3
У шестерых имеется и поездка в теплую пору, когда не может возникнуть проблем с дорогами, которые уже разок были занесены снегом, что занесло и тех в другой город, но и там же они смогли понять что совсем не зря.
На этот раз они ездили в разные места. Вот куда в карте пальцем тыкнут, там и пропадают.
Уже в двух городах сумев навести суету, показав свою музыку, они довольными могли отправится в путь.
С таким неожиданным предложением обратился ко всем сам Круспе. Он удивил абсолютно всех устроив путешествие. Никому не хотелось отказываться, ведь у них были все ресурсы, а желание присутствовать не должно, забудь проблемы и печали, ведь тут свобода. Они свободны от природы.
Природа, то самое чудо которое нельзя объяснить до конца.
Это реки, это горы, это скалы, леса, поля дождь, трава, деревья, цветы.
Ох уж эти цветы.
Хайко прямо таки заставлял остановится, чтобы сойти на остановку близь больших цветочных полей.
Эти ромашки, мак, лаванда, василёк, астры, антирринум, шафран.
И всё это для того чтобы каждый насладился этой красотой и запахом, ведь совсем не обязательно их срывать.
Они не любили действовать принципу «красивый цветок».
Шнайдер с Паулем бегали рядом, веселясь. Флаке смеялся глядя на двух которые решали дурачится. Круспе улыбался глядя на счастливого возлюбленного, который вёл себя так беззаботно, что заставляло получить чувство удовлетворения. Тилль что-то кричал двоим, вдруг приобнимая Лоренца за талию. А Олли любовался искренней улыбкой Шнайдера, которая была сравнима с солнцем перед закатом. Самая яркая и греющая душу.
Тут просто не обойтись без внутреннего умиротворения и счастья, выходящего за границы. Это то время когда они заполняют себя силами природы, которые пришлось потратить в нелегкие холодные времена.
И ещё один день заканчивается в машине, когда они едут уже во тьме, но каждый удовлетворенно, без проблем может поддаться сну и отдохнуть, пока самый бодрый за рулём везёт их в новый светлый день. И этим бодрым оказывается конечно Оливер.
С утра пораньше, на новом месте где они останавливаются, им даётся возможность почувствовать свежесть прохладного озера, с высокой ивой которая покрывала своими листьями большое место, которое было скрыто от палящих лучей солнца, а при желании можно даже спрятаться от ливня.
Пауль, славящийся плохим умением плавать, решил что его время показывать свою крутость, поэтому первый движется к небольшому пирсу, который уже горячий от солнца, так что задерживаться на нём совсем не собирается, ибо смысла в этом нет. Один прыжок и все рвутся отправится за ним, чтобы тоже искупаться и охладится.
Тилль с Оливером отправляются следом, а вот Шнайдер, Флаке и Круспе не спешат, вроде бы решаются, а вроде бы пытаются больше следить. Лоренц всё же идёт в воду, начиная дрейфовать, плывя на спине, и врезаясь прямо в Линдеманна, но совершенно не пугаясь, сразу же хватаясь чтобы держаться за сильные плечи.
Все так увлечены.
— Ребят, а где Хайко? — вдруг спрашивает Шнайдер, оглядываясь по сторонам.
Но того, как ни гляди, нигде нет.
Под пирсом нет, и рядом с ним тоже нет, на суше никого не наблюдается.
Вот тут то все начинают паниковать.
Круспе бросается в воду, совсем наплевав на себя и свое нежелание, быстро отправился в плавание. Все так пугаются.
Начинают проверять всё что только есть, сразу впятером ныряя, в попытках найти пропажу, но того будто унесло сильным течением, хотя такового не было, спокойная вода.
Всё, прости, прощай!
Круспе с траурным видом выплыл. В последний раз он нырял, уже который, проверить, подавая попытки, пока остальные рядом ждали последний заход, чтобы обнаружить того. Ничего так и не нашлось. Соло-гитарист всё же крутит головой по сторонам, в попытке хоть что-то заметить.
В камыши влезть просто нельзя, можно запутаться, Пауль не дурак, с другой стороны виднелись водоросли около которых было пара листьев кувшинок, но и там было бы видно. Мимо них он не мог проскользнуть, их же много, а он один, кто-то обязательно заметил бы.
Дно вблизи они постарались прочесать, но и там нет...
Тилль хлопает того по плечу, и кивает в сторону пирса, якобы всё же стоит выходить.
Страшная ситуация случилась вот так на ровном месте, и Рихард понимал что нужно было следить за Паулем, зная что тот не может нормально плавать, но он был слишком легкомысленным.
Всё это испугало всех до бледности. Из загорелых, всего за десять минут, они превратились в исиня-белëхих. Осознание заставляло их стать именно такими. Круспе и правда начинает думать что все его идеи приходят к краху, и этот видимо тоже...
Знает свою вину, и внутренне мучается.
Ему становится плохо от осознания что произошло и то что нельзя обойти ужасное событие.
