Прах звёзд

Весь остаток недели прошёл в неустанной подготовке. Селайна, несмотря на свою необычную природу, с каждым днём всё больше становилась частью деревни. Работая в таверне, она не только обслуживала гостей, но и завоёвывала доверие местных жителей. Она проявляла доброту и заботу о них, и каждый, кто сталкивался с ней, чувствовал, что она искренне хочет помочь.

Леон, хоть и оставался в своей комнате, медленно поправлялся. Селайна ухаживала за ним, хотя всегда чувствовала, что в его глазах скрывается нечто большее, чем просто благодарность. Иногда, когда она оставляла ему поднос с едой, он смотрел на неё, словно пытаясь понять, что именно она скрывает.

Тем временем, жители деревни приняли её с радостью. Местные женщины, заметив её добрые намерения, доверяли ей своих детей, а мужчины — сдержанно, но искренне — шли к ней с комплиментами, поражаясь её умению справляться с трудностями. Селайна чувствовала, что она растёт здесь, что её место среди этих людей, и эта мысль приносила ей внутреннее спокойствие.

Она заметила, как в её руках начинает складываться что-то гораздо большее, чем просто праздник. Это было нечто важное — способ вернуть людям веру в себя, в свои силы. Порой Селайна думала, что её миссия в этом мире — помочь людям восстановить их душевное равновесие, даровать им хотя бы несколько часов безмятежности в эти тревожные времена.

Каждый вечер, после работы в таверне, она отправлялась на площадь, чтобы следить за тем, как развивается подготовка к празднику. Жители украшали её в красочные ленты, цветы и яркие огоньки, и хотя среди них было немного веселья, в их глазах было что-то новое — надежда.

Одним из самых ярких моментов недели стали встречи с Мартой. Женщина всегда была рядом, помогая не только с организацией праздника, но и показывая Селайне, как важно не только давать, но и принимать. Иногда, сидя у костра, они делились воспоминаниями о своих родных и друзьях, а иногда просто молчали, наслаждаясь тишиной.

Наступил день праздника. Всё было готово: для жителей деревни была подготовлена огромная площадь, украшенная множеством ярких огней и цветочных гирлянд. Столы ломились от угощений, музыка звучала с каждой стороны, а люди, забыв о своих заботах, начали весело смеяться и танцевать. Селайна почувствовала, как в её груди разгорается огонь, заставляющий её не просто быть зрителем, а стать частью этого удивительного действия.

Танцы, песни, игры — всё было наполнено магией. В этой атмосфере Селайна решила выступить, когда видела, как некоторые женщины и дети присоединились к её кругу. Её движения были грациозны, словно она была частью самой природы, как будто каждый её жест влиял на окружающий мир, наполняя его светом и магией.

С каждым шагом, с каждым взмахом руки она чувствовала, как её силы растут. Она пела песни, которые учили её сёстры, танцевала танцы, которые давно забыты в этом мире. И в этот момент она знала, что это не просто праздник — это была настоящая магия, возвращающая веру в будущее.

Жители, смотря на неё, чувствовали, что что-то важное происходит. Их лица озарялись улыбками, и на время, в этом магическом пространстве, война, тревога и страх отошли на второй план. Это был момент для них — момент живой, наполненной силой красоты и жизни.

Но как бы не стремилась Селайна к этому идеалу мира, внутри неё оставался вопрос: что она действительно ищет среди этих людей? И почему, когда она смотрела в глаза Леона, сердце начинало биться быстрее?

Праздник набирал обороты. Люди танцевали, смеялись, наслаждались каждым мгновением, и всё это было в руках Селайны. Она стояла в центре площади, окружённая людьми, которые с каждым её движением казались более живыми, более радостными. Силы, которые она использовала в танце и песне, были не только её личной магией, но и силой самой природы, которая, казалось, откликалась на её чувства.

