Укуси меня.

Благословением господним оказался Джин и его идея сходить всем вместе в клуб этой пятницей. Чимин прекрасно знает о всех своих преимуществах. И особенно о тех, что заводят Юнги. Так что теперь он собирается использовать все свои козыри. Если он вытащит своего парня на танец, то уж он постарается, чтобы его вампирская сущность всё-таки не выдержала, и он выпил у него из шеи прямо на этом чёртовом танцполе. Вот только Чимин не учел довольно высокую вероятность того, что Юнги просто-напросто может отказаться танцевать вообще.

Чудо, что Джину его вообще из квартиры удалось вытащить. Он даже переоделся, чем вызвал у Чимина бурю возгласов. А потому, разумеется, что когда Чимин позвал его на танец, тот лишь удивленно изогнул одну бровь.

- Ты же знаешь, что я не танцую.
- Я отличный партнер, - уверяет его Пак.
Юнги беззастенчиво разглядывает своего парня, медленно проводя языком по мягкой стенке щеки. Взгляд падает куда-то у основания шеи Чимина. Две верхние пуговицы на его серебристой рубашке стратегически расстегнуты. За развернувшимся действием с интересом наблюдал Джин, но на этом моменте его куда-то утаскивают. Когда Джин полностью скрывается из виду, Юнги повторяет.
- Я не хочу танцевать.
- Ладно, - обижается Чимин. - Тогда пойду один. - Уходя, он чувствует прожигающий взгляд на своей спине. Это уже что-то.
Чимин знает, как сексуально он сейчас выглядит: узкие чёрные штаны, очерчивающие упругие бедра и ягодицы, заправленная в них шёлковая рубашка и этот общий контраст с высветленными волосами.
Он танцует один среди кучи потеющих тел. Но танцует он только для Юнги, ведь знает, что тот следит за ним. Он плавно движется в такт электронным битам, подняв руки над собой и прикрыв глаза, как вдруг чувствует чьи-то руки на своей талии. Что неудивительно, учитывая место отдыха и его внешний вид. И это точно мужчина - его бедра слишком отчетливо прижимаются к заду Чимина.
Впервые Чимин рад, что его танец прервал именно мужчина, ведь это заденет Юнги сильнее, чем если бы это была девушка. Он позволяет незнакомцу сжать себя крепче, продолжая свои движения под плавный ритм и упрямо пытаясь отыскать Юнги среди клубной толпы. Его вообще нигде не видно. И если Юнги продолжит сопротивление, то придется эксплуатировать этого паренька для танца. Он прижимается своим задом к отчетливой выпуклости, на что мужчина в ответ утыкается носом в его шею.
- Ты так приятно пахнешь, - хрипит он.
Что? Чимин сейчас насквозь потный, о чем он вообще? Только если он не...

Пак ощущает, как парень позади слегка проводят клыками по коже на его шее, и мгновенно деревенеет. И всё же ощущения не такие, как с Юнги. Он бы держал по-другому. И предвкушение, которое зарождается в его присутствии, совершенно иное. Но вампир на то и вампир, а потому Чимин не может не поддаваться его влиянию. "Вампирский клуб", - осеняет парня. Это единственное место такого рода, куда пропустили бы Юнги. Но никто ведь не отменял наличие других вампиров, которые приходят под предлогом знакомства и не прочь использовать податливых людишек для личных целей.
- Хочешь, чтобы я укусил тебя, малыш? - слышит он шепот у уха.
По телу Чимина проходит легкая дрожь от представления того, что произойдет дальше. Только вот он этого не хочет. Не с ним, уж точно. Однако сдвинуться с места он не может, так как рискует тут же обессиленно свалиться на пол.
- Нет, - на грани слышимости лепечет Чимин, все еще упрямо пытаясь вырваться. А как только это удается, баланс тут же теряется, но в этот момент его за талию подхватывают знакомые сильные руки, не позволив упасть. Подняв голову, он видит Юнги, который пристально смотрит за спину Чимина. Со стороны это выглядит так, будто он зажат между двумя вампирами, и в обычные дни его бы порадовал такой расклад событий, но вот на деле сейчас ему хотелось только одного из них - того самого с мягкими чертами лица и сильной хваткой на чиминовой тонкой талии. Юнги прижимает его к себе еще сильнее.