Нужно было выходить и звонить в службу спасения, но тут оно:
— Друзья, я тут немного ногу поцарапал камнем, у нас в аптечке пластырь есть? А то я всё никак не найду. — доносится с суши, а потом появляется Хайко, показывая на свою ногу, где видимо была эта царапина. — Что вы такие грустные? Рихард плавки потерял? — спрашивает он, поднимая одну бровь. Видимо судит по самому разочарованному взгляду из всех, которое принадлежит любимому.
От души отлегает у каждого.
— Считайте я избежал инфаркта... — вздыхает Круспе, идя на сушу.
— Кстати, там лучше не плавайте, я чуть лягушку не проглотил! — предупреждает Пауль, указывая в сторону листьев кувшинок и звонко смеётся, от чего вся ситуация потихоньку идёт на спад, напряжённость снижается, и пятеро думают что теперь за одним, уж точно, будет глаз да глаз.
Небось ещё до могилы доведёт.
— Пошли лягушка, помогу тебе справится с ранением. — выдыхает Круспе, выходя и сразу же перехватывая того поперёк груди, начиная тянуть к машине.
Тилль недовольно крутит головой из стороны в сторону, а перед тем как поплыть дальше, говорит:
— Малый да удалый, суметь уйти от пяти пар глаз и испугать!
Олли подтверждает, но думает что лучше посидит внизу у воды, на камушке, надо же как-то перевести дух, а вот за ним увязывается Шнайдер, думает как бы того развлечь и самому успокоиться.
Пока Рихард почти пытается съесть Пауля, ещё больше осознавая ценность того, как можно больше прижимая к себе чтобы точно верить что тот живой. Остальные заняты своим.
Шнайдер показывает морских животных, и сейчас остановился на дельфине, заставляя Лоренца смеятся, потому что выглядит это очень забавно. А ещё больше вдруг начинает забавлять то, что выныривает Тилль и хватает того забирая под воду, при этом умудряясь сказать что он косатка.
Недовольный барабанщик появляется из под толщи воды, сразу же начиная ругаться на солиста, что таким образом помешал ему продолжать представление, хотя на самом деле дополнил.
Ужасный крик стоит тогда, когда вместо Тилля из под воды всплывает уж, который видимо был недоволен таким помешательством в его спокойной жизни.
Поэтому уже через секунду Шнайдер, Флаке и Оливер стоят на пирсе. Флаке дико напуган, Шнайдер всё не может умолкнуть, утверждая что чуть коньки не отбросил, а Олли просто стоял успокаивая обоих и пытаясь объяснить что змея не несёт никакой опасности.
Где же Тилль?
А этот безбашенный решил играться бедным пресмыкающимся, которое просто хотело покоя. Вертел рассматривая, пытался закинуть змею на пирс чтобы испугать, так точно, двоих, но всё же совесть решила дать знать что она есть, поэтому уж отправился в дальнее плавание, прямо на середину озера, бедняге долго придется возвращаться.
Как выяснилось, пока те развлекались в воде, двое, а именно Пауль и Рихард, успели сварганить сэндвичей, как завтрак.
Много всякого из еды они не берут с собой, скорее больше рассчитано на что-то лёгкое и не занимающее большого количества времени на готовку. Поэтому найти что-то для сэндвичей у них всегда можно.
Флаке самым первым накидывается на еду, он пожалуй из тех людей которые могут быстро нагуливать аппетит, хорошо есть, но при этом оставаться тонким, как спичка. Сам он говорил что это хороший обмен веществ.
Круспе вдруг начинает громко смеятся, видя как Шнайдер запихнулся сэндвичем и выглядел как хомяк, который не в силах прожевать. А вот Ридель не очень оценил это, зная что после одного раза уже приходилось тому бить по спине, потому что после таких приколов тот подавился. Но на этот раз видимо Кристофа ничего не смущало, даже этот же недовольный взгляд Оливера.
Пауль наелся во время готовки, так что предпочёл пойти вновь искупаться, уж сильно ему было жарко, тут то и немедленно с ним намылился Рихард, волнуясь чтобы не случилось неприятностей. Теперь он точно не сведёт глаз.
Тилль вдруг подумал что настало время его небольшого раскладного шезлонга, который он обычно берёт с собой на рыбалку, но не взять на эту поездку его, он просто не мог. Смакуя своей едой, он разлегся на шезлонге который поставил в тени, чтобы не попасть под горячие лучи.
Зачем же сидеть на месте, верно?
Шнайдер тоже так думал, когда вдруг решил залесть палкой в муравейник, думая что это интересно, ну прям как в детстве. Прикольно то как, те бегают себе, работают, а тут Кинконг-какого-ты-лезешь-туда-Шнайдер влазит в их повседневную жизнь, нарушая целую систему, ещё и крошит хлебом сверху.
Муравьи ведь даже не поймут, хвататься за пропитание или защищать жилище. Но решать долго не приходится. Ударник замечает на себе насекомых не так скоро как нужно было, поэтому те активно ползают по его ногам, покусывая.
