Глава 13
POV Оливия
За эти мучительные тридцать минут я успела полностью извести себя и накрутить. Если наша маленькая тайна раскроется, то я даже не знаю, как мы за это поплатимся и чем. Возможно, своим местом на конкурсе. Ну вот зачем я согласилась на это безумие? Спала бы себе в эту ночь спокойно и видела бы во сне говорящих собак.
Очень скоро ко мне постучалась Хлоя. Бросив на Эмму испуганный взгляд, она жестом указала мне на коридор. Догадавшись, что время пришло, я быстренько взяла кофту и вышла к подруге, сказав преподавательнице, что иду проветриться. Думаю, ей не стоит знать об этом. По крайней мере, в ближайшее время. Все равно в итоге тайна раскроется.
Когда мы выходили из отеля, мы с Хлоей даже не перекинулись словечком. Каждый думал о своем, но я думаю, что это «свое» - одно и тоже. Мы обе размышляли о том, что будет, если Саймон догадается, что это дело наших рук. Моих, Хлои и Тома.
Уже выйдя на улицу, я почувствовала легкую прохладу. Взглянув на небо, я заметила огромную серую тучу, нависшую над моей головой. Довольно сильный ветер трепал мои волосы, раскидывая их по всему лицу. Хлоя, в отличии от меня, догадалась собрать свои волосы в хвост. М-да, отлично денек начинается.
- Как ты думаешь, что они с нами сделают? – наконец подала признаки жизни Хлоя, обхватив себя руками.
- Ну... убивать они нас точно не станут, - усмехнулась я. – Самое худшее, что они сделают – выпрут нас с проекта. Ну, а лучшее... я даже не знаю.
- А лучшего и нет, - грустно произнесла она. – Нас точно выгонят. Я... я даже не знала, что с этим все так строго. Если бы я знала, в жизни не сделала бы такого!
Я посмотрела на девушку. Увидев ее слезящиеся глаза, у меня возникли две версии – либо ветер слишком сильный, либо она на грани истерики. Остановив ее, я взяла ее за руку и посмотрела в глаза.
- Успокойся. Никто никого выгонять не будет, - попыталась успокоить ее я. – Если бы Саймон хотел этого, то сделал бы это еще полчаса назад. Как видишь, мы все еще здесь. Я не думаю, что он так поступит.
- Правда? – протерев глаза, спросила Хлоя.
Господи, ну совсем как ребенок. У меня Сидни точно так же делала, когда вытворяла что-то плохое. Ну... это было еще до того, как она превратилась в ужасного сто тридцати сантиметрового капризного монстра. Говорила я Тайлеру – не стоит каждый день конфеты ей давать.
- Правда, - улыбнулась я, обняв ее. – Жизнь – дерьмо, возьми себя в руки, сопли может каждый пускать.
Хлоя улыбнулась и отпустила меня. Я все еще не была уверена, что она полностью успокоилась. Вроде признаков истерики не видно было. Ну что ж, стоит надеяться на лучшее. Да что я там говорю, самой выть от безысходности хочется. Не знаю, как все еще держусь.
Мы обогнули небольшую аллейку с огромным фонтаном, стоящим около клумб с цветами, обошли парковку и оказались возле дверей в здание из красного кирпича. Возле громадных дверей в громадное здание. И как это все поместилось на таком маленьком участке? Ведь это многотысячный зал!
Обойдя будку для продажи билетов и фейсконтроль, я дрожащей рукой открыла вторую дверь, но уже в сам зал. Хлоя вообще находилась в состоянии обморока и не была способна что-либо делать. Она даже дышала с трудом.
Подтолкнув ее, я пошла к толпе ребят, которые образовали кружок со стоящим в центре Саймоном Коуэлом. Оставив ее около Лукаса, я встала возле Тома и, поймав на себе его вопросительный взгляд, кивнула, мол, это же Хлоя.
Оглядев всех ребят, я с ужасом поняла, что тут были и наши жертвы – Энджи и Марк. Оба сидели чуть дальше нас на креслах, скрестив руки на груди и ожидая речи наставника. Я тяжело вздохнула и приготовилась к худшему.
- И так, как вы уже все поняли, я собрал вас здесь не просто так, - начал Саймон, осматривая нас. – Я не стал звать сюда остальных наставников, так как, как вы знаете, они разведут настоящую панику, а виновники будут наказаны еще жестче, чем надо.
Господи, и на том спасибо. Если бы он притащил сюда коня – не жить мне на этом проекте. Я понимаю, что рано или поздно все остальные узнают об этом, в том числе и мистер Конник, но лучше поздно, чем сейчас.
- Кто-то из вас, а может, и несколько человек совершили не очень хороший поступок, эм-м-м, изуродовав своих друзей, - продолжил Саймон.
