Глава 7. Паук
Глава 7
Паук
«Содержимое чужих писем гораздо ценнее содержимого чужих кошельков».
(Игра престолов, 2011-2019)
Моника никогда не думала, что превратится в коллекционера, который собирает чужие секреты и использует их в своих интересах. Однако жизнь преподнесла ей неожиданный сюрприз - она получила травму и больше не могла заниматься профессиональным балетом. И хотя девушка тосковала по танцам, ей пришлось искать новые пути для самореализации.
Она выросла в приемной многодетной семье, где научилась самостоятельности и правильному обращению с деньгами. Кроме того, девушка отличалась находчивостью, что позволяла извлекать выгоду из любой ситуации.
Дружба Моники и Амелии зародилась на почве взаимной выгоды.
Амелия была эрудитом и занимала высокое социальное положение, но страдала от недостатка наблюдательности. Моника же, напротив, не любила учиться и сосредоточивала свое внимание на окружающих, поэтому видела и слышала больше, чем остальные.
Они идеально дополняли друг друга.
Моника собрала волосы в конский хвост, нанесла ягодный блеск для губ и провела руками по бордовому комбинезону. Её фигура изменилась и стала менее стройной, чем раньше.
В прошлом девушка придерживалась правильного питания и занималась ежедневными тренировками. Но теперь, утратив мотивацию и лишившись цели, она стала ленивой и склонной к праздности.
- Ты уснула? - спросила она свою соседку по комнате, которая уже давно не переворачивала страницы тетради.
Николь никак не отреагировала, продолжая хмуро смотреть в одну точку. Моника подошла к ней и тронула за плечо, вынуждая вернуться в реальность. Иногда подруга так глубоко задумывалась, что не замечала ничего вокруг.
- Я ухожу, - предупредила она, и та кивнула, возвращаясь к чтению.
Николь часто выглядела отстраненной, и из-за этого её поведение казалось немного механическим. Она проявляла интерес к мнению окружающих по самым разным вопросам, особенно когда речь заходила о любви. Вероятно, ей не хватало опыта, чтобы самостоятельно вести блог, и она искала информацию везде, где придется.
Моника уже давно поняла, что люди любят так, как им удобно, и тогда, когда им удобно. Так, например, её бывший парень спрашивал о том, как она добралась до дома, но после ссоры не интересовался даже её самочувствием. Он беспокоился о её физическом здоровье, но совершенно не задумывался о чувствах, когда вступал в интимные отношения с другими девушками.
В преддверии зимы на улице заметно похолодало. Девушка зевнула и сделала глоток из термокружки. По телу разлилось тепло от горячего кофе с добавлением виски - для поднятия настроения.
Моника договорилась встретиться с Джексоном недалеко от кофейни. Но захотелось чего-то покрепче кофе, поэтому она приготовила напиток сама. И теперь неторопливо шла по тротуару, потягивая спиртное и шурша короткой фиолетовой курткой.
К её неудовольствию, Джексон ждал не один. Рядом с ним стоял его друг Люций, известный своей удивительной прямолинейностью, которая часто граничила с грубостью.
- А он что тут забыл? - бесцеремонно бросила она, указывая на черноволосого парня.
- И тебе привет, злобная ведьма, - ответил Люций, ничуть не обидевшись.
Джексон переглянулся с обоими и, не желая вникать в их разговор, направился к скамейке. Моника устремила на нежеланного собеседника испытующий взгляд.
- Дай ключ от своей комнаты. Хочу сделать сюрприз твоей подружке, - неожиданно попросил он, и её глаза удивленно приоткрылись.
- Может ещё банковскую карту одолжить?
- С нулевым балансом? Так себе предложение.
Люций достал из кармана своего худи деньги и, отделив часть банкнот от общей стопки, засунул их в карман девушки.
- И зачем мне твои деньги? Мне нужна информация, - произнесла Моника, но не стала возвращать купюры. Ей пригодятся, а у него не убудет.
- Какая ещё информация? Бери то, что дают и не выделывайся, - Люций придвинулся ближе, стараясь оказать давление, вторгаясь в личное пространство. Однако он не учёл, с кем имеет дело.
- Для начала объясни, что между вами происходит, - она отступила на шаг, предупреждающе на него зыркнув.
- Да трахаемся мы. Жёстко, - ответил парень, и по его лицу расползлась противная улыбочка. - Интересуют подробности?
