Московская принцесса.

На следующий день Ульяне удалось познакомиться с девушкой, которая жила за пару километров от лагеря – Олей. Это была невысокая, крепко сбитая и очень симпатичная девушка, Улина ровесница. Они немного поболтали, стоя у невысокого забора, где Олина бабушка тяпала какую-то траву ржавой тяпкой, обо всякой ерунде: о том, что в школе много задают; что в институт поступить сложно. Очень хотелось сказать, что если ходить к хорошим репетиторам, которые в том же вузе преподают – вообще проблем не будет, но сдержаться все же удалось.

Вечером Ульяна решила убежать в «самоволку», благо ворота из лагеря не охранялись, и посетить местный клуб. Клуб в деревне был испокон веку, сохранился он и сейчас, как показала информация, вызнанная у Оли. Бабушка же ничего хорошего о клубе не сказала:

– Одни хулиганы там, внученька. И дерутся постоянно. Ты от этого места проклятущего подальше держись. – С другой стороны, ничего другого от нее Ульяна и не ожидала услышать. Не скажет же она, в конце концов:

– Улечка! Клуб – рай на земле. И так уж там хорошо – сил нет! И ребята такие туда хорошие, воспитанные ходят! Я бы и сама оттуда не вылезала вместе со своими подружками, да стили танцев новых освоить не могу. А то бы я дала стране угля!

Уля была нормальной столичной клубной девчонкой. Она знала, как себя вести, и со смехом относилась к страшным бабушкиным сказкам про хулиганов. Нельзя по этим нескольким отморозкам судить обо всей вечеринке. Зато на деревенской party она действительно покажет, кто есть кто. Кто умеет танцевать и одеваться, а кто деревенщина неотесанная. Тем более что танцевать девушка очень любила. Пять лет спортивных танцев давали о себе знать. В принципе была даже возможность продолжить карьеру профессиональной танцовщицы, но когда надо было принимать окончательное решение, отец стукнул кулаком по столу и сказал:

– Нет. Кем угодно – но танцовщицей или актрисой дочь офицера не будет. Нефтяник я или нет, но офицером всегда останусь. Вот умру – делай что хочешь. А сейчас я тебе запрещаю. – Пришлось танцы забросить, но зато на дискотеках девушка всегда была звездой.

А потом отец с головой ушел в бизнес и на увлечения дочки махнул рукой, но ей уже самой расхотелось идти в спорт. Умений, полученных в ДЮСШ, ей вполне хватало.

Можно было, конечно, пойти с Олей в клуб вместе, но конкуренция, даже в которой победа и очевидна, все равно была ни к чему. Поэтому Ульяна пришла к новой подружке и сказала:

– Скажешь, если вдруг будут звонить из лагеря, что я у тебя? В принципе все должны спать, но так, на всякий случай. А я в клуб хочу сходить.

– Одна? Ну ты крутая! – У Оли аж глаза на лоб полезли. – Мы если с девчонками и ходим, то не меньше пяти человек.
– Да? А чего так?

– Ну как… а вдруг кто приставать будет…

Это наивное предположение дико развеселило Ульяну. Вот она, деревня, мой дом родной! Во-первых, понятно, что дискотеки для того и делаются, чтобы парни знакомились с девчонками. Во-вторых, если «приставание» переходит рамки приличий, можно сразу сказать охраннику, и тот живо выставит нахала. Все об этом отлично знают, а потому и не нарушают границы вежливости. Во всяком случае, ни Ульяна, ни ее подруги о таких случаях не знали. Даже самые известные донжуаны никому не мешали и вели себя пристойно. Ну а в том, чтобы попросить любого парня потом проводить тебя до такси, – тоже нет ничего страшного. Понравился – можно потом пообщаться, телефонами обменяться. Нет – до свидания! – и никто не в обиде.

А эта боязнь дискотек, конечно, удивительна. Так в самом деле можно до старости ждать принца на белом коне. А откуда ему взяться-то?

– И потом, – добавила Оля, смутившись после своего признания, – могут лебедевские приехать.

– А это еще кто такие?

– Ну, деревня здесь соседняя, Лебедевка. Вот они иногда приезжают.

– И что?

– Ну, парни наши с ними дерутся.

Ульяна вспомнила огромных охранников, виденных ею в различных клубах, и ей опять стало смешно и весело. Она даже представила, как Стас снова пробует ей нахамить, как она подходит к охраннику в черной майке и тычет сквозь шум музыки на обидчика. Охранник берет Стаса за шкирку, как щенка, и выкидывает в окошко, прямо в заросли кустов.

– Охрана-то хоть у вас в клубе есть? А диджеев сколько?

– Полиция дежурит. А диджеев двое – Макс и Денис. Они хорошую музыку крутят.