Жители деревни становились частью её песни. С каждым аккордом, с каждым движением её тела магия, которую она распространяла, передавалась другим. Женщины начали петь вместе с ней, их голоса сливались в гармонию, а дети повторяли за ними танцевальные движения, будто сами становились маленькими феями.

Селайна чувствовала, как что-то невообразимое происходит внутри неё. Она была не просто феей, не просто частью этого мира. Она была связана с ним, с его дыханием, с его сердцем. Каждое движение, каждый жест был в унисон с миром. И всё вокруг неё становилось светлее и теплее, как если бы сама деревня принимала её как свою.

Но её внимание привлёк Леон. Он был там, стоял на краю площади, наблюдая за танцем, и его взгляд не был обычным. В его глазах была не просто благодарность — в них было нечто большее. Он не знал, как это выразить, но чувствовал, что между ним и Селайной что-то менялось. Его рана зажила, и теперь, несмотря на слабость, он стоял здесь, среди всех, смотря на неё с таким же тёплым взглядом, как когда-то, но теперь в его глазах была не просто улыбка — было что-то, что заставляло её сердце биться быстрее.

Подходя к нему, она заметила, как его лицо освещается светом факелов и гирлянд, как его улыбка становится шире.

— Ты... здесь, — сказала она, стараясь скрыть лёгкую нервозность в голосе. — Ты с нами.

Леон ухмыльнулся, но в его глазах была искренность.

— Ты удивительная. Ты сделала для этих людей больше, чем кто-то когда-либо мог бы. — Он подошёл чуть ближе, осторожно, но решительно, и его взгляд стал мягче. — Ты как фея из детских сказок.

Селайна не могла ответить. Она почувствовала, как её сердце подскочило, как всё вокруг стало вдруг не таким очевидным. Она и так была не совсем обычной, но то, что он сказал, заставило её задуматься. Она не могла быть тем, что он описал. Но, возможно, это было как раз то, что она искала.

Праздник продолжался, и, несмотря на свои внутренние сомнения, Селайна позволила себе расслабиться. В этот момент её магия не только давала людям радость, но и очищала её собственные мысли.

Поздним вечером, когда огоньки на площади начали тускнеть, а танцы сменились на разговоры у костра, Селайна сидела рядом с Мартой. Женщина смотрела на неё с особенным пониманием.

— Ты знаешь, Селайна, я видела, как ты влияла на этих людей. Но ты не понимаешь, что ты творишь. — Марта наклонилась вперёд, её голос стал тише, почти шёпотом. — Ты ведь не просто даруешь им радость. Ты даёшь им надежду. Время войн приближается, но они не чувствуют этого, пока не осознают, что ты здесь, среди них.

Селайна молча кивнула, чувствуя, как слова Марты проникают в её сердце. Она была готова услышать эту правду, но она всё равно задала вопрос, который мучил её.

— Я не могу остаться здесь, не могу быть частью этого мира навсегда. Это место... оно меня тянет, но я знаю, что мне нужно найти что-то важное для себя. Я не могу быть только спасителем. Я должна найти что-то своё, иначе вся эта магия, вся эта радость станет мне чуждой.

Марта положила руку на её плечо.

— Возможно, Селайна, тебе нужно не просто найти, а создать. Это будет твоим выбором.

Селайна задумалась, глядя на огонь. В её душе было много неясности, но в этот момент, среди пламени и танцующих фигур, она почувствовала, что может двигаться вперёд. Она могла быть кем-то больше, кем-то важным. Но для этого нужно было понять, что же она на самом деле ищет.

— Мне ведь придётся уйти? — спросила она с грустью в голосе. — Придётся оставить деревню. Оставить Кая, который меня спас от смерти. Оставить тебя, которая помогала мне всё это время. Оставить вас умирать от войны...

Марта посмотрела на неё с каким-то материнским теплом и обняла. Впервые за всё время кто-то в мире людей обнял Селайну, причем так по-домашнему.

