Глава 5
Райнер
Приближалось начало нового учебного года, мама попросила меня перебрать свой гардероб и канцелярию, по итогу ревизии мы прикупили несколько новых вещей. Маму немного смущало то, как я одеваюсь, что выбираю универсальную одежду, максимально простого кроя и фасона. Но она не высказывала свое мнение, просто соглашалась с моими предпочтениями. Еще родители интересовались, как бы я хотел отпраздновать свой день рождения в сентябре. Мои друзья предложили посидеть на природе в новом доме, поесть что-нибудь вкусного и просто повеселиться под музыку. Папа одобрил нашу идею и согласился нажарить шашлыков. А после даже намекнул, что ради такого случая выделит каждому по бутылочке пива, в честь моих шестнадцати лет.
С Машей мы встречались в свободное время от моих репетиций, ловя последние летние деньки перед школой. Я чувствовал её настрой — ей хотелось больше времени проводить со мной наедине, в менее людных местах, обниматься между разговорами. Она не лезла с поцелуями, но и я не стремился проявлять напористость, лишь отвечая ей взаимностью, когда она того хотела.
Оставаясь дома в одиночестве, я начал ловить себя на том, что часто тону в своих мыслях и переживаниях. Приходилось отвлекаться на музыку, и так появилась целая песня, правда, не очень позитивная.
Забрались тени в каждый уголок,
Еще лишь миг и рухнет потолок.
Не знаю, кто бы мне сейчас помог,
Наверное, только лишь хваленый Бог.
Ну, где же он, когда
Мою душу на части рвет*.
***
Началась учеба в школе, одноклассники стали чуть взрослее, проявляли свою индивидуальность и характер: девчонки начали следить за внешностью, а парни — чуть грубее общаться друг с другом, вставляя пошлые шуточки и матерные слова. Мое окружение сузилось до общения с Глебом, Максимом и Машей. Ко мне клеились две одноклассницы, но я четко разъяснил, с кем дружу, а подруге намекнул, чтобы она особо не болтала. Не хотелось давать повода для сплетен. В остальном всё было неизменно: разговоры учителей о будущих экзаменах и необходимости дополнительной подготовке к ним.
Мой день рождения, как и планировалось, состоялся в новом доме. Погода баловала прохладным ветерком и солнцем, мы накрыли с мамой стол на улице в беседке, а папа принялся жарить мясо. Потом я поднялся в свою комнату, чтобы переодеться в более праздничную одежду. Надев белые свободные прямые брюки в клетку и черную рубашку с глубоким открытым воротником, рукава которой еле доставали до локтя, я встал у зеркала и стал рассматривать себя. За последние два года я сбросил в весе и хорошо вытянулся в росте, черты лица слегка заострились: чем-то я был схож с папой, но глаза и взгляд достались от мамы, за лето кожа загорела, что мне очень нравилось.
Оглядывая себя со стороны, я понимал, почему маме не очень нравился мой выбор одежды — сейчас я больше был похож на девушку, нежели парня, особенно с распущенными волосами. Но так я чувствовал себя уютней, тем самым будто бы сбегая от реальности. Я тяжело вздохнул, собрал волосы в хвост и направился вниз.
Первой пришла Маша, она вручила мне маленький тканевый мешочек. Развязав его, я вытряхнул содержимое на ладонь — это был вязанный из трех шнурков браслет с вплетёнными деревянными бусинками.
— Я сама его сделала, выписала через интернет материал и сплела за пару вечеров.
— Правда? Я подумал, что это из магазина. Спасибо тебе, — я легонько коснулся губами щеки Маши и добавил: — У тебя классно получилось из таких простых вещей смастерить стильное украшение. Не бросай это, пожалуйста, я хочу видеть больше твоих работ!
Подруга засмущалась из-за моей похвалы, я попросил её помочь мне застегнуть браслет на запястье, а потом мы пошли к праздничному столу.