Ну если полиция дежурит, тогда уж точно нечего бояться. Хулиганы ее как огня боятся, еще больше, чем обычных секьюрити.

И с легким сердцем Ульяна взяла с собой яркий дискотечный прикид (топ, юбку и босоножки) и сбежала к Оле домой. У нее она нанесла немного косметики – тут тоже главное не переборщить. Увидев короткую юбку новой подружки, Оля округлила глаза и сказала:

– Да бааа…

Ну точно как бабушка! Хотя юбка была не такая уж и короткая. Нормальная клубная юбка.

– У нас ведь никто так коротко не носит… – прошептала Оля.

– Тоже мне аргумент! Ну а я всегда такие ношу!

– Смелая ты, Улька! Я вот никогда, наверное, так не смогу…

– А чего там мочь-то? Надевай короткую юбку, да и все тут! У тебя и фигурка хорошая, и ножки… И пошли со мной! (А, ладно! Можно уж, пожалуй, ее взять, раз такое дело!)

Оля опять густо покраснела:

– Да нет… я как-то…Мне дела домашние надо делать. Папа приедет поздно с ночной смены, его накормить надо.

– А мама?

– Мама сегодня сама в ночной.

– Ну, надо – значит надо, – не стала настаивать Уля. – Пока!

– Давай, удачно тебе сходить. Поосторожней там. И если лебедевские приедут – беги лучше через задний вход, через кусты и ко мне прямо.

– Ладно-ладно, – чуть ли не открыто смеясь, ответила Ульяна. И когда она уже шла по тропинке к клубу, засмеялась совсем громко. Интересно, почему люди такие глупые? Сами себе создают проблемы. Придумывают, можно сказать. Вот в Москве сколько народу живет? Пятнадцать миллионов. И ничего – мирно уживаются, никто никому не мешает. А здесь? Две деревни – пять дворов, живет человек по нескольку тысяч наверно! У Ульяны в школе московской и то больше народу учится! И то – на тебе! Ругаются чего-то, бегают друг от друга, как в детском саду. Боятся, стесняются… А ведь взрослые, казалось бы, люди!

Было еще совсем светло. Идти в самом деле оказалось недалеко: через небольшую опушку – по дороге, и ты на месте. У клуба стояло несколько машин, толпился народ. Само здание недавно, видимо, отремонтировали, и смотрелось оно вполне сносно. Уля уже в детстве танцевала вполне неплохо. Ну а сейчас можно точно рассчитывать на триумф. Подходя к ступенькам, девушка выпрямила плечи, как ее учил отец – чтобы осанка была как у офицерской дочери. А сейчас как у дочери нефтяного промысловика.

До чего же приятно ловить на себе восхищенные взгляды и слышать возгласы «Вау», «Офигеть можно», «Вот это девка»! Ради этого стоит носить короткие юбки. Жаль, что глупенькая Оля не понимает. Ну ничего, это еще начало. «Посмотрим, что вы запоете, когда увидите профессиональный танец. Все-то наверняка будут топтаться на одном месте, как медведи», – подумала девушка. И Ульяна с высоко поднятой головой подошла к «кассе» – столу с коробкой от жвачки, полной смятых десяток. За столом сидела необыкновенно жирная тетка, а на столе – молоденький рыжий сержант полиции, причем он болтал ногой в берце и лузгал семечки, сплевывая в кулак.

– Сколько?

– Полтос, – хором ответили тетка и сержантик. Ульяна извлекла из сумочки деньги, бросила в коробку и пошла в зал. Милиционер спросил в спину:

– Откуда ж такая красота к нам приехала? Неужто с самой Москвы?

Ульяна, не поворачиваясь, кивнула.

– Поосторожней, девушка. А то как бы наши охламоны не обидели. Если что, зовите меня сразу.

Ульяна опять кивнула, только на этот раз чуть обернулась, что заставило сержанта вспыхнуть до корней волос.

Войдя в зал, Ульяна разочарованно присвистнула. Огромный зал с дощатым полом был скорее пуст, чем наполнен деревенской молодежью, которую так жаждала увидеть девушка. «Тут и соперничать-то не с кем», – подумала Уля. Танцевальный зал был похож на длинный пенал, вдоль стен которого стояли откидные стулья. Их явно так специально ставили на время дискотеки, в остальное же время – это был самый обыкновенный актовый зал, в котором проводились абсолютно все деревенские массовые мероприятия, от официальных собраний до детских утренников. Цветомузыка была под стать обстановке – большой зеркальный шар на потолке да два цветных прожектора по бокам сцены. На самой же сцене гордо восседал на деревянном стуле местный диджей Денис, который очень любил, когда его называли по-модному, Дэном. Ему было уже тридцать лет, однако он изо всех сил старался выглядеть моложе. Ульяна решила идти прямо к нему.

