Эпилог. Начало.
Ночью, я всегда представляю свою будущую жизнь, мечтаю о ней. Представляю в каком доме буду жить. Хочу жить в маленьком домике рядом с озером или морем. Хочу работать в библиотеке или в кофейне. Хочу читать книги и петь трехголосием с любимыми людьми. Да, людьми. Вы не ослышались. Я давно понял, что не могу любить одного человека.
Когда мне признавался в любви человек, которого я не любил, я не мог ему отказать. Мне было жалко его. Когда проходил месяц в наших отношениях, мне становилось противно, то ли от него, то ли от себя. Я старался не контактировать с ним, и в итоге я бросал этого человека. От всех, кто говорят, что любят меня, мне становится противно. Блевать тянет. Я сразу замечаю все его недостатки. Запах изо рта, фигура, кривые зубы, не достаточно длинные пальцы, слишком большая улыбка и много чего другого.
По настоящему я любил лишь двух людей. Я не мог выбрать одного что-бы признаться в своих чувствах. Я любил их одинакого. Моя любовь к ним была чиста, чиста как первый лед на льду, как роса после первой грозы летом. На тот момент мне было тринадцать лет. Я не понимал как так может быть. Все мои друзья рассказывали, что любят человека. Одного человека. А потом спрашивали кого люблю я. Я не отвечал на этот вопрос, потому что не мог назвать кого-то одного.
Однажды я хотел попросить совета у родителей, потому что думал, что они опытные и дадут мне совет, но практичейски сразу отбросил эту идею. Они скажут, что я странный. Влюбился в парней, так еще не в одного, а сразу в двух. Отношения с родителями мне портить не хотелось. Как никак жить с ними как минимум ещё до совершенолетия.
На этом мои странности не заканчиваются. Я люблю ходить по деревне и нюхать её. Записывать запахи которые мне понравяться. Мне нравятся запахи связанные с дождем или водоемвми. Мои любимые это водоем во время дождя, ромашки у реки, влажный песок и покошеный борщевик. Так же я записываю ощущения которые мне нравятся. Удушение, боль после удара, рвота после того как долго пытался ее вызвать. Такие садизкие наклоности я обрел ещё в подростковом возрасте. Когда в школе меня били за то, что я был чуть полнее их, может быть киллограмм на пять. Меня били и я не плакал, я испытывал возбуждение, после избиений я шел в туалет и уталял свою странность. Мне нравилось это, но я понимал, что это очень смутно и мне нужна помощь. Я никому об этом не говорил. Даже самым близким и надежным друзьям. Я боялся, что они отвернутся от меня и у меня никогда больше не будет таких славных друзей как они.
Иногда я подходил к зеркалу и начинал душить себя, я душил себя до слез, а потом вызывал рвоту. Я был болен, но не мог попросить о помощи, я бы получил лишь осуждение и разговоры по типу " ты все себе просто накручиваешь!" Мои привычки были и остаются со мной, они всегда будут со мной. Меня не изменить. Я никогда не хотел такую жизнь.
Конец эпилога