План «Аморе россо» | Charles Leclerc

Примечание:
Рекомендуется к прослушиванию
Gang of Youths - Achilles Come Down

Возбужденные крики людей и свист болельщиков слились в единый гул, который затмевали пролетающие по треку болиды. На экране картинка менялась в быстрой последовательностью, в попытке режиссеров уделить внимание каждому моменту происходящему на Гран-при Саудовской-Аравии: каждому обгону и атаке произведенной на трассе с целью закрепить или превозвысить позиции в турнирной таблице. Шёл второй этап чемпионата Формулы-1 в жизни Женевьевы, она сидела в боксе Скудерии Феррари, занимая положенное ей место. Наушники на голове как нельзя к стати отгораживали её от внешнего мира, заставляя отстраняться от происходящих событий. Голос комментатора остался на задворках сознания. Девушка скучающе смотрела вперед, поддерживая голову одной рукой, абсолютно упуская из внимания происходящие вокруг события. Со стороны могло показаться, что гонка захватывающая миллионы сердец была абсолютно не интересна Беркли. Но на самом деле, в душе, девушка вела свой не менее интересный заезд. В первом болиде сидел здравый смысл, выступающий за команду «Ты никто Шарлю, успокойся и работай дальше», а конкурирующий болид занимал представитель команды «Это нормально, что я обижаюсь на него». Кто же победит?

«Женевьева, это было давний мальчишник на который меня пригласили. Я не могу представить как эти фото всплыли», - начал оправдываться Шарль.

Моменты того вечера то и дело воспроизводились в голове девушки, затягивая её в своеобразный фильм из воспоминаний.

— Хорошо, - лишь коротко ответила Женевьева, после чего на пути домой она не проронила ни слова. Ей просто надо было скорее добраться до ноутбука, чтобы начать разбираться с навалившимся дерьмом. Шарль что-то говорил на фоне, но девушка смутно помнила его слова. Голова была заполнена лишь шумом гуляющей по артериям крови, а правая рука крепче сжала уголок платья. Но даже ткань не спасала от вонзающихся в ладонь ногтей. Она держала непроницаемое лицо, ведь сама не знала, что испытывает по этому поводу. Флирт и поцелуй на яхте не обязывал их ни к чему. Не речей. Не признаний. Она не имела права даже на малейшую обиду, ведь Леклер был ей никем. Просто коллега по работе, игра с которым вышла за рамки дозволенного. Возможно, просто пошлый служебный роман, который стоит пресечь на корню.

Но с другой стороны в голову лезли воспоминания о их встречах и тайных уединениях, как он и она открыли друг другу потайные дверцы своих жизней. Разве это ничего не значит? Неопределенность и расплывчатость положения сводила с ума. Шарль и Женевьева держали под прицелом свои сердца, и любое действие, любое слово решало разобьются ли они. Пара неосознанно связала себя невидимой нитью, о существовании которой никто не решался признаться. Страх перед чувствами, перед последствиями связывал язык, заставляя молчать.

По приезде домой Женевьева кинулась к рабочему месту, присоединяясь к экстренному созвону с командой. Кай предлагал принять обет молчания и воздержаться от комментариев, чтобы не акцентировать внимание людей на этом инциденте и не показывать жёлтым газетенкам наше волнение. Милли, в свою очередь, настаивала на подготовке речи для прессы с объяснением произошедшего слива. Беркли сидела напротив экрана ноутбука, напряженно схватившись за голову. Информация потоками вливалась в её голову, подвергаясь анализу, а свет монитора уже начинал резать глаза.

— Женевьева, а что думаешь ты? - обратилась к ней Оливия.

Девушка встрепенулась от заданного вопроса, сразу же включаясь в разговор.

— Вы все отчасти правы, - начала она, взявшись за переносицу, - не стоит привлекать внимание общественности к тому, что данный инцидент напугал нас. Но. Мы не должны бездействовать. Я хочу попросить, - девушка сделала паузу, - проверенного человека, который тихо сотрёт информацию об этом в интернет источниках. Да, у нас не получиться уничтожить все следы, потому что фото разлетаются со скоростью света, но большинство, и это уже плюс. Милли, - обратилась Женевьева к коллеге, - подготовь речь на случай если мой план провалится. Это будет крайней мерой, мы до последнего должны не подавать вида.

Все одобрительно закивали.

Женевьева изнеможенно захлопнула ноутбук. Обращаться к своим бывшим специалистам она не хотела. Пускай после ухода из журнала она и осталась со всеми в хороших отношениях, но у них сейчас были разные пути. Попроси заняться этим вопросом кого-то из другой индустрии всё равно пошли бы сплетни, дискредитирующие пилота в высших кругах. Поэтому... Было необходимо человек никак не связанный с этим.

