Глава 3
— Старикашка? — спросила я, удивлёнными глазами смотря на друга Саши.
— Купер? — спросил учитель истории, таким же удивлённым взглядом осматривая меня с ног до головы.
— Старикашка? — спросил Саша, взглянув на Дмитрия Сергеевича. — Купер? — он перевёл свой взор на меня. — Ребята, так вы уже знакомы?
— Ага. — хмуро поддакнула я. «Вот влипла.» — Он мой учитель.
— Даже так? Чего ты так опечалена? Рядом со мной можешь обращаться к нему на «ты». — как бы подбадривая, хлопнул меня по плечу Саша.
— На «ты»? — удивился классный руководитель. — У нас с первой встречи не было границ отношениям. Сразу на «ты» перешли. — усмехнулся голубоглазый. Я лишь продолжила хмуриться.
— Вы так близки? Ну поздравляю, поздравляю. — «Саша. Придурок.»
— Это не смешно. Нифига не смешно. — Я была разочарована. Мой брат выбирает просто отвратительных друзей.
— О! Кажется, твоя сестра положила на меня глаз. — подмигнул мне Сергеевич.
— Даже два. — подтвердил брат.
— Эй, недоноски! Я, вообще-то, вас слышу. Прекратите нести всякую хрень. — они переглянулись и начали смеяться.
Отсмеявшись, мы договорились о месте куда пойдём. Выбор пал на красивый парк, где очень много различных цветов. Яркие краски заполняли это место из года в год.
Я шла молча. А парни не умолкали. Было ощущение, что о моём существовании никто не помнит, но я из-за этого несильно переживала. Я задумалась. Действительно задумалась.
«Я иду. Мимо меня проходят прохожие. Мы незнакомы, и у каждого своя жизнь. А что, если мы все связаны? Если теория на счёт Адама и Евы правда, то... Получается, мы все в этом мире многоюродные братья и сёстры? Тогда мы все родственники. Мы все семья. Но правдива ли эта теория?» — из моих мыслей меня вывел Саша.
— Мелкая. Мелкая!
— А? — Я посмотрела на брата.
— Наконец-то, я смог вывести тебя из транса. — наигранный вздох облегчения. — Я спрашиваю, выйдешь замуж за Димку? Он парень хороший.
— Идиот, что ли? Аккуратнее со словами. Зубы не волосы, вылетят — не поймаешь. — на что Сашка лишь примирительно поднял руки.
— А что ты думаешь по этому поводу? — брат повернул голову к учителю.
А тот в свою очередь театрально перекрестился и сказал:
— Да кто на ней женится! Самоубийство нынче не в моде. — парни опять начали хохотать, а вот у меня действительно что-то ёкнуло в груди.
Слышать даже от Старпёра такое очень обидно. Но обиднее всего то, что Саша промолчал. Он знал, что меня эти слова тронули, но поддержал смех своего друга.
— Ладно. — решил перевести тему Сергеевич, отсмеявшись после очередной шутки моего брата. — Расскажите мне про вашу фамилию. И имена почему так различны?
— Тут всё просто. Наша мать жила в России, а отец в Канаде. Так получилось, что отец по работе поехал в Москву и встретил там нашу маму. Они влюбились, поженились. Первого ребёнка, то есть меня, назвала мама, использовав русское имя. А для Мелкой придумал имя папа. Поэтому я Александр Купер, а она, — брат указал пальцем на меня, — Аника Купер.
— Так ваш отец переехал в Россию ради семьи?
— Да, но нет. Он приезжал к нам довольно часто, но сейчас он приезжает летом и на праздники. После одного происшествия он пытается работать как можно больше. — ответил на вопрос Саша. «Блин. Сказал много лишнего. Сейчас пойдут вопросы.»
— После какого происшествия? — «Я так и знала.»
Я ткнула брата локтем меж рёбер, когда увидела, что он хочет рассказать обо всём. Он посмотрел на меня взглядом «Да ладно тебе!» и начал рассказывать:
— Пять лет назад наша семья влезла в крупные долги. Поскольку вернуть их не было никакой возможности, так как работал только отец и поэтому мы еле сводили концы с концами, был нанят киллер для убийства каждого из наших членов семьи. Сначала шла на очереди Аника. Её сбили. Скажу так, попала в аварию. Просто ни с того, ни с сего. — Саша приостановился и перевёл дыхание. Говорить ему было действительно трудно. — Не пытались затормозить, не пытались свернуть. Просто напрямую ехали к Мелкой. Я стоял на другой стороне дороги и видел это зрелище. Я успел вызвать скорую. Врачи сказали, что это чудо, что она жива. У неё не было шансов. — брат перестал говорить и начал слегка мотать голову, отгоняя от себя мысли. — Многие органы были повреждены. Но всё осталось позади. Единственное, что даёт о себе знать, это сердце и лёгкие.
