Глава 12
Дилара пыталась быть многофункциональной. Девушка, и Юленьку развлекала, и к интересному разговору на кухне прислушивалась. Сетования матери по поводу своего мужа отошли на второй план. Сейчас же тётя Света с пониманием выслушивала причитания по поводу дочери.
Конечно же Дилара объясняла свой внешний вид тем, что просто кто-то на улице напал, отобрал деньги и избил. Что за люди это были — не рассмотрела. Заявление писать не хочет, так как вряд ли этим займутся, да и показания не больно полезные выйдут. Имидж давно сменить хотела, вот и подстриглась. В передрягу попала как раз по пути из парикмахерской.
Катерина Леонидовна дочери верила, но материнское сердце чуяло не ладное. Светлана же уверяла, что это следствия их былой истории, женщина просто преувеличивает, а тем более, что Дилара давно не врёт родителям.
Девушка на самом деле однажды взяла с себя обещание, всерьёз не врать близким, даже если скрывала что-то, получалось неумело, предпочитала молчать. Внутри появлялось неприятное ощущение, обманывать дорогих людей ей было противно. Что же касается конкретно этого случая, совесть девчонки оставалась чиста.
Очередь плакаться на своего ребёнка торжественно перешла к гостье. Андрей находился в милиции. Задерживали его давно, сейчас нужно было лишь приходить и отмечаться, но каждый раз, провожая его в отделение, Светлана Михайловна по новой переживала сильнейшее эмоциональное потрясение после проигрыша. Проигрыша, как матери. Женщина понимала, что не справляется со своей ролью, а выхода не наблюдала.
Взглянув на часы и поняв, что в целом, ничего уже интересного она точно не услышит, Дилара начала собираться. Одела Юленьку, взяла маленькую проказницу за ручку и сообщив, что уходит, вышла на улицу.
Юле нравилось проводить время с двоюродной сестрой. Тут тебе и сладости разрешат есть больше обычного, и за руку дёргать вечно не станут, дабы вела себя потише. На прогулке по лужам пробежаться возможность есть, и котёнка бездомного потискать, все высоты на детской площадке покорить, а как же нравилось в догонялки играть, хоть Дилара и вечно проигрывала, ведь Юленька быстрее ветра.
По-видимому, девчата пришли раньше, ведь Андрея видно не было. Заходить внутрь здания не хотелось, Дилара решила, что подождут на свежем воздухе. Стояла, спрятав руки в карманы и наблюдала, как Юля найдя какую-то палку бегала и стучала по всем возможным поверхностям, это занятие приносило пятилетке неимоверное количество эмоций.
Раздались тяжёлые шаги, Дилара обернулась. Лев Давидович подходил осторожно, выглядел очень серьёзным, взгляд стал обеспокоенным, заметив лицо девушки.
— Здравствуйте, — поздоровалась она.
— Приветствую. На тебя напали? Пришла заявление подать?
— Нет, — равнодушно ответила Дилара. — Кто это был не знаю, так что и писать особо нечего.
— Не веришь, в нашу работу или своих не сдаём?
— Я не понимаю, к чему вы клоните.
— Родственичек-то твой уже на учёте. Стремишься к нему присоединиться? Ещё не пришло осознание, к чему такой образ жизни может привести?
— Вы ничего обо мне не знаете, а сказать мне вам нечего.
Девушка помахала, радостно улыбаясь. Милиционер обернулся и увидел быстро приближающегося парня.
— Я пойду, — обратился он к Диларе. — Уверен, что ещё не раз встретимся.
Лев Давидович удалялся, Андрей обнял сестру и обеспокоено поинтересовался:
— Чего хотел?
— Конкретно ничего, но мне это не нравится. Предчувствие нехорошее.
***
Дилара была максимально сосредоточенна, полученные травмы понемногу затягивались, внимание на усталость не обращала, цель требовала затраченных средств. Спарринг проходил неплохо. Зима был снисходительным, не нагружал слишком сильно, давал больше времени на передышку, от чего девушка бесилась, не хотела сильно отставать.
