11 глава
Что для вас является самым сложным испытанием в жизни? Кто-то может ответить, что самое сложно идти к своей мечте и в итоге не добиться ничего. Столько усилий было сделано ради этого, но в шаге от цели все рушиться. Или сделать то, что сказали родители, но не оправдать их ожидания. Идти к ним и говорить, что тебя не приняли в университет или не взяли на работу, которую они хотели. А возможно первая любовь, которая поглощает тебя без остатка и не дает дышать. Ты можешь быть самым счастливым в этих отношениях, но в итоге все хорошее подходит к концу.
Но если задуматься, то самое страшное - это потеря самых близких людей в твоей жизни. Те, за кого ты цепляешься и подражаешь. Они присутствовали всегда и везде, в мыслях, в событиях, в воспоминаниях, но не успеваешь оглянуться, и их уже нет. Это ожидаемо, что в какой-то момент их может не стать, но все равно в это мгновение ты ничего не видишь и не слышишь. Ты не хочешь верить, что все это правда. Отталкиваешь всех, кто пытается доказать обратное.
Кричишь.
Кричишь, что есть мочи, потому что боль настолько тебя одолевает, что это невозможно терпеть. Ты не можешь выдержать этот ураган негативных эмоций, который плещется в твоей душе, пытаясь выбраться.
Да, ты меняешься после каждого события, становишься сильнее, учишься на своих и чужих ошибках, но очень часто позволяешь тьме поглотить тебя. Тьме, которая осталась после потери кого-либо. Можешь просто сидеть на кухне и в трансе наблюдать, как остывает только что налитый чай, так и не притронувшись к нему. И тебе больше ничего не нужно, потому что боль поглотила все остальные эмоции, оставив за собой лишь пустоту.
Эти карие глаза. В них было столько сожаления и переживания, что буквально чувствовались на коже. Его губы дрожали, а по скулам ходили желваки. Помню, как он подскочил, когда я начала падать. Как пытался преодолеть все расстояние между нами за секунду, чтобы поймать меня. Я смотрела лишь на него и пыталась утонуть в этом взгляде, чтобы больше не думать.
Не думать о том, что моей мамы не стало. Что она со мной больше не поговорит и не встретит после длинного дня с улыбкой и приготовленным ужином. Не скажет мне, что любит меня. Я осталась одна в этом темном мире. Она забрала с собой все.
Я открыла глаза и почувствовала, что кто-то держит меня за руку. Голова адски болела, глаза высохли, а горло сдавило комом. Я попыталась приподняться, но некто тут же придержал меня за плечо.
- Не нужно, - голос звучал совсем подавленно.
Я повернула голову и встретилась с карими глазами, но их владелец оказался не тем, кого я хотела видеть. Артур внимательно рассматривал мое лицо, будто ожидал, что я снова грохнусь в обморок. Еле прочистив горло, я проговорила:
- Когда будут похороны?
- Через два дня, - с другой стороны ко мне подошла Ангелина, выглядя так, будто не спала несколько суток. Хотя вряд ли я выглядела лучше.
Я поднялась и принялась складывать вещи в рюкзак. Парни из группы не ушли домой. Все сидели где пришлось: на полу, соседней кровати или стульях. Каждый из присутствующих наблюдал за моими движениями. ОН смотрел на меня так жалостливо и, я готова поспорить, был готов расплакаться.
- Закажи билет до дома, - я посмотрела на Максима и кивнула на свой ноутбук.
- Я с тобой, - хрипло сказал он, чем вызвал мой недовольный взгляд.
- Нет, - на этом я снова отвернулась к шкафу, показывая, что споры бесполезны. - Я должна ехать одна.
Позади послышался разочарованный вздох. Остальные ничего не говорили, казалось, что даже не дышали. Но я не обращала больше внимания. Кинув в портфель самые необходимые вещи, я вытащила спортивный костюм и ушла в ванную переодеваться.
- Она еще не осознает этого, - послышался чей-то приглушенный голос, похожий на Соджуна.
- Она пытается сдержать в себе эмоции, - ответила Ангелина.
- И это закончится для всех плохо, - было слышно, как Максиму сложно что-либо говорить.
