*****
— Игнат, ты мог бы долететь до солнца?
— Туда легко.А вот обратно…
— Обратно и не надо, зачем…
*****
Через полчаса мы уже мчались по пригородным трассам. Я высовывалась в окно и разглядывала осенние обочины. Ветер дул мне в лицо, и я щурилась. Я представляла себе, как было бы, если бы с нами ехал Игнат. О чем бы мы говорили, как бы
вместе смотрели в окно. И я подумала, что в коттедже — одной, без Игната, без Сашки, будет скучнота. За городом, наверное, красиво, но ведь мы могли бы выехать туда на несколько часов и вечером вернуться?
Я посмотрела на папу — он сидел впереди и напевал песенку. Я глянула на маму — она улыбалась.
Ясно, у них эйфория.
Водитель включил радио, и громыхнула песня из «Пятого элемента». Она заполнила собою все мои мысли, и я погрузилась в дорогу. Мы почти что летели. Я пыталась представить, что дороги под нами нет, а внизу только пустота и верхушки деревьев. И дорога исчезала, будто кто-то хотел, чтобы все мои просьбы выполнялись. Я даже знаю, кто.
Дом стоял почти что посреди леса. Весь день мы то гуляли, то сидели на террасе, то валялись в гамаке, и до поздней ночи просидели у камина. Все было хорошо, но я начинала изнывать. Тут, можно сказать, только жизнь началась, а меня уже на отдых вывозят. Телефон не работал, Сашке было не позвонить. Я
понимаю, у мамы с папой своя радость, но моя радость — это Игнат. И ждать его, сидя за городом, где время тянется дольше обычного, становилось невыносимо.
— Пап, мы не взяли ноут? — спросила я.
Папа помотал головой.
— Мам! А у тебя сеть тоже не ловит?
Мама мне улыбнулась:
— Нет, мы оторваны от цивилизации.
— Радости-то, — насупилась я.
Папа забурчал что-то под нос и вышел на улицу.
— Мама… — сказала я и скрестила руки на груди. — У тебя будет сын или дочь? Я слышала, что родители это чувствуют.
Мама пожала плечами:
— Не знаю… не могу понять. Тин, побудь немного вместе с нами, хорошо? Ты все время то в школе, то с Сашкой, мы тоже по тебе соскучились.
— Вы же кормите меня по вечерам, — пожала я плечами.
Я поднялась с пледа у камина, походила по комнате, посмотрела через окно на папу, как он на меня сердится. И сказала маме:
— Поздно уже. Я спать пойду.
Мама посмотрела на меня, и я ушла под ее взглядом. Высокая деревянная лестница привела меня на второй этаж, в мою комнату светила луна, а подоконники здесь оказались еще шире, чем у нас дома. Небо было звездное, и я открыла окно, впуская в комнату холодный осенний ветер. Это ничего.
Если смотреть на небо, стараясь не замечать земли, то можно подумать, что небо — тоже море. Вон в нем отражаются звезды, луна. Легкая рябь в районе Млечного пути, мигают движущиеся маяки, одинокая лодка уплывает, чтобы пересечь океан и вернуться. И еще я. Я внизу, падаю в море. Это бесконечное падение, я даже чувствую, как свистит ветер в ушах.
Я посмотрела вперед — туда, где мой взгляд обычно находил светящееся Сашкино
окно. Там была только чернота, беззвучно шевелились деревья. Я поежилась, посмотрела еще раз на бесполезный мобильник и слезла с подоконника.