В этот момент все прошлые обиды стоит оставить позади, ведь всё делается на благо команды. Женевьева взяла телефон и набрала нужный номер, ответ не заставил себя долго ждать.

— Привет, - начала она, - мне нужна помощь...

— Солнышко, всё что угодно. В чём дело?

***

Бьянка отчаянно схватилась за руку Женевьевы, начав трясти девушку. Кажется теперь Беркли будет глуха на одно ухо от того, как подруга закричала рядом. Вырванная из размышлений девушка непонимающе оглянулась по сторонам. Весь бокс Феррари ходил на ушах, кругом царила радость и ликование.

— Что...- не успела закончить вопрос Женевьева, когда Бьянка перебила её.

— Мы победили, - подруга вновь взорвалась от бушующих эмоций, - дубль Феррари! Ура!

Смит крепко сжала подругу в объятиях.

Гонка окончена. Женевьева перевела взгляд на телевизор, где уже махали клетчатым флагом. Машины одна за другой пересекали финишную черту. Минутное, как показалось, погружение в мысли слишком затянулось. Гиперфиксация на их с Шарлем отношениях заставила девушку волноваться, так как это мешало её рабочему процессу.

Шарль снова на вершине, Карлос занял почётное второе место, а Ландо третий, но его это не огорчало, ведь для Макларен это как никогда хороший результат. Отогнав неловкость того, что гонка была упущена из её внимания, Женевьева направилась на торжественную церемонию награждения. Привычная для всех комбинация гимнов Монако и Италии прозвучала на весь автодром. Уставшие пилоты не подавали виду, наслаждаясь моментом, и обливаясь безалкогольным шампанским. Шарль и Карлос атаковали Норриса, намочив пилота с ног до головы, что вызвало смех у наблюдающей девушки.

Женевьева обернулась на трибуны, где несколько сотен зрителей держали картонные головы своих любимых пилотов. Видео, снятое командой по маркетингу в прошлый уикенд, действительно стало вирусным, и теперь фанаты подхватили эту идею, а это лучший показатель результата по проделанной работе.

После традиционного интервью призёров, Женевьеве удалось выцепить только Ландо - пилоты Феррари таинственно скрылись с глаз окружающих. Что возможно было и к лучшему, ведь девушка то и дело мешкала перед тем, чтобы подойти поздравить победителя. Норрис, в свою очередь, был полон энтузиазма и воодушевлен третьим местом. Из него рекой лились шутки, а хорошее настроение распространялось на километры.

— Я уверен, что в ближайшее время мы ещё пободаемся с вами, - уверенно заявил парень.

— Папайя пытается запугать нас? Не выйдет, - усмехнулась в ответ Женевьева, прогуливаясь с Ландо до офиса Макларен.

—Кто? - удивленно переспросил Норрис.

— Ну ты действительно похож на папайю, ходишь такой весь оранжевенький.

— Тогда я тебе тоже должен придумать прозвище, иначе это не честно, - надулся парень.

— Нет! Не надо, избавь меня от этого, - рассмеялась Беркли, - но я действительно рада, что ваша команда чувствует себя лучше.

— Сто процентов! Этот новый босс либо сумасшедший фанатик, либо чёртов триллионер, которому некуда девать деньги.

— Так ты узнал что-нибудь о нём?

— Нет, всё под грифом секретно, - Ландо закатил глаза, - я даже не знаю удосужился ли он посетить гонку. Но если дела пойдут в гору, может быть переберешься в Макларен?

— Ты сначала гонку выиграй, Ландо Норрис, а потом посмотрим, - Женевьева деловито откинула волосы назад и обняла парня на прощание возле офиса команды.

Беркли занимала не ту должность, чтобы размышлять на тему «Представляет ли Макларен опасность или нет?», но окутанная таинственностью личность нового руководства вызвала не поддельный интерес. Прикинув в голове примерный отрыв Шарля от Ландо, оказалось, что Норрису потребуется как минимум три победы, чтобы обогнать монегаска. Но поскольку Ландо ни разу ещё не брал первое место, то такой расклад мог оставаться только мечтой для британца.

— Тогда вернёмся к этому разговору позже, Жемчужинка! - крикнул напоследок Ландо, оставляя девушку с глупой улыбкой. Женевьева поражалась тому сколько ребячества скрывалось в этом человеке, но оно было ему к лицу, и этого нельзя было отрицать.

