Позволь мне тебя коснуться

Глава 7.

- Что? Повтори ещё раз, - сказал он, кайфуя от того, что я вынуждена обратиться к нему. - Кайл, ты слышал, что она сказала?

- Кретин, девушка пришла к тебе за помощью, не издевайся, - встал он на мою защиту, и я почувствовала прилив благодарности к Кайлу.

- Ты как, всё хорошо? - поинтересовалась я, глядя на его уставшее лицо. Кайл слишком резко изменился с того дня, как он помог мне докатить мой чемодан до комнаты. Я была удивлена своим желанием как-то исправить это. Может мне поговорить с Сандрой? Объяснить ей, что я и Кендалл просто общаемся с Кайлом и ни в коем случае не претендуем на то, чтобы отнять его у девушки.

- Нормально. - Он пожал плечами и достал сигареты из прикроватной тумбочки. - Я оставлю вас на несколько минут.

- Эй, ты же спортсмен. - Я смотрю на него с укоризной, и мне так и хочется вырвать сигареты из его рук. - Не знала, что ты куришь.

- Время от времени. - Он натянул на себя улыбку и, надев свой футбольный бомбер, покинул комнату.

Я огляделась: половина комнаты, на которой расположился Кайл, была очень милой и аккуратной. У него было чем гордиться - несколько призовых кубков, медалей и немного разных футбольных маек с номерами, за которые он играл. На его кровати лежал мяч для регби, и это было единственным, что валялось не на своем месте.

Тем временем на территории Макса царил бардак - на его тумбочке лежала открытая пицца, которую он уже съел наполовину, несколько банок из-под колы и пива, а на спинке кровати висели его вещи, превращаясь в небольшую кучку. Настоящий мужик, ничего не скажешь. Не хватает ещё двух разных носков рядом, на полу.

- Так что тебя привело в мои апартаменты? - Он посмотрел на меня так, словно я оторвала его от каких-то королевских дел. Я не понимала этого парня - то он довольно мил со мной и хочет помочь, то не замечает меня, а теперь и вовсе ведет себя по-свински.

- Ммм... - Я в последний раз подумала о том, стоит ли мне вообще просить его о помощи. Его глаза пристально смотрели на меня, выжидая ответа. - Я слышала, ты на программиста учишься. Это так?

- Допустим, - вырвалось из его губ.

- Мне задали задание: сделать дизайн для сайта и воплотить это всё в жизнь. Но я совершенно ничего в этом не понимаю...

- И ты хочешь, чтобы я написал тебе сайт? - закончил он, притворно зевая.

- Да. Послезавтра я должна сдать проект. Мне никак не справиться с этим за такой срок, - уже увереннее добавляю я, тоже посмотрев в его глаза. Мне хотелось бы, чтобы я умела гипнотизировать людей и обладать даром убеждения, словно вампир из сериалов.

- Для меня написать сайт - проще простого. Максимум пару часов, - наконец-то ответил он, после недолгой паузы. - Но зачем мне помогать тебе? Что ты можешь предложить мне взамен?

После своих слов Кенинг встал, и теперь я отлично видела его натренированно тело. Что за привычка у парней вечно расхаживать полуголыми?

Мои веки затрепетали, а глаза забегали по комнате - я должна была смотреть на всё, что угодно, но только не на его накаченные мышцы. Ой, какая интересная коробка из-под пиццы, пожалуй, я порасматриваю её.

- Я... Я не знаю. Мне нечего тебе предложить, - отвечаю я, не глядя на него. Боковым зрением я вижу, что он тянется за черной футболкой и быстро надевает её через голову. Я с облегчением вздыхаю.

- Ну, ты же девушка, - замечает он, засовывая руки в карманы. - Эмили, почему ты дрожишь? - вдруг спрашивает он, делая шаг ко мне. Я резко отступаю назад и смотрю на него испуганными глазами.

- Чего ты хочешь от меня? - резко спрашиваю я, сжимая руки в кулаки. - Быстро говори, поможешь ты мне или нет, иначе мне тут больше нечего делать! - В моих глазах вспыхивает огонь, а Макс самодовольно улыбается, будто он только этого и ждал.

- Успокойся ты. - Он поднимает руки с раскрытыми ладонями и обращает их ко мне. - Я помогу тебе, если ты тоже сделаешь мне одолжение. - Ты разрисуешь мою доску. - Он берет свой борд и ставит его перед собой. Он настолько огромный, что я вообще не представляю, как он влезает в комнату.

Его доска белая и, правда, очень скучная. Только в уголке я вижу одну надпись - это фирменный знак бренда, который её изготовил.

- Это не просто, - отвечаю я, нахмурив брови. - Я совсем тебя не знаю, и поэтому будет не просто нарисовать что-то, что будет твоим... Понимаешь?

Он кивает и смотрит на меня иначе. Не улыбается. На миг я снова вижу оттенок боли в его глазах, но он прячет своё лицо за доской, и я слышу, как он прикладывает к ней свой лоб.

- Эмили, ну придумай что-нибудь, - снова говорит он, и я вижу его загорелое лицо, выглядывающее из-за борда. Его волосы опять в таком беспорядке, будто он совсем не знает, что такое расческа. - Завтра я подаю заявку на участие в соревнованиях.

- Я думала, ты занимаешься этим не ради побед. - Макс поставил доску на место, и я снова прекрасно видела его. Помимо футболки на нем были черные штаны с эмблемой калифорнийского колледжа и сидели на нем идеально

- Так и есть, но у меня, как и у каждого серфера, есть одна мечта - попасть в трубу. - Он проводит по воздуху рукой, будто стараясь объяснить мне непонятное слово на иностранном языке.

- Я примерно представляю, что это такое, - киваю я и наблюдаю за тем, как он рассказывает мне об этом.

- Сейчас волны недостаточно хороши для исполнения такого трюка. Но во время соревнований их будут вызывать искусственно. Они будут намного выше и круче. Хотя бы ради этого я готов поучаствовать. Я очень хочу... - начал говорить он, но я его перебила.

- В трубу? - я улыбнулась, на мгновение представив эту картину. - Это так опасно. Ты не боишься... Океана? Я имею в виду... Можно утонуть или разбиться, не так ли?

- Не думаю, - ответил он, вскидывая брови. - Я же не первый день этим занимаюсь. - Он сказал это непринужденно, но мне казалось, что он скрывал то, что он был совсем не против утонуть.

Мы оба замолчали на несколько минут. Я не испытывала чувства неловкости, и мне было совсем не страшно находиться с ним наедине в одной комнате, хотя, когда Кайл вышел покурить, я очень сильно переживала. Почему-то мне казалось, что, несмотря на то, что, иногда, Макс ведет себя как полный придурок, он не причинит мне вреда.

Я мысленно потрясла головой, предостерегая саму себя. Совсем забыла, как хреново ты разбираешься в людях, Эмили?

- Ладно. - Я наконец-то нарушаю наше молчание. - Я сделаю это для тебя, если к завтрашнему вечеру ты напишешь мне сайт, и он будет достоин самого наивысшего балла, который только можно получить.

- По рукам. - Он протянул мне свою ладонь в который раз, но я качнула головой, отстраняясь от него. Он сощурил свои глаза-хамелеоны.

- Эми, у меня такое чувство, будто я заразный. - Он усмехнулся, убирая руку. - Или грязный.

Нет, это я грязная. Эта мысль стремительно пронеслась в моей голове.

- Но мне нужно будет чаще наблюдать за тобой, - поставила его в известность я. - И возможно... - Я тяжело вздохнула. - Тоже прокатиться.

- Что? - его глаза стали в два раза больше, а удивление на лице смешалось с интересом.

- Когда соревнования? - Я задумалась о сроках, которые отведены мне на работу.

- Через месяц. - Макс показал рукой на календарь на стене, на котором этот день был заштрихован красным цветом.

- Хорошо, как только я получу свою пятерку за проект, можешь нести мне свою доску, и я займусь этим. - Я кивнула ему, и в эту секунду в комнату ввалились Кайл и Сандра.

Я резко повернулась на голоса - Кайл держал девушку на руках и покрывал её лицо поцелуями. Сандра крепко прижалась к нему, и, кажется, наконец-то выглядела счастливой. Привычная недовольная мина, которую я обычно наблюдала на её лице, исчезла.

Кайл поставил Сандру на ноги, и по-прежнему крепко обнимая её, посмотрел на нас:

- Если вы оба задержитесь в этой комнате ещё хотя бы на пару минут, сгорите вместе с ней. - Его глаза блестели, а Сандра залилась румянцем и обвила руками его шею.

- Черт, Кайл, я тебя ненавижу, - недовольно заметил Макс и перевел взгляд на меня. - Эмили, я провожу тебя. И прогуляюсь заодно. Десяти минут хватит? - пошутил он, обращаясь к Кайлу, и тот бросил на него недобрый взгляд.

- А ну быстро свалил отсюда, - буркнул он, снова целуя Сандру в макушку. - Прости, Эмили. - Он посмотрел на меня, но я и так уже стояла на пороге, мечтая покинуть эту комнату. Мне было невыносимо смотреть на Кайла и Сандру.

Не только потому, что все пары обречены на конец своих отношений, но ещё и потому, что я представила Кендалл, которая могла бы тоже увидеть это. Как бы она не скрывала этого, но Кайл ей небезразличен.

И Кендалл теперь совсем небезразлична мне. Я привязалась к этой веселой болтушке.

Мне совсем не хотелось возвращаться до Кампуса в компании Макса, и я ускорила свой шаг, надеясь на то, что быстро скроюсь в коридорах здания. Но он не отставал от меня, я слышала позади его тяжелые шаги, и на улице мы уже оказались вместе.

Что-то изменилось за те минуты, что я провела в комнате у парней - на улице стало ещё больше народу, все были легко одеты, да и к тому же, я слышала звуки музыки, которые становились все отчетливее.

- Только не говори, что сегодня десятое сентября, - прошептал Макс, закатывая глаза.

- Именно, а что такое? - пока я недоумевала над тем, что происходит вокруг, ко мне подбежала милая девушка - блондинка в волонтерской форме.

- Сегодня посвящение, - напряженно выдавил Макс, скрещивая руки на груди. - Мое в прошлом году было ужасным. Надеюсь, в этом они придумали что-то получше.

- Ты, Кенинг, вечно всем недоволен, - дружелюбно сказала девушка, протягивая мне баллончик с непонятным содержимым. - Не сомневайся, в этом году никто не заставит тебя есть жучков.

Я посмотрела на Макса. Он весь сморщился, видимо вспоминая тот день.

- Бекка решила пожалеть первокурсников? - ухмыльнулся он, слегка нажав на баллончик. Из него тут же полилась пыльца нежно-голубого цвета. Она серебристым снегом опадала на траву, и я, решив, что это безопасно, тоже приняла свой баллончик.

- О да. На самом деле, ректор не одобрила прошлогоднее посвящение. Поэтому ей пришлось сделать всё по-человечески, а не как обычно, - ответила блондинка и протянула нам ещё и одноразовые очки. - Держите и не забудьте надеть это на глаза.

- А можно не участвовать в этом...? - На его языке явно крутилось ругательное слово, но девушка выразительно посмотрела на него.

- Ладно, я понял. - Он тяжело вздохнул и надел очки, посмотрев на меня сквозь темные стекла. - Студенческая жизнь и все такое.

- Можно я просто вернусь в кампус? - спрашиваю я, пытаясь избавиться от очков и банки, но блондинка уже ускакала к другой толпе учеников, ожидающих своих атрибутов.

- Ага, а мне что предлагаешь делать? Кайл занял комнату, черт бы его побрал. Нет, ну ты, конечно, можешь пригласить меня к себе... - Он посмотрел на меня...Черт, он посмотрел на меня так, что я почувствовала, как все мои органы внутри задрожали от его взгляда. Не знаю, что бы это значило, но его глаза, в сочетании с этой улыбкой, вызывали во мне странные чувства. Они мне не нравились. Совсем не нравились.

- Нет! - отрезала я, направляясь туда, откуда доносилась музыка. - Пойдём уже, я же всё-таки первокурсница. Тем более я слышу неплохую музыку.

Это была песня Muse - Supermassive Back Hole, точнее один из ее ремиксов. По мере того, как мы с Максом приближались к сцене, которая оказалась рядом с центральной площадью студенческого городка, народ прибавлялся. Ещё чуть-чуть и я буду стоять в толпе, где каждый норовит задеть плечом, локтем и прочими конечностями. Я уже начала жалеть, что согласилась на эту затею.

Видимо всё было написано у меня на лице, потому что Макс подвинул двух парней, стоявших рядом, и нашел для нас более или менее свободное пространство. По крайней мере, отсюда я хорошо могла видеть сцену, на которой выступала группа.

- Они все из нашего колледжа, частенько выступают на таких мероприятиях, - пояснил он, когда я присмотрелась к рокерам, выступающим на сцене. Мне нравилось то, как один парень играет на гитаре. Я и сама когда-то ходила на уроки, но потом забросила их, отдав предпочтение рисованию. Когда группа закончила играть, на сцену вышел ди-джей, которого я уже знала, и рок-музыка сменилась на электронную.

- Эй, есть тут кто? - ди-джей поднёс микрофон к губам, и как только он задал свой вопрос, огромная толпа студентов заорала так, что я чуть не оглохла. Я зажала уши руками, а Макс направил на меня свой баллончик с краской.

- Ты готова? - спросил он, улыбаясь. Должна признать, всё это было довольно весело. Вокруг было столько народу, и все были счастливы, что для них придумывают хоть какие-то развлечения, которые помогают отдыхать от напряжной учебы. Когда я училась в школе, у нас не было ничего подобного... Разве что дискотека, которая была раз в году. К тому же на ней никто никогда не танцевал, и всё было довольно уныло - мальчики стояли справа, девочки мялись слева. После двух часов взаимных мучительных переглядываний все расходились по домам - вот и весь праздник.

- Ты, правда, ел жуков в прошлом году? - спрашиваю я, стараясь перекричать толпу. Макс не слышит меня и наклоняется ко мне ближе.

Мне становится нехорошо. Он стоит так близко, что наши руки могут соприкоснуться в любой момент. К тому же его ухо находится почти у самых моих губ. Я скорее повторяю свой вопрос, чтобы не упасть в обморок прямо здесь.

- Ну... Не совсем, - отвечает он громко, пожимая плечами. - Ладно, - потом признается он, ловя на себе мой пронзительный взгляд. - Одного. Кайл и Кендалл тоже их ели. Это было частью посвящения. И ещё нас поливали какой-то грязью из шланга. Поэтому я рад, что в этом году будет краска.

Я рассмеялась, только представив себе, как Кендалл валяется в грязи и при этом закусывает какое-нибудь насекомое. Наверняка она приправила его взбитыми сливками, да и её гораздо больше волновала испорченная форма, чем покалеченный желудок.

Макс смотрит на то, как я заливаюсь хохотом, и я начинаю чувствовать себя неловко. Наверняка я выгляжу не очень привлекательно, во время этого процесса. Я тут же прекращаю смеяться и прислушиваюсь к словам ди-джея.

- Ну что, вы готовы? На счёт три... - произносит он и берёт в руки свой баллончик с краской. Я ещё даже не знаю, какая краска у меня в руках. Но я определенно буду хорошенько целиться в Макса.

- Два... - продолжает он, и толпа начинает галдеть, как ненормальная. Я замечаю, как на сцене включается экран, который показывает на всю стену. И вижу, как все направляют свои баллоны в воздух.

- Один! - выдыхает голос, и тут происходит что-то нереальное. Поднимается такой крик и свист, что мне кажется, мои барабанные перепонки вот-вот лопнут. Я тут же оказываюсь вся заляпанная краской, да и сама размахиваю ей в воздухе. Я снова чувствую себя ребенком - чистым, невинным, радующимся простым вещам. Мой цвет оказывается ярко розовым, и он разлетается надо мной и Максом, смешиваясь ещё с десятком оттенков цветов, которые летят на нас со всех сторон. Музыка режет мои уши, но мне уже всё равно.

POV Макс

-Да уж, в этом году всё оказалось лучше, чем я ожидал, - произнёс я, посматривая на Эмили, которая сняла очки и теперь выглядела довольно странно. Кожа вокруг глаз была единственным местом на её теле, на котором не остались пятна от краски. Её волосы были красного оттенка, на лице преобладала моя голубая краска, а на остальном теле были распределены оставшиеся цвета радуги.

Мы потратили всю краску, и теперь весь народ танцевал, фотографировался или просто болтал. Почти все были трезвыми, за исключением некоторых личностей, потому что мы находились на территории университета.

- Какого черта, ты нормальная, а я весь в розовом? - поинтересовался у неё, глядя на свою одежду. Эми не пожалела своей краски именно на меня. - Ты решила мне отомстить?

- Ага, - гордо заявила она, пшикнув на меня остатки из баллончика. - Так и хотелось стереть самодовольную физиономию с твоего лица, но не получилось.

- Вот значит как. - Я попытался замарать её голубым цветом, но мой баллон уже был пустым.

Я посмотрел на Эмили. Мне нравились её карие глаза теплого оттенка, обрамляемые черными, как смоль, ресницами. Обычно она ходила с нейтральным выражением лица и часто запрокидывала подбородок кверху, но сейчас улыбалась, словно счастливый ребенок. Краска покрывала всё её тело - шорты и майка вряд ли подлежали восстановлению нормального вида. Мой взгляд заскользил по её телу, в который раз я ловил себя на мысли, что мне хотелось бы попробовать её... Да, я определенно не отказался бы заняться с ней сексом, но я был уверен, что она девственница.