- В один момент произойдет взрыв, и тогда это невозможно будет остановить, - подтвердила подруга.
Я вышла из ванной, предотвращая продолжение разговора.
- Не будет никакого взрыва, - безэмоционально ответила я и посмотрела на экран ноутбука.
- Вспомни, как было с отцом, - кинул Максим.
Я напряглась и посмотрела в его глаза. Он немного сконфузился от гнева во взгляде, но стойко выдержал его.
- С отцом была другая история, - процедила я сквозь зубы. - И я была другой. Слабой.
- Ты разве не понимаешь, что, - начал было Артур, но осекся, когда я повернула голову в его сторону.
- Не понимаю что? - некоторые поежились от сквозящего холода в моем голосе. - Наоборот, я прекрасно осознаю, что моя мама умерла.
Первый удар по сердцу.
- Я понимаю, что она пыталась мне сказать, но я ее не выслушала.
Второй. Рана стала болезненно расползаться по телу.
- Я не потребовала ответа, когда она хотела мне рассказать.
От сердца осталась лишь горстка пыли.
- Вместо этого я веселилась и радовалась жизни.
Теперь боль пульсировала в районе живота, подкатывая ком к горлу.
- Вместо того, чтобы поддержать свою маму в этой трудной борьбе, я сама шла к ней с проблемами в моей голове.
Ангелина прикрыла ладонью глаза, чтобы никто не видел ее слез, а Максим отвернулся к окну. Я понимала, что им тоже тяжело, потому что моя мама была далеко не последним человеком в их жизнях. Они дорожили ею и любили как свою.
- Я не успела сказать ей, - губы задрожали, а пространство вокруг расплылось из-за подступивших слез. - Я не успела сказать ей, как сильно люблю ее.
Я обессиленно сползла по стенке и уставилась прямо перед собой. Максим сел рядом и взял меня за руку.
- Мы столько потеряли с ней, - прошептала я, но в этой звенящей тишине шепот прозвучал как мел по доске. - Столько вещей мне хотелось с ней попробовать, когда наша семья сбросила бы это бремя.
- Мы едем с тобой, - повторил Максим, крепче сжимая мою руку. - Ради нее.
- Да, - шмыгнула Ангелина, опираясь на плечо Йесона. - Она столько для меня сделала, что я просто не могу пропустить похороны.
У меня остались силы только на кивок, после которого Максим тут же взял ноутбук и начал что-то печатать.
Я подняла взгляд на Артура, который сидел в отдалении от нас и смотрел в стену, а лицо абсолютно ничего не выражало. Он даже не смотрел на меня, поэтому и я отвернулась, поджав губы. Не знаю, стало бы мне легче от его поддержки, но почему-то я в ней нуждалась.
- Собираем вещи, и я вызываю такси, - сказал Максим Ангелине и направился в свою комнату, а она в свою.
Артур пошел за другом, и в комнате остались только парни из группы. Соджун сел ко мне на пол и сложил локти на колени. Никто ничего не говорил, а я и не обращала внимания. Мысли занимали только предстоящие похороны, на которых нужно присутствовать. Только показалось, что в жизни стало все налаживаться, как случилось это. Что теперь делать дальше? Как теперь возвращаться в родной дом и понимать, что больше никто не ждет? Некому теперь встречать с улыбкой после учебы и готовить ужин. Самый родной человек больше никогда не посмотрит на тебя и не скажет, что дальше будет лучше. Теперь все изменится.
- Я понимаю, как тебе сейчас тяжело, - послышался рядом хриплый голос Соджуна. - Когда мне было одиннадцать я потерял родителей.
Я вздрогнула и посмотрела на него. Раньше я никогда не слышала об их родителях, поэтому не могла даже представить такого.
- Они погибли в автокатастрофе, а меня забрала тетя, - тихо продолжил парень. - Боль от утраты притупится, правда. Не могу сказать, когда и как, но ты сама поймешь это в нужный момент.
- Притупится, - повторила я и грустно усмехнулась. - Но никуда не уйдет, да? Она всегда будет преследовать нас, потому что это родители. Что бы ни случилось, но это не забудется.
- Верно, - кивнул Джун и посмотрел на меня. - Но ты научишься жить с этим так, что будет казаться будто ничего и не случилось.