- Да какие они нам друзья? – фыркнул Том, посмотрев на Марка так, словно он его злейший враг.
- А мне кажется, им идет, - улыбнулась Ева.
- Вот я приду к тебе ночью, покрашу твои патлы, и потом посмотрим, идет тебе или нет! – вспыхнула Энджи, вскочив с места. Марк просто сидел и пялился на меня. Пялился так, что кровь в жилах стыла.
Он сто процентов догадался, что это сделала я. Ну, в смысле мы. Иначе он так бы не смотрел.
- Мисс Стюарт, присядьте, - строго сказал Саймон, бросив в ее сторону успокаивающий взгляд.
Энджи недовольно фыркнула и уселась на свое место, испепеляя каждого здесь стоящего человека взглядом, в том числе и Саймона. М-да, ей этот ядовитый цвет идет. Даже очень. Сразу человека изнутри видишь. Надеюсь, эта краска долго не сойдет с ее волос. Как и с ног и рук, которые она прикрыла джинсами и свитером.
- Ребята, хотите вы или не хотите, вы должны признаться в том, что сделали. Или сделал. Или сделала. Не заставляйте меня вынимать из вас правду. В противном случае наказаны будут не только виновники, но и все ребята. Я буду вынужден рассказать это нашему организатору – мистеру Коннику, и он примет надлежащие меры.
Я посмотрела на Тома испуганными глазами. К Хлое я уже не поворачивалась, так как она лежала на плече Лукаса в полуобморочном состоянии. Сейчас единственным адекватным человек был Том, который стоял, как ни в чем не бывало, и смотрел на меня, мотая головой из стороны в сторону. Мне бы таки железные нервы.
- Что? – шепотом спросила я, смотря на него непонимающим взглядом.
- Мисс Грейстоун, вы что-то хотите сказать? – неожиданно обратился ко мне Саймон, взглянув мне в глаза своим проницательным взглядом.
- Э-э-м, я... ну, я не знаю, - запаниковала я.
В горле пересохло настолько, что еще бы чуть-чуть и я задохнулась бы. Конечно, такие случаи были у меня не в первый раз – в детстве мы с Тайлером частенько разбивали соседские окна бейсбольным мячом. Это было чудесное время. Хотя... это с какой стороны смотреть...
Мне тогда было восемь, Тайлеру почти десять. Нас ни что не заботило. Уже тогда в списке моих друзей появились Адам и Аманда, но больше всего я общалась со своим братом. Мы в основном играли в бейсбол, так как наш папа тоже им увлекается и участвует в различных городских бейсбольных матчах. У него даже команда своя есть. Он тренер этой команды.
По вечерам мы с моим братцем часто зависали на крышах соседских домов, так как мама не разрешала нам в детстве смотреть вечером телевизор, дабы уберечь наше зрение и вырастить здоровое потомство. Будьте прокляты, сторонники реформ.
Я помню, как смело отбила подачу Тайлера. Мяч отскочил от биты и разбил окно нашей безумной соседки – мисс Барт. Как женщина в возрасте, она слегка ополоумела и считала, что мы с братом не что иное, как исчадия ада. Каждый раз, проходя мимо нашей двери или мимо игровой площадки, на которой мы играли, он крестилась и читала обряд экзорцизма. Почти так же, как наша Кортни, когда проходит возле каких-то гопников или мистера Андерсона.
С безумными криками выскочив из своего дома, она достала из-за мусорного ведра какую-то палку и кинулась в нашу сторону. Я попятилась назад и, споткнувшись о портфель Тайлера, упала на землю. Мой брат, собравшийся уже уносить ноги, кинулся ко мне, пытаясь поднять с земли. Он что-то кричал мне, но я не слышала. Я в ужасе смотрела на мисс Барт, бежавшую уже так близко.
Добежав, она начала кричать на нас, спрашивая, кто из нас это сделал. Мы молчали, зная, что если признаемся, она точно побьет нас. Как и сейчас, в горле у меня пересохло, я не могла произнести ни единого слова.
Видя мое состояние, Тайлер отгородил меня от этой чокнутой и сказал, что окно разбил он. Я пыталась возразить, но язык словно прирос к небу. Вместо этого я произнесла какие-то нечленораздельные звуки. Тайлер грустно улыбнулся мне посмотрел на женщину.
Та еще громче заорала обряд экзорцизма, начала поливать нас какой-то водой и солью, которая попадала мне в рот, и била Тайлера палкой. Я в ужасе наблюдала за этим, не зная, как помочь брату. Он стоял передо мной и улыбался, как бы давая понять, что все в порядке. Но все было не в порядке. У него уже появились синяки на руках и возле шеи и шла кровь из носа, так как у моего брата был авитаминоз – нехватка витаминов в организме, из-за которых у него часто кружится голова и течет кровь из носа. Да и сейчас мой брат настолько тощий, что я порой ощущаю себя возле него коровой.