Уж слишком сильно она держалась особняком от меня и от всех остальных парней. К тому же эти её крики по ночам. Может у неё страх близости?

Ей не понравилось то, как я откровенно пялюсь на её грудь, на которую легла белая краска. Мне стало плохо, от возникнувших в голове ассоциаций, и я хотел уже увести её подальше отсюда, да проводить домой, как тут случилось то, что по-настоящему шокировало меня.

- Детка, пойдем, я отмою с тебя эту краску? - на Эмили налетел какой-то мудак и обхватил её со спины двумя руками, притягивая к себе за живот. Страх и ужас стремительно пронесся в её глазах перед тем, как она закричала. Она завизжала так сильно, вырываясь из его объятий, что на нас обернулись все, кто находился неподалеку.

Я решил не раздумывать - моя реакция была незамедлительной. Я подошел к типу в краске и был рад, что не вижу его мерзкого лица. Отрывая его от Эмили, я взял его за края футболки и, хорошенько встряхнув, двинул кулаком под дых.

- Отвали от неё, понял? Иначе я тебе мозги вымою, а не краску, - сквозь сжатые зубы прошипел я, ударив его ещё раз. Чувак был пьяный в стельку и совершенно не понимал, что делает. Наверняка Эми была не первой девушкой, которую он лапал сегодня.

Я отпустил его и на мгновение задумался, почему я так отреагировал на это. Будь на месте Эмили Рейчел или Ребекка, я бы, наверное, даже бровью не повёл. Но просунувшийся зверь внутри меня хотел разорвать пьяного мудилу на кусочки и рассыпать по ветру.

Когда я очнулся от своих мыслей, Эми уже не было рядом. Пьяный парень валялся на траве и стонал от боли. Я еле сдержался от того, чтобы не пнуть его напоследок, но нужно было догнать девушку.

- Эми, стой! - крикнул я, распознавая её по одежде. Она шла вперёд, не сбавляя шагу, и когда я подошёл ближе, услышал, что она рыдает.

Не плачет, а у неё серьезно самая настоящая истерика.

- Да что тебе нужно? - сквозь слезы закричала она, останавливаясь. Я смотрел на её дрожащее тело и лицо, на котором не осталось ни тени былой радости. Лишь боль и отчаяние читались в её глазах, которые были мне так хорошо знакомы. Но я не понимал, что трагичного в том, что какой-то придурок полапал её. Да, думаю это не очень приятно, но зачем же так рыдать?

- Успокойся, Эми... Шшш... - Я потянулся к её рукам, чтобы успокоить, но девушка только вскинула их кверху и, развернувшись, пошла дальше.

- Не хочу, чтобы ты видел меня, не хочу. Уйди Макс! - захлебывалась в слезах она тем временем, пока я шел за ней.

- Объясни мне, что с тобой... - неуверенно начал я, но она кинула на меня взгляд полный ненависти.

- Не делай вид, что ты хороший! - Она вдруг остановилась и чуть ли не ткнула указательным пальцем мне в грудь. - Ты такой же, такой же... - шептала она. Слезы размывали краску на её лице, но совершенно не портили её. Даже с этой нелепой краской, с истерикой на лице, ей удавалось быть красивой.

- Да о чем ты говоришь вообще? Я не понимаю, - возразил я, стараясь поговорить с ней, но мы все ближе подходили к её кампусу.

- Я... Мне просто... - Она остановилась, тяжело дыша, а потом, посмотрев в небо, прошептала: - Я просто испугалась.

Да уж, у этой девушки точно не всё в порядке с головой. Я бы засмеялся, но я и сам был со странностями, поэтому не стал издеваться над её чувствами.

- Всё хорошо, Эми. Если ты будешь так рыдать каждый раз, когда тебя кто-то лапает, тебе лучше покинуть эту страну, - пошутил я, но она посмотрела на меня ещё более испуганным взглядом и обхватила свои плечи руками.

- Нет. Только не домой, - тихо сказала она, закрывая глаза. - Макс, мне нужно идти. Прости, что ты это увидел, - прошептала она, слегка успокоившись.

Её настроение менялось со скоростью света, и вот уже я сам совершенно не понимал, что она за человек. Почему с ней не может быть просто, как с другими девушками...

Я не успел ничего ответить, Эмили скрылась в кампусе для девочек, а мне было запрещено заходить туда после двенадцати.

Я развернулся в сторону своего здания, встречая на пути людей таких же разукрашенных, как и я. Они смеялись, а у меня на душе вдруг стало паршивей некуда. Что за всплеск эмоций был по отношению к тому парню? Я не помню, когда в последний раз меня одолевало это забытое чувство собственничества.

Я уже и забыл, что такое вступаться за девушку. Вот черт, Макс. Только не смей к ней привязываться. Не смей привязаться к этой странной девушке, которая словно прилетела с другой планеты.

Мне безумно хотелось расслабиться, снять напряжение, которое завладело всем моим телом. Я забегал глазами по девушкам, которые возвращались с фестиваля, и я не мог различить их лица из-за красок, украшавших их тела.

Мне было всё равно, вообще-то. Я хотел любую. Я хотел секса - бессмысленного, живого и безумного. Больше не задумываясь ни на секунду, я подошёл к одной из пятерых девушек, собравшихся в кучку, и изъявил свое желание ей прямо в глаза. По её лицу я понял, что она знала, кто я.

А вот я совершенно понятия не имел, кто она. Но это всё было не важно - её не пришлось упрашивать долго. Уже через пятнадцать минут я был в какой-то комнате и трахал её прямо на прикроватной тумбочке, которая тряслась, под девушкой каждый раз, как я загонял в неё член.

- О да, дааааа... - кричала она и потянулась к моим губам, обхватывая за плечи. Её длинные ногти впивались мне в кожу, словно перочинные ножи. Я отстранился от неё и, слегка взяв за шею, прошептал:

-Я никого не целую, детка, - моё дыхание было сбивчивым, я уже был близок к оргазму, и меня не волновало, что девушка была ещё слишком далека от него. Когда всё закончится, я не вспомню её даже с краской на лице.

POV Эмили

У нас общий душ на три комнаты, но пока все были на празднике, он был совершенно пустой. Это радовало меня, потому что я ввалилась туда прямо в одежде и, встав под горячую воду, снова заплакала, пытаясь смыть с себя всю грязь.

Плевать мне было на краску. Я чувствовала себя мерзкой внутри. Воспоминания охватывали меня, застревая в горле, душили. Красная краска стекала с меня, словно кровь. Я ударила двумя кулаками стену и беззвучно закричала.

Давид позаботился о том, чтобы все в школе узнали правду. Искаженную правду. Все шептались о том, что я встречалась с мужчиной, который гораздо старше меня. Что я шлюха. Девочки посматривали на меня с осуждением, мальчики с интересом. Каждый из них теперь хотел познать со мной "радости" секса.

- Сколько ты стоишь, Бломен? - я слышала это в школьных коридорах и не понимала, как люди могут быть такими жестокими. Конечно, многим было все равно, но находились и такие.

- Пойдемте, девочки, - слышала я каждый раз, когда пыталась поздороваться с какими-нибудь девчонками, которые раньше ко мне неплохо относились.

Я не верила, что всё это происходит со мной, что вина Давида может быть не доказана, что он останется на свободе и будет преследовать меня. Столько страхов накрывало мою душу, покрывая её беспросветной тьмой, из которой я не видела выхода.

Мне казалось, что я иду по школьным коридорам голая, грязная, и на моём теле, на каждой клеточке, большим и жирным шрифтом написано "шлюха".

Я была опустошена. Меня радовало только то, что скоро будет выпускной. Я ходила в школу в свитерах, закрывающих руки и шею и в плотных легинсах. Так я наверняка скрывала свои синяки и ссадины, оставленные Давидом.

Лицо он тоже не пощадил. Звук его частых пощечин отзывался в моем сердце, разгоняя ужас по телу с бешеной скоростью. Я могла только плакать. Я даже не разговаривала с мамой и Русланой - они пытались помочь мне, но не знали как. И я не знала, как помочь самой себе.

В каждом кареглазом брюнете я видела Давида и пряталась от него, выжидая, когда школьный коридор будет свободен. Всё чаще и чаще я просто слонялась по школе и молчала... Серая, незаметная и никому ненужная.

Глава 8

POV Эмили

На следующее утро первое, что я сделала с самого утра, это отправила Максу техническое задание по своему предмету. Хотя, я вообще сомневалась в том, что он будет мне помогать после вчерашней истерики. Я пыталась понять, почему он вступился за меня? Какое ему дело до того, что какой-то пьяный придурок схватил меня за задницу? Мы же были знакомы от силы одну неделю.

Но выбора у меня не оставалось - сроки сдачи задания поджимали, и я с неохотой написала ему небольшое письмо с просьбой сделать всё, как можно скорее. По скриптум: я снова пообещала ему, что как только получу "отлично" за нашу совместную работу, я сделаю то, о чем он попросил меня.

Хотя, честное слово, я и понятия не имела, как я буду делать это. Нарисовать что-то для себя - это одно дело, но разрисовать чужую доску... Это то же самое, что разлить банку с чернилами на его личный дневник.

Звонок по скайпу отвлек меня от мыслей о предстоящей работе, и, приняв вызов, я включила камеру и увидела Руслану.

Мы с сестрой были довольно похожи, но, несмотря на это, я считала её самой красивой девочкой на свете. Её волосы были темнее моих - насыщенного каштанового цвета. Кожа смуглая от природы и очень пухлые, словно бантик, губы.

К тому же она была умна не по годам. Она мечтала стать психологом и сейчас готовилась к поступлению в университет. Впереди у неё целый год, чтобы подготовиться к экзамену, но я уверена, что она с легкостью сдала бы его и сейчас.

- Доброе утро, моя именинница! - она помахала мне рукой и послала несколько воздушных поцелуев. В кадре я заметила три шарика, которые она держала в руке, и сначала не поняла, к чему это всё.

Я и забыла, что у меня сегодня день рождения. Я с пятнадцати лет не праздновала его, если только в кругу семьи. Обычно мы с Русланой в этот день ходили в кино, и подарки я получала только от неё и от мамы.

Пока я не успела прийти в себя, она начала напевать мне "Happy birthday to you" и надела на голову остроконечную шапочку из картона. В другой её руке была какая-то погремушка, которой она размахивала в разные стороны. В общем, моя сестра была ещё ребенком, и я завидовала её детской непосредственности и беспечности.

- Лана... - Я улыбнулась, наблюдая за счастливой сестрой. - Если бы не ты, я бы совсем забыла про свой день рождения.

- Вот ты глупая, - вздохнула она, заканчивая петь. Она покачала головой и пригрозила мне пальцем. - Мне так грустно, что я не с тобой в этот день. Я очень скучаю.

- И я скучаю по тебе. - Я тоже отправила ей воздушный поцелуй, и мне вдруг безумно захотелось обнять сестру.

- Мама всё равно сегодня готовит твой любимый торт. - Она посмотрела в камеру, и я залюбовалась её большими чёрно-карими глазами. - Надеюсь, ты повеселишься там, а не будешь тухнуть, как обычно.

- Ну, зачем ты так с нашими ежегодными вылазками в кино в этот день. Это совсем не тухло, - возражаю я, приподнимая брови.

- Это скука, сестричка. Ты же в Америке! Ну что, как тебе там? - непринужденно спрашивает меня она, присылая параллельно какие-то фотки, которые она сделала за последнее время.

- Хорошо. По крайней мере, здесь... Мне спокойнее, - осторожно говорю я, и мы встречаемся взглядами. Руслана кивает, намекая мне на то, что не хочет говорить со мной о Давиде в такой день. Я и сама не хочу о нем говорить, но мне не терпится узнать, что решил суд на счёт его условно-досрочного освобождения из тюрьмы. Я понимала, что здесь, на другом конце земли, он никогда не найдет меня, и всё же в моей душе блуждали прежний страх и неприятное предчувствие.

- Подружилась с кем-нибудь? - Она была готова завалить меня вопросами, но я ответила лишь на последний.

- О да. Ты не поверишь, но я подружилась с чирлидершей, которая дружит с типичным американским футболистом, который дружит с другой чирлидершей. Чем тебе не "Дневники Вампира"? - Мы обе захихикали, вспоминая наши совместные просмотры сериалов по вечерам.

- О нет, только не говори, что там и, правда, на каждом шагу красавчики вроде Йена Сомерхолдера... - Она картинно закатила глаза и положила руку на сердце.

- У нас с тобой разные вкусы, - ушла от ответа я, потому что я смотрела этот сериал не из-за актеров, а из-за того, что мне всегда нравились вампиры. Я бы тоже хотела быть неуязвимой, как они. И прогрызть своему обидчику горло.

- Ну да ладно тебе. Присмотри мне хоть одного, - взмолилась она, снова рассмешив меня.

- Ты приедешь ко мне сама когда-нибудь, - с грустью заметила я и услышала, как просыпающаяся Кендалл начала ворочаться.

- Мне нужно собираться на пары. - Руслана в это время тоже зря времени не теряла: она сидела с зеркалом в руках и красилась в школу. Хотя, я бы на её месте не тратила бы на это время - уж больно она красивая и без косметики.

- Хорошо. Проведи этот день классно, я буду требовать с тебя фотоотчет в вотс-апе. Мама тебе попозже перезвонит, она убежала на работу. С днём рождения, сестричка! - Мы попрощались друг с другом, и я отключилась от сети. Только я хотела лечь вздремнуть ещё на пять минут, как услышала бодрый голос Кендалл:

- Да как ты посмела утаить свой день рождения? - возмутилась она, усаживаясь на кровати. Я не понимала, как она узнала, что у меня день рождения - с Русланой я разговаривала по-русски.

- Я слышала, как твоя сестра пела тебе. Блин, ну ты даешь! - она встала и взмахнула двумя руками, сокрушаясь. - Столько всего нужно подготовить. А что тебе подарить? Ещё сегодня игра у Кайла и наше выступление... Это будет великий день!

Я посмотрела на Кендалл, полную бодрости и энтузиазма, и поникла. Нет, только бы она не разболтала всем про мой день рождения. Не хочу привлекать к себе лишнее внимание.

- Кенди, пожалуйста, забудь об этом, - умоляю я, складывая руки в молебном жесте. Кендалл делает вид, что ей всё равно, и вертит пилочку для ногтей в руках:

- Да я уже забыла. Хорошо, никакого дня рождения. Никаких подарков. Окей. - Она хмыкнула и раскрыла свой шкаф, из которого валились горы одежды, с выражением лица: "О Боже, ну опять нечего надеть!".

- Вот и славно. - Я следую её примеру, да только хватаю первую попавшуюся кофточку и джинсы.

- Ну, ты хотя бы придёшь на игру? - осторожно интересуется она, выразительно глядя на меня. Этот взгляд не оставляет мне выбора. Если я скажу "нет", она от меня не отстанет.

- Ладно. Я хочу поддержать Кайла, - сдаюсь я, и мне почему-то хочется рассказать Кендалл о том, что я вчера видела в комнате Макса. Не знаю, что происходит между Сандрой и Кайлом, но, возможно, это просто привычка, а не любовь. Хотя они, правда, выглядят счастливыми, когда вместе.

- У него всё получится, я уверена. Обычно он устраивает вечеринку в честь победы. Наверняка Ребекка уже готовит её, - напоминает она, и я останавливаюсь, как вкопанная, перед тем, как уйти.

- Вечеринка? Опять? - недовольно спрашиваю я и морщусь при мысли об очередной пьяной тусовке. Мне не хотелось бы повторить свое триумфальное падение в пену.

- Я пойму, если ты не придешь. Тем более... Никакой вечеринки не будет в случае нашего проигрыша. Хотя, конечно, надеюсь, такого не будет. Ой, прости, мне звонит Сандра. - Она прерывает свой монолог и берет трубку, разговаривая с подругой: - Что? Опять поссорились? Зачем ты выводишь его из себя перед игрой? - её выражение лица было мрачнее тучи, хотя я никогда не видела Кендалл такой. Ее совсем не устраивало то, что сообщает ей подруга. - Хватит реветь! - вдруг прикрикнула она, так, что я аж вздрогнула. Не дослушав их разговор, я вышла из комнаты, в надежде успеть к первой паре.

День проходил довольно неплохо: мой первый урок был об истории современного искусства, и я действительно узнала много нового. Преподаватель посоветовала нам сходить в библиотеку и взять необходимые учебники, которые пригодятся на занятиях.

Сразу после первой пары у меня был перерыв в целый час, который я обычно тратила на то, что прогуливалась по кампусу или загорала на траве, читая книгу. Но я вспомнила о том, что ещё ни разу не ходила в открытый кафетерий и решила исправить это.

Столовая под открытым небом представляла собой большую площадь, в центре которой стоял фонтан в виде русалки, покоряющей скалу. Он был украшен рыбами и другими абстрактными узорами, и мне нравилось то, что он сделан из красивого зеленого камня - я не знала его названия.