— Знаешь, моя девочка, — начала Марта, — каждому в этом мире уготована своя судьба и очерчена своя линия жизни. Поверь, после того, что ты сегодня сделала для них они так просто не сдадутся. Ты поселила в их душе надежду и желание жить снова, показала, что им есть ради чего сражаться. А что касается нас с Каем... От нас так просто не избавиться. — Женщина улыбнулась. — Я прожила долгую и тяжёлую жизнь не для того, чтобы вот так умереть. А этот малец не так прост как кажется.

Девушка посмотрела на Марту. Её слова заставили задуматься. Значит, она не зря чувствовала в Кае что-то странное, значит он не просто загадочный мальчик. Размышления Селайны прервала, вновь заговорившая, Марта.

— Да, к сожалению, тебе придётся уйти отсюда. Это место дало тебе всё, что могло. Но не бойся ты не одна.

Она кивнула в сторону, где вдалеке одиноко стоял Леон. Он наблюдал за разговаривающими жителями и думал о чём-то своём. За это время он почти восстановился полностью. Только повязка на его широкой груди выдавала память о ранении. 

Селайна оставалась в тени костра, погружённая в свои мысли. Праздник продолжался, но теперь это было не просто веселье. Это было что-то большее — это было прощание. Она знала, что вскоре ей придётся оставить это место, уйти навсегда. Даже несмотря на обещание, которое дала деревне, и на радость, которую принесла им, она не могла игнорировать зов своего внутреннего голоса. Время, казалось, ускорялось, и она не могла оставить это место и людей без всего.

Она снова огляделась на площадь, где танцевали и смеялись жители. Но в её сердце уже был холодок. Она ощущала, что, несмотря на всё, что сделала для них, что бы она ни дала этому миру, ей нужно идти дальше, искать свой путь. И всё же... всё это было важно. Важно, потому что она не была просто спасительницей. Она начала понимать, что она была частью чего-то большего, что её место здесь имело смысл.

И в этот момент её взгляд вновь встретился с Леоном. Он стоял, опираясь на палку, и смотрел на неё с тем же теплом, что и раньше. Но теперь его взгляд был более открытым, более честным. Он был готов признаться в том, что не мог признаться раньше. Леон знал, что этот момент был важным. Он подошёл к Селайне, не отрывая от неё взгляда.

— Ты не просто пришла сюда, — сказал он, подходя. — Ты спасла этих людей, но ты спасла и меня. Ты дала мне больше, чем просто помощь. Ты дала мне надежду. И я не знаю, что будет дальше, но мне важно, чтобы ты знала — я не отпущу тебя так просто.

Селайна не могла поверить своим ушам. Леон, тот самый наёмник, с которым она столкнулась в первые дни своего пребывания здесь, говорил такие слова. Он искренен. И несмотря на все её сомнения, она почувствовала, как её сердце сжалось.

— Ты не понимаешь, — ответила она, чувствуя, как её слова теряются в воздухе. — Я должна уйти. Это не моя жизнь. Моя судьба в другом месте.

Леон не отступал, его голос становился твёрдым.

— Я понимаю. Я тоже не могу здесь оставаться, мне надо двигаться дальше. И пока есть такая возможность, я буду двигаться с тобой.

Селайна посмотрела на него и опустила голову. Она понимала, что если не уйдёт сейчас, то не уйдёт никогда. С каждым днём это будет всё больнее. Она просто должна сделать это. Просто уйти, оставив этот этап жизни позади. Как бы не было больно. Марта права, всё что могло дать ей это место, оно уже дало, как и она. 

Девушка нашла в толпе Кая и подбежала к нему. Она дёрнула его за рукав рубашки и быстро сказала:

— Мне надо идти.

— Домой? — Спросил он.

— Нет. Этот вечер... это моё прощание с вами. Спасибо тебе за всё, но я не могу здесь больше оставаться, мне правда надо идти. — Она говорила это с горечью в сердце, как будто отрывала от себя его кусочки. Но когда она перевела взгляд на Кая, то увидела какое-то необычное спокойствие и понимание, которое было неуместно в этом моменте.

