Глава 24
- Риэль пришел в себя, куда нам его вести? – Альб натянул перчатки, неловко переминаясь с ноги на ногу. Не то усталость сказалась, не то такой сухой вопрос о судьбе близкого товарища.
- Туда же, откуда привели, - безразлично ответил Хаос.
- Мне кажется, он достоин остаться, - высказалась Мира, посмотрев сначала на дядю, затем на пастыря.
- Поддерживаю, Правитель, - подключился и Паккиот ко всеобщему удивлению. – Бириим обращался с ним, как с животным, а с союзниками так не обходятся.
Мира и Паккиот подумали об одном и том же – Тамилию и Теотерона водные вообще не тронули, и это казалось достаточно весомым аргументом в споре о том, кто же является предателем. Только вот ни она, ни он не торопились выдавать общую тайну.
- Уводите, - Хаос проигнорировал их домыслы. – И приведите охотника. Что там я обещал сделать, если Мор не найдется? Сломать ему пальцы? - Размяв руки, он вздохнул. - Давно таким не занимался.
Мира вопросительно уставилась на ведьму, а та в ответ лишь плечами пожала, мол «Ну да, бывало, и что теперь, камнями его закидать что ли?».
По залу разбрелись несколько существ: Хаос, Мари, Мира, Альб, Теотерон и Паккиот. Подоспевший со стражей Эвиан оказался седьмым, от чего в просторной комнате вдруг стало тесно и душно. Хаос, глядя на него, бросил на стол край карты, та развернулась до самого пола.
- Мора там не было. Я даю тебе последний шанс сказать где он, и если ты снова облажаешься – я сожру тебя вместе с дерьмом, ясно?
Шутить никто не решился, да и не хотелось. Мало кто даже мысли допустил, что в обещании пастыря может быть хотя бы доля юмора, тем более после увиденного ранее, когда его лицо на добрую половину состояло из зубастой пасти. Все скукожились, отвернулись и замерли, ожидая, пока охотник подойдет к карте и займется делом.
Эвиан, кажется, повидал некоторые ужасы в тюрьме Хаоса, потому что подошел к нему смело, без тени страха. Взял из рук перо и принялся задумчиво выводить какие-то узоры на карте, проводил линии, соединяющие населенные пункты, обводил совершенно ничем не обозначенные места в лесах и полях, а затем, устало выдохнув, поставил один жирный крест где-то в горах. Бросил перо, оттолкнулся от стола. Хаос, наблюдавший за ним с особым вниманием, всмотрелся в неприметную отметку.
- Я жду объяснений, охотник. Твои каракули меня мало заботят, опиши ход своих мыслей.
Эвиан кивнул, до этого момента он не произнес и слова, но ситуация вынудила пробудить замершие голосовые связки.
- Мор был в этой точке изначально, и там вы должны были его найти. Одна из причин, по которым я рассказал вам о предателе, заключалась в том, что он мог выдать местоположение Мора водным, и те забрали бы его раньше.
- Но они ведь не забрали? – всполошилась Мари.
- Не забрали, - успокоил ее Эвиан. – Судя по тому, что вся верхушка была здесь. Рядовой ангел с таким не справится, у демона и того больше шансов, как бы парадоксально не звучало. Суть в том, что этот пансион – один из самых хорошо защищенных, найти эквивалентную ему крепость довольно сложно, потому, вероятно, Сведущие уповают на отдаленность и скрытность нового места. Таких по миру немного, и, учитывая изначальное местонахождение Мора, время, которое Сведущие могли затратить на его перевозку, я отметил территорию, по которой они могли переместиться.
- А самолеты? Поезда? Все-таки, сейчас не средневековье, люди много прикольных штук придумали, - внесла ложку дегтя Мари. Эвиан этим доволен не был, но признал, что ведьма весьма умна.
- Конечно, это так, но провести человека без документов ни на самолете, ни на поезде не получится. У людей с этим строго, если хочешь перемахнуть через границу или просто на далекие расстояния. Выход один – автомобиль. И, возвращаясь к ходу моих мыслей, вот эта область, отмечая примерно, естественно, подходит для перемещений за такое время. В этой области всего три пансиона, не считая тот, из которого Мора увезли. Два из них зарегистрированы официально, один находится в быстром доступе, потому его я сразу отмел. Помимо этого, незарегистрированный пансион находится недалеко от населенного пункта, а это тоже, своего рода, красная метка. А вот этот, - Эвиан указал на крест, - стоит в горах, частная собственность какого-то уважаемого человека, политика, кажется. Никто туда и носа не подумает сунуть.