На площади стояли столики, а неподалеку шатер, в котором раздавали комплексные обеды для всех студентов. Сегодня ланч был на выбор, и я взяла себе тот, что содержал больше белка: курица, стручковая фасоль и творог с фруктами. Я огляделась в поиске места и заметила, что почти все сидят с огромными бургерами и поедают картошку фри. Особенно парни. Моя взгляд невольно упал на Ребекку, когда она взмахнула своими ярко-бирюзовыми волосами. Её поднос был почти пуст - лишь вода от VOSS и жалкое подобие моего творожка. Мой взгляд на неё был мимолетный, но она всё равно не упустила его из виду. Она сидела в большой компании, состоящей из парней и девушек, и я поспешила скрыться от неё и нашла небольшой столик по другую сторону фонтана.

Как только кусочек курицы оказался около моих губ, я услышала голос Ребекки и поняла, что мне не стоит ждать от этого ничего хорошего.

- Ну что ж, привет, новая подружка моего братца, - проворковала она, усаживаясь напротив меня. Рядом с ней сел парень, и сначала я не обратила на него внимания, приняв его за очередную игрушку Ребекки.

Я молчала, замерев с куском курицы перед своим носом. Мне хотелось погнать Ребекку восвояси, но я решила не идти на конфликт и просто игнорировать её.

- Знаешь, Эмили, думаю, у нас с тобой не вышло знакомства. - Она улыбнулась мне белоснежной улыбкой, словно рекламировала отбеливающие полоски для зубов. - Но хочу, чтоб ты знала, что я не держу на тебя зла за то, что ты повалялась в моём бассейне.

Я крепче сжала вилку в руках, пробуравив её истребляющим взглядом. Но потом натянула подобие улыбки в ответ.

- Так вот, в знак примирения хочу показать тебе, что не злюсь. И знакомлю тебя с Дмитрием. Думаю, вам есть о чем поговорить. - Она хихикнула и нежно погладила Дмитрия по плечу, как будто он был товаром, который она продает.

Я взглянула на парня - теперь я решила, что он достоин моего внимания. Парень был статный - это было видно по его одежде: накрахмаленная белоснежная рубашка из дорогой ткани, идеально завязанный галстук и золотые запонки. Взгляд был добрым, несмотря на напыщенность одежды, и глубокий, что могло говорить только об одном - он тоже русский.

Конечно, об этом мне сказало и его имя, но было в нём что-то такое "родное", от чего я уже успела отвыкнуть за эти дни.

- Я Эмили, - говорю я, пожав плечами.

- Приятно познакомиться, Эмили, - говорит он по-русски, и я улыбаюсь ещё шире.

- Ты, наверное, тот самый единственный русский студент, о котором рассказывала мне Кендалл... - Я отвечаю ему на родном языке и вижу смятение на лице у Ребекки. Скорее всего, она боится, что мы обсуждаем её неровный маникюр или слишком сильную штукатурку на лице.

- Так-так, ребята, я вас оставлю, - милым голосом говорит мне Ребекка и подмигивает. Потом она добавляет более зловещим тоном: - Надеюсь, ты понимаешь, Эмили, что есть вещи... - Она выразительно смотрит на Дмитрия, а потом на меня. - Которые словно созданы для тебя. - А есть вещи, от которых лучше держаться подальше. - Она прищуривает глаза, но я и без этих угроз понимаю, что она имеет в виду. Таким незатейливым образом она намекнула мне, что я должна обходить Макса стороной.
Да легко. Пусть забирает.

Она выходит из-за стола и покидает нас с Дмитрием, послав ему на прощание воздушный поцелуй.

- Только не говори, что это твоя лучшая подруга, - говорю я и наконец-то пытаюсь поесть.

- Ну, с Ребеккой тяжело. Но я вице-президент студенческого совета. На самом деле, я - исполняющий обязанности президента, а Бекка только на словах президент... В общем, все сложно. И также я представитель братства "Бетта Каппа Зетта", одного из самых древнейших братств Америки. - Он говорит спокойным и ровным голосом, будто бы он и вправду политик. Почему-то я видела его оратором в будущем или даже конгрессменом. У него была приятная внешность, хорошо поставленная речь и явно хорошие мозги, иначе он бы, как минимум, не поступил в этот университет.

- Звучит солидно. - Я надеялась, что не смущаю его своим жующим видом. - А я просто Эмили. Я не состою ни в братстве, ни в команде по чирлидингу... Что со мной не так, не знаешь?

Он улыбается, и его серые глаза искрятся теплым серебром.

- Ты самая нормальная из всех, кого я здесь знаю, - возразил он, явно пытаясь мне понравиться. - И я рад, что мы познакомились.

- Я тоже очень рада, - вежливо отвечаю я, заскучав. Мне нравился Дмитрий, но пока он не вызывал у меня особого интереса.

- Сейчас мне нужно на собрание братства, но я надеюсь, что мы увидимся на игре... - Он посмотрел на Ролекс, утяжелявший его руку. - Если я успею на неё. Или на вечеринке у Картеров.

Он встал и посмотрел на меня сверху вниз и достал какую-то небольшую вещь из своей сумки. Коробочку синего цвета.

- И, кстати, с двадцатилетием тебя, Эмили, - сказал он бархатным голосом и поставил коробочку прямо перед моими глазами. У меня пересохло в горле, да так, что я даже не нашлась, что ему ответить.

За столом нас осталось трое: я, мой шок и синяя коробочка, в которой, как оказалось, лежали две сережки с небольшими бриллиантами.

Но это... Это бриллианты? У него все в порядке с головой? Да за кого он меня держит? И что значит этот подарок? Откуда он знает про мой день рождения?!

Я надеялась узнать ответ хотя бы на один вопрос из этого списка.

POV Макс

- Думаешь, у меня все получится? - едва шевеля губами, спрашиваю я, когда подписываю заявку на участие в соревнованиях. Никто не замечает, что я разговариваю сам с собой, и меня это радует. На деле я мысленно обращался к своему брату за поддержкой.

Ответа не было. Как всегда. Моя связь с Гансом прервалась более года назад, и с тех пор он становился от меня всё дальше и дальше. Раньше я чувствовал, что между нами есть нечто вроде телепатии - общение без слов, полное взаимопонимание. Иногда мне казалось, что вот ещё чуть-чуть я напрягусь, и он сможет передать мне сообщение прямо в мозг о том, что с ним все в порядке.

Но сколько бы вопросов я не задавал, ответ так и не приходил ко мне. Я знал, что это может значить только одно. Просто я не хотел с этим мириться.

Я не мог отпустить Ганса и не хотел. Он был частью меня, моей душой.

Я сделал задание для Эмили ещё вчера вечером, но всё равно был приятно удивлен, когда получил письмо от неё на свою почту. Наивная девушка еще до сих пор была не в курсе, что у меня, как и у многих учеников, есть доступ к серверу, на котором лежала вся основная информация об учениках и их домашние задания. Ладно, к домашкам доступ был закрыт для обычных людей, но мне, как хакеру, пробиться через систему не составило никакого труда. Я просто хотел скорее закончить с её сайтом, чтобы сегодня успеть на игру.

Ведь нет большего удовольствия, чем два часа к ряду пялиться на то, как твой лучший друг бегает по полю в попытке словить дебильный мяч, при этом на нем это шикарное обтягивающее трико, от которого теряют сознание все девчонки, и накладные плечи, которые делают его больше раза в два. Наверное, парни занимаются регби, чтобы выглядеть качками. Впрочем, у всех свои интересы, тем более, я собирался смотреть вовсе не на игру, а на то, что вытворяют в перерывах между таймами Кендалл и Сандра, ну и остальные девушки.

Перед выходом заметил на тумбочке какую-то салфетку, на которой был записан номер моего вчерашнего секса. Не задумываясь и не читая его, я смял салфетку и выбросил её в урну. На что она рассчитывала, когда я трахал её на тумбочке? Надеюсь не на предложение руки и сердца. Хотя, должен признать, она довольно хороша. Не считая того, что она почти ничем не отличается от моих предыдущих девушек, лица которых я уже не различал.

Они были безликие, ненастоящие. Резиновые куклы.

Я всё-таки немного опоздал на игру. Когда я пришёл, кто-то из команд уже заработал очки в свою копилку. Стадион был полон народу - толпа ревела, как неугомонная, ещё громче, чем было вчера на фестивале красок. Лица учеников были разрисованы в фирменные цвета их команд - а у нас это красный и желтый, и некоторые поднимали в воздух огромные плакаты со словами поддержки.
Ястребы не отставали. На их зоне происходило почти то же самое, за исключением того, что им пока было не до веселья. По-моему мы вели этот счёт.
Я огляделся, находясь на одной из трибун, и поискал взглядом Эмили. Мне не терпелось рассказать о том, что я покончил с её заданием, но девушки нигде не было. На глаза попалась только Ребекка, которая поманила меня к себе пальцем, и я с неохотой решил присоединиться к ней.

Не глядя на Бекку, я развалился на трибуне рядом с ней, и тут же оказался окутан её вниманием с головы до ног.

- Привет, малыш, - промурлыкала она, наклоняясь к моему уху. Её руки уже лежали на моём животе, а пальцы медленно и соблазнительно бегали по торсу.

Я уставился на поле, полностью игнорируя её махинации, лишь небрежно кинув в ответ:

- Привет, стерва. - Бекка в ответ лишь крепче обвила меня за шею одной рукой. У меня опять возникло это странное чувство, будто я оказался в лапах змеи, которая мечтает вонзиться мне в шею.

- Ну, зачем ты так, со мной? - Её губы щекотали мочку моего уха, а пальцы скользили по животу, направляясь вниз. Я наконец-то посмотрел на неё. Всё это льстило моему самолюбию и немного возбуждало. Я был не железный. Может ещё пару недель, и она добьется своего.

В конце концов, она ничем не отличается от девушек, которых я трахаю, так может и ей дать шанс проявить себя?

- Назови мне дату, - коротко отрезал я, вглядываясь в толпу. Мои глаза искали кое-кого, кто, видимо, хорошенько прячется от меня после вчерашней истерики.

- Какую еще дату? - не поняла девушка, замерев.

- Дату, когда ты от меня отвалишь, - усмехнулся я и убрал её руки от себя. Она поджала свои пухлые, измазанные бордовой помадой губы и состроила недовольную мину. Любого другого она, может быть, и поставила бы на место, но не меня.

- Макс, перестань. Ты сегодня идешь на вечеринку? Я хочу показать тебе свою комнату... - Она мечтательно закатила глаза и зазывно посмотрела на меня, проводя рукой по своей груди.

- Я не знаю. - Я напрягся, посмотрев на счет на световом табло. Черт, я и сам не заметил, как мы начали проигрывать. Ястребы вывели на поле какого-то нового игрока, который носился по полю, словно заведенный.

А вот Кайл плелся так, будто на его плечах лежал груз в парочку тонн. Вся команда словно следовала примеру своего капитана и была не в лучшей форме. Сандра, Кендалл и другие девочки из группы поддержки старались, как могли, но, кажется, даже их боевой настрой немного угас.

- Как видишь, вечеринки может и не быть. - Я становился все мрачнее и мрачнее, в то время как мы пропускали мяч за мячом. Это было просто ужасно - 80 процентов владения мячом принадлежало команде соперника.

Ребекка что то ответила мне, но я не услышал. Мой взгляд, наконец-то нашёл в толпе Эмили - она сидела на пару рядов ниже меня. Её волосы сегодня пышнее, чем обычно, и были уложены в крупные локоны, которые доставали ей до середины спины. Руки она сложила вместе и прижала к губам, внимательно наблюдая за игрой. Кажется, исход матча её совсем не радовал.

Наша трибуна превращалась в одну сплошную депрессию, в то время как трибуна соперника уже чуть ли не праздновала победу. Мне это совсем не нравилось.

- Да, мой братец чего-то совсем сдулся, - заметила Бекка, приподняв одну бровь. Она наконец-то перестала меня обхаживать, и я смог вздохнуть полной грудью.

- По крайней мере, он спас меня от посещения твоей комнаты, - пошутил я и, облокотившись на свои колени, принялся наблюдать за остатком текущего матча. Иногда я искоса поглядывал на Эми. По обе стороны от девушки сидели два каких-то парня, и я гадал, вышло ли это случайно, или она пришла с кем-то из них. А может быть и с двумя сразу.

- Хм... А эта новенькая... Эмили, да? Слышала, она встречается с Дмитрием. Ну, ты знаешь, нашим вице-президентом и председателем братства, - вдруг ляпнула Бекка, поймав мой взгляд, застывший на девушке.

Я почувствовал себя так, словно кто-то взял мой желудок в кулак и сжал его, не пощадив своих сил.

- Мне-то ты зачем это говоришь, - грубо отозвался я, переводя взгляд с Эмили на поле. - Мне плевать. Ты только грузишь меня ненужной информацией.

Ребекка внимательно посмотрела на меня, пытаясь разглядеть признаки лжи на моем лице. Но я-то знал, что отлично умею скрывать свои мысли.

Когда прозвенел сигнал о том, что игра закончилась, трибуна «Ястребов» взревела счастливыми криками. Я потянул себя за волосы, пребывая в полном шоке. Нет... Конечно мы и раньше проигрывали, но не с таким позорным счетом.

Эмили тоже выглядела грустной. Она встала и направилась к выходу после того, как часть толпы разошлась. Я знал, что должен догнать её.

Мне, в конце концов, нужно было поговорить с ней насчёт сайта. Мне нужно было поздравить её с днём рождения. Черт возьми, да я готов даже о погоде с ней заговорить, лишь бы она не шла сейчас вслед за этим гламурным пареньком Дмитрием.

Но они встали вместе и шли в одну сторону. Я посмотрел на Бекку и произнёс сквозь сжатые зубы:

- Так что ты там говорила насчёт своей комнаты?

Глава 9

POV Эмили

Никогда ещё не видела Кендалл в таком подавленном состоянии. Она уходила с поля и пыталась улыбаться, но эта её улыбка в корне отличалась от той, к которой я уже успела привыкнуть. Она что-то говорила Сандре по пути в раздевалку, но той, похоже, было еще хуже - девушка чуть ли не плакала.

Кайл, можно сказать, просто сбежал сразу же после игры - он сорвался и скрылся за дверью, которая вела в мужские и женские раздевалки. Мы с Кендалл договорились, что встретимся там после игры, но теперь я даже не знала, стоит ли мне их ждать.

Дмитрий сидел со мной рядом весь матч, но мы почти не разговаривали. Ему не особо-то был интересен регби. Большую часть времени он просидел в телефоне, постоянно общаясь с кем-то по электронной почте. Конечно, он уделял внимание и мне, но никак не тому, что происходило на поле. Я же в свою очередь просто отвечала на его вопросы из разряда: «А из какого ты города? А сколько тебе лет? Ты всегда такая молчаливая?». Или кивала головой, когда он рассказывал о себе.

Дмитрий родился в Москве и сейчас получал уже второе образование здесь, в Лос-Анджелесе. Ему недавно исполнилось двадцать пять лет, и у него уже был свой небольшой бизнес на родине, которым он занимался дистанционно. Что-то связанное с грузо-перевозками, как он мне рассказал, но я не стала вдаваться в подробности. Что бы там ни было, это приносит ему хороший доход, что он всячески стремится показать. В то же время он был очень галантным, вежливым... Но, всё же, я присматривалась к нему, потому что знала, как хорошо люди скрывают свою настоящую сущность под любой из выбранных масок.

Хотя, единственное, к чему я проявила интерес - откуда он знает о моем дне рождения. Ну, как человек мог узнать о моем празднике, да еще и приготовить такой подарок? Эта мысль не укладывалась в голове, пока Дмитрий не объяснил:

- Я давно за тобой наблюдаю. Вот и залез в Университетскую базу учеников, случайно заметив, что твой день рождения совсем скоро. Ну, а там подговорил Бекку познакомить нас. Она, почему-то, была очень осчастливлена моей просьбой...

- Похоже, никакой вечеринки не будет, - заметил он, когда игра закончилась. Мы с ним вместе направились к выходу со стадиона, но я сразу предупредила его о том, что буду ждать подругу у раздевалки.

- Похоже, - с облегчением вздохнула я, и он посмотрел на меня с большим интересом. Я устала чувствовать на себе чужие взгляды. В последнее время мне уделялось слишком много внимания, и мне хотелось, как раньше, закрыться в своей комнате в гордом одиночестве и рисовать, поедая шоколадную пасту. - Мне нужно к подруге, - быстро кидаю я, когда мы останавливаемся на месте, где скопилось много народу. - Ещё увидимся.

Я бросаю на него извиняющийся взгляд, оставляя его в легком смятении, а сама скрываюсь в толпе. Мне почему-то хочется скорее поговорить с Кендалл, Кайлом и Сандрой, и узнать, что у них произошло. Когда я спускаюсь по лестнице в зону раздевалок, я уже слышу чьи-то голоса, которые находятся на повышенных тонах.

- Это ты завела меня перед игрой! - Я никогда не слышала, чтобы у Кайла был такой свирепый голос. - Черт.

- Кайл, прости меня. Я, правда, не хотела, чтобы так вышло... - Я увидела, как Сандра стоит перед ним и вытирает слёзы, которые ручьями стекают по её лицу.

- Ты вечно так говоришь, а потом всё повторяется. - Он сбавляет громкость и тяжело вздыхает, разводя руки в сторону. - Ты не понимаешь, что регби - это, черт возьми, моя жизнь, и сейчас я подвел всю команду...

- Не нужно делать вид, что ты сам ни в чём не виноват! - возмущается вдруг девушка, прекращая плакать. - Что у тебя с ней?

