20
Только я встала с кровати и завязал шнурки на кедах, как свет в комнате потух.
Из соседних комнат послышались крики.
Видимо не только у меня выключили свет.
Раз нет света значит, на дверях нет блокировки.
Я подошла к двери и открыла её, но не успела я из неё выйти, как кто-то затащил меня обратно и закрыл дверь.
Такой знакомый запах одиколона.
Свет включился и я увидела ЕГО.
Я обнила его со всей силы.
- Принцеска ты не забыла?
- Я вспомнила!
Я смотрела ему в глаза, они по прежнему такие же чёрные, как и при первой нашей встрече.
- Нам надо идти.
Он взял меня за руку и в нашей комнате погас свет.
Денис включил фонарик и мы вышли из комнаты.
По коридору бегали все толкаясь.
В основном это были пациенты.
Нас заметил какой-то санитар и побежал за нами.
Из-за того, что все толкались бежать было не удобно.
Но все таки мы добежали до лестницы и спустились на первый этаж.
В темноте мало, что было видно, но все же я успела заметить Джозефину.
Я остановилась, одновременно остановя Дениса.
- Ты чего?
- Там Джозефина, надо в зять её с собой!
Мы подошли к ней. Я начала ей говорить чтобы та пошла с нами, но она отказывалась.
- Деточка моя, я тут работаю, это мой дом, призвание, понимаешь? Меня здесь любят, ведь я готовлю еду.
На этом все и порешалось.
К зданию успела подъехать охрана.
Мы проскользнули вместе с другими на улицу, и завернули за здание.
Там была дырка в заборе.
Сначала пролез Денис, а потом помог мне.
Мы побежали в глубь леса.
Как только здание начало полностью исчезать из вида. Там загорелся свет.
Мы перестали бежать, но шли быстрым шагом.
- Это Рик все отключил?
- Именно, компьютерный гений.
Через минут 10 мы вышли на дорогу, перешли её и опять пошли вглубь леса.
- А что с моим отчимом.
Денис остановился и повернулся ко мне.
- Я знаю, что ты можешь, но давай без слез, окей?
- Окей.
- Его неделю назад похоронили.
- Неделю?
- Да.
- А сколько я там находилась?
- 3 недели.
Я ничего не ответила и мы пошли дальше. Минут через 20 вышли ещё на одну дорогу, и пошли в доль неё.
На одном из поворотов в кустах стояла машина.
На которой мы и уехали.