Двери в тренажёрный зал тяжело открылись, поднялся сильный грохот, Вахит, насторожившись взглянул на вход, получив за свою отвлечённость удар в щеку. Но, радость Дилары, от небольшой победы, длилась не долго.
— Заканчивайте и на выход!
Девушка обернулась на голос. Она никогда ранее не видела Турбо настолько разъярённым. Парень тяжело дышал, в глазах пылал огонь, брови опущены и сведены, губы сужены. Вся фигура напряжена.
Зима подлетел к другу.
— Ты чего?
— Тебя это не касается.
Дилара боязно подошла ближе, появилась тревога. Турбо смерил её взглядом.
— Тебе здесь не место.
— Ты не хочешь объяснить хотя бы?
Валера спрятал руки в карманы, расслабил лицо и подошёл к девушке, та же в свою очередь сделала шаг назад. При каждой свей реплике, он с напором немного наклонялся вперёд и выпрямлялся обратно.
— Так тебе ещё объяснять нужно, да? Сама не понимаешь? Думала, мы здесь ничего не узнаем?
— Валера, я, правда, не понимаю...
— По имени меня не зови. Мне всё рассказали.
Вахит, принял попытку приостановить друга, попытался ладонью перегородить ему путь к девушке, но Турбо грубо оттолкнул его руку и снова сделал шаг.
— Чтобы я тебя больше здесь не видел, — его голос стал тише и злее. — Не смей портить репутацию Универсама, вафлёрша.
— Чего? — непонимание девушки сменилось гневом.
— Того! Думала, к нам не дойдёт информация о том, как тебя пол Самары драло? Фу, блядь, даже мерзко с тобой в одном помещении находиться. Ещё и играла в такую недотрогу, интересно, тебя набухать нужно, чтобы ты оперативно ноги раздвинула? А двоих примешь? Мы вот с Зимой завсегда рады.
— Турбо! — голос Вахита звучал злостно.
— Шалава, блядь.
Парень сплюнул прямо под ноги девушке. Посмотрел ей в глаза и вопросительно кивнул. Дилара мгновенно занесла руку и влепила хлёсткую пощёчину Турбо. Девушка схватила свои вещи и направилась к выходу, проходя мимо Валеры, задела его плечом. Она не оборачивалась, не увидела, с каким отвращением он стряхивал с себя неуловимый след прикосновения.
***
Дилара попадала мелкими камушками в окошко, меткости ей было не занимать. В стекле показалась юношеская фигура, которая мгновенно открыла окно и немного высунулась наружу. Девушка пыталась найти в себе силы сказать, чтобы брат вышел, но голоса как будто не было вовсе. Андрей быстро сорвался с места, оставляя возможность ветру свободно гулять по комнате, и выбежал на улицу.
Оказавшись рядом с сестрой, стал засыпать многочисленными вопросами, пытаясь добиться хоть какого-то ответа, но его не последовало. Дилара лишь нырнула в его объятия и ощутила как слёзы покатились по горячим щекам.
Она плакала, он обнимал. Сильнее прижимал к себе, почувствовал, как руками сжала его свитер на спине. Еле слышные всхлипы сменились рыданиями. Дилара, теряя силы начала опускаться на землю, Андрей последовал за ней, не разжимая рук. Крик девушки приглушался телом парня.
Он гладил её по голове, спине, рукам, прижимал сильнее, физически ощущал состояние сестры. Андрей поднял голову вверх, прикусил губу в попытке остановить предательские слёзы, но четно. Капли скатывались по лицу.
***
Дилара, сославшись на плохое самочувствие, не отправилась ни на какие занятия. Девушка устало смотрела в потолок. После ремонта, здесь уже не было знакомых трещин, составляющих непонятный рисунок и дававший фантазии вдоволь разгуляться. В целом, эта комната стала чужой, воспоминания невозможно так просто вычеркнуть. Как и не получалось вычеркнуть лицо Валеры из памяти. Лицо, наполненное отвращением и презрением.
