Глава 8
Я уснула прямо в кресле, но проснулась от детского плача. Кое как придя в себя я пошла в комнату к Макару. Я смотрела на то, как он плачет, не зная, что делать. Дойдя до Ирины и потрогав ее лоб, я поняла, что у нее жар, и что от нее я вряд ли, смогу что-то узнать.
- Ирина, Макар проснулся, что делать? – шептала я, слегка толкая ее. Девушка открыла глаза, начиная вставать, но я увидела гримасу боли на ее лице.
- Голова, - прошептала она, хватаясь за лоб. Я не хотела участвовать во всем этом, но видя, что ей действительно плохо, поняла, что придется переступить через себя.
- Скажи хотя бы, что мне сделать.
- Его надо покормить, я сейчас встану, - я шикнула на девушку, идя к малышу, чтобы взять его на руки и пойти на кухню, чтобы разобраться во всем этом, но боковым зрением увидела, как Ирина встала, прошла несколько шагов и просто упала.
- Твою мать, - я положила Макара в кроватку, от чего он начал плакать еще сильнее. Подхватив Ирину на руки, я положила ее на кровать, укрывая, с ней разберусь потом.
- Так, личинка, пошли, будем кормить тебя, - мы пошли вниз, где я увидела бутылочки и смесь. Быстро прочитав, что написано на банке, я начала смотреть на него.
- Так, а сколько ты весишь? – я подняла Макара, смотря на него. Парень смотрел на меня удивленными глазами, пытаясь съесть свой плед.
- Как тебя взвесить то? – подойдя к шкафу, я взяла кухонные весы и положила на них Макара.
- 4 килограмма, значит понятно, что с тобой делать, - наведя смесь, я проверила температуру и дала ее ребенку, он жадно начал ее пить, и я успокоилась, так как успокоился он. Когда он доел, я убрала бутылочку, продолжая смотреть на малыша.
- А ты красивый, - сказала я, проводя пальчиком по его носу.
- Мама твоя заболела братан, так что прости, если еда была не такой вкусной, как у нее, но хоть что-то, правильно? – малыш лежал у меня на руках, почти засунув весь кулак в рот.
Я не знала, что мне делать дальше, но потом вспомнила, что у Полины есть младший брат, она говорила, что все его детство пробыла с ним. И мне было все равно, что сейчас три часа ночи, она должна мне помочь.
- Епона мать, Лиза, ты с ума сошла, три часа ночи, - начала ругаться Полина, от чего дернулся Макар.
- Полин, у меня на руках лежит 4 килограмма органов и кожи и смотрит на меня, что мне с ним делать? – подруга несколько секунд молчала, а потом засмеялась.
- Не думала, что детей можно так называть. Что случилось? Ире совсем плохо?
- Да, я его накормила кое-как, но Ира вставала и упала в обморок, скорее всего, я не понимаю, что мне делать.
- Ты памперс ему меняла? – спросила девушка, а я скривилась от одной лишь мысли об этом.
- Нет, но от него воняет.
- Значит он покакал, иди меняй.
- Мне что, заняться нечем? Не буду я ничего ему менять, сама приезжай и меняй, - Полина вздохнула.
- Я могу приехать, но завтра на тендер ты пойдешь одна, - я недолго думая согласилась, так как лучше быть одной на тендере, чем сейчас заниматься этой личинкой.
Когда подруга приехала она забрала у меня уже спящего ребенка и пошла наверх, я же пошла к Ирине, аккуратно померив ей температуру, я поняла, что жар у нее не спал. Из-за чего мне пришлось ее разбудить и дать таблетку, но даже от этого девушка не проснулась до конца, а сразу же выключилась.
Полина легла спать, после того, как сделала все манипуляции с Макаром, я же сидела рядом с кроватью Ирины, смотря на нее. Девушка сначала спала тихо и мирно, но потом начала говорить, скорее всего бредить.
- Прости меня, малышик, прости, - повторяла она. От слова «малышик», слезы сразу появились на глазах, так она называла только меня.
- Я виновата, я виновата, я не подумала, - девушка начала сильнее ворочаться, но потом успокоилась, я же поправила ей одеяло и ушла к себе, чтобы хоть немного поспать. (Самообман, я просто не хотела больше слушать ее слова, чтобы не сделать хуже себе).
Утром я проснулась, и разбудила Полину, так как проснулся малыш. Она дала мне пинка, выпроводив меня на работу, а сама пошла, заниматься им. Сегодня предстоял сложный день, так как мне надо было выиграть тендер.
Я проснулась от того, что мне в глаза светило яркое солнце. Кое-как, встав я не понимала, какой сегодня день. Чувствовала ужасную слабость и очень сильный голод. Воспоминания в голове как будто бы спутались, помню Лизу, помню, как спросила ее, простит она меня или нет, а дальше ничего не помню. Посидев немного я услышала, как внизу смеется Макар, неужели Лиза его все-таки взяла и начала с ним играть?
Спустившись, я увидела человека, которого очень хотела увидеть, но в тоже время и боялась. Там была Полина, которая держала на коленках Макара и щекотала его.
- Полина, - сказала я, а девушка подняла на меня свою голову, а затем положила сына и подошла ко мне.
- Ну привет, - сказала она, продолжая смотреть на меня своим убийственным взглядом.