- Сколько уже можно... - Кайл облокотился на стену, оставаясь без сил. - Я тысячу раз тебе говорил это. - Он махнул на неё рукой, и я увидела лицо Сандры, полное боли и разочарования. Она качала головой, будто не верила, что их ссора происходит на самом деле.

Только сейчас до меня дошло, что я нагло за ними подглядываю, а это... Ну... Не очень хорошо.

- Прости меня, Кайл... - с нежностью говорит Сандра и берёт своего молодого человека за руки. Он не отталкивает её, но я вижу, что парень до сих пор зол. В этот момент я выхожу, и они видят меня, а из раздевалки с недовольным лицом появляется Кендалл:

- Вся женская раздевалка слышит ваши разборки! - ворчит она и замечает меня.

- Ну что, Эми, это было слишком паршиво? - спрашивает меня Кайл, но на его лице появляется привычная улыбка.

- Игра мне понравилась. - Я пожимаю плечами, окидывая их всех своим взглядом по очереди. - И не нужно убиваться из-за проигрыша. Вам всем. Это не конец света.

Они посмотрели на меня так, будто я совершенно ничего не понимаю. И я действительно не понимаю. Но потом они переглянулись между собой, и Кайл произнёс:

- Всё, Эмили права. Пойдёмте, отпразднуем наш проигрыш и её день рождения. - Сандра посмотрела на него с укором, но его рук не отпустила. Кендалл расплылась в широкой улыбке - ну, конечно, она всегда за любую вечеринку и движение.

Я не стала спорить, потому что знала, что это бесполезно. Даже если я собственноручно привяжу себя к кровати, Кендалл уж точно затащит меня на эту вечеринку.

***

Дом Кайла и Ребекки показался мне просто огромным. В прошлый раз мы подъезжали к нему со стороны пляжа, и я не могла оценить его истинные размеры. Он напоминал мне современный замок с высокими панорамными окнами, плоской крышей и просторной прилегающей территорией. Тут был и бассейн, и много места, где можно провести время, валяясь на траве. Два корта - один для игры в баскетбол, другой для волейбола. И много огней, подсветки и музыки, подготовленных к вечеринке. Первое, что я увидела, когда мы зашли во двор - это надпись, растянутая на балконе второго этажа, которая гласила: "С днём рождения, Эмили!", и много шаров, украшавшие всю территорию террасы.

- Тебе нравится? - спросила Кендалл, когда увидела, что я уже минуты две не свожу глаз с плаката. - Эми, я так старалась...

- Одна? - Кайл прокашлялся, кинув недовольный взгляд на Кендалл.

- Мы, - выделила это слово она, закатив глаза, - старались. Я просто хотела, чтобы у тебя был настоящий праздник... Ты не злишься? - Она взяла меня за руку и посмотрела в мои глаза.

Злюсь? Конечно, я ненавижу вечеринки, ненавижу шумиху вокруг себя, но, с другой стороны, никто и никогда не делал что-то для меня. Ничего подобного. Мама и сестра не в счёт - они всё-таки были моей семьей. Я имею в виду...

Я просто обняла Кендалл, крепко сжав её в своих объятиях. Мне было неважно, что это будет всего лишь одна из очередных пьяных вечеринок для всех остальных. Самое важное то, что для парочки людей в этой стране, мой день рождения - это не пустой звук.

Она обняла меня в ответ, и я почувствовала себя странно. Может быть, я бы назвала это новое чувство доверием. Маленький огонек дружбы будто бы зародился в моём сердце, я теперь себя чувствовала ответственной за Кендалл, как за свою сестру. Мне просто хотелось, чтобы она никогда не плакала, и у неё все было хорошо. Надеюсь, её вечная улыбка так и будет первым, что я вижу, когда просыпаюсь.

- Так, девчонки, я сейчас расплачусь. - Кайл картинно начал убирать слёзы со своего лица и прижал к себе Сандру. Пока мы ехали на вечеринку, они выясняли отношения всю дорогу, сидя на заднем сидении автомобиля Кендалл. Мы же с ней ехали спереди, и я слушала, как она поёт песни Селены Гомес, совершенно не попадая в ноты.

Я с благодарностью посмотрела на них с Сандрой и отпустила Кендалл из своих крепких объятий.

- А сколько будет человек? - спросила я, оглядываясь по сторонам. Неподалеку находился большой длинный стол, усыпанный едой, выпивкой и закусками. Народ потихоньку скапливался вокруг него, и все выглядели довольно счастливыми, несмотря на такое позорное поражение на сегодняшнем матче. Наверное, потому что это было только начало сезона, и все полагали, что один проигрыш - это не так страшно. К Кайлу постоянно кто-то подходил и говорил слова поддержки, но он только коротко кивал им, будто не хотел даже вспоминать о сегодняшней игре.

- Приглашена вся школа, как всегда, - ответила за него Сандра, и я проследила за её взглядом. Она смотрела на Бекку, которая стояла в окружении десятка парней. На ней было надето чёрное облегающее платье, которое подчеркивало каждый изгиб её загорелого тела. Длинные бирюзовые волосы она заплела в толстую косу, которую перекинула на одно плечо. Шпильки на каблуках достигали таких высот, что я всерьез задумывалась, о том, как она ещё не упала. Ещё и умудрялась пританцовывать на месте, ловя на себе восхищенные взгляды парней.

Бекка, несмотря на всю свою ненатуральность, была красивая и яркая девушка. Уверенная и бесстрашная. Каждый парень, из окружающих её, смотрел на девушку с обожанием, а она на них с королевской скукой.

- А где Макс? - спросил вдруг Кайл, и я вздрогнула, когда услышала его имя. Я, наверное, слишком сильно загрузила его работой по своему сайту, и он вообще не придет. Он даже не знает о том, что у меня день рождения.

- А вот и он. - Кендалл показала пальцем на входную дверь, и я увидела Макса, который стоял и смотрел на мой плакат. Его взгляд был хмурым и сосредоточенным - он будто о чём-то задумался, что его совсем не радовало. Бекка тоже заметила только что появившегося Макса и подлетела к нему, забыв обо всех парнях, что только что окружали её.

Она положила голову ему на плечо, и он посмотрел на неё с улыбкой, что-то сказав. Его рука скользнула по её телу и остановилась чуть ниже талии. Я хотела отвернуться, но в следующую секунду увидела, как он убирает свои руки и, помахав ей рукой, направляется к нам. Бекка показывает неприличный жест ему прямо в спину и, гордо закинув голову, возвращается обратно к своей свите.

- Кайл, ты сходи за напитками, а мне нужно поговорить с Сандрой, - вдруг заявила Кендалл, подмигнув Кайлу. Подругу она схватила за руку и, пробормотав, что они сейчас вернутся, потащила вслед за собой. В считанные секунды я осталась на вечеринке совсем одна, не считая Макса, который решительно шагал прямо ко мне.

Я непроизвольно выпрямила спину и поправила волосы, проводя по ним рукой, делая вид, что смотрю куда-то в сторону и не замечаю его взгляда, направленного прямо на меня. Тем не менее, с каждой секундой он приближался все ближе, и у меня уже не оставалось сомнений, что он искал именно меня.

- Эми, ты специально игнорируешь меня? - сказал он вместо приветствия.

- Привет, я тебя не сразу заметила. - Я повернулась к нему и окинула взглядом. Он был одет в светлые джинсы и синюю футболку, которая очень ему шла. Несмотря на то, что он всегда был одет довольно просто - без всяких брендов, как тот же Дмитрий, он выглядел замечательно. Благодаря серфингу, его тело было в потрясающей форме, которую я, конечно же, не оценивала. Просто заметила, не более того... Ага.

Я тряхнула головой едва заметно, поймав себя на мысли, что уставилась на его сильную предплечную мышцу, которая образовалась, когда он слегка потянулся.

- Да? Мне показалось, что после вчерашнего... - неуверенно начал Макс, и мы с ним встретились взглядами. - Впрочем, не важно. - С Днём Рождения, Эмили, - просто закончил он и улыбнулся так, что на его лице образовались ямочки.

- Спасибо, - поблагодарила я, переминаясь с ноги на ногу. Я не знала, о чем с ним разговаривать после вчерашней истерики. Удивительно, почему он всё еще не считает меня сумасшедшей и разговаривает со мной.

- Завтра я узнаю судьбу своего борда. - Он потирал свои руки в предвкушении. - Ты же получила готовый сайт?

- Ещё нет. Я пока не проверяла почту. Неужели ты все так быстро сделал? - Мои глаза вспыхнули, и я с недоверием посмотрела на него.

- Конечно. Там и делать то ничего не нужно было, - самодовольно заметил он, смотря на меня взглядом, который мог значить только одно: "Ну, всё, Эмили, теперь ты моя вечная должница".

- Все куда-то разошлись... - Я огляделась, заметив, что Кайл так и не вернулся с напитками. И очень жаль, потому что я поняла, что я бы с удовольствием чего-нибудь выпила. Это желание родилось во мне так же внезапно, как и интерес к бицепсу Макса.

- Значит, никто не помешает мне подарить тебе подарок, - вдруг сказал он, и я с удивлением взглянула на него. Подарок? Опять? Странно... Но в руках у него ничего нет. Боже, надеюсь это не серьги. Только бы это были не серьги.

- Вытяни руку и закрой глаза, - сказал он, поймав мой взгляд. - Эмили, всё будет хорошо. Я не сделаю ничего плохого с твоей рукой.

- А обязательно закрывать глаза? - неуверенно спросила я, протягивая вперёд кисть. В мыслях калейдоскопом пронеслись старые воспоминания: Давид хватает меня за запястья и надевает на наручники. Или перевязывает мне руки грубыми веревками, не жалея, затягивает узел. Неприятная дрожь пронзила все мое тело, и я хотела уже одернуть руку, но Макс настоял на своем.

- Эми, - четко произнёс он, глядя мне прямо на меня. Голубая лагуна его глаз гипнотизировала меня, успокаивала. Это были не черные, как смоль глаза, как у Давида. Они были совершенно другими - снисходительными, но дружелюбными. Искренними, но таинственными. Глубокими, хранящими много воспоминаний, и, такое чувство, что последние из них были совсем не радостными.

Слишком много жестов доверия по отношению к другим людям на сегодня. Но я сделала это - я закрыла глаза, несмотря на то, что мое тело было вытянуто, как струна.

Я боялась, что почувствую руки Макса на себе. Но это было прикосновение чего-то легкого, тоненького, слегка колючего и холодного, как металл. Это было что-то очень хрупкое и простое. Я тяжело дышала, но надеялась, что Макс не заметит этого.

- Теперь я могу открыть глаза? - спросила я, услышав, как он опустил руки.

- Да. - Он добавил своему голосу таинственности, и я наконец-то увидела его подарок. Я смотрела на своё запястье целую минуту, не в силах ничего произнести - обдумывала этот подарок. - Я просто хотел, чтобы у тебя был оберег. - Наконец-то Макс прервал тишину, не в силах больше выжидать моей реакции.

- Это... - Я всё еще смотрела на красную шерстяную нитку на своём запястье. Эта ниточка была бы совсем пустой, если бы не небольшой кулон, украшавший её. Это была маленькая серебряная русалочка. Так очень часто изображают знак зодиака Девы. - С чего ты решил, что меня нужно от чего-то защищать?

- Я вижу... - Он посмотрел в мои глаза, и я прочитала по губам слово, которое он не произнёс. Страх. - И я хочу, чтобы ты верила, что пока на тебе эта нить, с тобой ничего плохого не случится.

- Спасибо, - выдыхаю я, но это гораздо меньше, чем я хочу произнести на самом деле.

- И ты можешь загадать желание, - улыбается он, не отрывая от меня своего манящего взгляда. Я трясу головой из стороны в сторону, чтобы сбить его гипнотизирующие волны.

- Я мечтаю только о том, чтобы скорее оказаться в тишине. И поспать, - замечаю я и боковым зрением вижу, как кто-то разбивает бутылку об одну из садовых статуй в доме Кайла.

Макс смотрит на меня уже тщательно. Я вижу, как его взгляд блуждает по моему телу. На мне сегодня обтягивающие джинсы с высокой талией и короткий топ, открывающий полоску спины и живота. Он мог заметить мои татуировки на спине, и теперь, вероятнее всего, его просто распирает от любопытства. Но заметив, что я поймала его взгляд, он возвращается к моим глазам.

- Печеньки с предсказаниями. - К нам подходит девочка, которую я видела в компании Бекки - очевидно, одна из её шестерок. На подносе, который она держит одной рукой, я вижу светло-коричневое печенье, и Макс берёт сразу две штуки, протягивая одну из них мне.

- Такая глупость это, но всё равно забавно, - замечает он, но не спешит с раскрытием печенья. - У тебя день рождения. Должно повезти.

- Думаешь? - Я ломаю печенье в руке и, чувствуя себя глупо, разворачиваю свое предсказание, читая его вслух. - «Ты забудешь прошлое, когда впустишь в жизнь своё будущее». - Я хмыкнула, пожав плечами. - Очень туманно, не правда ли?

- Ну, по крайней мере, позитивно, - прошептал Макс, быстро читая свою бумажку и сворачивая её. Он небрежно смял её, поморщившись, и положил в карман.

- Что там? - Во мне проснулось несвойственное мне любопытство.

- Детские стишки, бред какой-то, - отозвался он, и я хотела надавить на него, но тут к нам подошёл еще один мой знакомый, и это был не Кайл, который словно куда-то провалился, как всегда. И даже не Кендалл и Сандра.

- Эми, ну как тебе вечеринка? - спросил у меня Дмитрий, встав между мной и Максом. Я заметила, как Дмитрий попытался подавить Макса своим взглядом, но тот посмотрел на него, как на насекомое, прилипшее к лобовому стеклу его тачки.

- Привет, Дим, - отозвалась я, слегка улыбнувшись ему. - Хорошо. Все поздравляют меня, а я почти никого не знаю. - Меня и, правда, то и дело подходили поздравлять люди, которых я вижу в первый раз.

- Тебе понравился мой подарок? - спросил он, отпив из своего бокала. По цвету я поняла, что это был виски. Макс скрестил руки на груди, когда услышал его последние слова.

- Я... - замешкалась, доставая коробку из задних карманов своих джинс. - Дим, я не могу принять это.

- Почему? - Он хмурится, переводя взгляд с меня на Макса. - Я могу позволить себе такие подарки. Такая красивая девушка как ты, заслуживает этого.

Пока он отвернулся, Макс сделал вид, что его сейчас стошнит, от этой банальщины, и я еле удержалась, чтобы не засмеяться Дмитрию прямо в лицо.

- Это слишком дорогой подарок, - просто отвечаю я, протягивая ему коробочку. - Если ты не возьмешь, я оставлю её здесь.

- Ты слышишь, что она сказала? - встревает Макс, с нажимом посматривая на Дмитрия. Второй галантно улыбается, осторожно забирая свой подарок из моих рук.

- Эми, ты и он...? - Он снова смотрит на меня, поджимая губы. Его взгляд замирает, а потом парень смеется, заливаясь диким смехом. Когда истерика прекращается, из его губ вырывается фраза: - Ты хочешь быть следующей, кого он трахнет и забудет о тебе на следующий день?

- Что? - Мои глаза распахиваются. Я совершенно не понимаю, что сейчас происходит. Какого черта, эти двое начали негласную борьбу за меня?

- Заткнись, иначе я украшу твое лицо переломанным носом, - сквозь зубы прошептал Макс, прожигая его взглядом. Его скулы были напряжены, ноздри слегка раздуты, но я не понимала, почему он так злится. Разве его должно волновать, что я подумаю о его личной жизни?

- А что, я разве не прав? Ты катаешься на девках, как на своих волнах, так что держись от Эмили подальше. Она заслуживает более приятной компании. - Дмитрий гордо задирает голову, но они, кажется, оба не понимают, что сейчас выглядят, как придурки. Мне плевать и на Макса, и на Дмитрия. Они могут делать, что хотят. Оба.

Макс смотрел на Дмитрия так, будто через секунду ударит его. Но этого не произошло. Он слегка отдышался и произнёс:

- Ты прав только в том, что ей действительно стоит держаться от меня подальше, - с вызовом говорит он и, по-прежнему сжимая свои стальные кулаки, разворачивается и уходит. Я смотрю на его удаляющуюся фигуру. Он на взводе, он разозлен, и это я понимаю по его походке.

- Что это было? Он всего лишь друг моей подруги и хотел поздравить меня с днём рождения. А тебя я знаю всего лишь один день. Один! Терпеть не могу, когда на меня заявляют какие-либо права! - с осуждением произношу я, поставив Дмитрия на место. Мне хочется догнать Макса и ещё раз поблагодарить его за подарок. Мои глаза лихорадочно ищут его в толпе, но не могут сфокусироваться на его футболке.

- Ты не знаешь, от чего я тебя уберег... - начал Дмитрий, протягивая ко мне руки.

- Да пошли вы оба, - кидаю я и, разворачиваясь от Дмитрия, ускользаю от него, мечтая найти хоть одно лицо, ставшее мне родным - карие глаза и шоколадные волосы Кендалл. Но подруга словно испарилась, зато Сандру я заметила у столика с напитками. Она хлестала водку прямо из горла, а на её лице замерла блаженная улыбка.

Что здесь вообще происходит?