Подняться с постели девушку заставил стук в дверь.
— Диля, открой, у меня руки в тесте, — послышалось из кухни.
Преодолев бесконечное расстояние от кровати к входной двери, девушка, даже не взглянув в глазок, провернула ключ и нажала на ручку.
— Кто там?
— Это ко мне, — вяло ответила Дилара. — Я в подъезд выйду.
Накинув первую попавшеюся куртку и всунув ноги в кроссовки, не зашнуровывая их, она спустилась вслед за Вахитом.
Парень, устроившись возле окна, подкурил, предложив сигарету Диларе, та с благодарностью приняла.
Девушка опешила от полученного подзатыльника.
— Это за что?
— Тренировку прогуливаешь. Не хорошо.
— Ты же понимал, что не приду.
— Понимал, — подтвердил парень. — Прождал тебя на улице, долго не выходила, решил подняться.
— Зачем ты пришёл?
— Люлей за прогул выписать.
Видя, что девушка никак не меняется в лице, немного поник. Стал более серьёзным. Помял фильтр. С сочувствием смотрел, как Дилара просто вглядывалась в пустоту.
— Эту хрень ему Кристина напела.
— Я так и думала.
— Он к девкам с просьбой обратился, чтобы тебе помогли. Наслушался. Поверил, — Зима сделал паузу. — Я решу всё.
— С чего уверенность, что это не правда?
— Дельный вопрос. Понятно, что ты бы скрывала, да и морду хотела бы набить, чтобы подружанция твоя не распространялась. Ну, вот я в процессе решения и проверю, как всё было. Но, я тебе верю.
Глаза Дилары блеснули, она отвела взгляд, прокашлялась и спросила:
— Ты ему ничего не говорил?
— Нет, я же обещал. Он сказал, что если ещё раз тебя увидит, то язык за зубами не станет держать. Пока никто извне не знает, это никак репутации не навредит, так что не переживай. А ты сама-то чего объясниться не захотела?
— Моё слово, к которому у него явно отсутствует доверие, против слова его информатора. Она пошла на опережение. Нет смысла.
— И дальше придерживаемся плана? — с надеждой уточнил Вахит.
Дилара сомневалась. Есть ли толк в этом. Кристина, снова впереди, она снова занимает доминирующую позицию, только теперь её союзники уже посильнее. Кристина находилась в шатком положении всегда, всегда испытывала потребность доказывать свой авторитет, возвышаться над кем-то, она до жути боялась опуститься к статусу жертвы.
Только, в данный момент, Дилара смотрела уже на того, кто до сих пор продолжает оставаться на её стороне. Верит её словам, пытается помочь и не отворачивается.
— Да, — в её голосе была уверенность.
— Отлично, тогда собирайся и погнали.
— Куда?
— Да ёпта, на тренировку, куда же ещё.
— Но, ведь...
— В подвал моего дома пойдём. Мы там с Турбо в детстве зависали. Утром сходил, проверил, прибрался немного. Места там хватит. Пока что уйдём в подполье, готовясь к твоему эпическому возвращению и мести всем негодяям. Прям как в «Зорро», только без лошадей, убийства и выдачи себя за губернатора, но посыл-то ты поняла.
Дилара от души рассмеялась, чем вызвала тёплую улыбку и у Вахита.
***
Дилара была бы не честная сама с собой, если бы отрицала тот факт, что её жизнь изменилась. Более она не передвигалась свободно по району, в школу и художку отправлялась в одиночестве, но Андрей с Маратом шли по пятам, опасаясь за безопасность девушки.
Всю ситуацию Адидас младший воспринял с настороженностью, слова же друга о том, что "это всё бред какой-то" склонили принять именно эту версию случившегося. Не отказывался приходить в гости и преподносить девушке новую порцию универсамовских сплетен, которые так старательно собирал.
Таким образом, Дилара узнала, что Кристина начала ходить с Синим. Странного в этом ничего не было, закономерная ситуация, которая рано или поздно точно произошла бы, но вот именно в данный момент, это выглядело скорее как перестраховка. Будто Кристина укрепляет свои позиции в группировке, обеспечивая себя бо́льшими правами на нахождение в кругу.
