Глава 19
POV Оливия
Я сижу перед большим зеркалом, с подозрительностью осматривая себя. Возле меня носится визажист, пытаясь аккуратно подкрасить глаза. По мне, так уже достаточно.
В отражении я вижу девушку с темными закрученными волосами средней длины, спадающими на плечи. Они вальяжно прикреплены сбоку заколкой со светлыми камушками. Челка идеально выпрямлена. На глазах тени переходящего голубого оттенка в синий – под цвет моего платья, которое мне предоставила дизайнер, приехавшая буквально два часа назад. Как сказала мой визажист - " трендовый смоки айз". Мои губы так активно терроризирует молодой парень с резкими чертами лица, профессионально крася их светлой матовой помадой. Я все еще не могу поверить, что в отражении зеркала вижу себя.
Нет, я вовсе не считаю себя некрасивой. Я не из тех девушек, которые наносят на себя тонну штукатурки, каждый день укладывают волосы, одеваются как топ-модели и все еще считают себя уродинами. Нет. Я очень даже красивая. Просто не привыкла видеть себя в таком виде. Обычно я подкрашиваю ресницы, рисую небольшие стрелки и наношу чуть-чуть тоналки, и вот, в зеркале я вижу отражение симпатичной девушки.
Я заметила, как парень отошел от меня на несколько шагов, сузил глаза, затем удовлетворенно кивнул и начал собирать в небольшую черную сумочку косметику.
- Мисс Грейстоун, я закончил, - закинув в сумочку тоналку, одарил меня теплой улыбкой визажист.
- Спасибо, эм-м-м... - неуверенно начала я, давая понять, что не знаю его имени.
- Лу, - еще шире улыбнулся он, – просто Лу.
- Спасибо большое, Лу, - дотронувшись до своей щеке и повернув голову, промямлила я. – Это... это просто шедевр. Я и не думала, что могу выглядеть так... эффектно.
- Да не за что, - рассмеялся Лу. – Это моя работа.
- Знаешь, если у меня ничего не получится с пением, я подумаю над тем, чтобы стать визажистом. Это очень здорово. Правда.
- Не говори глупостей, - покачал головой парень. – У тебя все обязательно получится. Не зря ведь я старался два часа, натирая кисточкой мозоли на руках.
Я улыбнулась Лу и встала со стула. Все тело затекло от долгого просиживания. Еще раз бросив на свое отражение влюбленный и немного ошарашенный взгляд, я вышла из гримерной. Здесь было немножко душновато, и я почувствовала некое головокружение.
Вырвавшись на свободу, я, наконец, вдохнула полной грудью. Услышав поднимающийся шум в зале, я медленно подошла к занавесу и выглянула оттуда. На мои глаза попался многотысячный зал, в котором каждую минуту прибавлялось по несколько десяток людей. Резкий приступ страха скрутил мой живот. Я испуганно отбросила занавес и отошла на несколько шагов, схватив голову руками.
Такое со мной часто происходит. Бывает, сижу на уроке, все в порядке. Но вдруг в моей голове словно что-то щелкает, и меня охватывает страшный приступ паники, который я никак не могу побороть. Та же самая муть происходит со мной и сейчас.
Спросите – чего так переживать? Ведь ты уже один раз выступала на этой сцене. Сейчас, должно быть, тебе нужно меньше бояться. Я вам возражу. От количества выступлений на сцене мой страх не уменьшается. Никак.
Чтобы хоть как-то отвлечь себя от негативных мыслей, я стала наблюдать за тем, что происходит вокруг меня. Прямо передо мной только что пробежал Мэйсон, на бегу завязывая галстук на рубашке. В нескольких метрах от меня с дикими воплями кинулся к занавесу Марк, пытаясь скрыться из виду визажиста, который так отчаянно хочет нанести на него тональный крем. Это, конечно, все очень смешно, но я все же переживаю за психику Коула. Она у него и так расшатана. Тяжело быть на месте гомофоба, которого засунули в место, которое просто кишит заднеприводными красавчиками.
Только что в зал направились все наставники и жюри – Мэрайя, Дженнифер, Стивен, Саймон, Гарри и Рэнди. Все они были одеты очень ярко и вызывающие, за исключением Конника, который был в том же мрачном костюме, что и на отборе. Спрятавшись за колонной, дабы не попасться на глаза злому и вредному наставнику, я подождала, пока они сядут на свои места, и только потом вылезла из своего укрытия.