- Ты уверен, что он там? – вновь с нажимом, но, скорее, предостерегающим, спросил Хаос. Они долго смотрели друг другу в глаза, пока Эвиан не закивал, глядя на карту.
- Да, уверен. Там найдете, не сомневайтесь. Главное – действуйте быстрее, Правитель, предателем может быть кто-то из тех, кто находится сейчас в этой комнате.
Мира и Паккиот единовременно посмотрели друг на друга, затем на Эвиана.
- «Он знает?», - подумала девушка мельком, перед тем, как разговор продолжился.
Хаос лишь обернулся, дав всем понять, что следит за ними.
- Если он здесь, исчезновение Мора станет лучшим показателем этого, Эвиан.
Охотник слабо улыбнулся в ответ.
- Я знаю.
Они усмехнулись, точно сговорились. Хоть в чем-то между ними была схожесть: оба существа не любили проигрывать, но любили демонстрировать превосходство. Самовлюбленность сплотила их, хоть и ненадолго.
- Ты не прав только в одном, охотник, - Альб неспешно подошел к карте, высматривая очертания человеческих владений. – Почти вся верхушка водных была здесь.
- Шинон, - вспомнил Хаос. – Морок. Морок, черт возьми, Альб, почему ты смолчал?
- Не был уверен. То, что произошло здесь, может говорить только об одном – Шинон жив и находится в замке Мора, либо же находился там совсем недавно, ведь обучить обычного ангела такой технике – дело не быстрое, а если бы получилось раньше, водные не посрамились бы воспользоваться этим.
- Но здесь его не было, - Хаос закивал. – Даю вам час. Теотерон, проверь основные точки в замке, не забудь свой кабинет и сейфы. Паккиот, займись охраной. Позже, после возвращения Мора, я тебя найду, обсудим, как так вышло, что трое водных оказались в моем доме. Кстати говоря, Альб, проверь зал с порталами. Потом обсудим все подробно уже в более узком кругу. Я отправляюсь за Мором, как только здесь будет безопасно. Эвиан, ты отправляешься в Старый мир и караулишь его.
Мира проводила Теотерона напряженным взглядом.
- Раз все было так защищено, значит, водных кто-то впустил, - высказала очевидную мысль она, пытаясь подвести к более конкретному откровению. – Тогда, получается, предатель все же не из прислуги, он более влиятелен.
Паккиот, выходящий последним, отрицательно качнул головой, намекал, чтобы держала зык за зубами.
- У тебя есть кто-то на примете, Мира? – Хаос склонился над ней, опираясь о стол. Что-то в его взгляде ей очень не понравилось, слишком уж пронизывающим он был, потому девушка поспешила откреститься.
- Я имела ввиду другое. Раз кто-то провел водных, а Риэль был в заключении, выходит, он не виновен. Так?
Хаос сощурился, склонил голову, от чего пара черных прядей упала на его лицо. Оттолкнулся и подал Мире руку.
- Не думаю, что все так просто, малышка. Идем, я тебя провожу. Мари, тебе тоже надо отдохнуть. Воспользуйся возможностью.
- Конечно, - с готовностью кивнула та. – Буду валяться, пока у нас тут такие ужасы происходят. Умереть можно, честное слово. Но... Ладно. Подремать можно. И вы там тоже не увлекайтесь.
Уходя, потрепала Миру за щеку и подбадривающе улыбнулась. Не смотря на это, подруга заметила – голубоглазая красавица, обычно неунывающая, начала сдавать позиции. Видимо, долгие поиски мужа больно бьют по ней, каждая неудача все больше вгоняет в тоску. Мира подумала: сохранять подобную надежду еще больнее, чем каждый раз натыкаться на отсутствие.
- «Если бы что-то подобное произошло с Лиодором я бы, наверное, потеряла всякую волю к жизни». – Ее прошиб озноб. – «С чего вдруг я вообще ставлю его на такое место? И давно ли начала?».