Постепенно осознавая то, что нужно как-то помочь своему брату, я кое-как встала на ноги и побежала к трассе. Возле нее я заметила проходящего мимо мужчину в полицейской форме. Поняв, что это местный рейнджер, я начала плакать и просить его помочь моему брату.
Рейнджер кинулся к женщине, отцепил ее от моего брата и, отбросив палку и скрутив ей руки за спину, повел к своей машине. Та постоянно выкрикивала проклятия в нашу сторону и грозилась вызвать священника.
Я отвела брата домой и, вытерев кровь и смазав его синяки маминой тоналкой, сказала родителям, что когда он бежал за мячом, споткнулся и упал. Родители вроде кое-как поверили. Но это сначала.
Через день к нам пришел тот самый рейнджер и потребовал дать какие-то показания. Мои родители быстро просекли, что здесь что-то не так и Тайлер не упал. Сначала они похвалили меня за то, что я догадалась позвать на помощь. Но затем, узнав, что это я разбила окно, наказали меня на месяц и лишили шоколадок. А шоколадки для меня, как и сейчас – главная вещь на земле.
Вот и сейчас я стою в ступоре и не могу вымолвить ни слова. Такое часто бывает – меня охватывает приступ, и я не могу ни говорить, ни двигаться. Даже дышу с трудом. Кажется, я потихоньку понимаю состояние Хлои.
- Мисс Грейстоун, может, вы знаете, кто мог это сделать? – пытался выведать у меня информацию Саймон.
- При чем моими красками! – выкрикнул Мэйсон.
- А может, это вы сделали? – развернулся к нему наставник. – А, мистер Олдридж? Краски ваши, собственно, никакого труда вам не составит разукрасить своих конкурентов.
- Да вы что? – возмутился Мэйсон. – Чтобы я потратил свои дорогие краски на этих двух дебилов? Да ни за что! Вы знаете, сколько они стоят?! Да каждый баллончик стоит не менее ста долларов! И при чем, я их купил по акции, которая закончилась на прошлой неделе! Да вы знаете...
- Сам ты дебил, Олдридж, - огрызнулся Марк, показав парню средний палец. – Выкуси.
- Успокойтесь, - спокойно сказал Том, посмотрев на него. – Это я взял твои баллончики, Мэйсон, пока ты спал. И это я покрасил волосы Энджи и Марку.
Все шокировано уставились на Тома. Никто не ожидал признания. А может, никто не ожидал этого от Тома. Тот просто стоял и смотрел на наставника. Я пребывала в не меньшем шоке. Я пыталась что-то произнести, возразить, но в горле образовался громадный ком. Хлоя вся покраснела и даже не смотрела в его сторону.
Эта ситуация постепенно становится похожей на ту, из далекого детства. Нет, его, конечно же, никто палками бить не будет. И обряд экзорцизма зачитывать тоже не будут, поливая его святой водой, как я узнала потом от Кортни.
- Что? ТЫ?! – завизжала Энджи, вскочив с места и кинувшись на бедного Тома. – Я знала, что я тебе не нравлюсь, что очень удивительно, но чтобы настолько! Я возмущена!
- Отцепись от меня! – заорал Том, удерживая ее руки чуть дальше от своего лица.
- Мисс Стюарт, оставьте в покое Тома, он и так будет наказан, - спокойно сказал Саймон, отцепив девушку от него и подтолкнув к стульям.
Я посмотрела на Тома непонимающим взглядом. Зачем? Зачем он это сделал? Все могло быть совсем иначе... если бы я, конечно же, смогла хоть слово вымолвить. Гребаная паранойя.
- Мистер Галлагер, зачем вы это сделали? – спросил Саймон, подойдя к парню.
- Я... эм-м-м... ну, как бы они меня раздражают, - попытался объясниться парень.
Ну, не будет же он говорить, что мы им мстили хрен знает за что. Причину я даже сейчас определить не могу.
- Ну и что? Можно же было решить все мирным путем?
- В данном случае нельзя, - огрызнулся тот.
- Выгоните его с проекта! – вновь подала голос Энджи, ерзая рядом со спокойным Марком. – Он может вытворять это снова и снова.
Марк все так же смотрел на меня, словно признание Тома ему ничего не доказало. Он точно знает, что блондин не один участвовал в этом. Он знает, что я причастна к этому.