***

Женевьева упала на прохладную кровать номера отеля. Через 48 часов, она снова окажется в небе на пути в Италию, где её будет ждать долгая и плодотворная работа. Но улетать не было никакого желания, возможно на этом сказывалась усталость после уикенда. Ей хотелось хотя бы на секунду отстраниться от гоночной жизни и побыть обыкновенным туристом, который бродит по улицам города. Ей хотелось побыть наедине с собой и мыслями. Но поскольку такая возможность предоставлялась редко, необходимо внести её в ежедневник. Когда там будет свободный денек, чтобы самобичевание не мешало работе?

На кровати завибрировал телефон, и с трудом найдя его в складках одеяла, Женевьева ответила на звонок. Она была безмерно благодарна Джузеппе за оказанную услугу. На самом деле, Женевьева долго думала о правильности обратиться именно к нему. В какой-то момент, она даже думала, что он откажет ей, но крёстный без лишних разговоров сразу согласился помочь ей. Беркли предлагала выписать жирный чек на имя его организации, но он отказался, несмотря на то, что в данный момент компания переживала кризис. Возможно, он действительно вернулся, чтобы всё наладить...

— Я видел тебя сегодня в трансляции. Рад, что ваша команда победила. Как там кричат? Forza Ferrari?

— Да, именно так, - ответила Женевьева.

— Я прилетаю завтра в Сауди, у меня деловая встреча. Может быть отпразднуем победу над жёлтыми газетенками?

В дверь постучали. Женевьева соскочила с кровати, и быстро накинув халат поверх своей лёгкой пижамы, поспешила открыть дверь. Шарль неловко топтался у входа, девушка пригласила его войти, а между тем продолжила разговор.

— Почему бы и нет. Только я угощаю - это меньшее, чем я могу отблагодарить тебя.

— Тогда я тебе скину название ресторана чуть позже, идёт?

— Конечно, до встречи.

Женевьева положила телефон на стол, а затем шумно выдохнула, не решаясь повернуться. Посмотрев в зеркало, она увидела в отражение позади себя Шарля. Он практически вплотную стоял к ней.

— Поздравляю с победой, прости, не смогла найти тебя на автодроме.

— Я хотел поговорить, - тихо ответил парень.

— Проблема уже улажена, - ответила Женевьев, резко повернувшись. Леклер был настолько близок к ней, что она инстинктивно оперлась руками о стол. — Тебе не о чем волноваться.

— Спасибо. Но это не то о чём...

— А что тогда? - скучающе спросила девушка.

— Мне жаль, что ты увидела те фото. Тем более при.. такой обстановке, - продолжил Шарль, намекая на произошедшее на яхте.

Женевьева молча слушала его.

— Это было ужасно и... - он явно не мог подобрать слова, - ты злишься на меня?

— Почему я должна злится на тебя? Это твоя жизнь. Тем более всё это было до знакомства со мной.

— Но ты избегала меня?

— Мне нужно было время разобраться в себе, - девушка оттолкнулась от стола и обогнув Шарля направилась к кровати. — Но признаю, было всё же неприятно, - Женевьева простонала, - всё так сложно.

— Почему? По моему всё предельно ясно. Мы не безразличны друг другу.

— Это не правильно, Шарль. Мы в первую очередь коллеги. А что подумает команда? Фанаты? - Женевьева провела руками по лицу.

— Тебе важно их мнение?

— Я беспокоюсь, как это скажется на нас. В первую очередь на тебе. Моя работа оберегать вас от неприятностей, а не создавать их, - ответила девушка в то время, как Леклер сел на кровать рядом с ней.

— Так позволь мне оберегать тебя, - Шарль посмотрел на неё. Женевьева сильнее сжала простыню. — Ты думаешь, я не боюсь? Если люди узнают об этом, они попытаются съесть нас заживо. Но мы бы справились с этим, верно?

— Я не знаю, Шарль... Я запуталась. Ты первый человек, за долгое время, который смог разжечь во мне огонь. Но мне страшно, меня уже предавали. Любимые люди уходили от меня, когда я привязывалась, и это было безумно больно.

Их взгляды встретились, в глазах читались волнение и мольба? Женевьева пыталась унять дрожь в теле и подкатывающиеся слёзы. В горле засел ком.

— Возможно, я влюбилась в тебя, - еле слышно прошептала девушка, но этого было достаточно, чтобы услышал Шарль. Из Женевьевы вырвался смех, вместе с тем как по щеке скатилась слеза. — Вот дура...