- Спасибо вам, - я обвела взглядом каждого. - Спасибо, что остались.
- Теперь мы семья, - улыбнулся Йесон.
- И будем всегда рядом, - кивнул Джису.
Я с грустной улыбкой повернула голову в сторону окна, а мои мысли покинули меня. Совсем скоро мы окажемся дома, и мне нужно попрощаться с ней. Смогу ли я?
Через несколько часов мы уже ехали в машине к моему дому. Слез больше не было, но дыра в груди становилась все больше, будто пыталась захлестнуть меня в этой боли. Я пыталась понять, как мне дальше жить, но ничего не приходило в голову. Больше всего на свете я сейчас хотела бы увидеть Ее улыбку и больше ничего не нужно. Но это невозможно, как и услышать ее голос или почувствовать на себе мамины объятья.
Вскоре мы остановились напротив моего дома, и я все не решалась выйти из такси. Меня ждала пустая кухня, где раньше громыхали кастрюли и сковородки. Зал, потонувший в тишине, где на телевизоре постоянно был включен сериал. Комната, куда я приходила по ночам, когда снились кошмары, но теперь постель остыла, и никто не укроет меня от тьмы.
Я вошла в дом и услышала давно забытые голоса с кухни. Медленно прошла туда, где за кухонным столом сидели Элла и ее парень Роберт, с которым они встречались еще в школе, и о чем-то тихо переговаривались. Под ногой резко скрипнула половица, и два взгляда обратились на меня.
За все время, что мы не виделись, сестра сильно изменилась. Похудела, покрасила волосы в блонд, а бровь проколола. Темные глаза теперь не были такими тусклыми как раньше, а на щеках появился румянец. Мой взгляд остановился на красивом золотом кольце на безымянном пальце правой руки, но удивления никакого не возникла.
- Лиса? - прошептала Эла и в следующую секунду бросилась мне на шею. - Я так рада тебя видеть.
Я стояла и не могла успокоить бурю эмоций внутри. Сначала возникла радость, что сестра наконец вновь появилась в моей жизнь, а в следующее мгновение меня охватила ярость за то, что она столько времени не показывалась. Сестра отодвинулась, оставив руки на плечах, и начала пристально меня осматривать.
- Да ты превратилась в красивую девушку за это время, - одобрительно кивнула она и посмотрела мне в глаза. - Мне так жаль, что твоя поездка прервалась именно таким образом.
За спиной я услышала шаги и поняла, что Ангелина и Максим остановились в метре от нас, не решаясь ничего сказать. Элла быстро смахнула выступившие слезы и суетливо кинулась на кухню.
- Вы, наверное, голодны после перелета, - пролепетала она, открывая и закрывая шкафчики в поиске еды. - Я могу что-то приготовить, или мы можем заказать, например, китайской еды.
Я стояла и ни разу не пошевелилась, конечности будто одеревенели. Я смотрела на сестру, которая не прекращала болтать о всякой ерунде и суетиться по кухне, будто этих двух лет и не было. Будто она никуда не уходила и все это время была рядом, но это не так. Она бросила нас и не захотела мириться с тем, что было в нашей семье. Она не захотела бороться за то, что было бы правильным. Она просто ушла.
- Элла, - позвал ее Роб. Мужчина не намного старше сестры, коротко стриженный, а голубые глаза блестят за очками. Раньше он часто играл со мной в какие-то игры, когда приходил в гости. На каждый праздник я обязательно получала букет роз и коробку моих любимых конфет. До тех пор, пока он не решил уйти вместе с Эл.
- Роберт, ты сам что хочешь? - продолжала о своем говорить сестра. - Может просто пиццу закажем?
- Эл, - вновь позвал он.
- Не хочешь? - она будто ничего не замечала вокруг. - А может сделать мясо по-французски?
- Элла, - уже прикрикнул на нее муж, чтобы она обратила на нас внимание.
- Да что? - Эл обернулась и посмотрела сначала на него, а потом на меня.
