Девятнадцатая глава
19
Гард рывком распахивает дверь своего фабричного логова. Волосы у него вздыблены, он размахивает руками и вообще выглядит очень расстроенным.
- Сумасшедшая, что ты такое натворила?!
Лука сидит на барной стойке, скрестив ноги, и ест мороженое прямо из пластикового контейнера. Она усмехается.
- Ты чего, забыл расческу с собой взять?
- Меня целые сутки продержали в предвариловке и все время таскали на допросы, а тебе смешно.
Лука пожимает плечами. Гард застывает на месте, не отрывая от нее взгляд.
- Ничего странного, что тебя приняли за преступника, посмотри, на кого ты похож с таким причесоном.
Он продолжает смотреть на нее.
- Сумела-таки. Пробиться на первую полосу.
Лука балансирует столовой ложкой, как катапультой, и запускает в него шариком мороженого, которое попадает Гарду в щеку. Он отирает мороженое указательным пальцем и слизывает его. Теперь его взгляд устремлен в пространство прямо перед ним и не сфокусирован ни на чем. Вид у Гарда совершенно апатичный.
- Я почти двое суток не спал.
- Ну и как тебе там? В тюряге-то?
- Я же ничего не понимал. А потом они показали мне газету. Я вспомнил про наше пари, когда увидел фото транспаранта над дворцом. Хотя вообще-то я про него забыл. Когда ко мне домой заявилась полиция, чтобы меня забрать, я был уверен, что кто-то разыграл меня таким образом. Ты что, совсем чокнулась? Подставила меня! Как ты это сделала-то?
- Что там трудного. На транспаранте напечатан логотип полиграфического салона. Позвонили и выяснили все, элементарно. Узнали, что за чувак заказал такой транспарант.
Глаза Гарда широко распахиваются.
- Ты оформила заказ на мое имя?
Лука пожимает плечами. Соскакивает с барной стойки и наливает кофе в чашку.
- Держи.
Гард делает большой глоток и отставляет чашку в сторону, на подоконник. От кофейного пара из чашки окно запотевает. Они стоят совсем рядом друг с другом. Гард прижимает указательный палец к стеклу, и оно поскрипывает, когда он выводит на нем большую букву «Л». Лука улыбается. Прижимает свой палец к стеклу рядом с его пальцем. Чувствует, какие горячие пальцы у нее, не мерзнут даже от прикосновения к холодному. Пишет «П» рядом с его «Л».
ЛП. Лопух.
Он подносит чашку ко рту и делает еще глоток. Стекло уже снова прозрачно. Букв больше не разобрать. Он наклоняется поближе к окну и жарко дышит на него. Буквы снова становится видно.
- Если кто-то из нас умрет, оставшийся может прийти сюда и подышать на стекло, - говорит он.