И наконец в Чимине воскресает способность к мышлению. Он прячет свое лицо где-то в плечевом изгибе Юнги и осознает, что тот неотрывно прожигает взглядом второго вампира где-то за его спиной, ведя безмолвную битву, пока парень в итоге не фыркает, уходя. Чимин буквально тает в объятьях Юнги. Ни на одном сайте он не увидел совета вызвать в вампире ревность. С опьяневшей улыбкой он шепчет на ухо:
- Ревнуешь?
Юнги шипит на него, оголяя клыки и переходя в какой-то момент на недовольный рык. И по плану это должно хотя бы немного Пака напугать, но возбуждение было слишком велико. Юнги целует Чимина в шею, посасывая кожу, облизывая ее языком, отчего Пака уже неконтролируемо кроет. Ему не терпится испытать на себе то, что должно последовать за этим. Веки тяжелеют, и всё вокруг: громкая музыка вместе с танцующей толпой - размывается на заднем фоне глухим гулом.
Как только клыки прижимаются к шее, Чимин чуть ли не умоляет укусить себя. Да еще таким голосом, что и сам едва его узнает. Юнги довольно хмыкает.
- Не здесь, куколка, - прижимает ближе к себе за талию и шепчет прямо на ухо: - Не хочу, чтобы кто-то еще видел, как ты меня хочешь. Хочу быть единственным, кто знает. Чимин отзывается на это приглушенным полустоном.
- Пожалуйста, хён, скорее. Ты так мне нужен, - пальцы младшего впиваются в плечи Юнги. Мин вдруг замирает и вновь смотрит прямо на Чимина. Он ведь всегда предлагает, всегда просит. И вот, когда-то его твёрдое решение рушится прямо перед носом, пока Юнги выводит Пака из клуба. Как только дверь их квартиры захлопывается, вампир всем телом прижимает к ней Чимина.
- Ты уверен?
Чимин быстро кивает, но шею подставлять не спешит. Вместо этого - несколько секунд пристального взгляда глаза в глаза. Еще секунда, и губы сливаются в страстном поцелуе.
- Юнги, прошу тебя... - умоляет между поцелуями Чимин, и вампир тянет его за собой в свою комнату. Поцелуй не разрывается до самой кровати. Чимин ложится и уже призывно обнажает шею. Старший залезает прямо на него, пока дыхание не касается пульсирующей венки на разгоряченной шее. Чимин не успевает насладиться щекочущими всё нутро ощущениями, которые зарождаются каждый раз, когда Юнги находится рядом, подчиняя себе всем существом, - клыки вампира слишком быстро вонзились в мягкую плоть. Чимина потряхивает от переизбытка эмоций. Сначала боль пронизывает всё его тело короткими стежками, но как только Юнги начинает пить, она стремительно перетекает в огромное наслаждение.
Больно и приятно. Чимину нравится, как болезненные ощущения постепенно перерастают в накатывающее возбуждение. Пак начинает отчаянно тереться о Юнги. Последний не останавливается, а парня под ним кроет всё больше и больше. Он чувствует, как из ранок просачивается и стекает горячими каплями кровь, которую Юнги тут же слизывает и кусает это место снова, издавая стон удовольствия, что заводит ещё сильнее. Чимин не единожды представлял себе подобную сцену после случая с донором, но ничего из этих фантазий и близко не стояло с настоящими эмоциями. Это просто невероятно. То же физическое напряжение, что и при оргазме, только соединённое с чувством блаженства после секса. И это всё явно слишком для одного Пак Чимина, невнятно лепечущего сейчас себе под нос какую-то ересь.
- Чёрт, ты такой вкусный, - Юнги слизывает ускользающую по чиминовой шее капельку крови. - Такой сладкий.
Чимин крепче обнимает вампира, обхватив его ногами и давая отчётливо понять, что ещё он жаждет ласки. Тот вопросительно заглядывает ему в глаза:
- Что такое, куколка? Чего ты хочешь?
Чимину приходится пробуждать в себе последние остатки способностей к мышлению, чтобы ответить:
- Больше, Юнги. Больше.
Мин как-то утробно хмыкает, отчего Пак невольно ёрзает под ним.
- Чего именно больше? Кусать тебя или трогать?
Дыхание Чимина окончательно сбивается, а сам он весь словно пылает.
- Всё сразу, хен. Юнги ухмыльнулся.
- Раздевайся.
И Чимин раздевается. Есть что-то пленительно-очаровательное в том, чтобы находиться абсолютно голым перед полностью одетым Юнги, который тем временем успевает исчезнуть и снова вернуться со смазкой и закатанными до локтей рукавами своей чёрной рубашки. Юнги медленно приближается в его сторону, и младшего прошибает молниеносной стайкой мурашек от предвкушения. Вампир становится на колени напротив сведенных ног и бесцеремонно их раздвигает, устраиваясь между. Подняв одну ногу на свое плечо, Юнги поднимается мелкими поцелуями по внутренней стороне бедра, тем самым слегка расслабляя Чимина и понижая градус накала. Но пелена блаженства снова сходит на нет, как только Мин начинает покусывать чувствительную кожу бедра, а потом и вовсе впивается в него, высасывая кровь. Чимин стонет громко и раздвигает ноги еще шире, давая Юнги как можно больше доступа к своей крови. Голову кружит словно он под кайфом вперемешку с опьянением и адреналином. Юнги опускает чиминово бедро на матрас и погружается клыками еще глубже. Ноги, широко раскинутые на кровати, позволяют упиваться каждым укусом, а Чимин тем временем, опираясь на локти, пытается разглядеть каждую деталь столь захватывающего процесса.
- Хен, ещё больше, - едва проговаривает он.
Юнги в ответ довольно улыбается. Слизав выступившую на бедре кровь, он поднимает на него жадный взгляд. Улыбка оголяет окровавленные зубы, и Чимин, ощущая, что не в силах больше смотреть на это, откидывается на кровать, пытаясь перевести учащенное дыхание и прикрывая глаза одной рукой.
- Все в порядке? - спрашивает Юнги несвойственно заботливым голосом при таком голоде в глазах.
Из уст Чимина срывается стон, когда чужой палец прижимается к упругому колечку мышц. Он кивает и чувствует, как Юнги медленно вводит его по самое основание, растягивая напряженные стенки. Чимин вскоре начинает похлопывать его по плечу, прося ускориться. Неожиданно вместо одного пальца в Чимина проникают два, и он взамен просит большего, подвиливая тазом и выгибаясь навстречу ласкам. Наслаждению помимо довольно крупных фаланг Юнги, весомо содействует эффект от укуса.
- Не двигайся, - командует Мин, хватает бедро свободной рукой и раскрывает Пака еще сильнее. Чимин понятия не имеет, на чем сфокусироваться - лишь судорожно хватает ртом воздух от ощущения болезненных укусов на ногах и исчезнувших пальцев Юнги. Он поднимает голову, наблюдая за размытым силуэтом Юнги, стаскивающим с себя одежду. Мин дотягивается до тумбочки, вытаскивая из нее презерватив, а у Чимина от предвкушения где-то в области трахеи задерживается вдох. Юнги накрывает его всем своим телом, ласково пропуская сквозь свои пальцы взмокшую челку, после чего медленно толкается в податливое тело младшего, заполняя собой. Он вылизывает след от собственных зубов на шее Чимина, заставляя того метаться на кровати.
- Укуси меня, прошу, укуси.