— Девчонки в классе такие странные, они сначала хотели с тобой подружиться, а когда узнали, что ты водишься со мной, стали иначе к тебе относиться, — высказалась Маша, пока я накладывал салат ей в тарелку.
— Что значит «иначе»? — я поставил блюдо перед подругой и заметил в ее взгляде сомнение. — Мне будет спокойнее, если ты мне расскажешь.
— Они болтают, что ты теперь больше похож на девчонку.
— Это потому что я отшил парочку из них, вот и несут чушь. Просто завидуют тебе. Или ты согласна с ними? — Не знаю, зачем я сказал последние слова, ведь так можно было нарваться на ссору. Я попытался сделать выражение лица беззаботнее.
— Нет, не согласна. У тебя особенный стиль, вот и всё. Что плохого в том, чтобы отличаться от других?
— Вот именно. Так что слушай их болтовню, но не принимай на свой счет.
Мы продолжили непринуждённую беседу, ожидая прихода парней.
Отец Райнера
Пока я жарил мясо, то рассматривал украдкой сына и его подругу. Ко мне подошла Вероника и поставила на столик блюдо.
— Райнер сегодня какой-то задумчивый. Мне не нравится, что приходится оставлять его одного дома, — поделилась мыслью жена.
— Ты обратила внимание на то, что он опять стал говорить о себе в женском роде? Ну, когда заговаривается? В последний раз такое было в начальной школе.
— Да, я тоже стала это замечать. После того, как им отменили форму в старших классах, он стал совсем иначе одеваться. Нет, конечно, сейчас и девочки, бывает, надевают мужскую одежду, но...
— Но мы начинаем вспоминать, как он вел себя в детстве, — я нехотя закончил за неё фразу. — Может, к зиме Райнер всё-таки согласится переехать в дом? Жить на два дома будет тяжело, мне нужно время, чтобы разобраться с отоплением, а без вас я не хочу здесь находиться.
— Я поговорю с сыном об этом, пусть пока настроится на учебу.
— Как скажешь. О, друзья его идут! Еще десять минут, и будут горячее есть.
Только в последний год я стал замечать, что Райнер не любит здороваться за руку. Друзья относились к этому с уважением и просто слегка обнимали его при встрече. Рядом с ними сын явно преображался, чувствовал себя не так скованно и ярко выражал эмоции. Я был рад тому, что с годами научился обращать внимание на эмоции своего ребенка. Не без помощи жены, конечно.
Райнер
Ребята пришли на празднование не с пустыми руками, они вручили мне полную коробочку разных медиаторов, зная, что я периодически их теряю. Мы уселись за стол и включили музыку на колонке, папа принес шашлык, потом мама подошла с графином сока и бутылкой вина. Пока мы раскладывали еду по тарелкам, отец вынес из летней кухни ящичек и поставил перед каждым гостем по бутылочке пива.
— Да ладно, это что, реально пиво? — воскликнул Олег, крутя бутылку в руках.
— По одной сегодня можно, только по секрету, и поешьте сначала нормально. Машуль, ты будешь чуть-чуть вина? — спросил папа, наливая бокал маме.
— Оно вкусное, фруктовое, попробуй. Ну, мне просто наливали как-то, не думайте, что я этим злоупотребляю, — оправдался я, заметив удивленные взгляды друзей.
— Ой, а можно я к вам почаще заглядывать буду на праздники? Взрослые разрешают пить подросткам, охренеть, — не унимался Олег.
— Потому что лучше дома, чем где-то за гаражом выпивать сомнительное пойло. Вы по любому уже пробовали со старшаками, — высказался папа.
— Да что уж греха таить, было дело. Даже огреб от мамы за это, — сознался Глеб, а Максим ему поддакнул.
Мы принялись поедать горячее мясо, потом родители поздравили меня тостом, пожелав всего самого хорошего и намекнув, что они всегда готовы меня выслушать. Они чуть посидели с нами за столом, а после ушли в дом. Мы продолжили с ребятами болтать и вкусно есть, потягивая алкоголь. В какой-то момент мне стало так хорошо, и я не удержался, начал танцевать под музыку, которая играла с телефона Глеба.