Рядом со стойками для микрофонов стояла Энджи. Стилисты и парикмахеры отлично постарались – вернули ей тот блондинистый цвет, который у нее был, даже сделав его более насыщенным и ярким. На ней было белое платье с юбкой-пачкой, доходившее ей до колен. Платье было обмотано серебристым блестящим поясом, позади завязанным в бантик. На длинных ногах девушки красовались белые туфли на высоченных каблуках. Если я не ошибаюсь, это лабутены.
Перед блондинкой стояла Ева, которая что-то шептала ей на ухо. На ней было сиреневое платье в пол, обсыпанное блестками и кружевом. По мне, так полная безвкусица. И о чем только думали стилисты? Хоть визажисты не подкачали – намудрили ей оригинальный вечерний макияж.
Энджи что-то сказала Еве, показав на ее платье. Та в ответ хмыкнула, произнесла что-то с кислой миной и, высоко подняв голову, удалилась к мальчикам, а именно к Лукасу и Уилу, которые смотрели какое-то видео на телефоне блондина.
Тома я нигде не увидела. Видно, до сих пор торчит в звукозаписывающей студии и повторяет песню. Парень взял на себя такую колоссальную работу, что даже трудно представить, как он с ней справится. Каждый день он изнурительно репетирует, иногда только отвлекаясь на общение с нами, еду и сон. Если Энджи совершенно наплевала на свое выступление, опираясь на везение и ее «потрясающий голос», то Тому не до шуток. Он всерьез решил, что во что бы то ни стало выиграет этот конкурс и докажет отцу, что ему не место за письменным столом, заваленным документами.
Неожиданно мой взгляд остановился на ярком силуэте, стоящем в дали ото всех. Он отвернулся от ребят и от меня и нервно перебирал в руках бумажку со словами. От него уже не веяло той уверенностью, которая была у него еще днем назад.
Сузив глаза, я поняла, что это Марк. И даже не удивилась. Почему? Да потому, что единственным замкнутым человеком здесь является Марк. Он единственный ни с кем не общается. Его не спасает даже частое времяпрепровождение с Уилом, который просто не отлипает от него. Чем-то он даже напоминает мне моего братца. Вот только Тайчик стал замкнутым не так давно, да и друг у него есть. Если Ника можно назвать другом. Молчу про то, что Аманда при виде Ника и Тайлера начинает ржать, говоря о том, что ее шипперское сердце не дает ей покоя.
Недолго думая, я осторожно подошла к Марку. Стоя практически за его спиной, я услышала, как парень произносит какие-то незнакомые и давно забытые мною слова, то и дело смотря на потолок. Не понимая, что происходит, я хотела развернуться и уйти, пока он меня не заметил, но все вышло не так, как я задумала. Случайно задев рукой коробку, на первый взгляд казавшуюся мне пустой, которая стояла на небольшом столике, я с грохотом опрокинула ее на пол, втянув голову в плечи и зажмурив один глаз. План побега отменяется.
Марк резко развернулся, растерянно переведя взгляд в коробки на меня. Тут же он спохватился, убрал бумажку и поднял коробку с пола, воровато оглянувшись, чтобы убедиться в том, что это небольшое недоразумение никто не видел. Я проследила за его взглядом и поняла, на кого она так внимательно смотрит.
Чуть дальше нас стоял Том, который держал в руках гитару. Парень непонимающе смотрел то на меня, то на Марка. Постепенно его лицо с растерянного изменялось на злое, словно он вспоминал о чем-то плохом и неприятном. Затем он медленно отвел взгляд и притворился, что ничего не было. Остальные ребята ничего не услышали и занимались своими делами.
- Грейстоун, что тебе надо? – раздраженно спросил Марк, с трудом оторвав взгляд от Тома. – Не уж-то решила убить меня?
- Что? Ты идиот? С чего ты взял? – возмутилась я.
М-да. Не о том я думала, когда пыталась незаметно подойти к черноволосому. Какой же он все-таки... идиот.
- Ну как, ты подкрадывалась ко мне так незаметно, что я так и не увидел бы тебя, если бы ты не уронила на пол коробку с аппаратурой, - усмехнулся Марк. От его неуверенности уже не осталось ничего. Он вновь стал хладнокровным и бесчувственным. – Готов поспорить, ты занесла над моей головой кинжал и готова была меня зарезать, но просто вовремя спрятала его.