- Ребята, п-п-послушайте, не надо никого выгонять, - дрожащим голосом произнесла Хлоя, сделав шаг вперед. Она смотрела в пол, не смея поднять глаза. – Это... это я сделала. Том тут не при чем. Это была... моя идея.
- О-о-о, Хлоя, ну что ты такое говоришь? - простонал Том. – Это я сделал. Ты тут не при чем. Не закапывай себя.
- Н-нет, это была моя идея, - чуть смелее произнесла девушка.
- Нет, моя! – возразил блондин. – Это мое главное правило – никаких правил!
- Господи, вы можете определиться? – не выдержала Нора, переминаясь с ноги на ногу. – У меня чай стынет в номере.
- Потом пожрешь, - огрызнулась Энджи. – Мои волосы сейчас важнее.
- Не только твои, - устало произнес Марк, протерев глаза. – Я как бы тоже жертва.
- Так, а ну тихо! – прикрикнул на ребят Саймон, хлопнув в ладоши. – Может, еще кто-либо желает признаться в содеянном?
Он перевел взгляд с Тома на Уила, потом на Нору, затем на Еву, Мэйсона, Хлою, Лукаса и, наконец, на меня. Я вздрогнула, ощутив его холодный взгляд, не предвещающий ничего хорошего.
- Мисс Грейстоун? – остановился он на мне.
Я ощутила, как капелька пота скатывается с моего виска. Все взоры устремились на меня. Энджи сузила глаза, догадываясь, что раз эти двое провинились, то и я причастна.
- Ну хорошо, хорошо, - взяв себя в руки, кое-как произнесла я. – Это мы сделали. Но что в этом такого? Ребята это заслужили, не так ли, Энджи? Новый цвет волос тебе подходит.
- Вот ведь стерва! – завизжала бывшая блондинка. – Я знала, что это ты. Сначала сомневалась, но потом была уверена!
- А я и не сомневался, - с каким-то странным голосом произнес Марк, подложив под щеку руку.
Он посмотрел на меня так, словно знал всю меня от корки до корки. Словно знал, о чем я думаю. От этого становилось жутковато, учитывая то, что я узнала от ребят. Нужно держаться от этого парня подальше. Мало ли, может догадки полицейских были верны. Если бы я узнала это чуть раньше, ничего этого бы сейчас не было. Нет, ну волосы Энджи я бы разукрасила, уж слишком ей идет быть панк девочкой. А комнату Марка обошла бы стороной.
- Ну что, надеюсь, все признались? – поднял бровь Саймон, почему-то улыбаясь.
- Да, вроде все, - пробубнила я.
- Выкиньте их отсюда! – продолжала раздражать меня Энджи. Надеюсь, Джеймс увидит ее в новом образе и бросит.
- А давай тебя выкинем? – не выдержала Хлоя. – Ты тут больше всех возмущаешься.
- Я жертва! – захныкала та. – Это мои волосы испортили, не твои!
- Да кто бы говорил! Случайно не помнишь, кто меня за волосы по всему залу таскал?
- А ну успокойтесь, - прикрикнул на нас Саймон. – Никто никого выгонять не будет. Не для того вас избрали из пятидесяти человек.
Я облегченно выдохнула. Самое страшное, что могло случиться с нами на данный момент, миновало нас. Я смогла бы вытерпеть все, но только не уход с проекта. Уж слишком я привязалась к этому месту за эти несколько дней. Да и не только к месту, но и к новым друзьям. С Томом я еще могу пересечься, если он переедет в Дейтон и поступит в Голден-Филс. Но вот с Хлоей... нет.
- Все мы знаем, что после школы у вас начинаются летние каникулы, - продолжил наставник Хлои, оглядев нашу троицу с ног до головы. – Уже к этому времени вы станете весьма популярны. Ну, многие из вас. Мы собираемся построить небольшой комплекс для индивидуальных занятий по вокалу, где кто-то из вас в будущем сможет работать и зарабатывать неплохие деньги. На данный момент здание почти достроено. Осталось лишь провести там ремонт этим летом.
Мы с ребятами дружно застонали. Я ошибалась, говоря, что самое худшее – это отчисление. Самое худшее – это провести свои драгоценные летние каникулы по уши в ремонте в какой-то заброшке. Я посмотрела на жертв и расстроилась еще больше – они все злорадно усмехались, наблюдая за нашими лицами.
- Вы должны быть благодарны мне за то, что я вас не выгоню, - строго сказал Саймон. – Остальным наставникам я скажу, что вы добровольно согласились помочь нам с ремонтом. Все средства будут выделены вам от нашей компании. Каждый из вашей пятерки получит индивидуальное задание...
- Стойте-стойте... пятерки? – переспросила я, не понимая, что происходит.
