глава 27
моя любимая
Утро было тихим. Слишком тихим — даже чайник, казалось, кипел приглушённо. Лолита сидела за столом, глядя на отца. Алексей Петрович резал хлеб — аккуратно, как всегда. Лолита наблюдала за ним и не знала, с чего начать.
— Пап, — выдохнула она. Он поднял взгляд. — Мне нужно тебе кое-что сказать.
— Если с Маратом что-то — я его сам…
— Нет, пап. Всё… наоборот. — Она сглотнула. — Я беременна.
Он замер. Нож в его руке завис на полпути к доске.
— Что? — тихо.
— У меня… у нас с Маратом будет ребёнок. Точнее… трое. Тройня.
Тишина.
Он поставил нож. Посмотрел на неё — не гневно, не осуждающе. Просто по-отцовски. Долго. Молча.
— Ты уверена?
— Да. Мы были на УЗИ.
— Марат знает?
— Уже да.
Он выдохнул, встал и прошёлся по кухне. Потом подошёл к Лолите и положил руки ей на плечи.
— Лола… Ты всегда была для меня не девочкой, а светом. Свет — он может быть ярким, может быть резким. Может ослепить. А может… согреть. Ты выросла. Я это вижу. И если ты решила стать мамой — значит, справишься. А я рядом. Всегда.
Она заплакала. Обняла отца крепко-крепко.
А в это время…
---
Подвал Универсама
Гул голосов, запах табака, старая радиола гудит в углу. Вова, Андрей, Валера, Колик, Фантик — все там. Кто-то в картах, кто-то режет хлеб, кто-то просто спорит о чём-то бессмысленном.
И тут — грохот. Распахивается дверь.
— МАРАТ?! — удивился Вова.
Марат влетает, запыхавшийся, глаза сияют.
— МОЯ! — орёт он так, что эхо срывается со стен. — МНЕ! ТРОИХ! ПОДАРИТЬ!!!
Все замирают. Колик чуть не выроняет нож. Андрей замирает с кружкой на полпути ко рту.
— Чего?! — выдавливает Валера.
— У нас с Лолитой будет тройня! — Марат крутится на месте, словно сам не может поверить. — Три! Пацаны! ТРИ!
Вова хлопает его по спине.
— Поздравляю, брат. От души.
— Ты теперь даже не отец… Ты МНОГОотец, — усмехается Фантик.
— Ага, и фамилия тебе теперь не Суворов, а Суворотрое, — добивает Андрей, и весь подвал взрывается смехом.
Марат падает на диван, вытянув ноги, вытирая лицо.
— Я… счастлив, пацаны. Вот правда. Как будто мне всё, что надо, в ладонь упало. Лолита… она как свет. Как жизнь.
— Береги её, — серьёзно сказал Вова. — Таких не теряют.
Марат кивнул.
— Я знаю.