Ты все выдумал

***
Утро. Ощущение дежавю. Время после рассвета длилось необычно медлительно. Прежде чем встать с кровати, сонный Дей несколько минут ворочался, вытягивая свое тело и окончательно развивая простынь, обнажая белый матрас. Темную комнату мгновенно заполнила морозная атмосфера с улицы. Ноябрьская погода в этом году не жалела людей, одаривая то дождями и бурями, то сильным ветром, развивающим мороз по всей округе. Озябшее тело искало хоть какие-то проблески тепла в темном, почти черном одеяле. Дей по натуре не воспринимал контрастные или, уж тем более, яркие тона. Он предпочитал темную, классическую одежду без множества деталей. Одной серебряной подвески или браслета, выполненного из белого золота более чем достаточно. Исключением является лишь официальная спортивная форма, а также снаряжение Лисов на матчах и тренировках.
Его комната, в которой он проводит большую часть своей жизни, также не отличалась цветовой идиллией. Темно-коричневый оттенок мебели дополняли светло-голубые обои, подчеркивая деревянную текстуру бордового ламината. Самой величественной частью комнаты являлась черная рельефная кровать, покрытая темно-серым постельным бельем с редкими синими подушками. Меж спальным местом и большим окном в потолок располагался стол. Прямоугольна темная поверхность была покрыта частыми каплями воска. Несколько свечей стояли и по углам, и над столешницей, и на полочках, и даже на тумбочке у постели. На столе еще со вчерашнего дня за книгами пряталась бумага и каллиграфическое перо. Лежа на кровати левым боком, Дей всегда смотрел в окно. Ночами с неба за ним наблюдала растущая белоснежная луна с легким красным оттенком, окруженная тысячами великолепнейших звезд. Не раз парень встречал рассвет, сидя с чашечкой крепкого кофе на подоконнике, укутанный в одеяло, словно в безопасный и самый комфортный кокон. Таким спокойным и уязвимым никому нельзя было видеть Кевина, за исключением двух человек.
Жан Моро не раз наблюдал за похожей картиной в Эверморе, но тогда Кевин смотрел вовсе не на луну и не был так спокоен, устроившись где угодно кроме подоконника, поскольку его даже не было. Он взволнованно рассматривал раненое тело француза, стоящее в дверном проеме, вдоль и поперек покрытое шрамами. Сердце кровью обливалось, когда Кевин замечал новые и более глупокие царапины на теле партнера. Он понимал всю несправедливость ситуации. Жизнь издевалась над Жаном, а король же каждый божий день подливал масло в огонь, делая ситуацию невыносимой. Почетные звания второго и третьего участников свиты короля оказались маской, под которой хранилось множество страшных секретов. Но сейчас уже поздно об этом говорить, как минимум Дею.
Нехотя встав с кровати, парень двинулся к окну, дабы закрыть форточку. Другие люди сказали бы: «настоящий мазохист. Кто в такую погоду спит с открытым окном?». И вправду. В ночное время шкала термометра поднималась не выше нуля, напоминая о приходящий заморозках. Вот так и последние недели осени... Погода устроила настоящий скандал меж редкими лучиками солнца и суровыми порывами морозного ветра, которые буквально проходили через любую одежду, было ли то теплое кожаное пальто или легкое худи без начеса, разницы нет. Резким движением руки Кевин закрыл окно, затем схватил первопопавшуюся кофту и двинулся в сторону уборной. Некоторые комнаты в общежитии оснащались небольшой личной ванной комнаткой, состоящей из маленькой душевой кабинки, двумя раковинами и унитазом. Также над встроенном комодом висело большое круглое зеркало. Тусклое освещение подчеркивало все впадины, синяки и неровности на лице Дея. Пройдя к душевой кабинке, парень разделся, закинув грязную одежду в переполненную корзинку для белья. Освежающий душ с утра-лучшее, что только можно было придумать сразу после позднего подъема. Вода струилась по подтянутому телу, температура воды постепенно сменялась с прохладной к горячей. Почувствовав резкий поток кипятка, Дей немедленно попятился, прижимаясь к стенке кабинки. Зеркала и стекла запотели.
Выйдя из душа в чистой одежде, Кевин направился в комнату к девчонкам, вспоминая вчерашние разговоры. Тоналка. Ну и где ее искать? Проскользнув в комнату к Элисон, тот принялся копаться по комодам и туалетным столам в поисках заветного пузырька бежевого цвета. Господи, зачем же ей столько баночек? Хоть магазин открывай.
Копаясь во втором ящике тумбочки, Дей почувствовал горячее дыхание у себя на шее, а после получил резкий, даже, кажется, убийственный удар промеж ног. Послышался громкий, протяжный стон боли, ноги подкосились. Парень обернулся и заметил разъяренную Рейнольдс с сумочкой в руках. «Ах ты псина безобразная! Хули тут забыл, извращенец?!»-последующим ударом девушка окончательно сбила Дея с ног. Бедняга уже попятился от нее назад, пытаясь спастись. Найти разницу меж несущейся на него фурой и разозленной Элисон нереально, ее попросту нет. «Элисон, я все объясню!»-вскочив на ноги в попытке не получить очередной удар, выпалил Кевин. «выбляда, а ну иди сюда! Бог любит троицу.»-угрожающе проговорила девушка, оскалившись. На шум с кухни прибежала Рене: «что тут происходит? Кевин, ты что тут забыл?». «Ты представь, этот Ебахтун рылся в моих вещах! Сюда, говорю, иди»-она все еще приближалась к нему, пока тот пятился к противоположной стенке. Рене встала между ними. «Дей, это правда?»-она взглянула на него. В ее голосе не было агрессии или чего то подобного, лишь спокойствие и нотка непонимания. «Мне лишь тоналка нужна, я верну!»-Вот теперь наконец то опасность миновала. Лицо Элисон надо видеть. Непонимание смешивалось с негодованием: «Что блять? Зачем?». «Просто одолжи без лишних вопросов»-Парень отвел взгляд, рукой потягиваясь к затылку.