- Именно, - кивнул наставник. – Мисс Грейстоун, мисс Блэк, мисс Стюарт, мистер Галлагер и мистер Коул. Поздравляю вас! Отныне вы частные работники нашего комплекса! На вас лежит тяжелая ноша организации и проведения ремонта, - улыбнувшись, сообщил он, кивнув в сторону каждого из нас.
- Что-о-о?! Я-то тут при чем? – возмутилась Энджи, вновь вскочив с места. И что ей не сидится? – Заметьте, не я себе волосы покрасила, не я! Я не собираюсь красить какие-то стены в чахлом домишке.
- Это чахлое домишко будет государственным комплексом, - недовольно отозвался наставник. – Вы с Марком тоже участвуете в этом, так как «добровольных» работников слишком мало. Тем более, все произошло по вашей вине.
- Но...
- Это не обсуждается. Здание находится в Калифорнии, а именно в Сан-Франциско, так как там весьма благоприятный климат. Думаю, ваши родители будут не против небольшого волонтерства. Если что, я сам позвоню каждому из них и договорюсь. Больше не смею вас задерживать, вы свободны.
Саймон попрощался с нами и ушел, сказав, что это собрание на репетиции никак не повлияло. Я тяжело вздохнула и вышла из зала на улицу. Там моросил неприятный косой дождь, который в скором времени намочил мои волосы.
- А ты был уверен в том, что краска смоется? – спросила я у недовольного Тома, который накинул на голову капюшон.
- Да нет, - пожал он плечами. Увидев мою злое лицо, он обнял меня и рядом стоящую едва не плачущую Хлою. – Да ладно вам, будет весело.
- Ага, конечно, - сказал подошедший Марк. – Из-за вас я проведу свои каникулы с самыми отвратительными людьми на всем белом свете – с вами.
- Знаешь ли, мы тоже не рады твоей компании, - огрызнулась Хлоя.
- Ты... я тебя убью! – донесся противный голос за моей спиной.
Обернувшись, я увидела, как мне навстречу со скоростью света бежала Энджи, размахивая туфлей в руке. Я испуганно спряталась за спину Тома. Мало ли, может эта ненормальная пробьет мне голову своим пятнадцатисантиметровым каблуком.
- Стюарт, не раздражай и ты меня, - неожиданно заступился за меня Марк, схватив девушку за локти и откинув ее подальше от меня. – У меня и так плохое настроение. Еще и эту краску смывать из-за некоторых.
Произнеся последнее слово, он бросил в мою сторону, вернее, сквозь Тома, выразительный взгляд. Я поежилась от этого взгляда, так как заводить разговор с этим человеком у меня не возникало никакого желания.
- Я всегда знала, что ты та еще сучка, - прошипела Энджи, брызгаясь слюной. – Но ты еще заплатишь за это. Когда-нибудь мои фанаты придут за тобой. Чао, персик - дозревай!
Девушка вновь надела туфлю и медленными шажками двинулась к отелю. Я смотрела на нее, удивляясь, как она еще жива с таким отвратным характером.
- Слушай, она точно нормальная? – спросил у меня Том, когда мы возвращались в номера.
- Друг мой, я задаюсь этим вопросом уже девять лет.
***
После обеда все ребята, кроме Марка, Уила и Энджи, собрались в общей гостиной. Сначала очень долго возмущался Мэйсон по поводу того, что мы израсходовали половину баллончиков с синей, желтой и розовой краской. Мы с друзьями пообещали ему возмести нанесенный «ущерб», заплатив для начала по двадцать долларов. Тот вроде бы успокоился и замолчал.
Еще минут пятнадцать нашу идею о новом имидже восхваляли остальные ребята, которые были не против насолить невыносимым конкурентам. В принципе, мы с друзьями остались довольны результатами, даже смирившись с наказанием.
- Что делать будете? – спросила Ева, перебирая конфеты в вазочке, которую она забрала с журнального столика. – Сегодня такой прекрасный день!
- Если ты считаешь проливной дождь прекрасным днем, то да, несомненно, сегодня замечательный день, - усмехнулась Нора, отобрав у брюнетки вазочку и вернув на исконное место.
- Не знаю, как вы, но мне нравится дождливая погода, - мечтательно произнес Лукас. – В эту пору думается легче. Сразу хочется писать стихи, сочинять музыку... ну или книги читать. Литературу, например.
- Это кто у нас такой прихлопнутый культурой? – растянул рот в улыбке Том, бросив в рыжеволосого обертку от конфеты. Та, конечно же, не долетела до него и упала мне на колено, так как я сидела возле Тома.
- В этом нет ничего страшного, - недовольно поморщившись, убрала я обертку с колена. – Если одна обезьяна не любит бананы, то это не значит, что остальные тоже не любят их.