Хаос тем временем вывел ее из зала. Шагали они спокойно, что для состояния Миры было наиболее подходящей скоростью. Половину пути преодолели молча, каждый сам с собой. Поразмыслив, девушка все же решил задать пару вопросов. Мало того, что ее терзало незнание по поводу предателя, так еще и способности Хаоса, которые тот показал на архангелах, вызывали желание кое-что уточнить
- Послушай, могу я поинтересоваться?
Он сдержано засмеялся. В мертвецки пустых коридорах этот звук прозвучал, точно раскат грома, но слишком уж гармонично. Красиво. Почти прекрасно, как часть замысловатой архитектуры.
- Я уже начал беспокоиться, все ли с тобой в порядке.
- Эй! – Мир легко пихнула его в бок, но улыбки сдержать не смогла. – Я ведь серьезно! Это важно.
- Не сомневаюсь. Как и все твои вопросы, и остальные поводы совать свой прелестный носик в дела окружающих. Сказать честно, твоя любознательность поразительна, даже очаровательна. Что ты там хотела узнать?
- Почему ты считаешь, что именно Риэль предатель? Из-за моих слов?
Хаос стал серьезнее. Размяв шею, объяснил:
- Твои слова лишь подкрепили мои опасения, Мира, не стоит винить себя или брать всю ответственность. Ты должна была сказать - ты сказала, на этом твоя роль тут заканчивается. Я тебе благодарен, ты умница, набралась смелости и выдвинула теорию. Многие на твоем месте бы испугались.
- Спасибо. Наверное. Я просто не могу понять, какие у тебя к нему претензии, раз уж ты взялся подозревать его и без моего вмешательства?
- Это древняя и долгая история, но если в общих чертах, то предательские помыслы у Риэля в крови. Когда Смерть создала архи, он выказал желание остаться на стороне ангелов, их философия была ему ближе. Смерть отказала, четко обозначила, что его место – с нами, не дальше, не ближе. С тех пор Риэль принципиально носит светлое и не принимает демонские методы. Среди своих он - добровольный изгнанник, среди чужих – вынужденный, потому друзей только среди сосланной знати имеет, а у них мотивов свергнуть меня и спеться с ангелами достаточно, - он отпер дверь в спальню Миры и пропустил ее вперед. – Я ответил на твой вопрос?
Та вошла, держа пастыря в поле зрения. Подхватила его рассуждения:
- Почти. Исходя из твоих слов получается, что Риэль – только звено, он может и не быть связан с водными.
Хаос одобрительно, с гордостью улыбнулся и изогнул черную бровь.
- Вот именно, моя проницательная малышка Мира. По этой причине нужно держать Риэля под замком, такой метод поможет усыпить бдительность тех, кто стоит за ним.
- Ты хитрый, - отметила девушка, оглядев Правителя сощуренно. – И умный.
- Таким меня создали, - признался он, наигранно разведя руками. – Выпала доля быть лучшим, и ничего с этим не сделать.
- Иногда ты ведешь себя, как ребенок.
Хаос усмехнулся и подхватил девушку на руки. Она сдержала визг, только едва заметно сощурилась от боли и прижалась к нему покрепче. Заглянула в глаза, провела пальцами по скуле, точно пыталась успокоить. Было в точеных, обычно каменных чертах некая обеспокоенность, бледность казалась нездоровой.
- Я сегодня опять опоздал.
Мира выдохнула весь воздух из легких, без остатка. Не только ей сегодня пришлось вернуться в то время, не только ее вновь заставили почувствовать старую боль. Лицо Хаоса стало отстраненным.
- Прости, Мира, я опоздал, но я не хотел.
Она прижалась своим лбом к его, обхватила лицо, как он еще какое-то время назад, и попыталась передать ему все свое спокойствие, всю свою признательность, на которую была способна, лишь бы только он почувствовал себя лучше.
- Я знаю. Спасибо.
- Я ничего не сделал, потому и прошу прощения.
- Сделал, и очень много. Никто не знал, как может обернуться твой отъезд, но это ведь не значит, что тебе нужно прирасти к своему замку и сторожить его день и ночь, как дракону из сказки.
Мира хотела бы такого положения вещей. Он всегда рядом, и ничего не грозит, можно не бояться за свою жизнь или рассудок, который с каждым разом расшатывается все больше. В один момент просто перевернется, как заглохшая моторная лодка. Ничего не поможет. Это пугало ее, но не рядом с пастырем.
Хаос мягко улыбнулся.
- Если ты будешь моей принцессой, то я готов.
