнулся мне и помахал рукой. Я ответила тем же. Сегодня у них целый день тренировки, а у нас с Бет только три урока, поэтому будет время подготовиться.

– Грейс! Я кричу тебе, а ты всё пялишься на своего красавчика! – ко мне приближалась Бетти. Подруга как всегда была шикарна. Её кудряшки разлетались в разные стороны, она шла и пыталась уложить их на место. По поводу юбки она не переживала. Короткая юбка плотно облегала бедра, поэтому её волосы были самой большой её проблемой.

– Он не мой! Точнее мой, но и не мой. В общем, не важно, мне нужна твоя помощь, – я взяла подругу под руку и отвела в более спокойное место.

– Конечно, всё что угодно. Только не поход в больницу, ты знаешь, что я этого не переношу.

– Я хочу устроить Эдгару сюрприз, и мне нужна твоя помощь.

– Господи! Наконец-то свершилось! И так, для начала надо сходить в салон. Сделать депиляцию и укладку, ногти в порядке, а вот макияж лучше подправить. Потом мы сходим выбрать белье, лучше взять красное! Хотя нет, тебе лучше пойдёт черное! А потом я покажу как ...

– Так, стоп! Я хочу устроить пикник, а не то, про что ты подумала, Бет! – вначале я не поняла о чем она. Но потом как поняла, прервала, пока она не наговорила лишнего.

– Дорогая, на пикник ходят дети, а не взрослые люди. Вы встречаетесь! Уже вся школа про это говорит. Вы могли уже и перес... – я вскрикнула и закрыла её рот рукой.

– Бет! Мы не настоящая пара! Может что-то и есть, но мы это не обсуждали. И хватит этих пошлостей! Короче, поможешь?

– Конечно. Только сначала пошли на историю. Если мы не придем, миссис Стрэнд нас придушит. – Мы с Бет почти бегом направились на занятие.

***

Тренировка была тяжелой и напряженной. Все переживали, что мы можем проиграть и тогда название команды «Орлеан» сменится на «Лузеры». Брайан был каким–то задумчивым и рассеянным. Пропускал мячи или просто давал пас не тому. Все старались выложиться по максимуму, вратарь ловил последние мячи, почти лежа и тренер дал время на перерыв в двадцать минут. Мы с Брайаном отползли в тенек и пытались отдышаться. Он подсел ближе и с серьезным лицом начал говорить:

– Эдгар, я хотел серьезно поговорить с тобой и сейчас самое время, – он ещё минуту молчал, видимо не мог подобрать слова. – Я узнал, что случилось с Грейс на вечеринке. И узнал, что сделал ты... Эдгар, ты мне обещал, что больше никогда не будешь драться.

– Прости, мамочка, так получилось! – я пытался всё перевести в шутку, но тревога внутри росла, ведь он не просто так начал этот разговор.

– Черт! Я серьезно! Тебе напомнить, что было два года назад и почему мы вернулись сюда?

– Брайан, я хорошо всё помню! Хватит об этом!

– Многие в школе уже знают, почему мы вернулись.

– Как? Как они могли узнать? – гнев внутри меня рос. Если знает один, то знают все. Со злости я швырнул бутылку в трибуну. Она приземлилась с громким стуком и все посмотрели на нас. Брайан кивком дал понять, что всё хорошо. Он положил ладонь мне на плечо и продолжил:

– Я не знаю, брат. Вчера звонил Ларри, она выяснит, как это могло просочиться.

– Я должен рассказать все Грейс!

– Зачем?

– Если она узнает от других... она отвернется от меня... она не простит. Я не смогу...

– Без неё... ты любишь ее. Я понял это ещё тогда, в кафе. Но я никак не могу понять, чего ты боишься?

– Не понял, – его слова застали меня врасплох. Я не был готов к этому.

– Ты боишься, только вот чего конкретно, не понимаю. – Я посмотрел на друга и увидел в его глазах поддержку и решил сделать то, что не делал уже много лет. Рассказать про свой страх.

– Я боюсь разочаровать её.

– Теперь ничего не понимаю я,– с недоумением на лице смотрел на меня Брайан.

– Ты знаешь, я всегда очень любил своих родителей. Когда умер папа, я не знал, как я буду жить. Я потерял половину сердце, но рядом была мама. Она поддерживала, помогала, любила. Она была моим лучиком света в беспросветной тьме. А когда она предала, меня... Мое сердце окаменело, душа пропала... Появилась маска, которую я надеваю каждый день. Я разучился любить. Что я смогу ей дать? Она нежная, добрая, ранимая. А я? Бесчувственный камень. Со мной она будет птичкой, запертой в клетке жестокости и безразличия. Я разучился чувствовать и проявлять эмоции. Нет, мы просто друзья. Я не могу, я не должен...