Я стояла посреди коридора, сжав руки в кулаки, по щекам катились слезы, а в глазах полыхал огонь злости и ненависти. Я все смотрела, как она спокойно проходится по маминой кухне и пытается там хозяйничать, а сама хотела кинуть в нее что-то, чтобы она ушла туда, откуда пришла, и больше не тревожила это место.
- Лис? - прошептала сестра, прижав руки к груди.
Губы задрожали, норовя проронить обидные слова, но я просто развернулась и поднялась на второй этаж. Никто за мной не пошел, и я наконец смогла выдохнуть. Подойдя к двери в мамину комнату, я остановилась. Там все пропитано ей, каждая вещь принадлежит ей, а подушка наверняка все еще хранит ее запах. Медленно повернулась ручка, и дверь отворилась. Запах ее любимых цветочных духов сразу же ударил в нос, заставляя чуть ли не задохнуться.
Я медленно подошла к кровати и провела по покрывалу рукой. Оно было темно-синим. Мы вместе его выбирали, споря между ним и ярко розовым. Взяла подушку в руки и сделала глубокий вдох, от чего что-то щелкнуло внутри, и я упала на кровать, задыхаясь от переполнявших эмоций.
- За что ты так со мной? - прохрипела я в темноту. - Почему ты бросила меня?
Ребра сдавливали грудь, становилось труднее дышать, а слезы все не хотели заканчиваться. В голове одно за другим возникали воспоминания, проведенные вместе. Которые больше никогда не получится повторить. Теперь придется со всем этим бороться в одиночку.
- Мама! - от страха крикнула маленькая девочка, держа руки перед собой. - Мне кажется, я сейчас упаду.
Вокруг был сплошной лед, а все, что меня удерживало, лишь два лезвия на ботинках. Мама катилась в метре от меня и с улыбкой подбадривала меня.
- У тебя получается, - воскликнула она. - Только опусти руки и используй ноги, как я тебе показывала.
Я попыталась прислушаться к совету мамы и опустила руки, но в следующий момент будто споткнулась обо что-то и тут же полетела на четвереньки.
- У меня никогда не получится, - от обиды я ударила по льду кулачком, который тут же отозвался тупой болью.
- Стоит только потренироваться, и ты будешь самой красивой на льду, - мама поставила меня на ноги и отряхнула коленки. - Тебе сегодня исполнилось целых пять лет, и впереди тебя ждет только самое красивое.
- Ты же всегда будешь рядом, чтобы поймать меня? - вдруг шмыгнула я носом.
- Всегда, - пообещала мама и поцеловала меня в щеку.
Я открыла глаза и увидела, что за окном светло, но шевелиться вообще не хотелось. Все тело ломило, будто по мне проехались катком. Кто-то постучал в закрытую дверь, но я никак не отреагировала.
- Лис, - послышался приглушенный голос сестры. - Я принесла тебе завтрак.
Снова никакой реакции, поэтому Элла решила просто войти с подносом в руках. Я даже не повернулась в ее сторону, но тут же напряглась.
- Тебе нужно поесть, - я почувствовала, как поднос оказался на второй части кровати.
- Ты знала? - спросила я охрипшим голосом.
- Лис, - прошептала сестра.
- Так знала или нет? - вновь повторила я.
- Да, - она начала глубоко дышать, чтобы остановить слезы.
- Почему ты?
- Я узнала случайно, - начала Элла. - За несколько дней я ее встретила в больнице, а после расспросила врача, который ее лечил. Он мне все рассказал. Я пыталась ее вразумить, чтобы рассказать тебе, но мама боялась. Она не хотела, чтобы ты узнала о раке.
- Зачем ты вернулась? - я сморгнула непрошенные слезы.
- Я не могла ее бросить, - последовал ответ.
- Но два года назад ты именно это и сделала, - холодно произнесла я и наконец перевела взгляд на нее.
- У меня были свои причины, - Элла поджала губы и отвела взгляд.
- Да, ты не могла смириться с новыми порядками, - усмехнулась я. - Решила, что можешь жить лучше, но не знала, как это скажется на нас. На маме.
Она мотнула головой и вновь посмотрела на меня. В глазах читались боль и сожаление, которые мне были не важны. Я думала только о том, как она поступила. В момент, когда она была нужна мне и маме, сестра решила уйти.
