Часть 3

Прошло всего пару дней с тех пор, как Усаги окончательно решила: она уезжает в Париж. Тихо, без истерик, без драмы. Сердце уже давно не болело так остро — оно словно устало сопротивляться. Теперь в её комнате царили не уют, а коробки: разложенные книги, аккуратно сложенные фотоальбомы и редкие украшения, которые напоминали о добрых, но преданных временах.

Харука стояла в дверях, наблюдая, как Усаги складывает свою старую школьную форму.

— Ты уверена? — мягко спросила она.

— На сто процентов, — ответила Усаги, даже не обернувшись. — Тут мне больше нечего ловить. Тем более вы будете со мной. Вы, которые всегда были в тени и присматривали за мной оттуда, теперь будете рядом, и так я чувствую себя в безопасности.

— Мне очень льстит это, моя принцесса, — сказала Тено.

***

Тем временем, по другую сторону города, у других девушек всё становилось только сложнее.

Сначала это были странные «внеплановые» проверки знаний. Контрольные посыпались одна за другой: алгебра, химия, физика, литература, английский, японский. Причём задания были не просто сложными — они были практически университетского уровня. Даже Ами — та самая Ами, отличница и ходячая энциклопедия — сидела в библиотеке с синяками под глазами, бессильно уставившись в очередную формулу.

— Это невозможно… — прошептала она, просматривая третий лист задач. — Тут… тут даже терминология не школьная.

Макото сорвалась на крик в раздевалке после физкультуры, когда узнала, что на следующей неделе у них тест по английскому.

Рей задыхалась в храме, забывая, в каком измерении она вообще живёт — между медитацией и зубрёжкой по филологии.

Минако больше не могла позволить себе спать дольше восьми — ей нужны были все утренние часы, чтобы хоть как-то разобраться в новой программе по иностранной литературе. Её верный кот Артемис, который теперь стал чем-то вроде помехи, постоянно уходил и возвращался только поздно ночью.

И будто этого было мало — на улицах всё чаще возникали странные ситуации. Парни, которых они никогда раньше не видели, подходили и отпускали сомнительные фразы.

— Эй, красотка, не хочешь кофе? Только сдать контрольную — и свободна, — смеялся один, подмигнув Минако.

Однажды Макото пришлось пнуть какого-то слишком назойливого парня под колено, чтобы уйти.

Они не могли понять, что происходит. Мир словно начал играть против них. Всё рушилось: учёба, привычный комфорт, ощущение уверенности.

***

А где-то в стороне, в тени одного из старых спортзалов, Харука стояла, облокотившись на мотоцикл, и неспешно крутила ключ между пальцами.

— Всё по плану, — усмехнулась она. — Как легко управлять ситуацией, когда знаешь, кому звонить… и сколько стоит сломанная гордость. Вы заплатите за неё. Деньги не помеха. Заплачу, сколько скажут — лишь бы сделать всё как надо и без следов.

Она не мстила из злобы. Это была сладкая, хладнокровная справедливость. Они предали не только Усаги, но и то, что делало их командой. Теперь они узнают, каково это — быть оставленными, когда весь мир будто сговорился против тебя.

— Надеюсь, вам весело, девочки, — тихо добавила Харука, садясь на байк. — Весело — так, как было ей, когда вы отвернулись.

Впереди был Париж. Новая жизнь для Усаги. А для остальных — заслуженное возмездие, поданное холодным ветром перемен.

***

Прошло немного времени, и Усаги вместе с Харукой, Мичиру и Сецуной смогли договориться с её родителями. Кенджи и Икуко были удивительно спокойны — возможно, они почувствовали искренность и серьёзность намерений дочери. А может, повлияло присутствие таких авторитетных фигур, как Харука и Мичиру.

— Мы будем сопровождать Усаги, — объяснила Мичиру мягким, но уверенным голосом. — В Париже ей понадобится поддержка, и мы готовы быть рядом.

Кенджи, кивнув, ответил:

— Хорошо. Если вы обещаете заботиться о ней, мы не будем мешать.

Икуко улыбнулась, но в её глазах мелькнула тревога.

— Просто берегите её, ладно? Усаги — наше сокровище, — сказала она.