Моника изогнула левую бровь и окинула пренебрежительным взглядом его фигуру. Даже с неплохими внешними данными у него не было шансов, поскольку подруга всегда отзывалась о таких парнях нелестно. Вряд ли она решила проверить слухи о его внушительном достоинстве.
- Ты меня за дуру держишь?
Люций, не говоря ни слова, достал из своего кармана телефон и повернул экраном к ней. На дисплее отобразились сообщения:
Люций: Дрочишь на мои фотки?
Николь: Да, а что нельзя?
- Это явный сарказм, - Моника демонстративно отвела взгляд. Ей стало интересно, зачем подруга вообще с ним общается.
- Вот же ведьмы. У вас мозг один на троих, что ли? - недовольно проворчал парень, когда ему не удалось провести её. - Просто дай ключ. Всё нормально будет. Ты же меня знаешь.
Моника громко вздохнула и поджала губы.
- Тогда дай что-то взамен. По доброте душевной я не помогаю.
Люций издал недовольный цык и сложил руки на груди. Похоже, этот разговор его тоже не слишком радовал.
- Я не прошу о помощи. Либо ты отдаешь мне ключ, либо я расскажу Милли о том, что вы с Джексоном общаетесь за её спиной, - он пристально посмотрел на неё, оценивая реакцию. - Что выберешь: проблемы с подружкой или отдать ключ?
Амелия не знала о том, что они с Джексоном общаются. В противном случае она бы вновь предприняла нелепые попытки свести их вместе. Если подруга узнает, что они разговаривают за её спиной, то совершенно точно обидится.
Моника сделала глоток из термокружки, обдумывая его слова. Заметно расслабившись от хмельного напитка, девушка не так остро отреагировала на угрозу, как могла бы. Ведь обычно именно она выступала в роли шантажиста, а не наоборот.
- А вот угрожать мне не надо, - с манерным спокойствием ответила Моника, и поводила пальцем у него перед носом. Она тоже могла бы многое о нем рассказать, но он не из тех, кого это заботило.
Подозрительно покосившись на термокружку, парень резким движением вырвал стакан из её рук.
- Что у тебя здесь за смеси? - открыв крышку, он вдохнул резкий запах алкоголя и скорчил физиономию. - Решила напиться посреди дня?
- Ну и что?
- Прет, как от алкашки и поведение чудное, - парень выплеснул содержимое стакана на тротуар. - Хватит с тебя.
Люций обошёл её и направился к Джексону, чтобы, как последняя крыса, поделиться своим открытием. Девушка с сожалением посмотрела на напиток, разлитый по тротуарной плитке, и перевела взгляд на свою ногу. По ней полз паук - небольшой, но довольно заметный. Он лениво перебирал лапками, постепенно продвигаясь выше.
- Тебя здесь ещё не хватало.
Моника поднесла палец к членистоногому, и он послушно забрался на него. Но вместо того, чтобы ползти дальше, паук замер, глядя на неё своими маленькими умными глазами. Некоторые из них прекрасно видели и слышали людей, даже когда те их не замечали.
- Я не твоя мама, - произнесла девушка, и паук шевельнулся.
- Допилась, - раздался рядом насмешливый голос. - Уже сама с собой базарит.
Моника обернулась и смерила брюнета презрительным взглядом, а затем посадила паука на спинку ближайшей скамейки. Джексон сидел в отдалении, не отрываясь от своего телефона. Вероятно, переписывался с Амелией.
- Давай, - потребовал Люций, шевеля пальцами в характерном жесте. - Некогда мне тут с тобой болтать.
- Вот, - с раздражением сказала она, вкладывая в его ладонь ключ с брелоком в виде вишенок. - Только отвяжись от меня.
Парень с довольным видом спрятал ключи в карман и уверенно произнес:
- Не переживай, она будет рада меня видеть.
- Неужели кто-то рад тебя видеть? - негромко спросила Моника, про себя удивляясь суперспособности подруги связываться со странными личностями.
- Тебе такое незнакомо, понимаю, - парировал он напоследок и ушел, даже не соизволив попрощаться.
Джексон не заметил, как она приблизилась, и с глупой улыбкой на лице продолжал строчить сообщения на мобильном телефоне. В своем теплом спортивном костюме с серебристым жилетом и с безупречной укладкой он выглядел как мечта для многих женщин. Однако его сердце уже давно принадлежало одной-единственной.