Вампир постепенно ускоряет темп и вскоре переходит на бешеную скорость, каждый раз попадая по нужной точке. Младший пытается подстроиться и двигать бедрами в такт, но приходится оставить любые попытки, стараясь подстраиваться и оставляя большую часть нагрузки на Юнги.
Даже когда Чимину самому хочется сделать толчок навстречу, ему ничего не остается, кроме как лежать млеющим безвольным тельцем на кровати. Чимин просто оставляет всё на вампира, приглашающе изгибая шею.
- Больше не могу пить, куколка, - Юнги целует его под ухом, продолжая толкаться и тяжело дыша тому на ухо, стискивая его бедра до синяков, после чего, едва касаясь, проводит губами по собственным отметкам, украшающим загорелую кожу шею и ключиц.
- Пожалуйста, Юнги...
- Нельзя, я и так выпил слишком много.
Юнги предупреждал его о том, насколько прекрасно это ощущение. И Чимин сам видел доноров и их вечно потерянные взгляды. И ведь наивно полагал, что не станет таким же, как все они, не потеряет над собой контроль.
А сейчас все, чего он хотел, это снова ощутить клыки Юнги в своей плоти. Как только Юнги отстраняется, Чимин тут же переворачивает его, усаживаясь сверху. Он ухватился за основание члена Юнги, на что вампир сдавленно зашипел:
- Что ты творишь?!
- Укуси меня.
- Нет, - отрезал он.
И Чимин стиснул основание чуть сильнее, доходя до болевой границы. На что Юнги лишь полузлобно заворчал, хотя в какой-то степени это ему даже нравилось.
- Блять, Чимини, куколка, не делай этого!
Но Чимин внаглую продолжает усиливать хватку, пока терпение Юнги не иссякает и он с силой хватает Пака за запястья.
- Так сильно хочешь, чтобы я укусил? Так просишь, словно жить без этого не можешь. - Он тянет на себя руки Чимина, и младший валится ему прямо на грудь. Понимая, что не в состоянии подобрать сейчас подходящих слов, Пак начинает беспомощно тереться пахом о его ногу и прикусывать губу, постанывая.
- Иди сюда, - вампир приподнимает Чимина за ягодицы и медленно насаживает на себя, наслаждаясь протяжным стоном и узостью младшего. - Я не могу тебя укусить. Ты ослабнешь.
«Какая же ты тварь, Юнги», - думает про себя Чимин, но на деле ограничивается мягким поцелуем.
- А может, мне хочется?
- Если тебе станет плохо, придется остановиться.
Чимину останавливаться не хочется, так что он обиженно дует пухлые губки.
Юнги делает еще один толчок, пока парень пытается сообразить, куда же ему деть свои руки, и издает жалобный скулеж.
- Хочу, чтобы ты укусил меня.
- Чш-ш-ш, - успокаивает его вампир. - Нельзя, куколка. Почему бы тебе не подумать о чем-нибудь другом? Что еще ты хочешь, чтобы я сделал?
Чимин перемещает свои ладошки с талии Юнги на его руки и кладет их себе на шею.
- Отвлеки меня.
Длинные пальцы накрывают пульсирующие под влажной кожей венки, темные отметины от укусов и меток. Захват усиливается, и вместе с тем увеличивается общий темп толчков, что доводит Чимина до сумасшествия и скорого оргазма.
- Я скоро, куколка, уже скоро... - Юнги убирает ладони с шеи Чимина и накрывает его член, ускоренно ему надрачивая. Несколько секунд, и торс вампира покрывает струя белесой спермы, после чего младший обессиленно валится прямо на запачканную вздымающуюся грудь. Юнги продолжает вколачиваться в податливое тело всё сильнее и жестче, до синяков сжимая мягкие ягодицы младшего, пока не достигает собственного бурного оргазма. Они лежат в такой позе грязные и потные, переводя дыхание, пока возбуждение неспешно рассасывается.