- А я ничего такого и не имел в виду, - удивленно поднял брови блондин. – Я не виноват в том, что вы все считаете меня недоразвитой обезьяной.
- Никто так не считает, - покачала головой Хлоя.
- А вот Лив считает! – заныл Том, тыкнув мне в живот пальцем.
Господи, тут что, все дети что ли? Я тут единственный взрослый человек? Ощущаю себя воспитателем в садике для «одаренных» детей. Вроде дети, как дети, а с прибабахами.
Я хлопнула ладонью по лбу, изображая всю тупость происходящей ситуации. День и так начался не очень хорошо – фортуна-матушка повернулась ко мне не лучшей своей стороной.
- Народ, как-то скучно, что ли, - грустно произнес Мэйсон, который и секунды не может просидеть на месте. Сейчас он почему-то сидел, подложив под себя ноги, и смотрел на нас. – Что бы поделать такого?
- У меня есть один вариант, - улыбнулась я.
- И какой же?
- Снимать штаны и бегать. Если ты не против, конечно же.
- Да иди ты, - обиделся парень. – Я вообще-то серьезно.
- А вот я за эту идею, - улыбнулся Том, подмигнув мне. – Я не против, если все сидящие здесь снимут штаны и побегают передо мной.
- Но тогда и тебе придется сделать это, - придвинувшись к нему, пихнула я его в бок.
- Оу. Ну тогда ладно, я за другую идею.
Вдруг произошло то, чего никто не ожидал. Я от от неожиданности даже вскочила с дивана.
- О-о-о, Господи! – заорал Мэйсон, свалившись с дивана с прижатой ногой к груди. – Как больно-то!
- Что случилось? – вскочила с места Ева.
- У тебя инфаркт? – поинтересовался Том, нагнувшись к нему.
- Нет же, идиот, ты видишь, он за ногу держится, - недовольно произнес Лукас.
- Тебя никто не спрашивал, - огрызнулся Том.
- Ах так? Ну ладно. Пускай он тогда от якобы инфаркта умирает!
- Вы совсем уже с ума сошли, хоронить меня? – взвыл Мэйсон, бросив на парней испепеляющий взгляд. – Я ногу отсидел! Болит просто жуть! О-о-о, Боги...
- Отсидел говоришь? – медленно произнес Том, выпрямив спину. – Есть у меня один метод на такой случай. Для начала встань.
Лукас помог Мэйсону подняться с пола. Тот умирал от боли, хотя я не понимаю, почему он так драматизирует. Боль же пройдет через минуту.
- Ударь пяткой по полу - ощущение будет, хоть вешайся, зато эффект коликов отступает в 4-5 раз быстрее, чем когда просто сидишь и ждёшь, когда оно само пройдёт, – начал диктовать невидимую инструкцию Том. - От удара импульс моментально задействует нервную систему затёкшей конечности, и организм быстрее вернет ей боеспособность...
Пока мы все в шоке уставились на блондина, Мэйсон сделал все то, что от него требовалось. Вскрикнув от резко нахлынувшей боли, он через пару секунд выпрямился, потряс ногой, пощупал ее и улыбнулся.
- Это работает! Спасибо, чувак, - похлопал он по плечу Тома. – Можешь потом не доплачивать мне.
- Конечно, это работает, - довольно произнес блондин. – Это китайская медицина.
- Откуда ты все это знаешь? – удивилась я.
- Видишь ли, обезьяна тоже кое-что читала.
Я закатила глаза. Этот случай он что, будет напоминать мне до конца моих дней? Я надеюсь, что нет.
- А если серьезно? – присаживаясь на место, спросила Нора. – Даже я этого не знала. Даже Лукас.
- Я вообще-то знал, просто забыл, - отвернулся тот.
- Ну да, конечно, - хмыкнула Ева.
- Перед тем, как увлечься музыкой, я мечтал стать врачом, - признался Том, чем меня шокировал. – Я читал множество медицинских литератур, пока остальные ребята смеялись надо мной, говоря, что нужно читать фантастику и смотреть боевики.
- И с чего это вдруг ты решил поменять решение и стать певцом? – спросила я, усевшись поудобнее.
- Мой отец настоял на этом. Вернее, он настоял на том, чтобы я бросил медицину и перешел работать на его компанию – фирму по выявлению места добычи нефти и, собственно, самой добычи. Я это терпеть не мог, так как всю жизнь ненавидел все эти полезные ископаемые. Из-за них папа целыми днями отсиживался в своем офисе, порой забывая обо мне и о моем младшем брате.
- У тебя есть младший брат? – удивилась я. – Я не знала.