Я осуждающе посмотрела на парня. Почему он все время думает о том, что я хочу убить его? Что это за фобия? Неужели я настолько страшная и внушаю ужас? Не думала, что визажист настолько перестарался, что меня уже за убийцу принимают. Эдакая росомаха в юбке.
- Ничего подобного, - как-то обиженно произнесла я. – Я просто подошла, чтобы спросить, все ли у тебя в порядке.
- Серьезно? – хмыкнул парень. – И что же со мной может произойти? Могу попасть под лавину из коробок с аппаратурой? Случайно споткнусь об тебя? Что?
- Я просто думала, что ты нервничаешь, - растерялась я, от обиды отведя глаза в сторону. – И я хотела подбодрить тебя. Ведь ты вроде как один, ни с кем не общаешься. А поддержка нужна всем и...
- Думала она, - скривился Марк, передразнивая меня. – Здесь нервничаешь только ты. Пойми, не все такие добренькие, как ты. Не у всех в башке цветочки да бабочки.
- Зачем ты так? – покраснев, совсем расстроилась я, понимая, что не нужно было вовсе подходить к нему. – Что я тебе сделала? Почему ты так груб со мной? Я всего лишь хотела пожелать тебе удачи...
- Стать бессердечным ублюдком – не совсем то, чего я хотел добиться в этой жизни, но вот он я, - раздраженно развел руками Марк. – Чего ты лезешь ко мне постоянно? Тебе на месте не сидится? Я заметил, что ты уже обзавелась друзьями. Так почему бы тебе не пойти подбодрить Галлагера, а? Я обойдусь и без твоей поддержки. А сейчас сгинь куда-нибудь и оставь меня в покое. Прошу тебя.
Я обиженно прикусила губу и, развернувшись, быстрым шагом направилась к небольшой скамейке, стоящей возле кулера с водой. Почему он такой грубый? Я ведь всего лишь хотела попытаться поднять ему настроение и пожелать удачи. Как-никак, мы одна команда. Делай после этого добро людям. Все обосрут.
Я присела на скамейку, подперев щеку рукой. Краем глаза заметила, что перед занавесом столпились ведущие, о чем-то тихо переговариваясь. Особо не заостряя на них внимания, я отвернулась и уставилась в никуда.
Будучи добрым человеком, я всегда старалась делать людей вокруг себя счастливыми. Даже если мне было хреново и хотелось кинуться под машину или еще куда-нибудь, я всегда улыбалась и пыталась поднять настроение своим друзьям. Многие такое не ценят, считая тебя нудным приставалой, который никак не отлипнет. Такова судьба. Но, несмотря на это, я всегда оставалась на позитиве даже тогда, когда меня со своей заботой и сердечностью посылали на три веселенькие буковки и буквально втаптывали в грязь, не понимая, что я всего лишь хочу помочь. Вот она – моя доброта.
Заметив, что ко мне буквально бежит нахмуренный Том, я в панике вскочила со скамейки, ища место, чтобы спрятаться от него. Мне сейчас совершенно не хотелось ни с кем разговаривать. И жалости мне тоже не надо. Мне лишь нужно, чтобы меня оставили в покое.
На глаза попалась гардеробная. Не думая, я кинулась к ней, забежав в комнату и спрятавшись за вешалками с костюмами. Закрыв себя самодельной шторкой, я стала надеяться на то, что Том не увидит меня и просто уйдет.
Сразу же после меня в гардеробную забежал блондин, отдышавшись и поправив на себе футболку. Лицо его, прежде очертанное аккуратными линиями, приняло несколько грубую и резкую форму. В нахмуренных голубых глазах с трудом можно было разглядеть радужку, отбросив тот факт, что вид мне загораживали вешалки с одеждой.
Мысленно хлопнув себя по лбу миллион раз, я скрестила указательный и средний пальцы, в надежде на то, что останусь незамеченной. Еще теснее прижавшись к мешку с тряпьем, я затаила дыхание.
- Лив, я ведь знаю, что ты здесь, - сердито произнес парень. – Хватит прятаться. Я видел, как ты забежала сюда, пытаясь от меня скрыться.
Уже понимая, что все кончено, я закрыла глаза, чтобы хоть как-то скрыть поток слез. Я даже не знаю, почему они потекли. То ли от обиды, то ли от поднявшегося слоя пыли, на которую у меня аллергия. Трудно понять.