— Хорошо. И тебе спасибо за всё, Селайна, ты правда сделала много для нашей деревни. Надеюсь, что мы ещё встретимся. Теперь ты одна из нас.

Селайна посмотрела на него с удивлением. Она уже слышала эти слова в ту самую ночь, когда лишилась крыльев. Она только открыла рот, чтобы задать Каю свой последний вопрос, но мальчишка уже скрылся в толпе. 

Девушка вздохнула, заправила белую прядь за ухо и подошла к Марте, которая о чём-то говорила с Леоном. 

— Марта... — начала она, но не смогла продолжить из-за какого-то странного жжения в груди и подступивших на глаза горячих слёз. 

Марта всё поняла без слов. Она подошла к Селайне и обняла её, прижимая к груди. Она гладила спину девушки, немного покачиваясь, как будто успокаивает своего ребёнка.

— Ты не одна, девочка. Ты всегда будешь здесь, в наших сердцах. А теперь ступай, тебя ждёт большой мир. Когда-нибудь мы снова увидимся.

Селайна закрыла глаза и, чувствуя тяжесть прощания, сделала шаг в неизвестность. Она знала, что ей предстоит идти дальше. Но в этот момент, среди танцев и веселья, она почувствовала, что оставляет нечто важное за собой — не просто место, но и целый мир, который она однажды спасла.

Селайна шла не оглядываясь, она плакала, слёзы разбивались о землю. Она хотела обернуться и бежать обратно, но груз, который лежал на её плечах не позволял ей этого, поэтому она просто молча шла в неизвестность и темноту. А на местах, куда падали её слезы мгновенно прорастали маленькие синие цветы. Это было удивительно, но она не замечала этого. Как не замечал и Леон, который тихо брёл вслед за Селайной. 

Селайна шла, не оглядываясь, её шаги эхом раздавались на тёмной дороге, ведущей из деревни. Она чувствовала, как тяжело отрывать от себя то, что стало частью её жизни, но в её сердце не было сомнений — она должна двигаться вперёд. Этот путь был неизбежен, несмотря на горечь прощания, несмотря на слёзы, что не переставали падать на землю, превращаясь в маленькие синие цветы, которые мгновенно исчезали, оставляя лишь нежный след на земле.

Ветер вился вокруг неё, играл с её волосами, но не мог унять её боль. Он вел её в неизвестность.

Леон шёл за ней молча. Он не пытался утешить её словами, не пытался удержать. Он знал, что она должна идти, и, возможно, в этом была и его роль — идти за ней, чтобы она не осталась одна в этом мире.

Когда они прошли через последние дома деревни, Селайна остановилась, словно ожидая, что что-то или кто-то может её остановить, и в этот момент её взгляд упал на небо. Оно было темным, усеянным звёздами, и она почувствовала, как что-то невидимое тянет её за собой, как свет из её прошлого зовёт её вперёд.

"Я иду", — подумала она, сделав ещё один шаг. И этот шаг был уже не шагом бегства. Это был шаг к своей судьбе.

Леон тихо подошёл и встал рядом. Он не задавал вопросов, но его присутствие было важным для неё. И несмотря на то, что её путь был полон неизвестности, она чувствовала, что с ним рядом не так страшно.

Они шли, пока деревня не исчезла в темноте позади них. Перед ними была дорога, и, несмотря на её бескрайность, Селайна знала одно — это её путь. В какой-то момент она почувствовала, как её слёзы перестали быть тяжестью. Теперь они были частью того, что она оставила позади. И каждый шаг вперёд был шагом к её поискам, к тому, что она должна найти, чтобы стать тем, кем она была предназначена стать.

— Ты готов? — спросила она, оглянувшись на Леона.

Он кивнул.

— Если ты готова, я тоже.

И они продолжили идти в темноту, оставив свет позади, зная, что впереди их ждёт новый мир.