Музыка дождя

Тогда у меня есть одна просьба - Сказал Минхо. Помоги мне упаковать гитару , Я хочу взять ее собой чтобы не забыть, для ког я пишу.
Вы прошли в комнату. Открытый чемодан на полу, хаос из вещей, сценических аксессуаров и листов с нотами. Ты бережно завернула гитару в плотный чехол, между делом подкладывая внутрь маленький конверт — твоё письмо. Без подписи. Но с тёплыми словами, которые он найдёт, когда будет особенно скучать.

Минхо заметил это, но ничего не сказал. Только чуть улыбнулся — той самой улыбкой, которой он улыбается только тебе.

Час прошёл как мгновение. Он переоделся, подготовился и наконец встал у двери, уже с рюкзаком за спиной. Ты проводила его до самого порога. Он остановился, крепко обнял тебя.

— Не отпускай меня… даже если я далеко, ладно?

— Я уже держу, — прошептала ты ему в ухо, — вот тут, — и положила руку на сердце.

Он глубоко вдохнул и, отступив на шаг, снова посмотрел на тебя, как будто хотел запомнить каждую деталь.
— Я приеду. Скоро. И тогда напишу песню… о возвращении.

Ты кивнула, не сдерживая слез. Не горьких. Просто настоящих.

Дверь закрылась.

А ты осталась — в квартире, наполненной его голосом, ароматом его парфюма, эхом гитарных аккордов.

И знанием: он твой. Даже если сейчас далеко.

....

Точка зрения Минхо
Он вышел из машины и вдохнул прохладный воздух нового города. Всё казалось чужим — здание киностудии, люди с камерами, суета. Но внутри у него была тишина, в которой звучал только один голос — твой.

— Минхо, в грим, через 10 минут! — крикнул ассистент.

— Уже иду, — ответил он, отрывшись от мыслей.

Съёмочная площадка напоминала муравейник. Люди в наушниках, репетиции сцен, звуки настройки света. Всё это было ему знакомо. Но в этот раз — без привычной лёгкости. Не потому, что тяжело. А потому, что ты осталась там, где уютно, мягко и по-настоящему.

Грим. Костюм. Репетиция сцены. Он старался. Он знал, что должен выложиться на сто процентов. Но каждый раз, когда камеру выключали, он тянулся к телефону — не потому что кто-то писал, а чтобы просто увидеть твою фотографию на экране блокировки. Напоминание, ради чего он здесь.

На обеде он ушёл от всех, спрятался в закутке за павильоном, достал гитару. Та самая, которую ты упаковала. Открыл чехол — и увидел его.

Твой конверт.

Сердце ударило сильнее. Он дрогнул, даже немного испугался, прежде чем открыть.

"Если ты читаешь это, значит, тебе сейчас чуть-чуть одиноко.
Знай, я тоже скучаю.
Но мы справимся.
Ты там — чтобы делать музыку. А я здесь — чтобы ждать её.
Пока ты пишешь аккорды, я их запоминаю.
Пока ты строишь ритм, я держу его в себе.
Мы рядом. Даже если между нами километры.
И я горжусь тобой. Всегда."

Он закрыл глаза. Держал письмо у груди. И только после этого взял гитару.
Заиграл. Впервые за день — свободно. Настояще.

"Ты моё эхо,
что звучит во мне даже сквозь шум дня.
Ты мой дом —
в каждом аккорде, в каждом такте…"

Он не знал, слышишь ли ты сейчас. Но играл, будто ты рядом.

Вечер. Съёмки закончены, и Минхо, как обычно, отправился в свою временную гостиницу. Скучные интервью, постоянные пересмотры сцен, требования продюсеров — это всё казалось пустым, когда в голове звучал твой голос. Даже теперь, когда он лежал на кровати, вытянув ноги, в комнате было тихо. Тихо так, что его собственное дыхание казалось слишком громким.

Он потянулся за телефоном. Он не писал тебе раньше, зная, что не хочет отвлекать от твоих дел. Но сейчас… что-то в нём требовало связи. Требовало подтверждения, что всё будет хорошо. Что ты всё так же ждёшь его. Вспомнил, как утром ты говорила: "Мы рядом, даже если между нами километры." Он захочет верить в это, даже если до следующего возвращения пройдет ещё несколько недель.

Он набрал твой номер и приложил телефон к уху. Звук гудков был длинным. Долго. Минхо начал нервничать. Не от того, что ты не возьмёшь трубку, а от того, что просто не знал, как сказать. Как сделать так, чтобы ты почувствовала его рядом, когда он в этом чужом городе, окружённый чужими людьми, а в сердце — только ты.

Звонок оборвался, и вместо твоего голоса, как всегда, раздался голос автоответчика.

Минхо положил телефон на кровать и закрыл глаза. Почему-то в этот момент всё стало слишком тяжёлым. Всё, что окружало его — пустое. Сюда не вписывался ни проект, ни камеры. Он чувствовал, как одиночество охватывает его, хотя вокруг было полно людей. Ты была где-то далеко, и это ощущение «отсутствия» вдруг стало невыносимым.

Минхо снова взял гитару. Она была рядом, как и всегда. Но теперь её звуки не приносили того комфорта, как прежде. Он знал, что должен писать новые песни, что его голос звучит для миллионов… но его мысли всё равно оставались с тобой. Он играл наугад, снова и снова повторяя одну и ту же строчку, которая как будто вырывалась сама собой:

"Ты моё небо,
которое я теряю, когда его не вижу."

Он остановился, уставившись в окно. Ветер развевал занавески, но на улице было темно, и всё, что он мог разглядеть, — это огоньки, которые казались такими далекими и чуждыми.

И вот, когда он уже думал, что день закончится так же, как и начался — в одиночестве, — раздался звонок.

Ты. Ты взяла трубку.

— Минхо? — твой голос был тихим, но таким тёплым, что он почти не поверил, что услышал.

— Привет. Ты… ты не спишь? — его голос был немного дрожащим, но он заставил себя успокоиться.

— Не совсем. Просто думала о тебе. Скучаю.

Он закрыл глаза, ощущая лёгкую боль от твоих слов. Боль, которую он знал. Боль, которая заставляла его почувствовать, что чем больше ты была с ним, тем труднее было расставаться.

— Я тоже скучаю, — прошептал он. — Но я обещаю, что всё это стоит того. Всё, что я делаю, я делаю ради нас. Чтобы потом мы могли быть рядом.

Ты молчала, и Минхо почувствовал, как издалека доносится твоё дыхание. Может, ты слушала его. Может, тоже сидела, как он, и ждали, когда ночь наконец отступит.

— Минхо, ты всё равно со мной, даже если я не рядом, — сказала ты, и его сердце чуть сильнее забилось.

— Да, — ответил он с уверенностью, которая была лишь у него для тебя, — я всегда буду с тобой. Ты не одна. И никогда не будешь.

И на том конце провода наступила тишина. Но эта тишина была не пустой. Она была как обещание. Как мост между двумя мирами, которые могли быть далеко друг от друга, но всё равно оставались связанными невидимой нитью.

Минхо ещё немного сидел, вглядываясь в темноту, и не мог избавиться от чувства, что что-то внутри него меняется. Может, не сразу. Может, не завтра. Но всё, что они переживают, будет стоить того.