– Я всё знаю. Знаю, как ты переживаешь. Мы дружим с тобой с самого детства. Я знаю тебя лучше, чем свою сестру. Эдгар, ты уже влюбился. Как бы ты это не отрицал – ты стал другим. Рядом с ней в твоих глазах есть жизнь. Ты уже и сам не замечаешь, что становишься другим. Я знаю: если бы она тебя не остановила, ты бы убил его. Если бы на её месте был кто-то другой – ты бы послушал? Нет! Она меняет, тебя. Просто доверься ей. Дай шанс себе и ей, – его слова пробрались глубоко под кожу. Я понял, что он прав. Что всё меняется. Но что если ничего не получится? Я уничтожу нас обоих! На себя мне плевать, а вот она – самый важный человек в моей жизни.

– А если не получится? Не смогу? – Брайан усмехнулся и хлопнул мне по плечу.

– Если вы любите друг друга – вы сможете всё. Любовь, дает нам счастье и боль, но только от нас зависит, что мы получим в конце. – Я опустил голову вниз и улыбнулся своим мыслям.

– Хорошо, что ты есть у меня, брат.

– Для этого и нужны друзья. А теперь пошли, покажем, как надо играть!

***

– Грейс, проверь еще раз, всё ли мы собрали. Это важно не смейся!

– Ладно, в сто первый раз. Так, фрукты и закуски на месте. Напитки уже в машине, плед и посуда тоже. Теплые вещи в сумке у дверей, на всякий случай. Все собрали. Бет, ты так переживаешь, как будто у меня судьба решается! – смеясь, ответила я. Если бы мы с ней ехали на пикник, она бы и про еду могла забыть. Но когда речь касалась свиданий или сюрпризов, Бетти становилась суетливой и обеспокоенной. Она могла бы стать умелым организатором, в этом ей не было равных.

– Ой, всё! Я переживаю за тебя, а ты смеешься! А где миссис Дэвис и Сара?

– Они уехали на экскурсию в приют. К вечеру должны вернуться. Сара три месяца уговаривала маму поехать.

– Понятно, – Бет взглянула на часы и продолжила. – Ой, мне пора. Справишься без меня?

– Конечно, спасибо большое за помощь!

– Ты что, дорогая? Конечно, всегда обращайся. Целую, я побежала.

– До завтра! – я проводила подругу до дверей и пошла, собираться на пикник. Красная рубашка в клетку и белая майка на бретелях, сразу полетели на кровать из моей гардеробной. А вот выбрать между джинсами и спортивными штанами было сложно. В итоге выиграли – джинсы! Ну а что? Это же пикник с парнем, а не с подругой. Когда волосы были почти уложены, я услышала звуки подъезжающей машины. Взяв телефон и надевая рубашку на лету, я побежала вниз. Он стоял у дверей и терпеливо ждал, когда же я открою дверь. Черная майка и черные спортивные штаны, сказали сами за себя – он недолго думал, что ему надеть. Конечно, это же парни, им собраться пять минут, а не пять часов.

– Ты готова?

– Да. Если хочешь, можешь поставить свою машину вместо моей.

– Мы поедем на твоей машине?

– Да, а что тебя так удивляет? Моя машина не хуже твоей! – ответила я и указала рукой на свою малышку. Темно-синий внедорожник, блестел на солнце, словно давая понять, что сегодня он король вечера.

– Нет, ничего. Эм, может всё-таки я за руль? У меня скоро матч, хотелось бы до него дожить.

– Ты сейчас сказал, что я плохо вожу машину? Правильно, я поняла?

– Ты что, нет. Просто меня никогда не возили девушки, я немного переживаю.

– Не переживай, отвезу и привезу в лучшем в виде.

– Так ты скажешь, куда мы едем?

– Нет, приедешь и увидишь.

– Ладно, успокаивает, что хотя бы приеду!

– Эдгар! Всё, нам пора!

Спустя сорок минут мы были на месте. Волшебный вид на огни цивилизации, открывались с обрыва, на котором много лет назад мы с папой, построили небольшой домик. В нем могли поместиться только два человека. Треугольная крыша была украшена гирляндами, а на полу красовался ковер, который мы с папой стащили из гаража. Это место было для меня особенным, оно было нашей с папой тайной. Мы часто приезжали втайне от всех, папа рассказывал про свое детство, юность. Мы мечтали, что когда родиться Сара мы тоже привезем ее сюда. У нас было столько планов...