- Будешь кричать и обвинять меня во всем? – прошептала я, опустив голову. Но, затем почувствовала объятия, от чего начала плакать прямо в плечо девушке.
- Я тебя ненавижу за то, что ты сделала с ней. Но я все равно рада тебя видеть спустя столько лет, - сказала она.
- Ты давно здесь? – Полина усмехнулась.
- Ночью приехала. Лизок уехала на работу, у нас сегодня тендер, поэтому нянькой вашей буду я. С Макаром все хорошо, накормлен, помыт, не пахнет. Он у тебя очень красивый, - улыбнулась подруга, а я подошла к сыну, погладив его по головке. Я не хотела его обнимать и целовать, чтобы он вдруг не заболел.
- Давай может чай попьем, и ты мне расскажешь что-нибудь? – спросила я, а Полина подняла бровь.
- Что-нибудь или про кого-нибудь?
- Что-нибудь про кого-нибудь, - девушка усмехнулась, но пошла заваривать чай.
- Ирин, я сразу скажу, что не очень бы хотела обсуждать Лизу с тобой.
- Ты сто процентов была против того, чтобы мы тут жили.
- Да, и против до сих пор, и Лизу я отговаривала, но она меня не послушала. Я никогда не смогу тебе простить того, что ты сделала с ней. Лиза была уничтожена по всем фронтам, и только она начала строить заново свою жизнь – появляешься ты, как думаешь, нормально мне надо реагировать?
- Я все понимаю, но я верю, что она когда-нибудь меня простит, а потом и ты, - Полина пожала плечами, отпивая чай.
- Ты не собираешься рассказывать, почему ушла?
- Нет.
- Расскажи ты мне, у Лизы все-также бизнес по строительству школ спортивных?
- Да, мы все также этим занимаемся, благо все хорошо складывается, зарабатываем хорошую репутацию, что сильно радует.
- А гонки? Она их оставила?
- Нет, Лиза их не бросила, буквально вчера Даня был у нее, что-то там решали, но я как не любила их, так и не полюбила. Не знаю, что вы в них нашли, - я усмехнулась, вспоминая тот адреналин, который мы получали от них.
- Это надо один раз попробовать и больше не сможешь оторваться. Гонки – наркотик, который заполняет каждую клеточку твоего тела. Хотела бы я еще раз погонять с Лизой.
- Скоро кстати буду заезды легенд, Лиза там будет участвовать.
- Но без меня…
- У нее кто-то есть?
- Нет, она никого и никогда не сможет полюбить также как тебя, а ты знаешь, она однолюб.
- Я такая дура, Полин. Знала бы ты, сколько раз я пожалела, что ушла от нее. Что оставила нашу любовь. Сколько раз я была практически вплотную к ней, но делала все, чтобы она меня не заметила. А потом… Потом муж, Макар, все так запуталось…
- Ты ведь любишь ее до сих пор? – спросила Полина, а я молча кивнула, опустив голову.
- Но она меня нет.
- Если бы она тебя не любила, то не привезла бы сюда. Лиза просто закрыла это чувство на замок. Она будет утверждать, что поступила просто по человечески, но я то знаю, что это не так. Я же знаю, что каждый вечер она приходит в этот дом, идет к себе в кабинет и смотрит на вашу фотографию, спрятанную у нее. В кабинете у нее в ящике также лежит ваша фотография. Она пыталась забыть тебя, пыталась убить в себе любые чувства, связанные с тобой, но у нее это все равно не получится. У вас была самая искренняя и чистая любовь. Ты ее разрушила, ты убила ее, убила и Лизу и чувство.
- Она меня когда-нибудь простит?
- Не знаю. Лиза закрылась в этом плане в себе. Я не знаю ее чувств, не знаю, что она думает и что сейчас ею движет, но тот факт, что она сегодня взяла твоего сына, накормила и сидела с ним до моего приезда, говорит о том, что ей точно не плевать, а все остальное – защитная реакция. Я не буду рада тому, что вы снова будете вместе, только если ты докажешь мне, что это навсегда, так как доверие ты уже серьезно надорвала.
- Предлагаешь делать первые шаги и терпеть ее психи?
- Предлагаю быть собой и не доставать ее. Она сама тебе все покажет. Допивай чай, поешь и иди, лежи, а мы с Макаром пойдем укладываться спать.
После разговора с Полиной, я сделала все, как она сказала, но перед тем как пойти в комнату, зашла к Лизе в кабинет и увидела фотографию, которая там висит. Из глаз потекли слезы. Это была последняя наша фотосессия с ней. Самая любимая моя фотография из всех, что были. Лиза здесь пошутила надо мной, от чего и смеется, а я хоть и смотрю на нее строго, но внутри у меня тогда порхали бабочки. Я так была благодарна тому, что у меня есть Лиза. Моя Лиза, которая всегда защитит и поймет, которая была лучшая во всех смыслах, какие бы они не были.
- Я тебе обещаю, что сделаю все, чтобы доказать, что я люблю тебя и что совершила ошибку, причинив тебе такую боль, - прошептала я, смотря на фотографию.
Только вот девушка не знала о том, что в этот момент через камеру за ней наблюдала Лиза, которая слышала все, что сказала Ира, и которая сама сидела и плакала у себя в кабинете от услышанного.