***

Через несколько дней дом Харуки, Мичиру, Сецуны и Хотару был готов к перелёту. Чемоданы стояли аккуратно сложенные, а девушка суетилась, проверяя список нужных вещей. Усаги уже собрала всё необходимое и выглядела гораздо спокойнее, чем несколько дней назад.

— Харука, ты взяла слишком много, — с кривой улыбкой заметила Мичиру, разглядывая чемодан своей девушки, который был явно переполнен.

— Ты просто не понимаешь, — подмигнула Харука и пожала плечами. — На всякий случай.

Сецуна лениво растягивала вещи по сумке, явно не придавая этому значения.

Только Хотару сидела рядом с Усаги и тихо беседовала с ней, словно стараясь отвлечь подругу от волнения.

В этот момент дверь приоткрылась, и в комнату вошёл Артемис — белый кот с мудрым взглядом.

— Я слышал, что Усаги собирается улететь в Париж, — начал он серьёзно. — И хочу поговорить с вами.

— Что случилось? — спросила Хотару, заинтересованно наклоняя голову.

— Минако стала плохо ко мне относиться, — пожаловался Артемис. — Постоянно забывает обо мне из-за репетиций и контрольных. А недавно даже начала раздражаться, когда я пытался ей помочь.

Усаги с удивлением посмотрела на Харуку, которая в этот момент просто подмигнула ей.

— Это действительно неприятно, — согласилась Харука. — Но неудивительно. Тяжёлое время у всех.

Артемис продолжил:

— Луна уже в курсе этой ситуации и согласна, что нам нужно как-то уладить всё вместе. Если мы хотим сохранить команду — нужно понять друг друга.

Усаги глубоко вздохнула. Впереди её ждали не только перемены, но и вызовы, которые им всем предстоит пройти — вместе.

***

Аэропорт был наполнен гулом голосов, звоном чемоданов и бесконечным движением людей, спешащих на рейсы. Среди этой суеты стояли они — Усаги, Харука, Мичиру, Сецуна, Хотару и Артемис, который теперь был аккуратно размещён в специальной переноске. Все документы оформили быстро: Мичиру заранее позаботилась о ветеринарной справке, Харука — о бронировании места для питомца.

— Всё готово, — сказала Сецуна, проверяя билеты и паспорта.

— Никогда бы не подумала, что кот может быть в бумагах официальнее нас, — фыркнула Харука, взглянув на Артемиса.

Артемис только смущённо мяукнул, пряча мордочку в лапы.

Икуко, Кенджи и Шинго стояли чуть поодаль. На лицах родителей Усаги была улыбка, но глаза выдавали тревогу и лёгкую грусть.

— Мы будем скучать, Усаги, — сказала Икуко, сжимая руки дочери. — Каждый день.

— Береги себя, моя маленькая принцесса, — добавил Кенджи, едва сдерживая эмоции.

— Эй, не забудь привезти мне что-нибудь крутое из Парижа, — с усилием улыбнулся Шинго, делая вид, что ему всё равно.

— Я тоже буду скучать по вам всем, — тихо ответила Усаги. Её голос дрогнул. Она крепко обняла мать, потом отца, а затем со смехом зажала младшего брата в объятия, игнорируя его ворчание. — И, Шинго… я не забуду.

Громкоговоритель разнёсся по залу:

— Внимание, пассажиры рейса 237 до Парижа! Началась посадка. Просим пройти к выходу номер восемь.

Мичиру взяла Хотару за руку, Харука перекинула сумку через плечо, а Сецуна медленно направилась вперёд, бросив последний взгляд на прощальное семейное объятие.

Усаги в последний раз обернулась, помахала рукой и пошла вперёд — туда, где начиналась её новая история.

***

Самолёт уже набирал высоту. За окном стелился вечерний Токио, постепенно превращаясь в огни, будто звёзды рассыпались по земле.

— Как себя чувствуешь? — спросила Хотару, склонив голову к Усаги.

— Странно. Будто я всё ещё не верю, что это происходит.

— Это и есть начало чего-то нового, — ответила Мичиру, сидевшая у окна.

Харука чуть наклонилась вперёд, взглянув на Усаги через проход:

— Всё только начинается.

Артемис мирно спал без переноски на коленях Сецуны. Впереди их ждал Париж. Новый дом. Новые битвы. Новая надежда.

Продолжение следует…