– Привет! – поздоровалась Уля, перекрикивая какую-то попсовую песню, которая исчезла из столичных радиоэфиров еще три года назад.

– Хай, – коротко бросил Дэн, невозмутимо глядя на танцпол. Он явно чувствовал себя звездой.

– А где народ? – спросила Ульяна.

– Подтянется, – ответил Денис тем же тоном и посмотрел на девушку. В этот момент его лицо расплылось в улыбке, и незадачливый артист, взмахнув рукавами своей «модной» оранжевой толстовки, воскликнул:

– Ой, здрасте! А вы откуда? С Москвы?

– Да, из Москвы, – спокойно ответила Уля, чуть заметно улыбнувшись. – А когда же придут все?

– Через полчаса примерно, – улыбался Дэн. Такие девушки явно были в дефиците на его вечеринках. – А как зовут-то?

– Ульяна, – сказала нежданная гостья.

– А меня Денис, но для своих – Дэн, – гордо ответил диджей.

Обычно Ульяна никогда не разговаривала с диджеями, потому что в московских клубах это запрещалось, да и нужды особой никогда не было. Но сейчас она растерялась: около стен в нерешительности стояли две-три небольшие группы ребят, которые бросали на Улю недвусмысленные взгляды. Две девочки танцевали около сцены. А больше никого не оказалось, и это было очень странно, ведь Оля рассказывала, что сюда приходят ребята со всех окрестных деревень. «Видимо, еще рано», – подумала Уля и стала оглядываться в поисках места для отдыха. В ту же секунду чья-то рука легонько похлопала ее по плечу. Ульяна обернулась, и увидела перед собой высокую фигуру Стаса, за спиной которого маячил его верный проводник Вадик.

– Эй, Москва! А чего это мы не в лагере? – ехидно поинтересовался Стас.

– Тебя о том же спросить надо, – огрызнулась Ульяна.

Стас тут же насупился.

– У меня все схвачено, – обиженно сказал он. – Я с вожатым договорился.

– Рада за тебя, – спокойно ответила девушка. – А теперь будь добр, скройся с глаз моих подальше.

– Да ладно тебе, – миролюбиво ответил Стас. – Слышь, Москва, с тебя медляк, – весело сказал он и подмигнул.

– Разбежался, – захохотала Ульяна и, повернувшись спиной, вышла на середину зала. Ей было очень весело наблюдать за потугами Стаса приударить за ней. Ульяна вспоминала Тима и то и дело сравнивала его с незадачливым белокурым купидоном. Каждый раз это сильно веселило её – худощавый стройный Тим в модных джинсах и тёмных очках и долговязый Стас в своей цветастой гавайской рубашке. Однако, несмотря на то что «сын зернового олигарха» никак не вязался с московскими модниками, он выглядел на порядок лучше, чем все остальные парни в лагере и деревне. По местным меркам Стас был самым красивым парнем, и тот факт, что он бегал за Ульяной, необычайно ей льстил.

Лишь только девушка начала танцевать, как в ту же секунду почувствовала на себе завороженные взгляды не только Стаса и Вадика, но и всех, кто присутствовал в зале. Танцы, несомненно, были её коньком. «Так-то», – довольно подумала Уля.

– Поприветствуем Ульяну из города-героя Москвы, столицы нашей Родины! – задорно крикнул в микрофон Дэн и поставил самый новый хит из всех, что были в его коллекции.

В этот момент двери распахнулись, и в зал вразвалочку вошла компания молодых людей. Тот, кто вошел первым, явно был лидером компании. Высокий, широкоплечий, с огненно-рыжими волосами, весьма напоминавшими шевелюру молодого сержантика на входе. Рыжий не спеша прошелся по залу, бросил оценивающий взгляд на Ульяну и остановился у стены, неподалеку от сцены. Остальные четверо его спутников последовали за ним. Диджей Дэн, спрыгнув со стула, тут же подошел к рыжему, пожал ему руку и обменялся парой коротких фраз. Оба попеременно кивали на Ульяну. По всему было видно, что этот парень тут самый главный, и его боятся все. Рыжий сделал знак Дэну, и тот, прервав свой хит, поставил медленную песню. Танцующие, а их к этому моменту уже собралось немало, растерялись, как обычно бывает в таких ситуациях. Девочки стали вертеть головами в поисках тех, кто мог бы их пригласить, а парни с важным видом все еще подпирали стены. Ульяна решила передохнуть, но перед ней внезапно вырос Стас.

– Давай потанцуем, Москва! – улыбнулся он. И не успела Ульяна пикнуть, как его длинные руки уже оказались на ее талии. В ту же секунду в плечо Стаса грубо толкнулась неведомая рука.