Тренировки проходили в подвале. Зима не посвящал девушку в свой план по раскрытию правды, всё же суеверность присутствовала в натуре парня, боялся сглазить. Вечерами отправлялись к Вахиту домой. Дилара, после чаепития, с радостью обучалась вышивке у бабушки, помогала его матери с готовкой, с замиранием слушала стихи, написанные парнем. Провожал домой по привычной схеме, дабы не быть замеченным рядом. Дилара сама настаивала на такой концепции, ей не хотелось подвергать хоть кого-то опасности.
***
Парень до конца не понимал, зачем пришёл сюда. Он просто стоял, курил и смотрел на свет в окне. Медленно выпуская дым из лёгких, наблюдал за неподвижной картиной. На душе была тоска. Ему очень хотелось, чтобы всё, произошедшее за последнюю неделю, оказалось ложью, обычным ночным кошмаром, иллюзией.
Оконная рама сдвинулась с места, открываясь. В проёме показалась девушка. Зажегся огонёк. Облокотившись об согнутую руку, она устало курила.
Сердце парня пропустило несколько ударов. Ему не хватало близости с ней, разговоров, прикосновений, взглядов, не всегда уместного флирта.
Он сожалел, сожалел о том, что всё так вышло. Слишком манящие перспективы просто оборвались в одно мгновение, но ни принципы, ни убеждения предавать был не готов.
***
Зима пристально следил за нахождением Кристины в помещении. У него на сегодня была поставленная одна очень важная задача: собрать нескольких важных людей в тренажёрке и задержать до определённого момента.
— Чего дёрганный такой? — поинтересовался Турбо.
— Узнаешь, чуть позже.
— Зима, — Сутулый подошёл тихо. — Я тут узнал всё по твоему вопросу.
Парень мялся, намекая на конфиденциальность разговора.
— Ты при Турбо говори.
— Короче, травили её конечно жёстко, прям до издевательств каких-то доходило, не знаю, может у баб принято настолько кровожадными быть, но как по мне это слишком. Мне всё в таких красках поведали...
— Я не об этом узнать просил, — прервал его Вахит.
Валера насторожился, понимая о ком, вообще идёт речь, беспокойство росло.
— Та чистая она. Там даже намёка на подобные слухи не было. Общалась немного с одним пареньком, он близкий моего троюродного брата, от которого я и узнал всё. Но, там даже за ручку не ходили, да и общались не долго. Сидела дома постоянно, девчонку настолько замучили, что она лишний раз из дома не выходила. Но, самое интересное, — Сутулый понизил голос и приблизился к собеседникам. — Та, кто это всё устроила...
Дверь открылась. Дилара шагала медленно, но уверенно.
Валера не понимал, куда сфокусировать своё внимание.
— Всё потом, — отрезал Зима и отправился за двумя парами бойцовских перчаток.
Дилара целенаправленно продвигалась к диванчику, на котором разместилась Кристина со своими подругами. Никто из присутствующих, ощущая тяжёлую ауру, не решался подать голоса.
Девушка остановилась напротив, Кристина заметно напряглась, нервно сглотнула и выжидающе смотрела в расслабленное лицо Дилары.
— Как на счёт дружеского спарринга?
— Пф, что за бред ты несёшь?
Вектор разговора привлекал аудиторию. Пацаны подошли поближе.
— Неужели испугалась? — голос Дилары оставался спокойным. — Конечно, боишься, ведь меня твои шавки держать не будут. Ровняем силы? Не шесть к одному, а один на один. Как тебе?
Кристина поднялась. Девушка не могла отказаться. Честь задета, авторитет подорван, публично оскорблена.
Турбо молча наблюдал. В его голове отчётливо начала проясняться картина, он собирал всю историю по маленьким фрагментам, понимая, какую борьбу не замечал у себя перед глазами.
Зима подошёл и преподнёс перчатки.
