Глава 5.
С трудом нахожу где припарковаться у дома и выхожу из машины.
Мои шаги замедляются, когда вижу фигурку ребенка на лавочке рядом с моей секцией. Мальчик сидит, опустив вниз голову и читает какую-то книгу.
Черт, я его не видела! Просто пройду мимо и сделаю вид, что мы не знакомы.
Но незаметной быть не получается.
- Вероника! Ты приехала!
Он поднимает на меня взгляд и я встречаюсь с глазами которые выглядят один в один как мои.
- Что ты здесь делаешь? - спрашиваю недружелюбно.
- Ключи от квартиры потерял.
- И? Я здесь причем? Матери позвони пусть думает как тебе помочь.
- Мама на работе, у меня телефон сел, соседки дома нет, можно у тебя до вечера побыть? - этот щенячий взгляд может и действует на окружающих, но только не на меня.
- Нет. Езжай обратно и жди свою мать на лавочке под вашим домом, - произношу зло, разворачиваюсь и ухожу, не оглянувшись.
Не подумайте, что у меня черствое сердце. Или я детей не люблю. Или что я из тех ужасных людей, которые никогда не протянут руку помощи.
Нет.
Просто ситуация в нашей семье далека от нормальной.
И мне бы хотелось вообще ничего не знать ни о родной матери, ни о ее ребенке от второго брака.
А еще и вся эта ситуация со свадьбой и увольнением.
Вот и попал малый под горячую руку.
Хотя в другой день я бы тоже не позволила ему зайти к себе.
Это наглость.
Абсолютная наглость.
После того как мать ушла от отца к другому мужчине, вся моя жизнь пошла под откос. Она забеременела Марком, меня на время оставила у бабушки, сказала, всего на пару месяцев пока они с новым мужем не обустроятся в новой квартире. Но эти эти пару месяцев превратились в "никогда".
Мать жила своей жизнью в новой семье с новым ребенком, я же закончила школу, провалилась и не поступила на бюджет. Учебу оплачивал отец, который был тогда разбит предательством матери и бесконечно работал на стройке. Он же оплачивал все мои курсы, общежитие, внес первый взнос за мое жилье в новострое.
Нам было тяжело, но мы держались вместе, разделив все горести, печали и радость.
А потом внезапно в нашу наладившуюся жизнь влезла моя мать со своим сыном.
Ее муж начал пить, денег стало не хватать на жизнь и съем квартиры, ей пришлось взять больше смен, а ребенка не было с кем оставить. Поэтому ей хватило наглости просить у меня присматривать за ним по выходным. Чтоб на няню не тратится.
И после моего твердого отказа она просто явилась к моему отцу и оставила Марка там на все выходные.
Я была так возмущена, что не выдержала и высказала ей все то, что копилось внутри все эти восемь лет.
И вот теперь семилетний Марк сидит под моим домом, словно самая настоящая сирота, и какого-то хрена достает меня, хотя я к нему никакого отношения не имею.
Каждый раз когда что-то случается он приезжает ко мне.
Смотрит этими своими глазищами и жалобно просит чем-то помочь.
Где-то с месяц назад у него кроссовки порвались, и он просил подарить ему на день рождения новые.
Меня просил.
Почему не отца своего, почему не мать? Я здесь причем вообще?
И что самое худшее, он получил эти кросовки! Не от меня! А от моего отца! Который то ли до сих пор мать не забыл, то ли слишком мягкосердечен, что вместо того чтобы вытолкать этого наглого пацана, пошел с ним в обувной магазин и купил что ему нравится.
Выглядываю в окно - все еще сидит на лавочке. Весь такой потерянный, несчастный. Как мать вообще допускает, чтобы ее семилетний ребенок сам шлялся по городу? Их дом находится вообще в другом районе. От меня час езды.
Ладно это не мое дело. Посидит, поймет что ничего не выйдет, и уедет обратно.
Мне то чего переживать?
Завариваю чай, мысли скачут от Вольцева до моего потерянного счастливого будущего, а тем временем по окну начинают барабанить капли дождя. Слышится первый раскат грома.
Марк так и сидит во дворе. Пялится в небо, мокнет под дождем.
В груди непроизвольно что-то сжимается.
Черт!
Хватаю с полки зонт и спускаюсь вниз.