- Отдашь меня принцу, если придется?
- При условии, что он сможет меня убить.
- Это подразумевается.
- Никто и никогда не убьет меня, Мира, значит, ты будешь моей всегда.
Девушка почувствовала, как ее щеки наливаются жаром. Хаос тоже это почувствовал, потому подался вперед, захватывая ее губы своими. Неловкость первых поцелуев уже ушла, они отдавались друг другу куда охотнее и приятнее, чем раньше. Могли двигаться слаженно, в едином темпе, будто были вместе всю жизнь. Казалось, времени друг без друга для них не существовало, тепло от этих мыслей грело обоих.
- Ты хотел дать мне отдохнуть. Не то, чтобы ты меня излишне утруждал, просто сложно отдыхать в таком положении.
- Хочешь, чтобы мы легли?
Мира поначалу смутилась, хотела отшутиться или возмутиться, но по итогу лишь кивнула. Хаос отнес ее к постели, усадил, позволяя самой устроиться и затем, совершенно бесцеремонно раздвинул ноги и улегся на грудь, обвив тонкую талию обеими руками.
- У тебя есть еще какие-то вопросы ко мне?
Мира была готова разорваться от восторга и нежности. Подавляя визг, закусила губу и перестала дышать. Поддавшись собственным желаниям, девушка с нескрываемым наслаждением погрузила пальцы в волосы Хаоса. Сощурилась, ожидая, что тот запретит, но он молчал. Дышал размеренно. Тогда она потянула руку, позволяя прядям проскальзывать меж пальцами. Расчесывала их, перебирала, проводила ногтями по голове и млела от ощущения такой человеческой, искренней близости.
- Мира?
- А? Да.
- У тебя есть еще вопросы?
- Да, я хотела кое-что узнать. По поводу Эвиана, - припомнив охотника, столь нелюбимого Правителем, сменила тон на более непринужденный. - Ты пообещал ему что-то за Мора, что это?
- Свобода. Кому и почему – смогу сказать значительно позже, это детали договора.
- Хм... А что за второе задание? Ты говорил, что дал ему дополнительное.
- Узнаешь потом, любопытная.
- Ладно, - разочарованно протянула девушка. Вдруг ей вспомнился Риэль и его рассказы о становлении Нового мира, а конкретно - довольно интересная история, о которой рассказать мог только Хаос. – Я ведь могу спросить все, что угодно? – на однозначное «угу», Мира уточнила. – И ты просто скажешь мне не болтать об этом, если я задену не ту тему? Не будешь ругаться?
- Малышка, я хоть когда-то ругал тебя за что-то? В конце концов, ты ведь не ребенок, чтобы отчитывать тебя за «неугодные» вопросы. Не понравится тема – скажу.
- Хорошо. Эм. Можешь рассказать про Цоха?
Хаос уткнулся лицом в ее живот и ненадолго замолк.
- Риэль рассказал?
- И Мари, - добавила Мира, копошась в волосах Хаоса уже без стеснения.
- Кто бы сомневался, - вновь прислонившись к груди ухом, устроился удобнее. – Цоха Смерть создала из своего уха, это существо, отличное от остальных видов. Я не смогу его правильно описать, а ты не сможешь представить, потому что второго такого не существует. Цох, он… знаешь… Безмозглое животное с человеческим лицом и кучей лапок, как у насекомого. Смерть оставила его приглядывать за полем, он единственный мог слышать ее речь из-за своей природы. Она ему выговаривалась.
- Ты ведь попал к нему, когда…
- Да, до сих пор не помню, что произошло. Каким-то образом я попал в обитель Смерти, и Цох, приученный драть на лоскуты всю энергию, проникающую туда, схватил меня. Он рвал мой дух в течение столетий, чтобы удобрять тюльпаны. Цветы чернели, Цох злился, рвал еще усерднее, и так по кругу.
Мира продолжила поглаживать Хаоса по голове, надеясь хотя бы немного облегчить процесс прокручивания таких неприятных, болезненных воспоминаний.
- Риэль сказал еще кое-что. Он обмолвился, что ходит слух, будто ключ от обители Смерти находится у Шинона, ты знал об этом?
