Глава 12 - «Линия предательства»
Глава 12 — «Линия предательства»
Двор был пропитан запахом сигарет и жареного, перемешанного с тяжёлым воздухом после дождя. На мокрой плитке отражались огоньки фонарей, качалась старенькая лампа у подъезда, и каждый звук казался слишком громким.
Паштет стояла у стены, Клик и Рейв рядом, наблюдали за всем, будто их глаза видели больше, чем остальные. Они не пили и не курили, просто держались с ней, тихо переглядываясь. Их лица были спокойными, но в этой спокойности чувствовался план — кто, когда и как действовать, оставалось непонятным.
— Сегодня будет движ, — тихо сказала Паштет, наблюдая за Волоховым, который нервно тряс пачку сигарет в руках. — И тут решается всё.
Поп-стар, больше не думая о Габорике, подошла к Волохову. Он всё ещё был зол и разъярён, но её глаза смягчили его взгляд. Они на пару секунд столкнулись губами, а потом она отстранилась, как будто хотела сказать: «Сейчас ты сам решишь».
Волохов сделал шаг в сторону чужих, молча, без слов. Он понимал, что это измена, но холод внутри сказал ему: «Иначе тебя просто сожмут».
Тем временем Буда и Орешник разворачивали пакеты в подъезде, в которых лежало всё — от дешёвых таблеток до порошка. Рядом смеялись местные девчонки, кто-то шептался, кто-то пытался скрыться в тень. Каждая тень казалась подозрительной.
— Всё чисто, — сказал Клик, проходя мимо. — Но держите глаза открыты.
Рейв кивнул, молча. Они оба знали: до конца никто не понимает, что именно творится у всех, но ситуация готова взорваться.
В этот момент с другой стороны двора раздались голоса чужих. Волохов ушёл к ним, не оглядываясь, и его предательство ощущалось в воздухе.
Бабка Соня с дедушкой Димой стояли на лавочке, наблюдая за всем. Они тихо переговаривались, смеялись над тем, как ребята сами себя подставляют, и одновременно понимали: сегодня всё может кончиться плохо.
Паштет, Клик и Рейв остались в центре двора, наблюдая за каждым шагом Волохова. Их лица не выдавали эмоций, но каждый движение было рассчитано — и при этом непонятно, что они планируют.
Вечер тянулся, как натянутая струна. Кто-то кричал, кто-то стучал по двери, кто-то пытался проскользнуть незаметно. Двор жил своей жизнью, полной опасности, предательства и движения, которое никто не контролировал полностью.
И в этом хаосе, в этой смеси страха, желания и напряжения, стало ясно: завтра никто уже не будет прежним.