- Я никому об этом не говорил, - вздохнул Том. – Матери у меня нет и почти никогда не было, так как она бросила моего отца и ушла к какому-то танцору танго, когда мне было девять, а Бену четыре. До сих пор ненавижу этот танец.
- Оу, прости, я не знала, - взяла я его за руку.
- Ты говоришь так, словно она умерла, - усмехнулся парень. – Все в порядке. Она никогда нас и не любила. В основном, она является мне исключительно биологической матерью. Ни о каких чувствах и общении и речи не шло за все эти восемь лет.
- Бедненький, - захныкала Ева.
Девушка встала и медленными шажочками подошла к Тому, обняв его. Парень удивленно развел руками, мол, сам этого не ожидал. Ева все так же стояла в полусогнутом состоянии и обнимала блондина, говоря о том, какой он несчастненький и как ему тяжело пришлось в жизни.
- Мне вот тоже тяжело пришлось в жизни, - недовольно откликнулся Мэйсон. – У меня в детстве умер кот. Правда, его газонокосилкой переехало, но не суть...
- Господи, Мэйсон, отойди от меня, - поморщилась Нора, ударив парня подушкой. Тот недовольно прошипел и присел в рядом стоящее кресло.
- Эм-м-м, Ева, это немножко странно, - произнес Том, все так же сидя в объятьях девушки. – Я конечно понимаю, что я весьма обаятельный и привлекательный парень, но это уже слишком. Ты можешь отпустить меня?
- Ах, да, прости.
Ева улыбнулась ему и вернулась на свое место. Я бросила в сторону блондина непонимающий взгляд. Тот пожал плечами, показывая, что сам находится в состоянии полного непонимания.
- На чем мы остановились? – грозно спросила я у него, приводя всех к нити разговора.
- Том рассказывал о своей несчастной жизни, - пробормотал Мэйсон. – Хотя, какая у него несчастная жизнь? Вот если бы его кота переехало...
- Мэйсон, заткнись! – повысила голос Нора, кинув в парня новой подушкой.
Тот увернулся от удара и обиженно отвернулся. М-да, прямо Санта Барбара какая-то. Тут только реалити-шоу снимай.
- Так вот, - продолжил Том. – С того дня, когда папа затащил меня в свой офис, я окончательно решил, что нужно заняться тем, что мне нравится. Я решил, что нужно доказать отцу, что я могу много чего добиться своими силами. На медицинский мне уже поздно было поступать, так как многое было упущено из начального обучения. Оставалась только музыка – то, что привлекало меня всю жизнь. То, что заставляло смеяться, когда хотелось плакать, и плакать, когда хотелось смеяться.
- А я вот всю жизнь футболистом хотел стать, - вздохнул Лукас. На него тут же уставились шесть пар удивленных глаз. – К сожалению, у меня обнаружилось плоскостопие, и родители настояли на том, чтобы я учился на юриста. Вот только моя бабушка хотела, чтобы я пел, так как в молодости у нее была своя собственная рок-группа...
- Ни фига се у тебя бабушка, - присвистнул Том.
- Да, она та еще штучка, - улыбнулся Лукас. – Собственно, благодаря ее уговорам я и оказался здесь.
- А я сам захотел сюда, - пожал плечами Мэйсон. – Мне просто было лень учиться, а это официальный повод пропустить уроки. Конечно, родителям я так не сказал. По навешал им лапши на уши – и все дела.
- М-да, от тебя другого и не стоило ожидать, - цокнула я языком, закатив глаза.
- Как будто ты тут не из-за этого, - обиделся парень.
- Представляешь, нет. Музыка – это вся моя жизнь. Я живу ею. Я дышу ею. Когда все слишком плохо, что я делаю? Я слушаю музыку. Поначалу я думала, что еду сюда на обычный конкурс. Но в итоге оказалось, что меня надула моя преподавательница, и что я на масштабном проекте, который снимают и который покажут по центральному.
- Во лошара, - заржал Том.
- В который раз благодарю тебя за поддержку, - усмехнулась я.
- А я пришла сюда только для того, чтобы поддержать этого идиота Мэйсона, - произнесла Нора, кинув в парня подушку. – Ведь брат и сестра должна помогать друг другу.
- Вы брат и сестра? – удивился Лукас.
- Да, разве не похожи?
Я оглядела ребят. Собственно, они похожи друг на друга – у обоих темная кожа, курчавые волосы, только разной длины, темные карие глаза и даже одинаковые губы. Вот только Нора была чуть полнее Мэйсона. В основном, так можно было описать любого человека афроамериканской внешности.
- А почему у вас фамилии разные? –спросил Том.
- Наши родители развелись, - пожал плечами Мэйсон. – Нора переехала к матери и взяла ее фамилию – Эванс. Ну а я остался с отцом и не поменял ее. Мне Олджридж больше нравится.