В поисках укрытия я ускорила шаг и чуть не споткнулась, налетев на какую-то лестницу в темноте. Она шла наверх. Вовремя удержав равновесие, я поймала ее за поручни и остановилась, слегка отдышавшись.

Люди перед моими глазами были легкими - они все были пьяными. В воздухе царил аромат мятного кальяна, травки и алкоголя. Надпись: «С днём рождения, Эмили!» была наполовину сорвана с балкона. На балконе я увидела двух девушек, которые целовались на виду у всех, будучи в одних бикини. Все люди что-то орали, и я понимала, что мой день рождения был лишь поводом, устроить ещё одну безбашенную вечеринку.

Никому здесь не нужна была Эмили. Но даже это меня не расстраивало. Я смотрела на подарок Макса. Не знаю почему, но он грел мне душу. Помню, Руслана рассказывала мне одну японскую легенду, которая гласила о том, что, по поверьям, двое людей, которым судьбой суждено быть вместе, связаны между собой непрерывной красной нитью. Нить может путаться, образуя узлы и преграды, но никогда не порвется. Рано или поздно, говорила сестра, такие люди обязательно должны были встретиться, не в силах противостоять своей судьбе.

Да, моя сестра была куда более невинней и романтичней, чем я. И у неё были на это причины. У неё ещё есть шанс узнать, что такое настоящая любовь. Точнее, на своей шкуре испытать влюбленность, а потом понять, что всё это лишь сказки и японские легенды.

Любви нет. Эта истина пульсировала в моих висках, как Божественная истина. Люди умеют только сношаться и доставлять боль друг другу. Мужчины одурманены похотью и желанием завладеть женским телом, словно куском мяса, а женщины... Женщины просто боятся одиночества и ищут кошелек покрепче. Вроде Дмитрия.

Я облокотилась на лестницу, которая вела в неизвестность, и сквозь громкую музыку услышала чьи-то голоса. Я узнала голос Бекки... И затаила дыхание, подслушивая, будто непослушная школьница.

- Ты же хочешь этого, правда? - шептала она своим нарочито сексуальным и низким голосом. - Хватит бегать от меня... Прошу, малыш.

- Малыш? Бекка, за кого ты меня держишь? Малыши - это твои губы до пластики, - отрезал Макс в своей обычной небрежной манере. Он был зол, и это слышно по голосу.

- Ну, Макс, ты же знаешь, я могу помочь тебе расслабиться. - Я слегка повернула голову и увидела, как две тени стоят рядом с одним из искусственных деревьев. - Я могу сделать тебе приятно.

- Как же ты достала меня. - Я услышала звук расстегивающейся ширинки и увидела, как девушка становиться перед Максом на колени.

Он назвал её ругательным словом. Грязным, нехорошим и мерзким. Думаю, она на самом деле была такой. Я совершенно не понимала, как она могла так унижаться перед ним. Я не стала больше смотреть на это.

У меня закружилась голова, затошнило так, что, если бы в моем желудке было бы хоть что-нибудь из еды, она бы тут же повалилась наружу.

Я почувствовала ком в горле и начала взбираться по лестнице, не зная, куда она меня приведет.

Глава 10.

POV Эмили

Было трудно в это поверить, но лестница привела меня в домик на дереве. Раньше я видела такое только в кино, и мне всегда казалось, что построить дом по-настоящему почти невозможно. Но этот явно выглядел прочным. Я оказалась на небольшом балконе, прежде чем попасть внутрь домика.

Здесь не было света, но фонари мне освещали часть комнаты. Дом выглядел довольно заброшенным, так как на полу валялись детские игрушки. Я улыбнулась, когда представила, как Кайл играет с машинкой, валяющейся в углу. В основном здесь были его вещи: несколько мячей для регби, пара спортивных штанов маленького размера, небрежно оставленных на стуле.

Время в домике остановилось. У меня создалось впечатление, что сюда несколько лет никто не заходил. Или делал это очень редко.

На столе, рядом с небольшим книжным шкафом, кто-то оставил пряжу и шерстяные нитки. Рядом лежала книга, и, присмотревшись, я увидела, что это одна из моих любимых - «Унесенные ветром» Маргаретт Митчел. В углу комнаты был накидан всякий хлам - вещи, к которым давно никто не прикасался: рыболовная сеть, старая небольшая техника, которую удалось поднять наверх. Я попала на некий заброшенный склад семьи Картеров, а в частности Кайла. Подойдя к противоположному окну, увидела океан. Он был тёмный, едва заметный, и всё же он там был - я видела маленькие волны, бьющиеся о берег.

Я вздрогнула всем телом непроизвольно, так, будто меня дернуло током. Снова вспышка болезненного воспоминания. Когда они прекратятся? Я чувствовала свою беспомощность перед своими же мыслями и никчёмность.

Дом, в котором меня держал Давид - его дом, находился на берегу Балтийского моря. Я помню, как в детстве проводила там много времени, даже не подозревая, что в скором времени произойдет со мной. Песчаный берег, небольшие склады из камней и море тёмно-зелёного насыщенного бутылочного цвета, так и стоит у меня перед глазами. До того, как он не раскрыл своё настоящее лицо, мы часто прогуливались там по вечерам, разговаривая обо всём на свете. Я бы не сказала, что он был моим лучшим другом. Скорее, так получилось, что мы общались с детства из-за дружбы наших семей. У Давида была небольшая компания друзей, которые были старше меня, и когда он звал меня на совместные праздники, они всегда немного подшучивали над ним за то, что он дружит со мной. На последней из таких вечеринок мне как раз было пятнадцать лет. Помню, я тогда в первый раз в жизни надела красивое платье и два часа делала себе макияж по видео-урокам.

В тот день над Давидом больше никто не шутил. В тот день и Давид начал смотреть на меня иначе. Тогда я не заметила этого, но после всего, что произошло, его взгляд вспышкой пролетел в моих мыслях.

Я села на пол, облокотившись на кресло, и закрыла глаза руками. Мои ногти врезались в мои плечи, и я сама не заметила, как пространство начало сужаться вокруг меня. Воспоминания, словно паническая атака, завладели мной с головы до ног. Сердце будто бы стучало не в груди, а в горле. Если бы я могла посчитать его удары, их было бы около ста тридцати.

- Эмили, - произносит Давид спокойным и ровным голосом, но это обман. Его глаза, словно врата в царство Аида, не предвещают мне ничего хорошего.

- Почему ты так со мной поступаешь? - Мой голос жалобный и такой ничтожный, как у избитого котёнка.

- Потому что я хочу, чтобы ты была со мной. Только со мной. У нас все будет хорошо... Умоляю, никому не рассказывай, что произошло между нами, и я подарю тебе весь мир. Только будь со мной и храни всё в тайне, - притворно-ласково произносит он, проводя рукой по моей груди. Меня трясет от его прикосновений, мне хочется обладать даром перемещения.

Я хочу раствориться в его руках и переместиться в другое безопасное место.

- Ты делаешь мне больно, - шепчу я снова, прячась за спутанными волосами. Они не мытые уже несколько дней. Макияж размазан. Я не хочу смотреть на себя в зеркало, и я рада, что его здесь нет.

- Потому что ты сопротивляешься, моя вселенная, - нежно шепчет он, хватая меня за шею. Его хватка не очень груба, но я понимаю, что он может сжать ладонь в любой момент.

- Неужели ты не понимаешь, что ты со мной сделал... Что ты псих... - осмелев, произношу я, качая головой и ловя губами беззвучные слезы.

- Да, я псих. Я одержимый тобой псих... Если бы ты взглянула на себя моими глазами, поняла бы меня. Ты так прекрасна, - с наслаждением шептал он, приближаясь губами к моей шее. Каждое слово, вылетающее из его мерзкого рта, было раной.

Каждое движение, которое он совершал, было унижением.

Его рука беспощадно поползла по моему маленькому несформировавшемуся телу, и я завизжала, умоляя его остановить эти муки.

- Не трогай меня! Не трогай! - крик отчаяния он подавил сильным ударом в стену. Нож врезался в дерево рядом с моим ухом, и я заплакала, напуганная близостью металла к моему телу.

- Что это... Это нож?

- Да, моя прелесть. Моя прелестная девочка, это нож. И я надеюсь, ты не хочешь, чтобы он мне пригодился? - с придыханием ответил он, касаясь лезвием моего плеча. Затем холодная сталь прошлась по моим ключицам.

- Убери... Прошу, убери это. Мне страшно. Умоляю! Убери от меня свои руки! - Мой голос срывается, просит о помощи, но Давид игнорирует крики. Его руки плотнее обхватывают меня и притягивают к себе. На мне какая-то бесформенная сорочка, надетая на голое тело.
Я беспрерывно плачу, но он затыкает мне рот своими потными отвратительными руками.
Всё, о чём я могу думать, когда он резко трахает меня, - это только о том, когда все это кончится... Когда закончится боль.

- Эмили! - слышу я уже в реальности и вздрагиваю, понимая, что лежу на полу. Вот черт. Я поднимаю взгляд и вижу Макса. Он опять меня преследует. Ну почему он не может остаться с Беккой? Тем более, там ему были обеспечены такие перспективы.

- Не подходи, - говорю я, когда он делает шаг ко мне. Я поправляю свои волосы и сажусь на полу ровнее, пытаясь сделать вид, что просто уснула. - Я напилась, и мне стало плохо.

- Ну... - Он хотел что-то сказать, но вовремя прикусил язык, сделав вид, что не слышал моих криков. Надо же, мистер Кенинг, вы такой тактичный. - Конечно. Может тебе помочь? Принести воды? Отрезвить как-нибудь?

- Не надо, - одним кивком головы я отвергла все его варианты. - Я просто хотела побыть одна. Устала от этого шума. И ты, кажется, заявил, что мне лучше держаться от тебя подальше.

- Так и есть, - ответил он, смерив меня пронзительным взглядом. - Ты... Я просто услышал... А, впрочем, не важно. Если тебе не нужна моя помощь, я, пожалуй, удалюсь.

- Не нужна. Не утруждайся. - Я окидываю его взглядом. Надо же, выглядит так, будто действительно переживает за меня. И совсем не похоже, что он некоторое время назад зажимался в кустах с Ребеккой.

- Мы всё равно увидимся завтра, когда ты придешь благодарить меня за проделанную работу, - самоуверенно заявил он, намекая на сайт.

- Хорошо. - Я поднялась с пола, усевшись в кресло, чтобы быть чуть повыше в сравнении с ним.

Макс посмотрел на меня так, словно хотел ещё много чего сказать, но, видимо, оценив мое моральное состояние, промолчал и просто ушел, наверное, устав от моей грубости.

Я и сама не заметила, что общаюсь с ним не очень приветливо, постоянно грублю и психую. А ведь обычно моя позиция - это всегда держать нейтралитет. Какие-то странные отношения у нас выходят. Что-то мешает мне ровно дышать по отношению к Максу. И это не его голливудская улыбка и удивительные глаза.

Нас связывает эта негласная боль в наших душах. Что же он скрывает? Часть меня, которой было свойственно любопытство, иногда задавалась этим вопросом, но другая часть, отстраненная и закрытая, надевала на себя маску равнодушия и оставалась холодной.

На следующий день, только и разговоров было, что о моей вечеринке. Ну как, про меня там не было ни слова, зато все хорошо помнили пару драк, танцующих пьяных девчонок, и то, как закончилось всё тем, что соседи Картеров вызвали копов. Я была благодарна, что меня к этому времени уже там не было - я уехала на машине вместе с Кендалл, которая нашлась после того, как я полчаса искала её на территории их дома.

Я нашла её рядом с афроамериканцем, которого зовут Крис. Кендалл рассказывала, что он её бывший парень, но больше я ничего о нём не знала. Она была не в настроении посвящать меня в эту историю вчера. Хорошо, что в этот раз она не напилась, чего не скажешь о Сандре. Её мы тоже прихватили с собой, и всю дорогу она рыдала прямо мне в топ. Потом на нём остались следы от её туши. Я не понимала её нечленаразделенные фразы, но знала только одно: она напилась из-за ссор с Кайлом, который и вовсе пропал из виду под конец вечеринки.

На этих мероприятиях всегда было так трудно кого-то найти. Народу приходит столько, что невозможно поместить в дом всех и сразу.

- Эмили, я не нужна ему... - ревела навзрыд Сандра, и это единственные несколько фраз, что я распознала в приглушенных звуках. - Я ему наскучила. За столько лет... - и что-то подобное, повторяющееся по кругу.

Я даже гладила Сандру по плечу и старалась успокоить, потому что слышать её рев было не самой приятной музыкой для моих ушей. Я то и дело подгоняла Кендалл, чтобы она скорее добралась до колледжа, и мы уложили эту несчастную спать.

Ближе к обеду следующего дня я наконец-то представила свой дизайн сайта научному руководителю. Давно я не слышала в сторону своего творчества такой похвалы. Во мне даже зародилась маленькая вера на то, что искусство - действительно моё призвание. И, конечно же, он отметил блестяще выполненную техническую составляющую сайта, которую делала не я. Он оценил меня, как высококвалифицированного специалиста, и начислил мне в табель баллы, которые приближали меня к стипендии. Иностранные студенты очень редко получали здесь какие-либо льготы, которые в принципе были мне не нужны. У меня было достаточно денег, и всё же мне было приятно, что я, возможно, смогу обучаться бесплатно со временем.

На паре по математическому анализу я села на свое обычное место - там, где Кайл, впервые познакомил меня с Максом. Но почему-то, ни его, ни самого Кайла сегодня здесь не было. Эти двое решили прогулять, очевидно. Но, где-то через полчаса, мой взгляд нашел Макса в огромной аудитории. Он сидел на другом её конце и спал, положив голову на парту, закрывшись от мира огромными наушниками в полголовы. Его светлые волосы, как всегда, находились в небрежном беспорядке, и были уложены в творческий «ежик».

Я улыбнулась, но, в то же время, мне было как-то неприятно, что он отсел. Если ему хотелось меня задеть этим глупым жестом, то у него... Получилось.

А вот Кайла действительно в аудитории не было. Я переписывалась с Кендалл по вотсапу, но она написала, что также не видела его сегодня. Несмотря на то, что вечеринка оказалась лишь имени меня, я всё равно хотела его поблагодарить ещё раз за то, что он не остался равнодушным к этому дню. И вообще... Мне нужно было как-то выяснить, что за проблемы у них с Сандрой. И как он относиться к Кендалл. Только как? Я превращаюсь в другого человека - сую свой нос в скандалы, интриги, расследования. Черт, Эмили, не той дорогой идёшь, ох, не той.

Полная решимости найти его в комнате после занятий, забегаю в кампус, чтобы переодеться после физкультуры, и выбираю легкое голубое платье с вырезом на спине. На улице опять жара и повышенная влажность, что теперь даже шорты слишком сильно прилегают к телу. Волосы я распускаю, и они выглядят объемными, как никогда, из-за того, что я целый день проходила с гулькой на макушке.

Добравшись до здания, где располагались одни парни нашего колледжа, нахожу комнату Макса и Кайла и в ответ слышу резкое:

- Входи! - говорят мне два разных голоса.

Я отпираю дверь и наблюдаю странную картину: эти двое обложились пиццей, пивом и чипсами и сидят на полу, держа в руках джойстики для игры в Плейстейшен. Хлопаю ресницами, с улыбкой оглядывая их обоих:

- Кайл, вот значит, как ты прогуливаешь пары. Я уже думала, что с тобой что-то случилось. И Кендалл, кстати, тоже, - выговариваю ему я и замечаю, что Макс даже не отрывается от экрана плоского телевизора, который стоит на полу. Кайл, напротив, смотрит на меня так, что на мгновение даже забывает о пицце в его руках и одобрительно кивает, оценивая моё платье.

- Воу, как ты сегодня выглядишь, - замечает он, поставив игру на паузу. К сожалению, я не могу сказать Кайлу то же самое - он выглядит совсем неважно. Как будто не спал неделю. Глаза припухли, на белке глаз я разглядела красные линии от полопавшихся сосудов. Он был уставший, измотанный... И подавленный. Наверное, нелегко быть капитаном целой команды. Слишком большая ответственность ложится на твои плечи, и Кайл ненавидит себя за то, что вчера так подвел весь колледж.

Хотя судя по тому, как он с аппетитом уплетал пиццу, по нему не скажешь, что он сильно переживает по этому поводу.

- Я решил сделать себе сегодня выходной и набраться сил перед тренировкой, - пояснил он, посматривая на часы. - Черт, я могу на неё опоздать. Брат, мне нужно идти.

- Я очень хотела поговорить с тобой, Кайл, - прокашлявшись, громко сообщаю я и замечаю, как Макс проявил к нам внимание.

- Эмили, ну, давай, сразу после тренировки или завтра. - Он кидал вещи в свою спортивную сумку, с извинением посматривая на меня. - Мне сейчас объяснять дюжине разочарованных во мне парней, что я достоин оставаться капитаном этой долбанной команды.

- Ну хорошо. - Я пожимаю плечами, топчась на месте. - Я тогда пойду...

- Нет уж, будь добра, доиграй за меня пару раундов, иначе я буду должен Максу двести долларов, - сообщает он и, проведя расческой по голове всего лишь пару раз, машет нам рукой и выходит из комнаты. Кто-нибудь объяснит мне, почему все так стремительно стараются оставить нас с Максом наедине?