— Так, если всё так серьёзно, — сказал Кащей. — То чего вы баловством занимаетесь? На кулачках выскочите, да и делов.
Ответом Дилары послужило то, что она сразу отправилась на ринг, в ожидании соперницы. Кристина, не желая показаться неженкой, приняла условия.
Девушки, стояли на помосте, очень близко друг к другу и шептались.
— Ди, что за цирк ты устроила?
— Если я побеждаю, ты навсегда от меня отстаёшь и исправляешь то, что натворила своим поганым языком.
— А если победу одержу я, то ты навсегда пропадаешь с радаров Универсама и никогда в жизни даже не заикнёшься о нашем общем прошлом.
— Договор.
Девушки пожали друг другу руки. К ним на ринг вышел Кащей, принимая на себя обязанности рефери, он объявил во всеуслышание:
— Соперницу не жалеем, ноги для атаки не используем, закончим только когда кто-то сдастся или потеряет сознание.
Девушки разошлись, разминая мышцы и занимая боевые стойки, дав сигнал Кащею, о своей готовности, рефери объявил о начале поединка, сам же благополучно ретировавшись с поля.
Первой, атаку начала Кристина, она засыпала соперницу прямыми коротким ударами, тесня ближе к канатам. Дилара выставляла руки в защите, не пропуская ни один, уклонялась, двигалась хаотично, старалась не привязываться к единому поведению, не давая возможности просчитать движения.
Кристина понемногу выбивалась из сил, била уже не с такой яростью, с меньшим натиском и нажимом. Дилара стала пропускать некоторые удары, несколько хуковбоковые удары попали точно в цель, проступила кровь на лице девушки, Кристина ликовала внутри.
Дилара не контратаковала, хоть и была хорошая возможность при свингебоковой удар с дальнего расстояния, девушка же немного дезориентировалась и опустилась на одно колено.
— Да чё такое? — возмущался Марат. — Почему она так слабо ведёт бой?!
Кащей мельком взглянул на стоящего справа Зиму, который не выражал никакого беспокойства.
— Просто смотрите, — лишь и произнёс Вахит. Он был уверен в своей подопечной, наглядно видел какую из предложенных им тактик выбрала.
Кристина подошла ближе, замахиваясь для очередного удара, получила толчок в челюсть от сильного апперкотаудар снизу вверх Дилары. Не успевая оправиться, была подвержена россыпью джебовпрямой удар, с повышенной скоростью и точностью, отходя всё дальше и дальше, она четно пыталась блокировать атаки. Дилара отлично работала по корпусу противницы, заставляя постоянно напрягать мышцы и отвлекаться от головы.
Дилара не слышала подбадривающих возгласов от зрителей, не видела напряжённые лица, не ощущала прожигающие взгляды. Она была сфокусирована лишь на бое.
Приняв решение немного передохнуть, Дилара позволила Кристине снова взять инициативу в свои руки. Та, начала атаковать, уже более вяло и слабо. Дилара проводила успешные контратаки, заставляла оппонентку ошибаться и без особых усилий выматывала её.
После очередного бокового удара со стороны Дилары, Кристина обмякла, она опиралась на канаты и по-тихоньку сползала вниз.
— Сдавайся, — процедила нависающая над ней Дилара.
— Ни-за-что.
Размашистые сильные удары попадали по лицу Кристины, которая уже почти не защищалась. Дилара, ощущала, что находится не в тренажёрке в Казани, а в одном из майских дней. Столько же пыла, как и тогда, окутало её сердце, но теперь мозг был чист, она следила за всем происходящим и чётко знала свою цель.
Наблюдавшие застыли в молчаливом ожидании, стихли возгласы и подбадривающие крики, все лишь заворожённо наблюдали. Синий, хотел было остановить эту бойню, и уже приподнял канаты, дабы протиснуться на ринг, но Кащей, строго взглянув на паренька, отрицательно помахав пальцем, заставляя отступить назад.
Замахиваясь, для очередного удара, Дилара застыла. Её внимание привлекли пальцы Кристины, которые хаотично и быстро выстукивали по помосту. Девушка расслабилась и отошла от соперницы.