Через десять минут мольбы он все таки получил заветную баночку тональной основы. Элисон отдала ему самый стойкий и густой по консистенции крем. Оттенок вроде был похож... Дей облегченно выдохнул и спрятал пузырек в левый карман черных, домашних шорт.
Все лисы давно разбрелись по своим делам за исключением Дея. Время пробило три дня, когда он только заваривал себе кофе в качестве завтрака. Эбби всегда говорила, мол: «завтрак-главный прием пищи. Он задает настрой на весь день!». Как бы Лисы ее не любили, но на слова по поводу рациона плевали с самой высокой колокольни.
***
С начала дня Рене увлеченно рассказывала за чашечкой ягодного чая Ники недавнюю прогулку с Элисон. Теплое солнце приукрашало миловидное лицо Элис. Холодный ветерок развевал ее шарфик по воздуху, в то время как Рене смеялась. Причиной столь звонкого смеха стала реакция девушки. Резким движением откинув краешек шерстяной ткани, Рейнольдс закатила глаза и театрально взревела в негодовании: «Божья ткань! Рене, прошу, задуши меня ей, она выводит меня из себя!». Отдышавшись, Элисон засмеялась в унисон с подругой. Прохожие оборачивались на шум. Некоторые улыбались, поскольку, видимо, смех был очень заразным, но некоторые лишь недовольно цокали и ускорялись, спеша по своим делам. Ох уж эти люди. Всем вечно куда-то надо, все всегда спешат и бегут, не обращая внимания на чуть ли не единственный солнечный день в ноябре, которого почти полностью накрыли язвительные заморозки. Также скоро пройдет осенний бал в школе. А после вот-вот и рождество! Весело, конечно, но для начала нужно пережить матч с университетом Эдгара Алана. По-восхитительный автор, поэт мирового искусства, вечно популярен, величествен и великолепен. Назвать его именем это учреждение равносильно осквернению, но так казалось лишь людям, знающим скрытую истину.
Аарон иногда вливался в разговор, спрашивая по поводу бала и погоды, но не более. Коварные мысли лезли отовсюду, сбивая голову и перестраивая план дня. Горели дедлайны одного из важный проектов полугодия, в конце года следовало сдать государственный экзамен. Оставались последние года общеобразовательной школы в Южной Каролине и все. Почти все. После медицинский институт. О чем думал Аарон, когда задумывался о выборе профессии? Это безумие. Семь лет обучения и практики-это настоящий нервный срыв, первые признаки психологических болезней, по-другому не назовешь.
Ники заметил витание друга в облаках. Всеми силами стараясь привлечь его внимание, Хеммик чуть не разбил любимую чашку Нила. Аарон мгновенно повернулся в его сторону: «Ники, лишних денег на внезапные похороны у нас нет, давай аккуратнее». Тот лишь ехидно усмехнулся, а после накрыл лицо рукой и театрально всхлипнул: «эх, ты переживаешь лишь за бюджет! А я? А как же я? Аарон, ты разбиваешь мне сердце». «Да-да, разбиваю. Но Эндрю бы разбил тебе голову, поэтому потерпи, актер»-Аарон встал с места, потянулся, а после невольно присел. Почувствовав резкую усталость, в глазах потемнело. Опять. Ники придвинул ему стакан с водой и отвел взгляд на девушку. Рене наблюдала за ними обоими, тепло улыбаясь. Вдруг с верхних этажей послышался шум. Разъяренная Элисон выкрикивала что-то невнятное. Уокер незамедлительно встала с места и направилась к лестнице, жестом показывая, мол сейчас придет. Поднявшись в комнату, перед ней открылась необыкновенная картина: Кевин, пятившиеся назад, зажимая одной рукой внутреннюю сторону бедра, что-то неразборчиво тараторил Элисон, в попытке ее успокоить. Девушка же наоборот, надвигалась на него словно цунами, после которого невозможно остаться в живых. Девушка быстро скооперировалась и встала меж двумя сторонами. Она не понимала, кто из них жертва, но все равно оттолкнула обоих. Оба взгляда незамедлительно направились на нее. Кевин прятался около комода, а после выпрямился во весь рост. Рейнольдс сложила руки на груди, вздохнула и устремила свой взгляд на макушку Рене. После разборок, которые привели обеих девушек в недоумение еще на долго. Но они обязательно обсудят это позже.
Элисон долго рылась в верхнем ящичке в попытках отыскать нужную баночку. После поднялась и отдала ее Кевину, язвительно добавив: «не дай бог еще раз ворвешься ко мне без разрешения, то будешь собирать свои косточки по всей округе. Парень отмахнулся и вышел из комнату, поблагодарив Рене. Та в ответ ему лишь улыбнулась. Элисон тяжело вздохнула и, расслабившись, упала на мягкий пуф, удобно располагаясь звездочкой. «Рени, ну ты видела? Я бы ему еще по морде вмазала, если бы ты не встряла между нами»-снова тяжело вздохнув сквозь зубы, проговорила девушка. Уокер села рядом с ней на полу и взяла за руки: «Элис, успокойся, все в порядке. Я не думаю, что он снова осмелится заглянуть сюда, не говоря уже о заходе. Элис прильнула к подруге, утыкаясь лицом в ее футболку, успокаиваясь от нежных поглаживаний по голове. Нежное чувство сразу заполонило грудь Рене и она улыбнулась, в попытке выразить внезапно появившиеся чувства.
У Аарона вечер не задался сразу же, как только он сел за учебники.