Я всё равно хочу проигнорировать сообщение Кайла и уйти, но тут вспоминаю о задании по веб-дизайну. Было бы нехорошо забыть о помощи Макса и не поблагодарить его. Кто знает, сколько ещё будет подобных заданий, когда его знания мне пригодятся. Я неуверенно опускаюсь на подушку рядом с ним и беру джойстик в руки.

Он молчит и что-то жует, не обращая на меня никакого внимания. Вот она, прекрасная картина - король обиделся. Я закатываю глаза и нажимаю на плей, начиная играть. Это Mortal Kombat. Ха, да мне нет равных среди девчонок в этой игре. Мы с Русланой постоянно в неё играли, причём она проигрывала, даже если я успевала поддаваться ей.

На экране было два героя - я играла за Соню Блейд, Макс за Джонни Кейджа. Отлично, Соня была как раз одной из тех героинь, за которые я умела играть. Сейчас я покажу этому высокомерному павлину, какой я бываю в гневе!

- Блин, как ты это делаешь, - наконец-то ворчит Макс, подавая первые признаки жизни. Я хитро улыбаюсь и отправляю его в нокаут, совершая Fatality.

Джонни Кейдж - герой Макса - падает, а Соня, измазанная в крови, издает победный клич. Я нажимаю второй раунд, сообщая:

- Я просто проэцирую свои желания на бедного Джонни, представляя, что это ты, - шучу я, и мы переглядываемся. Макс не может сдержать улыбки, и я опять вижу образовавшиеся ямочки на его щеках. Они делают его милым. Ну, иногда.

- Мне не нравится, когда девушка управляет ситуацией, - ворчливо произносит он, и мы начинаем второй раунд. Наши герои сражаются не на жизнь, а на смерть, оставляя на экране кровавые следы. Да, игра, что ни говори, жестокая, но жутко захватывающая. Замечая, что герой Макса набирает обороты, стараюсь его отвлечь, заодно и воспользоваться моментом:

- Кстати, спасибо тебе за то, что ты для меня сделал. Я получила наивысший балл из всей группы, - кидаю я, быстро нажимая на кнопки.

- Не стоит. Я думаю, это все из-за твоего рисунка. - Он так же сосредоточен на экране и не сдается, мучая джойстик в своих руках. - Ты теперь можешь исполнить свое обещание.

- Жду с тебя специальные краски и твой борд, - киваю я, соглашаясь на нашу сделку. Я буду рисовать, но мне интересно, на чём он будет кататься, пока его доска будет прохлаждаться в моей комнате.

- Окей. Блин, сейчас я тебе покажу, хитрюга. - Он совершает какую-то сложную комбинацию, и его герой разрывает мою Соню буквально на части. Я разочарованно вздыхаю, не веря, что он смог меня обыграть. Я действительно хороша в этом.

- Третий раунд - решающий, - делает ставку он, и мы переглядываемся, вновь улыбаясь. Я и не замечаю, что сижу довольно близко к нему. Кажется, наш вчерашний конфликт исчерпан, и мы вполне себе можем неплохо общаться по-дружески.

- Держись, тебе меня не победить, - заявляю я, нанося удар за ударом.

- Я не сдамся. Не сдамся, - сквозь зубы замечает он, держа оборону изо всех сил. Его Джонни уже еле плетется, но вдруг он перехватывает инициативу на себя и одним махом убивает Соню наполовину.

- Макс, ну хватит! - Я пытаюсь совершить хоть один удар. - Хватит трогать мою бедную героиню!

- Эми, это всего лишь игра. - Он вскидывает бровь и снова совершает удар. Я почти его победила, но он извернулся и снова отправил меня в нокаут. У меня непроизвольно надуваются губы, и я смотрю на него этим взглядом: « Ну почему ты не мог податься девушке?».

- Но, ты неплохо играешь, соглашусь. Мы можем устроить турнир. - Макс поворачивается ко мне, и теперь, когда мы оба не увлечены игрой, я понимаю, что он опять без футболки. Отвожу взгляд - мне неловко разглядывать его. И всё же, я снова замечаю его татуировку и, не выдержав, выпаливаю:

- Мы увидимся снова? Что это значит? - Слова обгоняют мои мысли. Я понимаю, что совсем не хотела этого спрашивать. Его глаза становятся темнее - голубой смешивается с карими крапинками вокруг его зрачка. Такие волшебные глаза. Разные, как и их обладатель.

Макс смотрит на меня внимательно. Знаю, сама ненавижу, когда меня спрашивают о значении моей татуировки. Она слишком личная, и как-то нелепо объяснять смысл, который в неё вкладываю я, всем окружающим. Поэтому, об истинном значении тату знаю только я, что делает моих Фениксов на спине более значимыми для меня. Сделала в 16 лет.

- Это обращение к одному очень близкому мне человеку, - наконец выдыхает он, слегка нервничая. Снова вижу грусть в его волшебных глазах. Жизненный огонек, который горел там ещё секунду назад, угасает. Я потянула за болезненные струны, и Макс Кенинг «равнодушный» становится «грустным и задумчивым».

- Когда вы увидитесь? - Ещё один нетактичный вопрос с моей стороны. Молодец, Эмили.

- Ты задаешь слишком много вопросов. Не похоже на тебя. - Он не злится. Он слегка улыбается. Наши пальцы на полу так близко друг к другу - я чувствую энергию, которой они обмениваются через покалывание на подушечках. Ещё каких-то пару сантиметров...

Макс слегка вдруг наклоняется ко мне. Он гораздо выше меня и, даже когда мы сидим, возвышается надо мной, но я не чувствую того страха, который должна испытывать.

Я и сама не понимаю, что я чувствую. Как можно описать это, когда кажется, что все органы внутри тебя вдруг резко поменялись местами?

Макс слишком близко, он катастрофически близко ко мне. Настолько, что я вижу каждую его ресничку, каждую клеточку его лица.

- В последнее время, я делаю слишком много вещей несвойственных для меня, - шепчу я и замираю, чувствуя, как с каждой секундой его губы приближаются к моим. Боже, они приближаются ко мне, словно десятиметровая волна, и я знаю, что она может снести меня своим ударом.

Разбить или унести в свое течение.

- Макс, давай продолжим играть... Ты слишком близко... - шепчу я не своим голосом, осознавая, что по шее сбегает капля пота от этого напряжения, которое возникло в моем теле. Я не дышу, когда его губы замирают в двух миллиметрах от меня.

Едва касаются моих.

Близко. Запредельно близко.

Я чувствую его мятное дыхание. Запахи мускуса, морской соли и свежего геля для душа. И это ароматы, которые, определенно, те, что заставляют девушек липнуть к нему без конца и края.

Но это буду не я... Это буду не я...

Я закрываю глаза, не понимая, почему я ещё не сорвалась прямо с пола и не убежала, захлопнув эту чертову дверь. Дверь между мной и Максом нужно срочно закрыть, иначе она сломает между нами стены.

- Я не прикоснусь к тебе, Эми, - вдруг выдыхает он, всё еще находясь рядом с моими губами. - Пока ты сама об этом не попросишь. - Я открываю глаза и вижу эту его хитрую улыбочку, которая спускает меня с десятого на первый этаж в один миг свободного падения. Он отстраняется, но оставляет руку рядом, вглядываясь в мое лицо.

Я молчу. Впервые за долгое время мне нечего ответить.

Кажется, ещё секунду назад я хотела, чтобы Максимилиан Кенинг поцеловал меня.

Что со мной происходит, черт возьми?

Глава 11.

POV Макс

- Я у окна! - Ганс с порога бросает чемодан на пол и с разбегу запрыгивает на кровать, расположенную в номере нашего четырехзвездочного отеля. Он делает сальто вперёд прямо на кровати и падает на спину, расправляя руки по всей её ширине. - Наконец-то отдых! Две недели в Испании! Никакого крика! Никаких предков... Только тусовки, алкоголь и приключения!

- Уверен? - Я смотрю на часы, которые показываю, что сейчас двенадцать часов дня. - На улице пока и не пахнет «тусовками». Ты видел хоть одного человека моложе тридцати лет? - скептически замечаю я, тяжело вздохнув.

До Барселоны мы летели всего около двух часов, потом ещё столько же тряслись в душном автобусе. Но перелеты всегда утомляли меня, потому что на высоте в несколько тысяч километров мне было довольно трудно дышать. Ганс же всю дорогу смотрел в окно, восхищаясь прекрасным видом на облака и горные вершины, которые виднелись, когда мы пролетали над Австрией. Я изучал путеводитель - в турагентстве нам посоветовали небольшой городок на побережье Коста-Брава под названием Ллорет-де-Мар, объяснив это тем, что семнадцатилетним парням, вроде нас, нужно обязательно съездить в это место. Путеводитель сверкал зазывающими эпитетами и метафорами о том, что этот город «Иббица, только подешевле», «Вечный праздник жизни» и «Лучший вариант для молодежи», но пока я видел лишь молодую семейную пару, что шла на пляж вразвалочку, и несколько бабуль, которые завтракали в холле отеля.

- Не вешай нос. Я чувствую, нас ждёт что-то незабываемое.

Ганс был счастлив, потому что ему, по сути, всё равно, как отдыхать - он рад любому перерыву в своей работе. Несмотря на юный возраст, он уже подрабатывал, потому что всегда мечтал избавиться от опеки родителей и уехать от них подальше. В этом плане я от него отставал по всем пунктам. Мне семнадцать лет, я ещё учусь в школе, ну какого черта я буду работать?

- Меня клонит в сон. - Я ложусь на соседнюю кровать вслед за ним, и душу греет лишь одна мысль о том, что в Duty Free мы закупились водкой и абсентом на все две недели. Даже если вокруг будут одни пенсионеры, никто не помешает мне «нажраться» в этот вечер.

- Думаю, поспать и вправду стоит. Ещё вчера у меня была двенадцати часовая рабочая смена, а сегодня я на отдыхе на берегу Средиземного моря... Жизнь удалась. - Он зевает и укрывается легким одеялом, и я следую его примеру. Вот так всегда - я уверен, что Ганс был полон бодрости и сил и с удовольствием бы прогулялся по окрестностям, но как только я озвучил вслух свое желание, он непроизвольно захотел того же самого.

Такое часто бывало и со мной - порой даже самые стремные, на первый взгляд, его предложения начинали мне казаться безумно крутой идеей. И наоборот. Мы никогда ничего не делали отдельно. Разве что он работал, а я в это время занимался вейкбордингом. Ну и, конечно же, с девушками мы тоже гуляли по одиночке... Хотя, всякое бывало. Несколько раз мы менялись местами, эксперимента ради, и наши девушки даже не замечали, что я - это я, а он - это он. Неудивительно.

Бабушка всегда говорила, что мы с Гансом уникальны, а наша поразительная схожесть - феномен, каприз природы. Она частенько шутила на тему того, что Ганса просто клонировали при рождении. Но это всё, конечно, были глупости.

В конце концов, нас можно было отличить по стилю в одежде, ну и по татуировкам, которые я сделал - это крылья на внутренних сторонах моих предплечий. Ганс пока не решался на татуировку, хотя я уговаривал его сделать что-то похожее.

Мы не стремились быть разными и не хотели отдаляться друг от друга. Никогда. Я был уверен, что нам с ним нужно искать девушек-близняшек и жить вчетвером, потому что я не могу и дня протянуть без этого придурка.

Как только моя голова коснулась подушки, я очнулся снова - будто и не засыпал. Такое чувство бывает только тогда, когда ложишься днём или на закате - голова наливается кровью и перестает соображать, утяжеляясь с каждой секундой. Когда мы проснулись, мне показалось, что я оказался в другом месте, будто бы переместился туда по взмаху проклятой волшебной палочки.

- Кто-то кричал, тебе не кажется? - сонно спросил он, вставая с постели и исчез за дверью, которая вела на балкон. Еле передвигая ногами, я поплелся за ним, тоже уловив какие-то крики.

На улице было уже темно. Посмотрев на часы, я заметил, что мы проспали двенадцать часов, и сейчас была ровно полночь. Мы синхронно облокотились на балконные перила и заглянули в бездну нашего ближайшего двухнедельного будущего.

Как оказалось, это были не крики. Это компания итальянцев распевала свои национальные песни. Я немного знал итальянский и поздоровался с ними с балкона, на что они дружелюбно ответили мне, что весь город сегодня собирается в центре Ллорета.

- Вы новенькие? Какого хрена в двенадцать часов ночи вы ещё в номере? - заорал один из итальяшек, и я оглядел взглядом то, что происходило на улице.

Тихий спящий городок, который я видел днём, изменился до неузнаваемости. Вокруг царила темнота, которую подсвечивали тысячи разноцветных огней, исходящих от клубов, расположенных вдоль центральной дороги города. Один клуб буквально стоял на другом. Что ни дверь, то вход в огромный шикарный клуб, из которого доносилась танцевальная музыка.

Компании иностранцев бродили по городу, словно муравьи в поисках припасов. Только эти были в поисках алкоголя и девчонок, что ходили маленькими группками и, в основном, за ручку.

Впервые я видел такое разнообразие прекрасных девушек: вон те, смуглые красотки, что стоят в очереди на фейс-контроль, явно испаночки, которые приехали из Барселоны на выходные. Они одеты просто: кеды, белые короткие майки и удобные для танцев легинсы или шорты. Они очень похожи друг на друга - все одинаково жгучие и красивые. Больше всего мне нравится их загорелая кожа и темные волосы. Я уже заметил, что Ганс смотрит на них с приоткрытым ртом, предвкушая что-то интересное. Ему всегда нравились жгучие брюнетки, и в этом тоже было наше отличие - я и сам не знал, кто мне нравится больше. Мои вкусы были весьма разнообразны и зависели от настроения.

Например, вон те шведки или голландки нравятся мне ещё больше. Они тоже довольно похожи между собой - светлокожие, наверняка голубоглазые, и почти у каждой длинные светло-светло обесцвеченные волосы. Мы с Гансом переглянулись. О да, этот момент, когда ты видишь сразу целую толпу девушек, смахивающих на Дайнерис Таргариен, трудно будет забыть.

Я нахожу в толпе взглядом трех совершенно разных девушек, приглядываясь к ним. Они стоят у входа в клуб с растерянным видом и наверняка плохо знают язык... Зато выглядят просто сногсшибательно. Каблуки, короткие юбки, еле прикрывающие аппетитные бедра, и топики, больше похожие на бюстгальтеры. Откровенно одетые, но в то же время вечно чего-то выжидающие девушки, смотрящие на всех свысока.

- Русские, - говорит Ганс, облизывая губы, и я киваю головой, чувствуя голод, который не имеет к еде никакого отношения.

- Или украинки, - заканчиваю за него я, ещё раз рассматривая трёх красавиц. Если бы у меня спросили, с какой из них я хочу остаться на необитаемом острове, я бы вряд ли нашелся с ответом. Мне нужны были все. Все трое.

- Думаю, здесь ты наконец-то познаешь радости секса, - с издевкой заметил он, на что я слегка взрезал ему кулаком по плечу.

- Заткнись, ненавижу тебя. - Только в одном я отставал от своего брата, и в последнее время мое тело просто сгорало от нетерпения устранить между нами это различие. - Пойдём за водкой, а потом на улицу. Беру свои слова обратно - кажется, приключения все-таки сами нас нашли.

- Думаю, мы здесь не соскучимся, - заключил он, юркнув внутрь номера, а когда туда зашел я, он уже налил себе водки и, закрыв глаза, пытался выпить её залпом.

- Ты что, никогда не пил водку? - закатываю глаза и выхватываю у него огромную бутылку прямо из рук. Зажмуриваюсь и подношу к губам горючую жидкость. Пахнет противно, как гольный спирт, и обжигает губы. Мне хочется кашлять, но я пью столько, сколько могу выпить за один раз.

Внутри меня будто разлили бензин и кинули в образовавшуюся лужу лампочку с керосином. Я, кажется, вот-вот взорвусь. Брат смотрит на меня полными недоумения глазами:

- Ты нормальный, а? Тебя же унесёт, мы даже до клуба дойти не успеем...- озадаченно замечает он, но я отвечаю ему только блаженной улыбкой счастья, которая сама по себе расплывается на моем лице.

- Дойдем. И давай поскорее, - выдыхаю я, не понимая, что твориться с моим телом. Я, конечно, пил раньше, но не водку. Курил травку несколько раз, но ни что не давало такой странный эффект.

И получаса не прошло, как мы с Гансом оказались в одном из клубов, расположенных в центре Ллорета. Пока мы добирались до него, я себя чувствовал парнем, из GTA, который ходит по Сан-Андресу, наблюдая за беспределом, что творится на улице.

Кажется, теперь я понимаю, почему в 12 часов здесь нет молодежи - потому что все просто отсыпаются после этих бурных ночек, наполненных развратом, танцами и свободой.

Никто из отдыхающих не ложится раньше семи утра, и город «оживает» только лишь к вечеру. Пока мы шли до клуба, который нас манил больше всего - «COLOSSOS», познакомились с несколькими группами иностранцев и, в конце концов, прибились к швейцарцам, которые, конечно же, знали немецкий язык. Заплатив за вход десять евро, мы с Гансом попали в рай.