- Знал. Уверен, что так и есть. Думаю, именно водные причастны к гибели Смерти и Мора. Причина примитивна – власть, но что-то здесь не так. Существует еще какой-то мотив, который я пока не прощупал, - вздохнув, Хаос почесал висок. – Можем поговорить о чем-то другом? Политика раздражает, только об этом и думаю.
- Конечно. Расскажи что-нибудь о Смерти, мне интересно.
Хаос прочистил горло, прокашлялся, раздумывая над ответом.
- Когда мы с Мором создали свои миры, Смерть создала свой. Он не связан с нашими, как Центра с Иоландскими землями, например. Все три мира – отдельные островки, если говорить условно. В отличие от нас с братом, она создала кое-что особенное. Бесконечные тюльпановые поля, вечный закат с пышными облаками. Посреди – открытая беседка из тонких деревянных реек. Там она проводила время, когда хотела отдохнуть от нас. Она любила цветы, любила тишину, и как кузнечик тянет песни в траве. Там всегда было прохладно и свежо. И тучи. Небо предгрозовое, будто вот-вот дождь хлынет, а рядом – радуга. Не помню, чтобы когда-то еще видел такую красоту.
Мира зама не заметила, как постепенно замерла. Зарылась в черные пряди пастыря, прижала к себе, вслушалась в затихающий, живой голос, лишенный привычной выверенной холодности. Казалось, сейчас, в ее руках ледяная оболочка растаяла, обнажив что-то уязвимое.
- Она никого туда не пускала, говорила, что у каждого должно быть тайное место, куда никто другой не может пройти, где ты защищен. Хотела, чтобы у нас с братом тоже такие были, но нам хватало своих покоев, целые миры были ни к чему. Смерть всегда от нас отличалась. Как бы это не звучало, она была более человечной. Всегда одинокая, любящая спокойствие и… Жизнь. Она любила людей, природу, обожала животных, хоть и знала, что ни к чему не могла прикоснуться.
- А вы? – шепнула Мира.
- И к нам. На самом деле, было достаточно ее присутствия, даже через это мы чувствовали любовь. Помню, она часто путалась ветром в моей тьме. Раньше, до тебя, я был бестелесен, но даже так она не могла меня коснуться, вместо этого насылала ветер и плела из отставших языков тьмы косы, собирала хвосты, - Мира чувствовала сквозь одежду, как его лицо озарила улыбка. – Ей очень нравились твои волосы, она просила их не отрезать, вечно ругалась, когда я за ними не ухаживал, все лентами завязывала.
- Мои?
- Ты ее не помнишь из-за печатей, которые на тебя наложили Сведущие, но да, вы были знакомы. Уверен, тебя это заинтриговало, но могу сказать больше – она тебя любила, как и любила Мари, хоть с ней контактировала намного реже. Смерть говорила, что в тебе есть нечто особенное. Ты казалась ей лучиком света. Я всегда считал, что это просто милая чушь, ей не хватало младшей сестры и прочее-прочее, но теперь вижу, что она была права.
- Значит, я – лучик света? – кокетливо уточнила девушка.
- Именно, - подтвердил Хаос, даже не думая заводить какие-то глупые игривые споры.
- Погоди, - она вдруг встрепенулась. – Лиодор! «Дар солнца»! Вот, почему ты так отреагировал на это имя?
- А еще потому, что я – концентрация тьмы, да. Забавно, правда?
- Такое странное совпадение. Или не совпадение?
Хаос пожал плечами, не решаясь давать конкретику подобному стечению обстоятельств. Для него это было своеобразным знаком, четкой меткой, а таким вещам он привык уделять особое внимание.
- Поверить не могу. А как вы понимали ее, как чувствовали, если она была неосязаемой?
- Смерть всегда легко почувствовать, у нее особенная атмосфера. Ты чувствуешь ее всем: слышишь, видишь боковым зрением, чувствуешь запах. Появляясь, она наполняет тебя, потому что нельзя не замечать Смерть, это что-то выше и больше нас. Ее мнение и волю мы узнавали по знакам. Вот упала книга, открывшись на нужной странице, вот зеркало треснуло, вот приснился хороший сон, - припомнив, Хаос осторожно усмехнулся. - Однажды мы с Мором очень сильно повздорили, она все пыталась прервать ссору, вмешивалась, как могла, а потом, разозлившись, заставила птицу разбиться о стекло. Очень долго потом вовсе не разговаривала с нами, страдала из-за этого.
- Она была доброй.