- Признайся уже, - произнесла девушка, присаживаясь рядом с ним. - Надоел.
Джексон много лет скрывал свои чувства к Амелии. Он старался не вызывать подозрений, но Моника все равно заметила его влюбленные глаза. Перед ней встала сложная дилемма: вмешаться в чужие отношения или сохранить всё в тайне от подруги.
- Не начинай, - парень откинулся на спинку скамьи, подложив руки под голову и устремив мечтательный взгляд в небо.
Джексон опасался, что своим признанием он лишь испортит отношения с близким человеком. Милли, по его мнению, не сможет ответить взаимностью, поскольку всю жизнь воспринимала парня исключительно как друга.
- Ты глубоко, глубоко женат. Нужно рассказать ей, - продолжала настаивать Моника, не соглашаясь с его пессимистичным настроем.
В человеческих отношениях всегда есть грань, переступив которую, уже нельзя вернуть всё обратно. Поэтому она не могла осуждать его за страх открыться. Но Милли никогда не заметит его влюбленности, пока кто-нибудь насильно не ткнет в неё носом. Ждать, когда она сама посмотрит на него под другим углом - неразумно. Некоторые люди зациклены на себе, поэтому у них отсутствует должная степень внимательности.
Тем более, он руководствовался позицией «ни себе, ни людям».
Амелия не понимала, почему все её отношения с противоположным полом заканчиваются так быстро, а многие парни её сторонятся. Но Моника знала, что Джексон намеренно отпугивал от подруги потенциальных ухажеров. При этом он сам, похоже, не беспокоился о чистоте своего достоинства, ведя беспорядочную половую жизнь.
- Хотя бы перестань притворяться, что я тебе нравлюсь, - сказала она, поднимаясь со скамейки вслед за парнем.
- Мон-Мон, ты мне действительно нравишься, - он приобнял её за плечи, начиная наигранно флиртовать. - Вот сколько раз я предлагал тебе переспать?
- Убери от меня свои подмышки, - смеясь, потребовала девушка, оказавшись в ловушке между его рукой и туловищем. - Такие отношения меня не интересуют.
- Ты просто еще не пробовала, - Джексон заметил кофейню и, внезапно опомнившись, резко свернул к источнику пищи, увлекая её за собой. - Хочу перекусить.
- Лучше скажи, когда ты не хочешь, - произнесла она, представляя, как сложно прокормиться такому гиганту.
После их встреч она обычно набирала лишние килограммы. Его желание поесть было заразительным, и в результате они постоянно что-то жевали.
- Когда будешь подмасливать меня за молчание?
- Уже начинаю, - парень галантно распахнул перед ней дверь в кофейню.
После небольшого перекуса они отправились в неизвестном направлении. Моника представить себе не могла, что он привезёт её в балетный класс. Все здесь напомнило о несбывшихся мечтах: зеркала по периметру стен, станок для занятий и скамьи для отдыха.
Джексон, встретив её вопросительно-негодующий взгляд, произнес:
- Как ты относишься к современному, менее строгому балету?
- Всё равно никем не стану. Так к чему это?
Продолжать заниматься балетом, понимая, что невозможно полностью отдаться ему и достичь высот, - значит, бесполезно сыпать соль на рану. Кроме того, ей придётся заново учиться доверять мужчинам, ведь одно неверное движение партнёра в поддержке может привести к новой травме.
- Хватит уже себя жалеть, - он засунул руки в карманы своей жилетки и посмотрел на нее со строгостью родителя, который пытается вразумить нерадивое дитя. - Смирись, что больше не выйдешь на сцену, и танцуй в свое удовольствие.
- Ты не понимаешь.
- В общем, я уже выбрал тебе партнера, - сказал парень, не обращая внимания на её слова. И добавил с шуточным намёком: - Интересно посмотреть, как ты двигаешься.
- Звучит просто ужасно, - ответила она, но на её лице всё же появилась улыбка.
Предупредив, что скоро вернется, Джексон ушел в соседнее помещение. Моника, тяжело вздохнув, обреченно опустилась на скамью. Погрузившись в свои мысли, она вспомнила о ключе и уже по-трезвому оценила ситуацию.
Николь могла бы просто открыть ему дверь, но парень настойчиво просил ключ. Никаких гневных сообщений от соседки не последовало, значит, она его ждала. Следовательно, если ключ нужен ему не на сегодняшний день, то он сделает его дубликат на будущее.