Никогда в жизни я не видел ещё такого огромного сборища безумных подростков, собранных в одном месте. Ди-джей крутил какой то заезженный хит этого лета, который действовал на мой мозг, снова гипноз, и ноги сами несли меня в центр танцпола, хотя я совершенно не умел танцевать, в отличие от Ганса. Но водка в моей крови быстро научила меня это делать. Не успел я досчитать до десяти, как меня окружили девушки, и мы с Гансом переглянулись взглядом из серии: «Разве наш день рождения сегодня?». Правда, скорее это был мысленный сигнал, потому что из-за цвета музыки и дыма, которую пускали каждую минуту, было трудно разглядеть даже своего ближайшего соседа. Я даже толком не видел девчонку, которую обхватил за талию и прижал к себе, позволяя ей тереться бедрами о член.

Здесь все вообще-то были такими. Да, это была «грязная» аморальная вечеринка, но это, черт возьми, один из самых лучших вечеров в моей жизни, потому что... Не знаю, это даже трудно объяснить. Наверное, потому что я ни о чем не думал. Я просто находился под абсолютным кайфом. Серотонин со скоростью света вырабатывался в моей крови.

Это была та часть вечера, которую я ещё помнил. Мы танцуем в клубе, веселимся, заливая в себя разные вкусы водки, смешивая с текилой, хотя Ганс, вроде, выпил меньше, но об этом я узнал только на следующее утро.

Дальше я помнил всё какими-то странными отрывками. Двух девушек, что смотрят на меня своими очаровательными большими глазками. Они такие красивые, что, кажется, будто я нахожусь во сне. И они такие доступные. Они хотят меня, готовы сделать ради меня, что угодно, хотя я всего лишь семнадцатилетний парень, ничем не отличающийся от других в этом клубе.

Кажется, мы какой-то компанией гуляли на пляже после, и я отчетливо помню, что Ганс иногда пытался привести меня в себя и бил по щекам, но я в ответ только буянил и отгонял его прочь, умоляя о том, чтобы он не мешал мне веселиться.

Хотя он и сам был хорош, как потом оказалось.

Вся ночь длилась, будто три минуты, будто вспышка, которая калейдоскопом пробежалась перед глазами. На утро у меня жутко болела голова. Я проснулся в нашем номере, ну слава Богу, живой и здоровый. Но почему-то наши с Гансом кровати были сдвинуты, и я, осознав этот факт, присел на ней, пытаясь отойти от шока.

- Какого хрена вчера было? - позеленев от тошноты, говорю я, задавая этот вопрос сам себе. Мне срочно нужен тазик. Или пакет. И много-много таблеток от головной боли. И...Что это?

- Это тебе оставили. На память. - Ганс отвечает на мой мысленный вопрос, когда я вижу его в дверях ванной - он чистит зубы и смотрит на меня с ухмылочкой. Знаю я это выражение лица. Не предвещает оно ничего хорошего. В моих руках два бюстгалтера: один красный кружевной, другой синий со стразами между чашками. А что, очень даже красивое белье... Тааааааааааааак...

- Только не говори, что у нас был секс вчетвером, - ледяным голосом произношу я, не зная даже, как отнестись к этому факту.

- Ну, вот ещё. Не хватало мне участвовать в оргии с родным братом, - фыркнул Ганс, шепелявя, потому что его рот был занят зубной щеткой. - Поздравляю, ты отхватил себе сразу двух.

- Черт, почему я ничего не помню. - Я разочарованно вздыхаю и хватаю себя за волосы, чуть ли не зарываясь лицом в белье, наверняка прекрасных нимф, которые почему-то поспешили меня покинуть. - Черт, черт, черт. Только я могу так облажаться - не помнить первый секс в своей жизни. Ещё и сразу с двумя.

- О да. Ты ещё много чего не помнишь. И чего тебе стоил этот секс... - Он почесал затылок, посмотрев на меня с сомнением. - Я и сам не понимаю, как это произошло.

Он снимает футболку, и я не сразу замечаю, что у него серьга в левом соске.

Жеееееесть. Это выглядит жутко. Я начинаю подозревать его в том, что он вдруг решил сменить ориентацию. У него всегда была эта странная страсть к пирсингу. Наверное потому, что он обожал рок и как-то даже проколол себе язык, что по его рассказам было жутко больно.

- Ты совсем дурак? - выдохнул я, улыбаясь. - Ну теперь нас точно можно будет отличить. - пошутил я, но он поджал губы, а затем злорадно улыбнулся мне в ответ.

- Лучше не смотри в зеркало. Лучше никогда к нему не подходи, - отвечает он, и я моментально спрыгиваю с кровати и встаю рядом с ним в ванной, присматриваясь к нашим отражениям.

Я уже давно привык видеть себя со стороны - мы с Гансом одинаково питались и делали одни и те же упражнения, когда посещали фитнес-центр. Даже наши мышцы были накачены одинаково. Ни одна девушка не заметила бы подмены в случае, если бы мы захотели поменяться нашими сексуальными партнершами.

- Ну и что такого? Я прекрасен, как всегда, - дразню его я, поправляя волосы. - Выгляжу, куда лучше тебя, с этим твоим новым пирсингом... - И тут я замолкаю, присматриваясь к своим грудным мышцам.

Нет. Ну, только не это. Ну как это могло произойти?

- ЧТО ЭТО? - Я хватаюсь руками за раковину, чтобы не упасть от шока, который накрывает меня с головой. - Почему я тоже сделал эту хрень?!

Ганс ржет без остановки, наблюдая за моей паникой, и за тем, как я пытаюсь достать пирсинг из своего правого соска. Это очень больно и неприятно, да и вообще у меня слишком толстые пальцы для такой ювелирной работы.

- Ты перестанешь, а? - Я с укоризной смотрю на него, не понимая, как это могло произойти. - Почему ты не остановил меня, когда я это делал? Мы похожи на двух геев!

- Да ладно тебе. - Он закончил чистить зубы. - По-моему не плохо. И, между прочим, это была твоя идея. Точнее, идея твоей вчерашней девушки. А точнее двух...

- МОЯ ИДЕЯ? - Я наконец-то достаю серьгу и кладу её на полочку рядом с раковиной. - Фух. Хорошо, что это можно снять.

- Да. Они сказали, что переспят с тобой, только если ты сделаешь это. - Он показывает пальцем на свою грудь. - Ну а я сделал это первым, потому что я люблю пирсинг и решил тебя поддержать. Так что, можешь не благодарить меня за свой первый секс.

- Которого я, блин, не помню. - Включив холодную воду, умылся, чтобы прийти в себя.

- Всё могло быть и хуже. Мы же с тобой хотели приключений, - произносит он, по-братски обхватывая меня за плечи.

Мы смотрим друг на друга в зеркале.

- Да уж, но ты мог бы и остановить меня. И сними эту сережку, ты похож на гомика. - Я морщусь, но Ганс качает головой, полностью не соглашаясь со мной.

- А мне нравится. И девушкам тоже. - Я слегка хлопаю его по затылку, всё еще злясь. Он ударяет меня в ответ по плечу, но, разумеется, мне не больно.

- Да уж, это будут незабываемые каникулы.

- Как хорошо, что мы всегда будем вместе. Ты и я. - Ганс в ответ кивает и подмигивает мне в зеркале, и я замечаю, что сейчас наши глаза разного цвета. У него они тоже меняют цвет в зависимости от настроения.

Он выглядел так, будто эта ночь и правда перевернула его жизнь. И только позднее, я узнаю, что он познакомился с прекрасной девушкой, которая покорила его сердце, стала его первой любовью.

В это день он изменился и повзрослел, в то время как я оставался безответственным подростком и парнем «перекати поле».

***

Можно ли почувствовать момент, который меняет тебя? Я чувствовал это несколько раз - несмотря на легкость в моих мыслях, я понимал, что так я лишь стараюсь отгородить себя от очередной боли, которая ждёт меня за поворотом судьбы.

У меня было такое чувство, будто я иду по дороге своей жизни, а она периодически колошматит меня лицом об асфальт. Я терпел всё это, переживая самые трудные моменты вместе с братом.

Смерть мамы. Нам было пять.

Женитьба папы на другой женщине.

Постоянные крики отца и этой женщины.

Дедушка с бабушкой дарят нам собаку на десятый день рождения, и мы называем его Тимом - питбуль серебристого окраса, которого мы очень любили.

Тим умирает, и мы с Гансом хороним его в лесу за городом, вспоминая, как восемь лет он был неотъемлемой частью нашей жизни.

А потом происходит то, что ломает меня настолько, что я просто перестаю двигаться. Я лежу на этом асфальте жизни и жду, когда по мне проедется каток.

Мое сердце выпотрошено на куски. Такое чувство, что у меня в груди дыра или механическая машина по перекачке крови.

Он уехал, оставил меня, и я бы ненавидел его, если бы знал, что с ним всё в порядке. Но это было не так.

Не знаю, почему эти воспоминания пролетели у меня перед головой сейчас, когда я был наедине с Эмили. Я бы хотел поговорить с ней об этом, потому что знал, что она будет меня слушать. Но я не стал этого делать, потому что я просто привык держать всё в себе.

Её губы были близко, и клянусь, я несколько лет никого не целовал, но в эту секунду был готов это сделать. Но я знал, что она не готова.

В нашем недопоцелуе было больше сексуальности, чем во всех моих бурных ночах вместе взятых. По крайней мере, в тот миг, когда её робкое дыхание покрывало моё лицо, я подумал именно об этом.

Она вся дрожала. Её ресницы трепетали, то ли от страха, то ли от возбуждения, уголки рта дергались от волнения, и я не помню ни одной девушки, которая вела бы себя так по отношению ко мне. Я не помню, когда в последний раз встречал девушку, которая бы не вешалась мне на шею и не текла при одном моем взгляде на неё.

Может, это было в прошлом десятилетии, но точно не в ближайшем прошлом.

Она закрывает глаза, когда я слегка наклоняюсь к ней и почти касаюсь её губ. Полных, настоящих и чувственных губ.

Я не хочу, чтобы они мне нравились. Я не хочу, чтобы мне нравился румянец на её щеках. И я мечтаю о том, чтобы она встала и убежала и больше никогда не связывалась со мной. Я умоляю Бога сделать это для меня... Хотя бы что-то сделать.

«Оттолкни её. Будь жестче. Будь жестоким, какой ты со всеми» - проноситься совет в моей голове и я киваю, будто сам себе, соглашаясь с этим изречением.

- Я не прикоснусь к тебе, Эми. Пока ты сама об этом не попросишь. - Я придаю тону своего голоса самый равнодушный тон, на который только способен. Не знаю, вышло у меня это или нет. Я хочу нагрубить ей, как Ребекке, но потом смотрю на её хрупкие черты лица и не могу этого сделать.

Она распахивает глаза. Они теплого карего цвета, и огоньки, что в них пляшут, выглядят, как надежда.

Эми молчит, и я натягиваю на себя соблазнительно уверенную ухмылку и отстраняюсь от неё. Хватая пиво с ближайшей полки, прикладываю губы к горлышку бутылки и пью.

Знаю, что я выгляжу, как урод, как равнодушный кретин...

- Ты мне отвратителен. - Эмили смотрит на меня и морщится, и я понимаю, что добился того, чего хотел.

- Я буду твоим лучшим отвратительным другом, идёт? Я занесу тебе краску попозже, - как ни в чем не бывало, сообщаю я, продолжая играть. Она кидает джойстик рядом со мной, молча встает и направляется к двери.

Как только Эми отворачивается, на мне снова появляется мое настоящее выражение лица, и я с тоской провожаю её красивую спину. Открытое платье позволят мне увидеть двух ярко красно-желтых птиц, что изображены на её коже.

Они летят друг к другу, но я знаю, что они останутся неподвижными изображениями и никогда не встретятся.

12 глава.

POV Макс

Провожу рукой по мокрым волосам и наклоняю голову слегка влево, чтобы прочистить уши от морской воды. Сегодня я встал ещё раньше обычного - теперь мне нужно было готовиться к соревнованиям, и хотелось выкроить побольше времени на совершенствование своих трюков. Но, как назло, волны сегодня были слишком маленькие, поэтому никакого совершенствования мастерства не вышло.

Я просто бороздил океан пару часов и почему-то постоянно падал с доски, радуясь тому, что время слишком раннее, и этого никто не видит.

Отчасти я знал, почему так происходит - сегодня я решил взять борд в прокате, чтобы потихоньку отвыкнуть от своего, родного. Он был других размеров и тяжелее, что мне не нравилось, и доставляло дискомфорт при скольжении. Но других вариантов у меня не было. Уже сегодня я должен отдать свою старую доску Эмили. Если, конечно, она захочет меня видеть.

В моих мыслях я видел то, как заношу Эмили краску, и уже в следующее мгновение она выливает на меня целое ведерко.

«Ты мне отвратителен» - её голос будто заперт в моей голове, и уже который день я вспоминаю то чувство, которое ощутил на своей коже, когда, чуть было, не поцеловал её.

Самое ужасное - это чувство незавершенности. Я всегда получаю то, что хочу. Я просто прихожу и беру это. А тут... Боже, я не смог поцеловать девчонку. Я представил, как Ганс залился бы смехом, если бы узнал о том, что я не смог сорвать то, что мне причиталось.

«А она с характером. Даже не думай, что она достанется тебе легко» - он сказал бы именно это, и его голос так отчетливо прозвучал в моей голове, что я ещё больше разозлился.

«Чего тебе надо? Уйди из моей головы. Ты не настоящий. Ты - лишь проекция моих мыслей» - отвечаю я себе, но брат настаивает на своем. Я не хочу с ним спорить, потому что это будет считаться шизофренией.

Усевшись на пляжный песок, наблюдаю за девушками в купальниках, которые пришли искупаться и пофотографироваться на фоне океана. Туристки. Их бикини настолько маленькие, что не оставляют места для фантазии. Не интересно. Хотя у одной из них довольно таки красивая и подтянутая грудь.

Я тяжело вздыхаю и, зарывшись одной рукой в песок, достаю телефон и беру его в другую. Набираю знакомый номер, вспоминая о том, какой сегодня день.

- Агент Броди слушает. - Мужчина на том конце провода обладает низким басистым голосом.

- Клайд, это Макс. Макс Кенинг, - отвечаю я и чувствую, как мое сердцебиение начинает учащаться.

- О, мистер Кенинг. Я рад вас слышать...- начинает он, но я спешу его перебить.

- Давайте сразу к делу, Броди. Я плачу вам не за пустые разговоры.

- Хорошо-хорошо, - поспешил Клайд и зашуршал какими-то бумажками. - Ганс Кенинг. Тело нигде не найдено, - прочитал он и начал рыться дальше.

- Вы проверяли новые зоны? - с волнением в голосе спрашиваю я, уже заранее зная, чем закончиться этот разговор. Ещё одним дьявольским разочарованием.

- Да, разумеется. Мы проверяем по одной зоне в месяц. Датчики молчат. Обломки не найдены, собственно, как и ваш брат...- Он говорит всё тише, будто бы боится, что я сейчас опять психану.

- Продолжайте поиски. Я вышлю вам деньги на этой неделе, - сдержанно говорю я, сжимая телефон в своих руках изо всех сил. Ещё чуть-чуть и я его раздавлю как щепку.

- Хорошо, мистер Кенинг. Не отчаиваетесь... - многозначительно тянет он, но я уже кладу трубку.

Прошел год. Даже больше. Не отчаиваться? Ага, именно на это я способен в такой ситуации. Неведение ещё больше причиняет мне боль. Потому что я все время жду, когда мой олух - брат - объявится на пороге.

Провожая взглядом океан, я надеваю футболку и, прихватив с собой доску, направляюсь к своей машине. Мысленно составляю свой сегодняшний план на целый день: две пары по программированию, а потом перерыв, в который я займусь домашним заданием по математическому анализу. Затем ещё две пары, заслуженный отдых, пробежка и... Рано или поздно настанет минута, когда я буду вынужден отправиться в комнату к Эмили и Кендалл. Может надеть на себя дождевик? Это спасёт от краски.

Погрузившись в собственные мысли, вхожу в свою комнату и вижу Кендалл, которая что-то делает там с утра пораньше.

- Привет, Кенди, - бросаю я, усаживаясь на свою кровать. Смотрю на часы и вижу, что они показывают полдевятого утра. - А что ты здесь забыла?

С подозрением оглядываю комнату. Вместо Кайла белая гора из одеял и подушек, за которыми он скрывается. Кендалл одета в форму колледжа, и всё же её прическа слегка не соответствует привычному зачесанному на макушке конскому хвосту.

- Я... - Она выглядит смущенной. Её взгляд падает на носки. - Я просто заходила к Кайлу.

- Обычно это делает Сандра. - Я вскидываю бровь, пытаясь разобрать, чего она так стесняется. Кайл храпит и подозрительно громко это делает, будто притворяется спящим.

- Вы же не...? - Я прокашливаюсь, посмотрев на девушку в упор.

- Нет! Конечно, нет! - пылко заверяет меня она, скрещивая руки на груди. - Просто он приболел. Сандра... Она готовится к зачету по психологии. И я решила принести ему лекарства.

- Отстань от неё, брат, - доносится из-под кучи подушек, и я, смерив Кенди подозрительным взглядом, машу на всё рукой.

- Окей. Мне всё равно, но не думаю, что это понравилось бы Сандре.

- Я не сделала ничего плохого, - отрезает Кендалл, посмотрев на меня с возмущением. - А ты лучше бы присмотрел за другом! Иначе он совсем сопьется!

