Глава 2
А потом время просто медленно утекло.
Ли Юй был хорошим человеком, который заботился о своей семье, ему также нравилось жить тихой и обычной жизнью, некоторые чувства- любовь и все прочее на самом деле, были не так хороши, когда ты состаришься, вся твоя страсть постепенно превратится в маленький ручеек воды, который течет вечно.
По крайней мере, так думал Ли Юй.
Ему очень понравилась пословица “маленький ручеек воды, который течет вечно”
Первое, потому что она звучала так, как будто до тех пор, пока вы лелеете это чувство, любовь будет существовать вечно, несмотря на то, что ее уносит ветер и бьет дождь.
Однако “Маленький ручеек воды течет вечно” также не означает, что не было любви, наоборот, именно потому, что любовь пропитала каждую клеточку его тела, Чжао Му смог укорениться в его сердце.
Он любил Чжао Му.
Можете себе представить? Появление человека ростом 180, теснящегося на узкой кухне, умело режущего редиску на полоски для жульена, и на его теле часто сопровождались травмы, которые все ещё не исчезли. На маленьком столике за пределами кухни сидел молодой человек, красивый как полотно, рядом с ним был гуцинь, а в его руке были написаны песни.
Ли Юй осыпал Чжао Му всей своей любовью, когда-то они были такой парой, так любили друг друга, однако, в конце концов, это было 5 лет назад по сравнению с нынешним временем.
5 лет.
Чжао Му, он страдал и сходил с ума.
Счастье, которую любовь приносила ему в начале, постепенно утонула в унынии от невозможности осуществить свою мечту, и он начал кричать на Ли Юя.
Ли Юй стал его воздухом, он любил его, он также знал важность воздуха, но оставит ли его воздух?
Нет, этого не произойдет.
В результате он тогда стал абсолютно несдержанным.
Ли Юй всегда уговаривал его, он быстро перестал осознавать свой собственный вес.
“Я должен быть гением!!” Он часто кричал и переворачивал стол, его покрасневшие глаза смотрели на летающие бумаги, как снег, заполнявшие комнату, и сердито говорил: “Как они, смеют так судить меня!!!”.
Еда на столе была разбросана по всему полу, каша прилипла к полу, как его разбитая мечта и чувство собственного достоинства.
В Чжао Му не было ничего хорошего, Ли Юй явно знал это.
Но что он мог сделать?
Он может только нести поднос и присел на корточки на полу, его высокое тело сжалось, ища на полу кусочки пищи, которые все еще можно было бы поднять, чтобы поесть.
Может быть, к ней прилипло немного пыли, но это не имеет значения, он оставит кусочки с пылью для себя.
Он любит Чжао Му и практически испортил его.
——И эти вещи, которые он делал, в течение очень долгого времени Чжао Му ничего об этом не знал.
Его сердце было полно амбиций и нежелания, оно жестко лежало на камнях и было встроено в каменную глыбу, несмотря на то, что Ли Юй отчаянно использовал свое собственное сердце, чтобы согреть его, его нельзя было согреть.
Они долгое время спали в другой кровати, Чжао Му всегда спал на столе, он засыпал, повернувшись лицом к куче, которая для Ли Юя была мусором.
В результате Ли Юй подумал в то время, что, возможно, это чувство исчезло.
Он любил сумасшедшего, но этот сумасшедший не был без ума от него. У сумасшедшего в голове было бесчисленное множество мыслей, но его мечтой было только иметь сумасшедшего. Он не понимает, к чему стремился, для него стремлением было то, что Чжао Му хорошо ест, хорошо спит, а также, когда он улыбается, его глаза цвета персика будут прищурены вверх.
Ли Юй однажды сказал, что все шрамы на его теле были медалями для Чжао Му, но их там больше не было.
Шрам есть шрам, каким бы красивым он ни был, это был всего лишь шрам.
Ли Юй хотел расстаться.
В тот день он приготовил много блюд, как обычно, он сидел, скрестив ноги, и на его лице была хулиганская улыбка.
“Это вкусно?” - спросил он, беря кусок свиного рысака для Чжао Му.
“Хм, неплохо", - небрежно ответил Чжао Му.
Руки Ли Юя, державшие палочки для еды, незаметно задрожали.