– Не лезь, пацан, – холодно сказал владелец руки. – Она со мной танцует.

Рыжий парень, а это несомненно был именно он, сделал свирепое лицо и посмотрел сперва на Стаса, затем на Ульяну. Девушку передернуло.

– А ты еще кто такой? – рявкнул Стас и толкнул обидчика двумя руками.

Рыжий только того и ждал. Отлетев на пару шагов, он криво усмехнулся, посмотрел на своих приятелей и, одернув куртку в том месте, которое зацепил Стас, негромко сказал:

– Пойдем, поговорим.

– Да пошли! – нахально крикнул в ответ Стас. Ему явно не хотелось падать в глазах Ульяны, но уже через пять секунд он понял, что его сейчас будут бить, и, скорее всего, очень больно.

Ульяна тоже поняла это, как и то, что у Стаса нет такой поддержки, как у местного рыжего задиралы, и попыталась остановить бойцов:

– Эй, не надо! Я со всеми потанцую!

Но парни ее не слышали. У местных деревенских ребят программа дискотеки всегда была одинакова: сначала подраться с кем-нибудь из приезжих, позажимать девчонок на медляках и, наконец, устроить еще одну драку, стенка на стенку. Стас стал первым номером программы.

Проходящего мимо кассы рыжего парня окликнул сержантик:

– Костян! Ты опять за своё? Оставь его в покое!

– Не лезь, братан, – сухо ответил рыжий парень. – Сядь спокойно.

Сержант повиновался. Он действительно был младшим братом самого отпетого хулигана деревни, рыжего Костяна, но ничего не мог с ним поделать – несмотря на статус милиционера, родного брата он побаивался.

Костян шел впереди, за ним – Стас, потом шли приятели рыжего, а замыкали процессию Вадик с Ульяной. В тот момент, когда рыжий зашел за угол клуба, он вдруг резко развернулся и со всего размаху ударил кулаком в лицо Стаса. Тот, не ожидав такой подлости, отшатнулся и тут же получил подножку от одного из приятелей Костяна. Рухнув на траву, Стас попытался вскочить, но местные были наготове – не давая сопернику встать, пятеро хулиганов набросились на него, нанося удары ногами.

Вадик стоял, оцепенев от ужаса, а Ульяна кричала, что было сил:

– Вы что делаете?! Отпустите его! Отпустите!!

– Молчи, курица, – обернувшись, злобно бросил ей Костян. – С тобой потом поговорим.

– Это же подло!! Подло!! Полиция!! – закричала Ульяна, вспомнив о сержантике.

– Девчонка права, это подло! – раздался вдруг радостный незнакомый голос. Он принадлежал коренастому черноволосому парню, который возник словно из ниоткуда.

– Впятером на одного, ай-ай-ай! – веселился парень. За его спиной, будто охранники, стояли несколько ребят повыше.

Местные вмиг перестали колотить Стаса.

– А-а, гуси-лебеди, прилетели! – улыбнулся Костян. – Давненько вас не видать что-то. Раны зализывали?

– После дискача посмотрим, кто там что зализывать будет! – зловеще усмехнулся коренастый. – Пошли, братва!

Ульяна с ужасом смотрела на удаляющиеся спины лебедевских ребят, на стонущего Стаса и пытавшегося его поднять Вадика и, наконец, на кривую ухмылку рыжего Костяна.

– Ну и зачем кричала? – захохотал тот.

В ту же секунду Ульяна резко развернулась и со всех ног побежала прочь. Она успела услышать вслед:

– Догоним? – спросил кто-то из друзей рыжего.

– В другой раз, – плюнув на землю, ответил Костян. – Пойдем.

Ульяна бежала через лес, а в голове все еще стояла только что произошедшая сцена. Стычка в клубе, испуганный сержантик, пятеро избивают ногами Стаса, появившиеся парни из Лебедевки. Ульяне казалось, что прошло несколько часов, а на самом деле всё случилось за каких-то пять минут! Но больше всего ей было противно оттого, что она насмехалась над мнительной Олей, над ее боязнью ходить на дискотеку одной. Теперь Уля ясно поняла, чего так боялась подруга. Тут не то что впятером, тут вдвадцатером пойдешь, и то не факт, что цела останешься.

Спустя какое-то время Ульяна остановилась отдышаться, и оказалось, что она почти добежала до Олиного дома. Ноги принесли её сами. Убедившись, что погони нет, Ульяна поспешила ретироваться к подруге. Ее до сих пор всю трясло, и она не знала, как обо всем рассказать Оле. Но одну вещь Уля осознала твердо – на деревенскую дискотеку она больше ни ногой.