Она разворачивается и, постукивая каблучками, удаляется из нашей комнаты. В ту же секунду Кайл выбирается из-под одеяла и оглядывается. Затем он смотрит на меня, и я вижу огромный фиолетовый фингал под его правым глазом.

- Фак, что с тобой? - Я наблюдал за тем, как Кайл кончиками пальцев прощупывает свои мешки под глазами.

- С радостью бы рассказал эту чудесную историю, - ворчит он, корчась от боли. Он откидывает свое одеяло ещё больше, и я вижу, что синяки покрывают его левое предплечье.

Мой друг был здоровым парнем и очень сильным. И удар у него был не слабый - так получилось, что это я знал по себе. Его огрели сразу человек пять, потому что с меньшим количеством он бы справился.

- Если бы я хоть что-то помнил, - завершает он, покряхтывая от боли. На тумбочке рядом с ним находятся аспирин и стакан воды - видимо я зря заподозрил Кендалл в развратных действиях.

- У нас есть пиво? Мне нужно срочно опохмелиться. - Он хватается за голову и берёт какую-то странную черную коробочку со своей тумбочки. - Это пудра, не пугайся.

- Пива нет. - Я с сожалением констатирую этот факт, заглядывая в холодильник. - Ты, чувак, краситься собираешься?

- А ты думаешь, будет лучше, если ЭТО увидит Сандра и отчитает меня не только за измены, которых нет, но и за прогрессирующий алкоголизм? - вопросом на вопрос отвечает он.

- Слушай, правда, завязывай. Ты сам не свой в последнее время.

- Я просто хотел расслабиться. Помню, как зашел в бар, ко мне пристала какая-то компания... - Слова Кайла звучали так, будто он выдумывает их на ходу, но я сделал вид, что верю ему.

- А зачем им избивать тебя? - задал наводящий вопрос, и глаза друга стремительно забегали по комнате.

- Деньги. У меня пропали деньги и часы. - Он остановился на моих глазах. Звучало убедительно, но верится всё равно с трудом.

- Давай, если пить, то только вместе. - Я наблюдаю за тем, как он замазывает пудрой свой синяк, и мне хочется валяться на полу от смеха. Но я сдерживаюсь, придерживая себя за пресс. Слава Богу, он так занят своим отражением, что не замечает меня.

- Окей, как скажешь. Это было-то всего один раз... - протягивает он и пытается расчесать свои волосы рукой, чтобы более-менее походить на человека.

- Не знаю, что с тобой происходит, но ты должен понять Сандру - со стороны выглядит так, будто ты то и дело, что пьешь и общаешься с красотками, вроде Кендалл.

- Она... - начал он, но я выставил руку вперед, перебивая его.

- ТВОЯ ПОДРУГА, знаю. Но давай называть вещи своими именами: найдется мало парней, которые отказались бы трахнуть Кендалл Увайтроуз, и Сандра это понимает.

- Я не хочу трахнуть Кендалл, - подумав, отвечает он, но потом поджимает губы.- Хотя, если смотреть на неё со стороны, а не как парень её подруги, то...

- Я о том же говорю. - Я подхожу и хлопаю его по здоровому плечу.

- Ай. В это тоже били, просто синяков нет. - От него пахнет водкой за три версты.

- Тебе срочно нужно в душ. Я так понимаю, ты опаздываешь. - Я поднимаю сумку от Adidas с пола и направляюсь к двери. - Сегодня я буду поздно. Можешь позвать Сандру, если хочешь.

- Заметано. Если она будет согласна... - уже тише добавил он, и я решил, что потом выясню, помирились они или нет с тех пор, как разругались на дне рождения Эмили.

Выйдя на лужайку перед Кампусом, сразу натыкаюсь на Ребекку, которая подлетает ко мне, как всегда из ниоткуда: она будто установила на меня радар и теперь всегда знает, где я нахожусь. Хотя,не удивлюсь, если это окажется правдой.

- Мааааааакс. - Она закрывает своим телом мне дорогу и кладёт одну руку на плечо. Мой взгляд фокусируется на её груди, потому что сегодня она надела прозрачную кофточку с глубоким вырезом. У неё большая грудь - между третьим и четвертым размером.

- Тебе нравится? - спрашивает она, замечая мой взгляд, и я тут же убираю её руку со своего плеча.

- Ага. Очень, - равнодушно отвечаю я, пытаясь пройти вперёд, но она снова липнет ко мне, и я чувствую приторный запах её сладких духов. Аромат от неё всегда такой, будто где-то рядом взорвалась конфетная фабрика.

- Макс, зачем ты так со мной? После той вечеринки... После того, что между нами было... - Она со вздохом качает головой, не понимая моих поступков. - После нашего секса...

- Орального секса с твоей стороны, - подчеркиваю я, улыбаясь.

- Да... Да как ты можешь быть таким холодным? Ты единственный, за кем я так увиваюсь, неужели ты этого не видишь? Если мы будем вместе, тебе будет завидовать каждый, чертов, парень в этом городе!

- О да. - Я закатываю глаза, останавливая девушку. - Ребекка, то, что ты сделала, было очень неплохо. Но, во-первых, я тебя об этом не просил. Во вторых... Ты слишком навязчивая. Тебя много, понимаешь? Ты, блин, преследуешь меня. Душишь, - наконец-то я объясняю ей такие простые истины, которые она вроде бы и сама должна понимать.

- Неплохо? - Она взрывается, сжимая свои кулаки, и смотрит на меня взглядом полным негодования. - Да что тебе нужно, Кенинг? Я не понимаю, какой нужно быть девушкой, чтобы быть с тобой? Объясни мне! И я буду такой...

- Да будь ты хоть единственной девушкой на земле, ты всё равно будешь мне не нужна. Мне не нужна девушка, ясно?! Точно не такая, как ты, Бекка. - Мой голос холоден и тверд. Ребекка закрывает лицо руками, чувствуя на себе килограммы унижения, и мне становится её очень жаль.

Мне даже почти стыдно. Я приобнимаю её за плечи, понимая, что слегка перегнул палку. Она почти плачет, наверное, мечтая, чтобы никто не заметил её в таком состоянии. Пока я держу её в своих руках, мой взгляд ловит в толпе знакомую копну карамельных волос - Эмили идёт на пары и выглядит сегодня просто восхитительно.

Она улыбается, будто своим мыслям, и смотрит себе под ноги, прижав учебники к бедрам на вытянутых перед собой руках. Волосы завиты в крупные локоны и подпрыгивают вместе с ней, пока она спешит на урок. Мне хочется проводить её, извинится за свое грубое поведение и тем самым избежать участи, которая ждёт меня сегодня вечером.

Но вряд ли это возможно. Поэтому я крепче обнимаю Бекку и даже поглаживаю её по спине, чтобы успокоить эту «липучку».

POV Эмили

На паре по истории архитектуры я изо всех сил стараюсь сосредоточиться на лекции мистера Купера. Я пишу каждое слово, которое он произносит, слежу за слайдами, что он показывает нам на электронной доске, но всё тщетно.

Ни слова, из написанных строчек, я не запомнила, как и не заметила ни один дом из представленных в презентации. Я буду ужасным дизайнером и наверняка не смогу отличить классику от модерна, крышу в стиле Барокко от Экспрессионизма. Моя голова будто отключается и совершенно не хочет воспринимать новую информацию.

«Не смей думать о нём. Не смей»

В глубине души, я понимала, что моя травма не может длиться вечно. Я собиралась устранить это, справится с ней годам к тридцати. Возможно, я бы нашла хорошего мужчину, способного разрушить мою непробиваемую стену, которой я отгородилась от всех отношений, что со мной когда-либо пытались завязать.

Он бы долго ухаживал за мной, дарил подарки, пока, в конце концов, я бы не поняла, что так нужно. Все это делают - выходят замуж, потому что никто не хочет встречать старость в одиночестве в окружении семи кошек.

И я точно знала, что Макс Кенинг не будет мужчиной, который завоюет моё сердце. Может, я знала его не очень хорошо, но, судя по тому, как он неразборчив в половых связях, ему вряд ли нужны серьезные отношения. И даже если он и станет за мной ухаживать, то только для того, чтобы добиться одной единственной цели.

Впервые за последние пять лет, я думаю о сексе, не как об орудии пыток. Я отдаю себе полный отчет в том, что, возможно, это было бы приятно, если бы со мной не случилось то, что заставило меня потерять всякий интерес к отношениям между мужчиной и женщиной.

Но почему, то теперь, воспоминания, о том дне, что я провела в комнате Макса, играя в приставку, периодически преследуют мои мысли.

Находясь не в самом добром расположении духа, я отправляюсь в кафетерий на воздухе, чтобы встретить там Кендалл, как мы договаривались. Оглядев взглядом столики, не нахожу подругу и как только сажусь за один из свободных столов, получаю от неё сообщение:

«Прости, Эмс. Важная тренировка. Придется сегодня опять остаться без обеда, но не волнуйся: у меня есть диетический пудинг. До вечера, хохо».

Я немного расстроена, и всё же заставляю себя натянуть улыбку, достаю скетчбук и, чтобы хоть как-то компенсировать разгильдяйство на паре, собираюсь порисовать. Беру карандаш в руки и хочу нарисовать кампус, но ничего не выходит. Рука будто сопротивляется мне и не хочет изображать скучное здание. Окна выходят кривыми, а колонны, украшающие фасад здания, совершенно не соответствуют действительности.

Остаток ланча я доедаю с кислой миной на лице, пока не замечаю то, что вновь привлекает моё внимание.

Макс находится за пределами кафетерия, но довольно близко ко мне. Настолько, что я прекрасно могу разглядеть его сегодняшний образ - белоснежные Найки, джинсовые шорты и обычная тёмно-синяя футболка. Парень сидит под деревом прямо на траве, облокотившись на его ствол своей спиной. Он что-то напряженно ищет в ноутбуке, хотя рядом с ним лежит тетрадь, и нервно грызет кончик от своего карандаша или ручки. Я тоже так делаю, когда у меня что-то не получается. Руслану всегда бесила эта привычка, да и мама ругала меня за то, что я несу в рот всякую дрянь.

Моя рука сама тянется к блокноту, и я начинаю рисовать, слегка прищурившись: так мне лучше виден объект моего исследования.

Я начинаю с самого простого - дерева, а затем начинаю рисовать Макса легкими штрихами, умоляя, чтобы он не двигался. К счастью, он настолько сосредоточен на работе, что, единственное, что он делает - это постоянно печатает что-то в своем ноутбуке.

Карандаш будто сам скользит по бумаге, а я лишь повторяю его замысловатые движения кистью. В блокноте появляются очерченные черты лица его профиля: четкий подбородок, переходящий в шею, с чётко выраженным кадыком; острые скулы, которые я могу разглядеть даже с такого расстояния: он не улыбается, и сейчас нет ни намека на ямочки, которые иногда проступают на его щеках; волосы... Я усмехаюсь, заметив то, что сегодня он старался причесаться, но, видимо, ничего не вышло. Его «ежик» хорошенько отрос, и теперь светлые пряди слегка свисали на лбу, находясь в хаотичном порядке.

Выдохнув, я и сама не замечаю, как рисунок готов. И только после завершения последнего штриха, я понимаю, что натворила. Я быстро захлопываю блокнот, чтобы ни одна живая душа не заметила мой рисунок, и собираю свои вещи с такой скоростью, будто убегаю от копов.

Когда я оказываюсь в нашей с Кендалл комнате, первое, что я хочу сделать, это смять и выкинуть рисунок Макса. Я смотрю на него, и мне становится тошно от того, что рисунок слишком красивый. Я уже давно так хорошо не рисовала. И это раздражает меня больше всего.

Ну почему кампус не вышел у меня так чудесно? Почему я не могла постараться и нарисовать эти колонны по-человечески?

Злясь на саму себя, я вырываю рисунок из блокнота и запихиваю его в ящик тумбочки, закрывая его парой книжек, которые дала почитать мне Сандра.

Чувствуя облегчение, я ложусь на кровать и мечтаю скорее уснуть, чтобы очистить свой разум от навязчивых идей и воспоминаний. Как хорошо, что днём мне редко снятся кошмары.

POV Макс

Я стою у двери в комнату номер триста пять и вот уже пять минут пытаюсь попасть внутрь. Ну, как сказать, мне всего лишь нужно постучаться, но что-то останавливает меня в самый последний миг, и я стою столбом, ощущая себя полным придурком. Наконец-то дверь распахивается сама, и я вздрагиваю от неожиданности. Но ещё больше я вздрагиваю от бешенства, когда понимаю, что на меня смотрят наглые глаза нашей местной звезды - Дмитрия.

- О, - произносит он, покидая комнату Эмили. - Тоже пришел извиняться? - с издевкой спрашивает он, на что я только сильнее стискиваю зубы.

Он напевает какую-то песню, будучи в очень хорошем расположении духа, и покидает коридор, которые девочки делят между собой. Мне хочется уйти, но я понимаю, что Эмили уже заметила, что я нерешительно мнусь в дверях с банкой краски в руке.

Ах да, забыл. Я всё-таки надел дождевик.

- Проходи. - Она сидит на кровати, и её глаза слегка сонные, как будто она только что поспала. Это меня злит ещё больше - уж не с Дмитрием ли? Но тут я трясу головой и вспоминаю о том, что это же Эмили.

- Я тут тебе... Краску принёс. И... - Я выношу из коридора доску и, как ни в чем не бывало, проношу ее через их комнату, оставляя на балконе. Эмили молча наблюдает за тем, как я по хозяйски разгуливаю по её комнате. В голубом дождевике.

- Я твоя должница, - замечает она, посмотрев прямо в мои глаза. Её подбородок при этом гордо приподнят, и я замечаю, что у неё слегка вздернутый нос. - Поэтому я всё сделаю. Несмотря на то, что ты мне отвратителен, - добавляет она, но на её лице почему-то появляется улыбка.

Я не могу сдержаться и улыбаюсь ей в ответ.

- Ты не злишься на меня? Просто, может ты навыдумывала себе слишком много, и у тебя есть какие-то ожидания... - самодовольно произношу я, желая посмотреть на её реакцию. И она оказывается точно такой, о которой я всегда мечтал. Неподвластной мне, спорной.

- Что? Ожидания? - Она скрестила руки на груди и чуть не рассмеялась прямо мне в лицо. - Макс... Я тебя умоляю... «Я не прикоснусь к тебе, бла-бла-бла, пока ты сама не попросишь» - ты так всех девушек снимаешь, и они ведутся? - Не знаю, как она это делает, но она произносит именно те слова, которые вызывают в моей крови то самое волнение... Волнение, которое слегка шатает мою заледеневшую душу.

- Обычно они ведутся без слов. - Я вздыхаю и сажусь на кровать Кендалл, свесив руки между ног. Наши взгляды с вызовом переплетаются друг с другом, и не один из нас не моргает, наблюдая за тем, кто выдержит эту схватку взоров дольше.

- Америка, - многозначительно протягивает она. - А ещё говорят, что это мы самые доступные...

О нет, только давай уйдем от темы секса подальше. А то твой сонный вид заводит меня куда больше, чем Ребекка с её грудью нараспашку.

- Так, и когда мы начнем? - резко спрашиваю я, склоняя голову на бок. Эмили повторяет это движение за мной и вскидывает бровь.

- Что начнем?

- Учить тебя серфингу. - Я подмигиваю Эми, наблюдая за тем, как её глаза из миндалевидных превращаются в круглые.

- Чего??

- То, что ты слышала. Ты должна прочувствовать это. Прокатиться. И не вздумай отказываться - ты уверена, что тебе больше не понадобится моя помощь по программированию?

- Конечно, не понадобится! То есть... Макс, ну это же очень трудно! - Между её бровей образуется легкая морщинка. Девочка показывает, как она умеет злиться, и мне это безумно нравится.

На ней короткий белый топ, и я позволяю себе оглядеть её тело: у неё плоский животик, и я вижу маленькую блестящую вещь у неё в пупке. Кожа чуть-чуть загорела под Калифорнийским солнцем, но осталась фарфоровой, как у куколки. Мне так хочется прикоснуться к ней и убедится в том, что на ощупь она, как бархат.

Трясу головой, чтобы отогнать от себя эти чертовы мысли.

- Ты же на скейте катаешься. Это то же самое, только в воде. - Я пожимаю плечами, с трудом отводя от неё взгляд. Так, значит, ей пирсинг нравится. Ха, ну она ещё мой не видела.

- Ты издеваешься? Только в воде? Я не умею плавать! - придумывает оправдание она, но я по её глазам вижу, что она лукавит.

- Врушка. Эми, успокойся. Хорошо? Я научу тебя. - Я хочу протянуть к ней руку, несмотря на то, что она далеко, но напрягаю мышцы и останавливаю свое намерение.

- Да ты кого угодно уговоришь! - ворчит она, взмахивая ладонями. - Хорошо, хорошо. Только сейчас тебе нужно уйти. У меня скоро зачет по истории архитектуры, а на паре я сегодня... В общем, ничего не поняла.

- Заметано. - Я встаю, в последний раз оглядывая её. Мне трудно поверить, что природа может создать настолько красивую девушку. Ещё и с таким стержнем внутри.

Мне хочется узнать, что здесь делал индюк-Дмитрий, но понимаю, что это приведет к очередному разбору полетов, поэтому прикусываю язык.

Сегодня я лягу спать пораньше, потому что завтра я в первый раз буду учить кого-то кататься.