- Так далеко ты еще ни с одним донором не заходил, правда? - измотанным голосом спрашивает Чимин. Юнги закатывает глаза.
- Надо бы тебя вымыть.
Чимин смущается, когда Юнги выходит из него с характерным звуком. В голове все еще летают вертолеты, так что он остается валяться на кровати с закрытыми глазами.
- Не, ну серьезно, так обычно и бывает с донорами? Юнги возвращается с намоченным полотенцем и начинает протирать чиминово тело.
- Нет, - неспешно отвечает он. - Мы стараемся не вступать с нашими донорами в сексуальный контакт, - Чимин хмыкает. - Я предупреждал, что навряд ли смогу сдерживаться с тобой, - добавляет он, вставая с кровати, чтобы унести полотенце. - Но думаю, что неплохо справился. В смысле, я ведь мог выпить больше, чем следовало, и всё же. Сам себя ты контролировать был не в состоянии, а потому пришлось мне.
От всплывающих картинок в голове чиминовы щечки стремительно приобретают румяный цвет от смущения. Эти беззастенчивые просьбы и мольбы, это было так...
- Это было просто невероятно, - шепчет он с удивившими Юнги нотками смущения в голосе.
- Привыкнешь.
- Это значит, что ты снова меня укусишь?
Юнги в считанные секунды сокращает расстояние между ним и чиминовой шеей, медленно проводит языком по оставленным следам и наконец оставляет на ней влажный поцелуй.
- Ты и правда думаешь, что я смог бы пить чью-либо ещё кровь после того, как испил твою?