Шарль прикоснулся к лицу девушки, проводя пальцам по оставшейся мокрой дорожке. А затем нежно прильнул к губам Женевьевы, которая сразу ответила на поцелуй. Её трясло, но с каждым новым прикосновением парня тело обмякало и успокаивалось. Шарль целовал её в подбородок, затем в скулу, медленно перемещаясь к шее. Прежде чем вновь прикоснуться к её телу, из него вырвался тихи шёпот: «Никто не обидит тебя» - поцелуй. «Я буду рядом, поверь мне» - поцелуй, - «Женевьева Беркли...», - он стянул немного халат, оголяя её плечо, прильнув к нему губами, - «...я хочу быть с тобой, и только с тобой»

— Да, - только лишь смогла выдавить из себя девушка на выдохе. В голове Женевьева мысленно подписала приговор, которой гласил о неминуемости событий. И сейчас он приводился в исполнение. Они попадали в долгую игру, где главным было выжить. Выжить несмотря на все трудности, которые им встретятся на пути. И на секунду, Женевьева подумала, что они смогут выйти из неё победителями.

Она уснула в тёплых объятиях Шарля, но на утро его уже не было. Женевьева поднялась с кровати поправляя сбившийся халат. Взглянув в зеркало, в отражение оказалась потрепанная девушка, чьи глаза и лицо были слегка опухшими от слёз.

Единственным напоминанием их вечера был большой букет стоявший на столе.

***8

Из панорамных окон ресторана открывался сказочный вид на Красное море, каждый раз привлекающий взгляд Женевьевы. Они с Джузеппе пробыли здесь уже больше часа. Всё это время крёстный рассказывал о своей жизни, но Женевьеве было действительно интересно, ведь в прошлом она запомнила его владельцем небольшого магазинчика. В эту встречу девушка была более лояльна и снисходительна к нему: охотно отвечала на вопросы, а в ответ задавала свои - выстраивая нормальный полноценный диалог. Не как тогда, несколько недель назад.

— Так когда ты говоришь будет следующая гонка? - спросил Джузеппе.

— Через две недели, в Австралии, - ответила Женевьева с набитым ртом, доедая салат, - туда лететь больше десяти часов, надеюсь я не умру, - усмехнулась она.

— А как ты будешь добираться? Ну, я имею ввиду тебе перелет оплачивает компания?

— Я пока не знаю, может чартерным рейсом, может с командой или Шарлем на джете. Время есть решить, - она сделала глоток белого вина.

— Тот Шарль который...?- в его голосе звучал интерес, а так же нотка озадаченности и нервозности.

— Да, Шарль Леклер - пилот Скудерии Феррари, чьи фото удаляли. Мы с ним сблизились, - Женевьева смущенно заправила выбившийся локон волос. Она чувствовала себя шестнадцатилетней девчонкой пришедшей к родителям рассказывать о парне. Это одновременно заставляло волноваться, но и поселяло тепло в душе.

— Вы встречаетесь? - прямо спросил Джузеппе.

— Мы? - переспросил она, что выглядело очень глупо. — Да. Не знаю... Всё так сложно, - она шумно выдохнула.

— Ох, солнце, помню себя в твои годы: любовь, любовь, любовь и всё так неизведанно. Главное не «теряй голову», а дальше всё образуется и будет так как должно.

— Ты прав, - ответила девушка, и на её лице осела печальная улыбка. Но «не терять голову» рядом с Шарлем было непосильной задачей, ведь рядом с ним она будто таяла в пучине переполняющих чувств. Он заставлял её дышать чаще, а сердце биться быстрее. Он становился её наркотиком, а от этого как известно уже нельзя излечиться. По крайней мере ей.

***

Ночью улицы Болоньи опустевали. Туристы скрывались в ночных клубах в это время, отчего город становился безлюдным. Местные жители уже спали, поэтому жилые дома окутывал мрак. Но в одном окне всё же горел свет, мужчина одетый в растянутую футболку, облокотившись на подоконник выпускал дым в уличную прохладу. Сделав последнюю затяжку и поморщившись, незнакомец затушил окурок об карниз и выкинул его в окно. Он уже потянулся в задний карман джинс за новым блоком сигарет, когда лежащий в квартире телефон начал издавать неприятный звук.

Мужчина неохотно прошёл по комнате, явно раздраженный столь поздним звонком. Но как только взгляд опустился на загоревшийся экран телефона, холодный пот обдал его с ног до головы, а на шеи появилась легкая испарина. Он сглотнул.

— Здравствуйте, сэр, - поздоровался он.

— Будем действовать по другому. Переходим на план «Б».

— План «Б», сэр?

— «Аморе россо».

Игра начинается.

Примечание:
Ну что, да здравствует злодей! У нас начинается двойная игра за отношение и жизнь...
тгк w.x sofia | f1