"Действительно ... тогда это вкусно”. Таким образом, он также притворился, что ему все равно: “Хорошо, если тебе это нравится, может......в будущем, ты больше не можешь его есть. Му, я......хочу расстаться”.
Просто так он это сказал, он упомянул об этом небрежно, как будто ему это вообще безразлично, но другая его рука, спрятанная под столом, дрожала.
Это было очень больно, Чжао Му вырос в каждой из своих клеток, молодая и глупая любовь 21-летнего парня вот-вот должна была закончиться.
На самом деле, не было ничего, из-за чего можно было бы сопротивляться.
Но Чжао Му замер, палочки для еды “па” выпали из его руки и упали на пол.
“……что?” Он, кажется, не верит в это: “Что ты сказал?”
Ли Юй присел на корточки, чтобы поднять палочки для еды, и быстро вытер уголки глаз в тот момент, когда наклонился.
Очень хорошо, ни одна капля воды не может вытекнуть, ни одна капля слезы не упадёт*
В глубине души он все еще насмехался над собой.
Ли Юй должен уйти.
Чжао Му дергал его за рукава, умолял, как психопат, он продолжал говорить, что был неправ, Ли Юй толкнул его, и он упал на пол.
“А Юй……А Юй..... Не бросай меня......”
Ли Юй поднял ногу и пошел вперед, Чжао Му обнял его за ногу.
“Я был неправ......” Чжао Му уткнулся лицом в ногу Ли Юя, как ребенок, которого вот-вот бросят родители, “А Юй……Я был неправ……А Юй......не будь таким……Я был неправ......не уходи..... тебе нельзя уходить......”
Уголок рта Ли Юя неохотно дернулся.
“Не простудись, вставай”.
Это было последнее, что он сказал.
Чжао Му был сумасшедшим.
Ли Юй все равно ушел, он бросил работу носильщика и пошел в гей-бар работать официантом. Быть официантом расслабляло, но он не осмеливался делать это раньше-Чжао Му был банкой уксуса, он ненавидел, когда Чжао Му страдал от малейших обид. А теперь? Он изначально был геем, и он также не чувствовал, что находиться в этой среде было бы так плохо. Иногда несколько молодых людей спорили друг с другом, но его это не беспокоило, он был просто официантом, подавал только вино на подносе, ежемесячная зарплата на самом деле была вдвое больше, чем он зарабатывал, когда был носильщиком.
Его мускулы были сильными, у него был высокий и худой рост и красивая внешность, каждый день он заставлял группу кричать.
Чжао Му каждый день прятался за пределами гей-бара, опирался верхней частью тела на стеклянное окно и наблюдал за группой мужчин, флиртующих с Ли Юем, в его глазах была почти ненависть.
Кто они такие!!!.
Ли Юй принадлежит ему!! Ему!!.
Каждый день и каждый день боль обжигала его сердце. Ли Юй не отвечал на них, иногда у него даже было скучающее выражение лица, но Чжао Му все равно не мог этого вынести, он сходил с ума от ревности.
Он не мог вынести, если случайно его А Юй нравится кто-то другой. Что он собирался делать?
Убить? Расчлененить?
Это было бы слишком легко для третьего лица……
Он проскользнул в бар с ножом в руке, некоторое время оглядывался в поисках Ли Юя, и когда гость получал бокал вина, который доставил Ли Юй, “свист”, он был мишенью.
“Как ты смеешь, черт возьми, прикасаться к нему!!!”
Он бросился как сумасшедший.
С глухим стуком гость в ужасе посмотрел в покрасневшие глаза Чжао Му. К счастью, он вовремя отстранился, нож, который должен был ранить его, гордо стоял на столе, он был воткнут в стол на один сантиметр глубже.
Чжао Му улыбался, он медленно повернулся и прижался к застывшему Ли Юю.
” А Юй..... дорогой, не связывайся с таким мусором. “Он изо всех сил старался вцепиться в тело Ли Ю, лицо Чжао Му выражало странное подобострастие. " Считал, что это своего рода акт принуждения собаки, они не так красивы, как я, верно?”
Выражение его глаз было зловещим и злобным, как будто он хотел убить. Он повернул голову в сторону жалкого гостя, который все еще был в паническом состоянии, и показал щегольскую и ослепительную улыбку.