На поле, сразу же выскочил Кащей, схватив за руку Дилару громко объявил:
— Интриги никакой нет, так что победила сегодня Художница! — поднимая девичью руку ввысь.
В помещении произошёл взрыв эмоций, все начали аплодировать, свистеть и выкрикивать.
*flashback*
Дилара не останавливаясь, направлялась в место, где собирались её обидчицы. Она долго выжидала подходящего момента. Ждала, когда авторитет Кристины в их шайке ослабнет, когда она лишиться той безоговорочной поддержки и слепого следования.
Виновница всех ночных кошмаров властно сидела на лавочке, в окружении своих пресмыкающихся. Девушки опешили от грозного вида надвигающейся груши для битья.
Дилару попытались остановить несколько девчонок, получив удары в прекрасные личика, отказались от этой затеи. Она налетела на Кристину. Удары были не аккуратными, хлёсткими и гневными. Дилара видела, как у противницы выступила кровь, наблюдала как та, в попытке сбежать опустилась на землю и пыталась отползти, она слышала её крик и мольбы о помощи. Никто не реагировал. Все сторонники Кристины, которые ещё недавиче беспрекословно следовали за ней, сейчас просто наблюдали за свержением своего вожака.
Дилара не чувствовала ничего кроме ярости. Она не останавливалась. Продолжала бить по лицу, рукам, что неумело пытались защититься, туловищу. Дилара не ощущала, как силы покидают её, не было слабости, лишь остервенение.
Девушка почувствовала на своей талии чьи-то руки, что с силой заключили в замок и начали оттаскивать её от еле движущегося тела Кристины.
— Отпусти меня! — свирепо кричала девушка.
Она вырывалась, чувствовала, как явно мужские руки слабеют, хват становиться хилым. Продолжала разрезать воздух руками и ногами, дёргаться и пытаться высвободится.
— Да ты же убьёшь её, — с тихим ужасом послышалось прямо над ухом.
Эти слова были будто отрезвляющая пощёчина. Тело Дилары вмиг обмякло, взгляд прояснился, она ощутила, насколько тяжело дышит. Развернувшись, взглянула в глаза Руслану, в глаза полные сочувствия и боли.
***
Дилара с гордо поднятой головой спустилась с ринга, её взгляд не приковывался ни к кому. Попутно принимая поздравления и дружеские похлопывания по плечу, направилась за своими вещами.
Перед ней предстал Сутулый. Комкаясь, стараясь не смотреть в глаза, он протянул конверт.
— Тут тебе передали.
Дилара взглянула на имя отправителя. Её охватила тревога, тревога от весточки из прошлого, от того кто не должен был больше появляться в её жизни, но решился связаться.
Она с благодарностью взяла письмо и направилась прочь, дышать было тяжело, мысли путались, она нуждалась в глотке свежего воздуха.
Выйдя на улицу, девушка вздохнула полной грудью, успокаиваясь, отходя от очередного приступа тревоги. Бережно вложив конверт во внутренний карман куртки, достала сигареты и подкурила. Первый глоток дыма казался спасательный кругом, возможностью разгрузить напряжённо сознание от произошедшего.
Кто-то не смело вышел из тренажёрки, Дилара обернулась и увидела Маргариту, которая боязно приближалась.
— Подходи, я же не кусаюсь.
Девушка встала подле Дилары, мяла в руках замочек куртки, поглядывала на собеседницу. Начала тихо, не уверенно.
— Можно вопрос задать?
— Задавай, — равнодушно ответила Дилара.
— А почему? Почему ты не ударила в ответ? Когда я тебя держала.
— А чего хватку-то послабила? Испугалась?
— Это было жестоко. Но, ты же могла хотя бы сдачи дать. Я понимаю, что положение это не исправило бы, но почему, я видела, насколько яростной ты была в тот момент.
Дилара сплюнула себе под ноги горькую от крови и табака слюну и ласково взглянула на Риту.