- По мне, так Эванс круче звучит, - закатила глаза Нора.
- А меня сюда отец сплавил, - подала голос Ева. – Сто процентов для того, чтобы я на какое-то время освободила его жилплощадь. Не для моего саморазвития.
- И для чего же? – спросил Лукас.
- Очевидно же, что для того, чтобы он беспрепятственно водил в дом своих шалав, бестактный ты мой мальчик, - улыбнулась Ева, нажав на его нос.
Все тихонько захихикали, увидев раскрасневшегося Лукаса. М-да, и как он только Хлое мог понравиться? Весь такой противный, постоянно свои длинные умные словечки в разговор вставляет. Чем-то напоминает мне Шелдона из «Теории Большого Взрыва». Такой же неповторимый и невыносимый дурилка.
- А ты чего? – громко спросила Ева, посмотрев в сторону Хлои. – Все тут поделились частичкой своей души, а ты притаилась возле Лив и молчишь.
- Мне нечего сказать, - тихо произнесла девушка, опустив глаза.
- О-о-о, да ладно тебе, - весело произнес Мэйсон. – У каждого есть своя история.
- Может быть, у вас она есть, а у меня ее нет! – не выдержала Хлоя. – Я с самого рождения своих родителей не видела, так как жила в детдоме. Меня кормили два раза в день, круглосуточно били и оскорбляли. О какой истории может идти речь?
Все удивленно замолчали. Каждый сейчас думал о своем. Мне лично было жаль Хлою. Она такая милая девушка. Никто и не мог подумать о том, что у нее такое тяжелое детство.
- Оу, прости, я не знал, - тихо произнес Мэйсон.
- Ну... а как ты тогда оказалась здесь? – не унималась Ева. Мне сейчас хотелось швырнуть в нее чем-то тяжелым. – Ведь участие в этом проекте стоит огромных денег.
- А все очень просто, - вытерев навернувшиеся слезы, произнесла Хлоя. – Буквально месяц назад меня избила парочка хулиганов прямо под дверью директора. Видимо, самому директору стало стыдно за это и он решил искупить свою вину. Так как на уроках музыки, которые он вел сам, он слышал, что я хорошо пою, он решил сплавить меня на этот проект, говоря о том, чтобы я не возвращалась в детдом больше никогда. Сейчас я уже подумываю о том, чтобы поехать к своей троюродной бабушке в Нью-Джерси и ненадолго поселиться у нее. Если она примет меня, конечно же.
- О-о-о, милая, иди сюда, - утешающе обняла ее я.
Мне было очень жаль девушку, так как она не заслуживала всего того, что с ней произошло. Она очень нежная и чувственная, и я даже представить не могу, как она выдерживает всю эту детдомовскую атмосферу. Мы еще немного посидели в гостиной и ближе к двум часам разошлись, так как ребятам нужно было готовиться к репетиции. У них-то она начинается в три часа дня.
Попрощавшись с друзьями, я с испорченным от разговора настроением шла в свой номер. Эмма прислала мне сообщение, что сегодня она уехала к своему парню, Калебу, так как тот назначил ей свидание. В следующий раз, когда Калеб приедет в гости, попрошу привезти мне в подарок револьвер.
Я зашла к себе в номер. Не смотря особо ни на что, я двинулась к стулу, стоящему возле окна, и присела на него, откинув голову. Просидев в таком положении около пяти минут, я встала с него и чуть не упала – по всему номеру были раскиданы мои оборванные вещи. Ну, а на кровати лежало мое второе концертное платье из белой бархатной ткани и пушистых перьев. Вернее, оно было белым.
На нем черным баллончиком было написано: «Стерва».
Едва не плача, я кинулась к кровати, осматривая его. Несколько перьев было оторвано, подол закрашен, о надписи я вообще молчу. В душе у меня возник настоящий тайфун, который вот-вот разнесет меня на несколько тысяч маленьких Оливий.
Стало так обидно, что захотелось кинуться под автобус или слететь с какой-нибудь высокой горы. Это было мое любимое платье, подаренное мамой на мое пятнадцатилетие. Я почувствовала, как вся кровь в моем организме бырным потоком метнулась к голове, отдаваясь в висках. Пульс и дыхание участились, глаза покраснели от нахлынувших слез и эмоций.
Думаю, это дело рук Энджи или Марка. По поводу первой я немножко сомневаюсь, так как девушка настоящий шопоголик и ни за что не испортит вещь такого хорошего качества и материала. Она скорее разрежет все мои остальные вещи, но это платье она не тронет.
- МАРКУС КОУЛ, Я УБЬЮ ТЕБЯ!