— Боги, я так давно не танцевал. Тело начинает забывать, что это такое, — воскликнул я, двигаясь под ритм.
— А ты что занимался танцами когда-то? — удивилась Маша, присоединяясь ко мне.
— Да, в детстве. Пробовал снова пойти на занятия здесь, в России, в начальных классах, но мне учитель не понравился, и я бросил эту затею. В итоге в музыкалку ушел.
— И правильно сделал, теперь у нас есть крутой гитарист и группа. А ты довольно пластичный, даже сейчас, — заметил Макс. — Ща я вам включу один трек танцевальный, продемонстрируешь все свои навыки.
— Окей, давай оторвемся, Машунь!
Отец Райнера
Я выглянул в окно на кухне и очень удивился открывшемуся передо мной зрелищу.
— Вероник, иди, глянь, Райнер снова вспомнил, что такое танцы!
Мы с женой наблюдали, как сын отлично двигается под музыку и еще умудряется обучить каким-то элементам свою подругу. Потом он переключил мелодию и начал плавно танцевать.
— Ого, как это грациозно смотрится. Жаль, что он бросил танцы. Ему досталась вся пластика от моей мамы, — с досадой сказала Вероника.
— Ну, он выбрал музыкальный путь. Может, он выведет свою банду на высокий уровень, и они станут узнаваемой группой, — предположил я.
Райнер
— Воу, воу, так! Харе тут свои флюиды распространять, а то мы потеряем девчонку. Давай, лучше спой нам Blow, — предложил Глеб и потянулся к своему телефону.
— Это Spencer Charnas и Ice Nine Kills? О, давай, я давно её не пел, поди не все слова забыл, — воодушевился я.
Стоило заиграть музыке и первому куплету, как меня понесло. Я пел, а ребята подыгрывали мне, как могли. Маша — проказница — достала телефон и начала снимать на камеру наше дурачество.
Спустя еще два часа мы подустали и решили закругляться, я проводил друзей до остановки и посадил на нужный автобус.
Придя домой, направился сразу на кухню, родители уже успели убрать со стола.
— Мам, давай я помою посуду, — предложил я, видя, как она намывает тарелки.
— Ой, сядь уже, передохни. Откуда в вас столько энергии? Два часа плясать! Я бы уже без ног лежала на кровати.
— Не знаю, когда я с ними, мне хочется веселиться и дурачиться. Я люблю своих парней, они порой меня таким позитивом заряжают, это вдохновляет петь и творить музыку, — разоткровенничался я с родителями.
— У вас вся жизнь впереди, напишешь много песен, и будете выступать на сцене.
— Возможно, но иногда мне кажется, что всего этого не будет. Оборвется в один миг, и как будто бы ничего не было: ни меня, ни их, ни будущего, — я сделал глубокий вдох и смахнул слезы, предательски выступившие.
— Эй, ты чего? Что за мысли такие? — взволнованно спросил папа.
— Да так. Устал немного, пойду, прилягу в гостиной, — я тут же натянул на лицо дежурную улыбку и быстро пошел на выход. Но вместо гостиной я направился в ванную и позволил себе выплакаться.
Отец Райнера
— С ним явно что-то не так, такие перепады настроения — не нормально. Не понимаю, как вывести его на разговор. Он замыкается в себе. Что нам делать, Альберт? — обеспокоенно спросила Вероника.
— Не знаю. Может, психолога найти? Хотя бы поинтересоваться, как правильно начать разговор. В Германии же это помогло... Я боюсь, что он может себе навредить.
Я устало потер лицо и сжал зубы, снова прокручивая в голове моменты, как мы с женой обращались к специалисту, чтобы исправить поведение сына в детстве. И вот, прошло каких-то десять лет, и снова всё, кажется, началось заново.
*Исполн. Lights Out - Боюсь Теней