Окунувшись в свои воспоминания, я не заметила рядом, обеспокоенного Эдгара. Он легонько, дотронулся, до моей руки и спросил:

–Всё в порядке?

– Да, я просто задумалась. Помоги перенести вещи в домик.

– Да, конечно. А что это за место?

– Когда я была маленькой, папа часто привозил меня сюда. Мы любовались этим прекрасным видом.

– Вы часто приезжаете сюда? – спросил он, доставая последние вещи из багажника.

– Я приезжаю сюда одна. Правда, редко, не больше трех раз в год.

– Почему?

– Это место было нашей тайной. Ни мама, ни Бет, никто не знает о нем. А одной здесь находится нелегко.

– Почему ты решила показать это место именно мне?

– Не знаю. Может потому что, я доверяю тебе больше, чем своей семье.– В воздухе повисла неловкая пауза. Он так внимательно глядел на меня, что мне стало не по себе. – Ты можешь помочь открыть? – попросила я, отдавая банку с джемом.

– Да, конечно. А что случилось с твоим отцом?

– Он был сотрудником ФБР. Он принимал участие в операции, по освобождению детей-заложников. Когда он уводил последнюю группу детей, здание взорвалось. Когда он умер, мне было одиннадцать лет, а мама была беременна. Жаль, что Сара будет помнить отца только по фотографиям.

– Ты скучаешь по нему?

– Очень. Он был для меня не просто отцом, а настоящим и верным другом. Он всегда поддерживал меня и никогда не давал грустить.

– Наверное, вам было очень тяжело после его смерти...

– Тяжело. Мама очень переживала, она не ела и не спала. Из–за стресса и переживаний, она попала в больницу, и Сара родилась на 3 недели раньше срока. Бабушек и дедушек у нас не было, поэтому маме пришлось выйти на работу. Мама Бетти – миссис Мэрилин, очень помогла тогда маме. Она нашла няню для Сары, с которой она остается до сих пор. Мама работала хирургом и иногда оставалась на ночные смены, тогда с нами была няня. Потом маму назначили главным врачом, и нам стало легче.

– А почему она не вышла замуж? Она же такая молодая и красивая.

– Мама очень любила папу и долго не могла смириться с его смертью. Говорила, что для другого мужчины место нет. Миссис Мэрилин говорила, что за ней ухаживает новый хирург, но мама к нему холодна. Я пыталась с ней говорить, но она думает, если даст волю чувствам, то предаст память о папе.

– Хорошая у тебя мама.

– Да, самая лучшая.

Весь вечер мы провели вместе. Мне было с ним так хорошо. Если после смерти папы, я приезжала сюда, чтобы поплакать, то сейчас, хотелось плакать от счастья. Эдгар был таким добрым и заботливым. Кто бы мог подумать. Где он и забота? С каждым днем он менялся, если раньше его глаза отражали гнев и жестокость, то сейчас в них плескалось счастье и радость. Его улыбка стала искренней, а смех. 

Я никогда не слышала, чтобы он смеялся так просто и беззаботно. Иногда мне хотелось прижаться к его груди и слушать, как бьется его сердце. А когда оно билось сильнее, думать, что причина этого я. Хоть мы и были фиктивной парой, но я чувствовала, что между нами что-то есть. Невидимая нить, которая привязывает нас всё ближе. Связь, которую никто не способен разорвать. Это трепетное чувство, было настолько прекрасным и волшебным, что я не верила, что всё это происходит со мной.

***

– Мы доехали живыми! – выходя из машины, крикнул я.

– Слушай, ту яму не было видно, – так же громко ответила Грейс.

– Не смотря ни на что, этот вечер был самым лучшим в моей жизни. Спасибо тебе, следующий сюрприз с меня.

– Я запомню. Может быть, зайдешь на чай?

– А твоя мама не будет против?

– Они с Сарой уехали на экскурсию и приедут только ночью.

– Ну, если только не надолго.

– А хочешь, я покажу тебе свою библиотеку?

– У тебя есть библиотека?

– Да. Пойдем, я покажу! – она потащила меня за рукав в дом. Разложив все вещи, мы пошли в самый конец дома.

– Очень интересно, на что ты спускаешь свои карманные деньги, – подшутил я.

Мы вошли, в светлую комнату, и она сразу напомнила мне о моём доме. Панорамные окна были украшены гирляндами из лампочек, которые мягко светились, создавая уютную атмосферу. На подоконниках уютно расположились подушки, а аккуратно сложенный плед приглашал устроиться поудобнее и насладиться чтением.