— Тебе, потом, что за это было бы? За то, что не смогла удержать, и кому-то из мигер прилетело?
Маргарита недоумённо смотрела на девушку. В её голове не укладывалось, от чего она вообще беспокоилась за последствия для той, которую не знает, с которой их ничего хорошего не связывает.
— Зная Кристину, — хмуро продолжила Дилара. — Смею предположить, что вы придерживаетесь старого правила: Бей своих, чтобы чужие боялись, не так ли?
Дилара развернулась и медленно поплелась домой. Она устала, усталость эта была не физической, она устала от моральной борьбы. Хоть противник и был повержен, но вкуса победы девушка не ощущала.
Маргарита, спохватившись, что её отсутствие могут заметить, поспешила вернуться в качалку, столкнувшись в дверях с разъярённым Турбо. Следом брёл Зима.
Валере сложно было устоять на месте, он маячил перед глазами друга, сгорая от злости.
— Ты знал? — голос Турбо был свирепым. — Ты всё знал, да?
— Знал,— спокойно подтвердил Зима.
— А мне и словом не обмолвился?! Ничего вообще не сказал. Не остановил даже.
— Я слово дал. А то, что ты как дебил себя повёл, не моя вина. Я пытался угомонить, чтобы ещё больше говна не наговорил.
— Блядь, — выругался Валера, застыв на месте и смотря вдаль. — Она, наверное, и видеть меня не захочет теперь.
— Она не злится. Уже.
Турбо удивлённо посмотрел на друга в ожидании пояснений.
— Ты, может, сходи — предложил Вахит. — Поговори. Всё теперь зависит только от твоих слов, не облажайся. Опять.
Дорогая Дилара,
Я не могу быть уверенным, что ты читаешь это письмо, ведь ты уже заметила имя отправителя, но надежда в моём сердце всё же теплится. Пишу его, я из сугубо эгоистичных побуждений, ведь уверен, что мои мольбы о прощении тебе не нужны. Знаю, что внутри себя уже давно решила таить ли обиду на меня до конца своих дней или же просто забыть, выбросить из памяти и никогда не произносить моё имя даже в мыслях.
Но, позволь мне такую вольность, как объясниться. Я трус. Я ужасный трусишка, не достойный даже твоего мимолётное взора, жалкий и ничтожный человек, поздно осознавший свою ошибку. Все омерзительные слова, произнесённые мною в твой адрес, не имели права вылетать из моего поганого рта. И, стремлюсь уверить, сказаны были не всерьёз. Я никогда не считал тебя слабой или ничтожной, уродливой или мерзкой, недостойной моей компании или пустым местом.
Я не хочу, дабы это выглядело как оправдание, но скажу как есть. Я не сразу пошёл на поводу угроз Кристины. Мне было плевать, что она ревновала, что не понимала, чем же уступает тебе и пыталась доказать, что лучше. До определённого момента. Однажды, мне дали чётко понять, что же станет, если я не послушаюсь. В тот день, они выбросили твой портфель в мусор со словами «тебе там самое место». Во мне закипела ярость, но Кристина заставила её стихнуть в то же мгновение. От моих действий зависело то, насколько сильно они продолжали бы измываться над тобой.
Я чувствовал себя обманутым, когда понял, что издёвки не прекратились, попытавшись разобраться, дали понять, что это не самое страшное на что они могут пойти. Я боялся, боялся за тебя, поэтому и оттолкнул, как можно грубее, дабы не появилось искушение возобновить общение.
Теперь, как только у меня появилась возможность подсобить тебе, поведать историю, сорвать маски с причастных, я воспользовался ею. Надеюсь, не навредил тебе ещё больше, путём пересказа всего произошедшего в мельчайших подробностях. Но, насколько я могу судить, ты нуждалась в обелении репутации.
Я благодарен, что ты дочитала до этих строк. Я не жду ответа и знаю, что не заслуживаю прощения. И не могу с уверенностью сказать, облегчит ли это твою душу, надеюсь сейчас у тебя всё хорошо.
Прости...
Руслан