Неожиданно Том резко отдернул вешалки и увидел меня, сидящую на мешках со старой одеждой и осторожно потирая накрашенные глаза. Он тут же изменился в лице – брови тут же приняли менее грозную форму, зрачки уменьшились, а губы расплылись в нервной улыбке.
- Вот ты где... эй, ты что, плачешь? – растерянно произнес он, присев возле меня.
- Нет, что ты, - улыбнувшись, произнесла я, пытаясь отползти от него как можно дальше и просто провалиться сквозь землю. – Мне просто пылинка в глаз попала. А на нее у меня аллергия. Как глупо это ни звучит.
- Не втирай мне ерунду, - покачал головой парень. – Это из-за этого придурка? Я видел и слышал, как он на что-то злился и орал. Что произошло?
- Да так, ничего серьезного, – понимая, что все обречено, попыталась отмахнуться я.
- Ну да, конечно, - усмехнулся парень. – И поэтому ты сейчас сидишь здесь и плачешь.
Парень резко замолк и, выставив вперед указательный палец, чихнул так громко, как только смог. С верхней полки упала какая-то пляжная желтая шляпа, аккурат приземлившись ему на голову. Я нервно хихикнула, убрав ее с его головы.
- Знаешь, я наверное поверю в твою историю про пыль, - улыбнулся парень, помогая мне встать с мешков. – Здесь так пыльно, что по сравнению с этим местом, кладовка на даче моей бабушки просто стерилизована.
Вспомнив, что я в концертном платье, я в панике осмотрела его и оттряхнула от осевшей пыли. Убедившись, что оно не помялось и выглядит очень даже ничего, я хотела выйти из гардеробной, но Том схватил меня за руку, тем самым остановив.
- Может, все же расскажешь, что произошло? – тихо спросил он, отпустив мою руку. – Тебе станет легче, гарантирую.
- Да ничего такого не произошло, - сдавшись, недовольно произнесла я. – Я просто заметила, что Марк стоит один и нервничает, и решила подойти к нему и успокоить. Хотела сделать это незаметно, но не получилось, ибо это я. Уронив коробку с аппаратурой на пол, я привлекла его внимание. Он словно с цепи сорвался. Стоял, бубнил что-то, а как увидел меня, так сразу запаниковал и орать начал...
- И все? – улыбнулся Том. – И из-за этого ты пошла рыдать в гардеробную?
- Ничего я не плакала, я от тебя убегала - легонько стукнув кулачком об его плечо, рассмеялась я. – И мне просто соринка в глаз попала.
- Ага, конечно, - хмыкнул блондин. – Мне тогда на голову петарда свалилась.
Я рассмеялась. Я ошибалась, говоря о том, что мне не нужен собеседник. Очень даже нужен. Особенно, если это Том. Он способен превратить даже самую тяжелую душевную боль в нечто комичное, что тут же вылетит у тебя из головы.
- Спасибо большое, - обняв удивленного парня, произнесла я. – Я рада, что у меня есть такой друг, как ты.
- Ну, а я-то как рад, - расплылся парень в улыбке, обняв меня в ответ. – Меня только бесит то, что ты плачешь. Ты не должна плакать. Особенно из-за этого придурка.
- Эй, ты все же о моем партнере по вокалу говоришь, - передразнив коня, рассмеялась я. – Знаешь, а я и не знала, что ты...
Неожиданно дверь гримерной открылась. В комнату вошел Марк, неся в руках какой-то пакет и бросив что-то напоследок в за кулисье.
- Алекс, не смей входить сюда, - только и услышала я. – Я сам положу шмотье. Не хватало еще, чтобы я с тобой в одной маленькой комнате ока...
Увидев меня и Тома, он резко остановился и замолк, нахмурившись до такой степени, что его густые брови почти накрыли яркие голубые глаза. Мы с Томом, как ошпаренные кипятком, отпрянули друг от друга. Звучит как-то двусмысленно. И почему он должен был зайти сюда именно сейчас?
- Эм-м-м... я вижу, вы тут заняты, - как-то странно хмыкнул Марк, бросив пакет в сторону вешалок, за которыми я пряталась минуту назад. – Простите, что помешал.
Черноволосый бросил в сторону Тома презрительный взгляд и вышел из гардеробной, громко хлопнув дверью. Мы с Томом непонимающе переглянулись.
- Что это сейчас было? – почесав затылок, спросил парень. – Странный он какой-то.
- И не говори, - задумавшись о своем, медленно произнесла я.