8 Глава: "Тихий Эфир и Громкие Сердца"
*Хан быстро освоился на подработке, и уже через неделю чувствовал себя как рыба в воде. Вскоре он держал в руках свою первую электрогитару, словно священный Грааль. Хан не мог поверить, что исписанные листы блокнота, хранящие его мечты, наконец-то обретут голос, превратятся в настоящую музыку…*
*Но месяц пролетел, как миг, и вот уже Хан – счастливый обладатель профессионального микрофона и добротной акустической гитары.*
*Лампочка над столом мерцала, отбрасывая желтые пятна на гитарные педали и ноутбук. Хан замер над клавишей «Опубликовать», палец дрожал. Его первая песня — «Лунная Пыль», написанная в те ночи, когда Минхо материализовался у окна и слушал, как рождаются аккорды. Теперь она была здесь: обложка, микс, теги... И пустота в подписчиках.*
— Сомневаешься?
*Минхо возник из темноты, присев краем на стол. Его пальцы почти коснулись трекпада — статический шумок побежал по экрану.*
— Выложи. Миру нужна эта бомба.
— Это не бомба, это... эксперимент, — *Хан потёр виски. Голова гудела.*
— Эксперимент, от которого у меня мурашки. И не только у меня, — *призрак наклонился, его холодное дыхание смешалось с запахом кофе.* - Запускай. Или я сам нажму, я же почти материальный сегодня.
*Хан фыркнул, но нажал. Экран мигнул: «Видео загружено». Тишина. Ни уведомлений, ни просмотров. Только их двое и пульсирующий курсор.*
— Теперь что? — *голос Хана звучал хрипло.*
— Теперь ждём. А пока... *Минхо исчез и тут же возник у холодильника.* - Чизкейк! Ты обещал на праздник первого релиза.
— Это не праздник, это...
*Но призрак уже «держал» в руках невидимую коробку, делая вид, что заглядывает внутрь:*
— Ого, с вишней! Моя слабость. Держи! — *он сделал движение, будто бросает кусок Хану. Тот машинально поймал воздух — и расхохотался. Напряжение растворилось, как сахар в чае.*
— Ты невыносим!
— Зато ты заулыбался, — *Минхо парил рядом, довольный.* Лучше уж я буду невыносим, чем ты — напуганным енотом.
*Хан откусил воображаемый чизкейк, глядя на него. На на этот полупрозрачный профиль, на привычную ухмылку, на то, как его глаза светятся азартом даже в смерти. И вдруг — удар под рёбра. Тихий, но тотальный.*
*Он влюбился.*
*Не в музыку. Не в успех. А в призрака, который крадёт вишни с его чизкейков. В того, кто смеётся над его страхами и становится его тихой крепостью. В того, кто не может остаться...*
— Что? — Минхо нахмурился, заметив его застывший взгляд.
— Ничего, — *Хан резко отвёл глаза к экрану.* - 1 просмотр. Уже что-то. *Цифра горела как обвинение. Ложь.*
— Хан...
— Я устал. Пойду спать.
*Он встал, избегая прикосновения холодных пальцев, которые потянулись к его рукаву. Не сейчас. Не это. Как сказать тому, кто уходит: «Останься, я люблю тебя»? Это звучало бы как насмешка над их реальностью.*
*Минхо не исчез. Он стоял у окна, глядя на спящий город, пока Хан зарывался в подушку, сжимая её до боли. На ноутбуке горело: 3 просмотра. 1 лайк.*
*А в груди Хана — целая вселенная обрушившихся звёзд.*