— Что-то происходит при нагрузке этих органов? — поинтересовался учитель.
Мы покосились на него. «Почему его так это интересует? Хочет специально довести меня до потери пульса?»
— Что вы на меня так смотрите? Она, в конце-то до концов, моя ученица. Я же должен знать, что происходит с моими учениками. Особенно, если учитывать тот факт, что она сестра моего лучшего друга. Мне не заставлять её ходить на физкультуру?
— При сильных чувствах проявляется тахикардия и что-то похожее на астму.
— Сильных чувствах? Похожее на астму? — до Старпёра не дошло. Он задумался — это что-то новенькое.
— Я не знаю, что делает тебя глупым, но это действительно помогает. — я глубоко вздохнула, а Саша усмехнулся.
— Сильные чувства, такие как страх, ярость, ненависть, обида, волнение. Она начинает задыхаться, когда одно из этих чувств проявляется, поэтому она притворяется колючим ёжиком. За пять лет она научилась скрывать свои эмоции за язвительностью и вечным спокойствием. Ну... Практически вечным. — улыбнулся Саша и положил мне руку на голову.
Я молчала. Не было смысла ничего говорить. Все тайны раскрыты.
— Подожди. Тот киллер больше не запугивал вас, в после урочное время на своём грёбанном байке? — поинтересовался учитель, слегка приподняв бровь.
— Нет. Мы поняли, что шутить с ними шутки опасно. Я, мама и отец работали и вскоре смогли вернуть долги. Они оставили нас в покое. — опять ответил брат.
Мы молча шли по парку. Прошло уже больше четырёх часов после нашей встречи, и тут я вспомнила слова, которые заставили меня остановиться на месте. Замереть. Время как будто остановилось.
«Тот киллер больше не запугивал вас, в после урочное время на своём грёбанном байке?»
Меня звали. Пытались докричаться. Трясли за плечи, а я всё так и стояла на месте, смотря на дорожку.
«Тот киллер больше не запугивал вас, в после урочное время на своём грёбанном байке?»
— Аника! Купер! Мелкая! — наперебой пытались докричаться до меня парни.
«Тот киллер больше не запугивал вас, в после урочное время на своём грёбанном байке?»
Я медленно подняла взгляд на учителя. Преподавателя. Классного руководителя. Дмитрия Сергеевича. Старикашки. Или...
— Откуда ты знаешь, что это было после уроков? — я смотрела на учителя с вызовом. Я не могла избавиться от этого глупого чувства.
— Эм... Ну... — замялся учитель. — Обычно всегда такое происходит после школы. — Саша не хотел вникать в мои догадки.
По его лицу можно сказать, что он посчитал меня сумасшедшей.
— Хм... Начну с того, что обычно убийства происходят ночью, но тогда второй вопрос. Откуда ты знаешь, на чём меня сбили? — в этот момент даже Саша насторожился.
— Вы сами сказали. — уже спокойней ответил Сергеевич.
— Ложь. — после долгого молчания прошептала я в никуда, но была услышена.
Саша слабо пихнул меня локтем. «Извинись, дома обо всём поговорим.» — прошептал он мне на ухо.
— Прошу прощения, Дмитрий Сергеевич, что осквернила вашу несуществующую честь. — я посмотрела сначала на учителя, потом на брата. — Уже поздно. Я, пожалуй, пойду. Надо уроки делать.
«Это глупо. О чём ты думаешь? Как ты можешь обвинять человека? Это отвратительно, Аника!»
— Саш, кстати. Этот препод поставил мне три по истории. — улыбнулась я и посмотрела на удивлённого моими словами Ди-и-имку.
«Не думаю, что надо задумываться над этим. Я уверена, потом всё само выйдет наружу.» Мы все начали улыбаться.
— Знаете, Дмитрий Сергеевич...?
— Что именно?
— Всё-таки у Вас есть одна хорошая черта. — я улыбнулась ещё шире.
— Какая же? — с недоверием спросил учитель.
— Она делит задницу на две половинки. — сказала я и пошла в сторону метро, оставив недоуменных парней стоять всё в том же, давно опустевшим парке.
— Попрошу учителя по физре замучать эту девчонку. — услышала я за своей спиной весёлые голоса.
«Я думаю, мне слишком рано зацикливаться на таких мелочах. Я понимаю, покушение на убийство — это не мелочь, но... Я жива. Я хожу, ем, сплю. Я дышу. Время всё покажет. Время никого не щадит. Виновник получит по заслугам. И, надеюсь, взбучку киллеру устраивать придётся не мне.»