Вдоль стен, поднимаясь до самого потолка, стояли белоснежные стеллажи, заполненные книгами самых разных жанров –от классики до современных бестселлеров. Каждая полка словно хранила свои тайны и истории, ждала, когда кто–то откроет её и погрузится в мир грез.

В центре комнаты стоял небольшой столик. Рядом располагался диван, мягкий и приглашающий, обитый тканью с нежным узором

– А ты любишь читать? – спросила Грейс, закрывая дверь.

– Немного, я люблю детективы и ужастики. А эти розовые сопли – определенно не моё.

– Между прочим, эти « Розовые сопли», не только о безграничной любви и счастье, они о жизни и о боли, после любви. Многим нравятся романы, не только женщинам!

– Я не удивлюсь, если ты и сказки любишь, – немного смеясь, сказал я.

– Люблю. И у меня есть сказка, которую я очень люблю, потому что она не похожа на другие, – подойдя к самому последнему стеллажу, ответила Грейс.

– Правда? И какая? – спросил я, подходя ближе к ней.

– Снежная королева. Сколько Герда сделала для Кая, чтобы он снова мог любить. Я бы так не смогла. Не каждому удается достучаться до ледяного сердца.

– Тебе удалось... получается, что ты моя Герда, – я подошел к ней в плотную, между нашими лицами оставались считанные миллиметры. Сердце заколотилось как бешенное, так происходило только рядом с ней. Не спеша я положил одну руку её на талию, а второй дотронулся до её щеки.

– Твоя? – еле слышно спросила она, робко кладя свои руки мне на шею.

– Моя! – почти в губу ответил я. Наши губы почти соприкоснулись, но в этот момент Грейс обмякла в моих руках, как кукла.

– Грейс! Грейс, открой глаза! – я закричал, но она меня уже не слышала. В панике я поднял её на руки и бросился к своей машине. Сердце колотилось так, будто хотело вырваться наружу. По дороге в больницу я набрал номер её мамы, который нашёл в её телефоне. По просьбе миссис Дэвис в больнице нас встретили, и Грейс забрали в палату, а я остался ждать у дверей.

Ожидание. Это было самое ужасное – ты ждёшь и не знаешь, что происходит с дорогим человеком. Просто ждёшь и всё. Я не мог сидеть, затем не мог ходить, словно вся комната сжималась вокруг меня. Врачи проходили мимо, перемещаясь из палаты в палату, а на мои вопросы отвечали односложно: «Ждите». Каждое слово звучало как приговор, и я чувствовал, как внутри меня растёт безысходность.

***

Когда я открыла глаза, рядом сидела перепуганная мама. Свет светил так ярко, что приходилось щуриться. Мама держала меня за руку и внимательно смотрела мне в глаза, как будто искала в них подтверждение, что всё в порядке.

– Грейс, доченька, ты в порядке? – её голос дрожал от волнения.

– Да, мне лучше. А где Сара? – приподнявшись в кровати, я попыталась сосредоточиться.

– Она с Эдгаром. Он рассказывал ей сказку, и она уснула у него на руках, – мама улыбнулась, но в её глазах всё ещё читалось беспокойство.

– Хорошо, со мной всё в порядке, не переживай. Это просто усталость и недосып из–за учёбы и танцев, – я пыталась успокоить маму, но тревожные мысли не давали уверенности моему голосу.

– Дорогая, я настаиваю на обследовании. Сейчас Маргарет сделает кардиограмму и возьмёт анализы, – её тон становился более решительным.

– Мама! Это лишнее! – я попыталась возразить, но её взгляд не оставлял мне выбора. В палату вошла Маргарет.

– Не спорь! Маргарет, когда будут результаты, пришли их мне и миссис Сайман, – обратилась она к медсестре с твердостью, которая не вызывала сомнений.

– Конечно, миссис Дэвис. Результаты будут готовы в течение десяти дней, – ответила Маргарет, записывая что–то в блокнот.

– Хорошо, спасибо, – произнесла мама, но её беспокойство всё ещё витало в воздухе. Я почувствовала, как внутри меня поднимается волна тревоги. Когда медсестра стала брать кровь, в голове стали всплывать моменты приступов. Первое падение в обморок. Кровь, которую мы не могли остановить. Пазлы соединялись, и воображение рисовало очень плохие картинки.

« Грейс, успокойся! Это просто усталость, ничего нет! Не волнуйся!» – пыталась мысленно успокоить себя я.