- Очень. Она была необыкновенной. Я бы хотел, чтобы вы хоть раз встретились, ты бы все поняла.
Мира ненадолго задумалась над своими следующими словами. Уставилась в потолок, ощущая, как прохладный воздух касается внутренней поверхности бедра, и как пальцы пастыря крепко держат ее, будто тот боится, что в какой-то момент вдруг вновь останется один.
- Порой мне очень хочется ее узнать, поговорить. Кажется, если бы она была здесь, вы бы не ссорились, Мор вернулся бы домой, никакой войны бы не случилось. Ты бы не страдал. Не могу объяснить, есть чувство, будто она существует где-то, а я не могу достать.
- Если бы она была здесь, все вышло бы совершенно иначе, - Хаоса совсем стих, потерял краски. Разговоры о сестре высасывали из него все эмоции.
Мира пробралась сквозь волосы к шее и легонько провела по ней ногтями, ощущая, как та расслабляется. Продолжила. Весь страх, что Хаос отреагирует плохо, пропал. Она чувствовала, что может спросить обо всем, и ее не осудят.
- Почему все продолжает умирать, если ее больше нет?
- Потому что мы – ключи, а не механизмы, - признался пастырь. По звучанию голоса Мира вдруг поняла – это признание далось ему с трудом, точно сквозь стыд и опасения. Сказанное почти невзначай, это было самым сокровенным, что он ей доверил. – Если убить меня, люди все равно будут мучиться от психологических недомоганий, сумасшествия и экзистенциальных вопросов, потому что я уже запустил этот механизм. Поэтому после исчезновения Мора люди продолжают умирать от болезней, воевать и относиться друг к другу с необъяснимой жестокостью. По сути, мы стали бесполезны еще очень давно, мир больше в нас не нуждается.
- А почему он нуждался раньше? Разве… разве людям были нужны болезни, войны и мучения от неразрешенных загадок?
- Это нужно всем, мы сделали вас непохожими на животных, дали способ развиваться, расширили простор для познания вселенной. Дали смысл жить. Она дала.
Мира вдруг вспомнила слова Паккиота:
- «Где одно, там и другое. Было бы куда сложнее сохранять память о том, чего не замечаешь. Я вижу перед собой живого человека, ты идешь, говоришь, но когда-то ты умрешь, Смерть заберет тебя, как и каждого из твоего мира. Это заставляет меня помнить о Смерти. Собственная слабость и недолговечность тоже».
- Так просто, - констатировала Мира удивленно. Хаос потянулся к ее шее и оставил там поцелуй.
- А ты думала, что мы пришли, чтобы… что? Поработить вас?
- Проскальзывала мысль, - неловко призналась она.
- Это было неминуемо, всем не объяснишь, что страх Смерти дает им повод заботиться о себе и жить полной жизнью. Те люди тоже решили, что все дело в нас, мы шлем беды беспричинно и намеренно, лишь бы поиздеваться.
Хаос спрятал лицо под подбородком Миры и облегченно выдохнул. Девушка ощутила, что тело его постепенно слабеет, он расслабляется, становится тяжелее. Напускная бодрость постепенно отпускает вечно напряженный мозг.
Обхватив широкую спину, насколько это было возможно, девушка прошлась по ней ладонью, затем еще раз и еще, превратив бездумные движения в успокаивающие поглаживания.
- Я хотела еще кое-что спросить, - прошептала она. – Можешь рассказать мне о том дне?
Хаос не ответил. Совсем ослабший, он доверчиво расслабился на ее груди. Дыхание стало ровным и размеренным, большая сила, вынужденная вечно держать мышцы в напряжении и ждать атаки, успокоилась.
Заснул.
Мира зажмурилась, осторожно укрыла его краем одеяла и прижала так, будто могла уберечь от всего, что тревожило. «У каждого должно быть тайное место, где ты защищен», и она вдруг решила, что может быть таким местом для него. Оставила поцелуй на макушке, как и он, когда ей важно чувствовать себя в безопасности, убрала волосы за спину.
Большое, могущественное существо. Дракон. Даже драконам нужна поддержка, даже драконам нужна любовь.
Пусть кто-то считает, что им нельзя быть вместе, Мира решила – можно. Пока он нуждается в ней, она будет рядом. Принцессы тоже умеют быть сильными, и ради него она такой станет. Обязательно, кто бы что не сказал.