- Поешь, - бросила Эл, уходя в сторону коридора. - Сегодня похороны.
Я лишь мельком взглянула на поднос и хотела уже отвернуться, но заметила кончик бумаги под тарелкой. Я достала аккуратно сложенный конверт, а котором маминым почерком было написано мое имя.
"Моя дорогая,
я так надеялась, что у меня появится смелость тебе признаться, но у меня не хватило сил. Не злись на Эл, а я уверена, что так и будет. Она хотела только добра для нас. Она думала, что сможет нас таким способом защитить нас от отца, но это повлекло свои последствия.
Прошу, ради меня, продолжай учиться в Корее. Найди новых друзей. Обрети любовь, которую ты заслуживаешь больше, чем кто-либо. Будь счастлива. Мне всегда так невыносимо слышать, как ты плачешь. Не плачь. Теперь, к сожалению, я не смогу тебя успокоить.
Я бы просто не смогла тебе сказать, что скоро меня не будет. Я тебя очень сильно люблю и не хотела делать тебе больно. Пожалуйста, не впадай в депрессию. Я всегда с тобой. В твоем сердце. Пока ты помнишь меня, я рядом.
Прости, что я не была той матерью, которую ты хотела видеть. Я знаю, что была невыносима, но я хотела тебя защитить от боли, что может принести этот мир. Отец не мог забрать у нас шанс на счастье, поэтому я отдаю его тебе. Главное, захоти жить. Увидь, что на этом свете бывают прекрасные вещи, которые мы считаем обыденными. Ты сможешь преодолеть все препятствия на своем пути, потому что я верю в это.
Я люблю тебя. Всей душой и сердцем. Ты моя любимая дочурка. Не забывай, я всегда в твоем сердце.
Твоя мама."
На листок упало несколько капель слез. Я прижала бумагу к груди и тяжело выдохнула. В комнату вошла Ангелина в черном до колена платье, и я поняла, что нужно собираться. Я открыла шкаф и достала свое темное платье немного выше колена. Когда я собралась, то мы сели в машину и поехали на похороны. С Эллой мы не обмолвились и словом, я даже на нее не взглянула. Мы ехали в мертвой тишине. Скоро показалось городское кладбище, и я сжала кулаки. Собралось очень много людей: наши родственники, коллеги мамы, общие знакомые, но потом они все перестали для меня существовать. Я увидела ее могилу и гроб, который стоял рядом. Все говорили слова соболезнований, но я ничего не видела и не слышала, кроме мамы.
- Может кто-то еще что-то хочет сказать? - вдруг сквозь тишину услышала я мужской голос.
Я сделала шаг вперед.
- Пожалуй, я, - тихо произнесла я.
Настала тишина, чтобы меня было слышно. Я подошла ближе и начала говорить:
- Если кто-то не знает, то я ее младшая дочь, - я положила красную розу на ее гроб. - Я уехала, так ни о чем и не узнав. Мою душу сейчас пожирают боль и вина за то, что я не смогла оказать нужной поддержки. Ты всегда пыталась сделать так, чтобы меня окружали только красивые вещи. Чтобы я начала вновь улыбаться пустякам, кататься на коньках и любить этот мир. Ты была лучшей мамой, о которой можно только мечтать. Ты забрала с собой весь свет, который мелькал средь темноты, что окружала нас. Ты навсегда останешься в моем сердце, потому что я не забуду тебя. Ты - мой свет во тьме. Я люблю тебя до боли. Прости меня. Когда-нибудь мы увидимся вновь.
Потом я наблюдала, как гроб опускают в землю и закапывают. Люди продолжали подходить ко мне и говорить, что им очень жаль, но я их не слушала. Я продолжала неподвижно стоять, смотря на землю.
- Ты готова ехать? - Максим аккуратно коснулся моего плеча, но я даже не дрогнула.
- Побуду тут еще немного, - прошептала я. - Езжайте.
Друг ничего не ответил, но по шагам я поняла, что он направился в сторону машины. Небо вдруг потемнело и заполнилось тучами. Я перевела на него взгляд и поняла, что мама тоже плачет. Когда наступит время, она будет меня ждать, и я больше не буду чувствовать себя такой одинокой.