Что же он делает в первую очередь?
Конечно же пытается от них избавится стряхиванием, но когда не получается, он начинает паниковать, от чего пинает муравейник, что делает всю ситуацию ещё катострофичнее.
Остаётся бежать к воде, они ведь плавать то не умеют, в отличие от него.
Бежит, спотыкается об раскладной шезлонг Линдеманна, заставляя тот сложится, а когда летит к воде, цепляет за собой Круспе, что решил устроиться на пирсе, и двое вдруг падают прямо на Хайко, что тот уходит под воду, а потом еле всплывает.
Рихард внепланово стоит мокрым уловив под ногами дно, Пауль нахлебался воды что теперь еле продохнешь, а сам Кристоф пытался убедиться что теперь никакие муравьи больше не нанесут вреда.
Только через минуту он стоит застыв, пока уж точно четверо недобро смотрят на него.
— Шнайдер, ты в своём вообще уме? — спрашивает Тилль, он недоволен тем, что теперь его шезлонг оказывается сломан, а тот ещё устроил хаос, нанося вред другим.
— Это не я, это муравьи! — утверждает он, стоя в воде и указывая прямо на бултыхающуюся муравьишку около него.
— Какая дурость, Кристоф, неужели ты влез в муравейник? — спрашивает Пауль, который сейчас имеет не самые лучшие ощущения, и вообще, ему бы не помешало избавится от воды которая встряла внутри.
— Я просто смотрел, ничего больше!
— Вылазь, тебя уже оставить одного нельзя, маленький мальчик, теперь будешь со мной журналы читать. — указывает Ридель, успевая пристыдить своего непоседливого возлюбленного.
На самом деле Оливер придумывает нечто другое. Успокоив остальных пивом из термоконтейнера со льдом, он даёт Шнайдеру указание. Требуется прочитать двадцать пять страниц журнала, а потом пересказать их, пока Ридель пойдёт поспать, потому что он потратил всю ночь за рулём, ещё и успел сделать делов поверх этого, и ему конечно же хотелось отдохнуть.
Теперь Шнайдер думает что больше не полезет искать приключения на одно место самостоятельно. Не получать же ему одному. Так не интересно!
Конечно же Кристоф получает своё задание, а после с минуту возмущается, считая это несправедливым, но когда ему напоминают о шезлонге, сразу умолкает. Всё же начинает жалеть о своём поступке.
Ещё и напрочь запрещают куда либо совать свой нос, но он как ребёнок раздувает щёки приговаривая: «Больно надо».
Остальные думают что Ридель над ним сжалился, дав такую ерунду в задания. Кристоф ведь щёлкает это всё как нотную бумагу.
А вот Круспе вдруг осознаёт что тот может задать ритм, поэтому уже вечером решает применить это, заставив подбрасывать комбинации.
Так и получается потом одна из песен в будущем, но как она появилась будут знать только эти шестеро.
Когда темнеет, они думают что пора уже в путь, а дорогу к этому месту они обязательно запомнят.
Пейзажи сменяются.
Холмы, горы, скалы, поля. И всё это так красиво выглядит, что дух захватывает, а любое обсуждение окружающей их природы, заканчивалось массовым восхищением и желанием отправляться вперёд. Всё для того чтобы отдохнуть, насладиться и возможно поймать вдохновение.
Музыка из магнитолы, любимые песни и Тилль в качестве диджея, что может быть лучше?
Лоренц за рулём, Рихард и Хайко не жалея себя подпевают, а Шнайдер на самых дальних сидениях, чуть поотдаль от магнитолы, убаюкивал Оливера, которому было совершенно всё равно на кричащих друзей спереди. Он наслаждался нежными ручками Кристофера. Главное что он знает когда нужно срочно раскрыть глаза.
Как постоянно говорит Хайко: «если что, кричим — машина-а-а!».
Смехотворина стояла долгая, но дело то и правда серьёзное. От него зависит будущее.
Но главное что у них есть, это то, что они друг другу доверяют.
Без доверия ничего не свернëшь.
Их новый и познавательный день начнётся с их пробуждением, а пока они не уснули, спокойно могут провести его остаток в веселье.
Даже интересно, что же их ждёт дальше.
____________________________
Главы стали немного затягиваться, писать их немного трудно, в особенности когда идёт погром на работе, но я, как только можно, стараюсь уделять достаточно времени для их написания.
Хочу поздравить вас с наступающим праздником, прекраснейших женщин! Этот праздник важен для всех милых дам, и я хочу чтобы каждая представительница этого пола, знала, что вы неповторимая и особенная личность, вне зависимости от того кто вы. Будьте собой, любите себя и занимайтесь тем что вам по душе, потому что именно это делает вас самым ценнейшим и особенным на свете цветком! Спасибо вам что вы есть!
Благодарю вас за прочтение, буду рада увидеть комментарий!