двойное наследие

* РЕТРОСПЕКТИВА *
Ректор Албанской Академии неслышно перемещался по коридорам пустого замка. Он уже почти забыл все эти переходы и лестницы. Самым главным было не попасться никому из оставшихся здесь преподавателей и директору. Опасно.
Так же тихо скользнув в помещение на втором этаже, он прошипел формулу, открывающую доступ к нужному ему ходу. Через несколько минут он уже входил через массивные двери в огромный зал, направляясь к скелету гигантского змея. Обойдя кости по большой дуге, он устремился к неприметной дверце позади статуи его великого предка. Там его ждали.
- Наставник…
- Здравствуй, Том. Давно не виделись. Как успехи?
- Примерно четверть проходит по всем параметрам, Наставник.
- Отлично. А мальчик?
- Как мы и планировали. Его силы несравнимы с тем, что было прежде. Да и с тем, что получается у нас, в принципе, тоже. Его перемещение было нам на руку. В начале осени я отправлю его сюда. Сейчас он проходит последние Испытания. Все отлично.
- Кое-что пошло не так, как мы планировали, Том. Зайди и посмотри сам.
Нервничая, Ректор прошел в дальнее помещение, следуя за Наставником. В стерильной палате на белоснежных простынях больничной койки лежал бледный, невероятно истощенный юноша. Ректор подошел ближе и всмотрелся в страшно худое лицо с заострившимися до неузнаваемости чертами. Из задумчивости его вывел голос Наставника:
- Это произошло уже третий раз. Опять случайность, как считаешь?
- Нет… Один раз – да, случайность, два – совпадение, три – закономерность.
- Тогда эксперимент стоит довести до конца.
Ректор поморщился:
- Это может занять слишком много времени. Его проверяли неоднократно, но он реагирует на синонимичные условия неадекватно.
Наставник неожиданно усмехнулся:
- Сам виноват. Твой – вот и разбирайся. Тем более, скоро появится отвлекающий фактор.
- Да, Наставник. – С этими словами Ректор покинул помещение.
* КОНЕЦ РЕТРОСПЕКТИВЫ *
Рэйв отработанными до автоматизма движениями варил Напиток Живой Смерти. Он не помнил, как прошло утро и обеденный перерыв. В голове настойчиво билась надежно сдерживаемая паника. Он боялся. Боялся, что с Драко случится что-то плохое. Как бы то ни было, он привязался к своему новому однокласснику. Нет, он пока не мог назвать его другом, но он надеялся на то, что рано или поздно это станет возможным. Драко чем-то неуловимо напоминал Ворону Тайга, оставшегося в Академии. Возможно – незаурядным умом и способностями.
От размышлений Рэйва отвлек тихий хлопок. В классе раздался чей-то крик:
- Ложись, сейчас рванет!
Рэйв, поддавшись стадному чувству, резко пригнулся, однако сила, натренированная за годы обучения в Академии, выплеснулась инстинктивно. Поскольку времени разобраться, чей котел стал взрывоопасным, не было, мерцающий сиреневыми сполохами непрозрачный купол накрыл весь рабочий стол, занимавший центр кабинета, отрезая кипящие котлы от группы студентов. На все ушло меньше секунды. А потом действительно РВАНУЛО! Ворон с трудом удержал установленный щит, на который обрушилась не только энергия собственно взрыва, но и выплеснувшаяся магия недоваренного зелья.
Подождав еще секунд тридцать, и удостоверившись, что остальные смеси не сдетонировали, юноша снял возведенную защиту, открывая взорам студентов и недовольного преподавателя разруху на лабораторном столе. Два котла были разорваны на куски. В классе прозвучал строгий голос профессора:
- Мисс Патил, мисс Патил! Это было вопиющее нарушение рецепта! Я так надеялся, что вы похожи на своего выдающегося отца и блистательную мать! Скажите на милость, о чем вы думали, когда добавляли в зелье прыгучие бобы целиком, а не только выдавленный из них сок?!
Голоса близняшек прозвучали в унисон:
- Простите, профессор Слагхорн, мы не смогли их взрезать…
Профессор сердито встопорщил усы, еще больше напоминая моржа:
- По двадцать баллов с каждой за подобную ошибку, юные леди!
Потом его лицо расплылось в умильной улыбке, настолько быстро сменив выражение, что стоящие ближе всего к нему студенты отшатнулись:
- А так же тридцать баллов мистеру Снейпу за скорость реакции и надежность Щитового заклятия. Невероятно, насколько вы сильны! Вы так похожи на отца, Рэйвенус! Позволите мне называть вас по имени?
Парню ничего не оставалось, только кивнуть. А профессор продолжал что-то восхищенно восклицать в адрес слизеринца. Рэйв чувствовал, как у него начинают гореть уши. Он терпеть не мог оказываться в центре внимания. Хотелось просто сбежать. К счастью, раздался звон колокола, оповещающий об окончании занятий, и все учащиеся, наскоро похватав вещи, выбежали из класса. Попытавшийся последовать за ними Рэйв был остановлен раскрасневшимся от бурного проявления восторгов преподавателем:
- Рэйвенус, как ты посмотришь на то, чтобы на будущей неделе в субботу поужинать в моих апартаментах? Мы устраиваем маленькую вечеринку, для нескольких восходящих звезд, я уже пригласил МакЛаггена и Забини, очаровательную Мелинду Бобин — не знаю, знаком ли ты с ней? Ее семья владеет большой сетью аптек…
- Простите, сэр, я не знаю… Я постараюсь прийти, но…мало ли что может случиться.
- Ох, бросьте, Рэйвенус! Что может приключиться со столь сильным магом в этой школе? Я непременно буду вас ждать. Скажите, а вы дружны с юным виконтом Малфоем? – в голосе появились странные, оценивающие нотки.
- Мне пока сложно ответить на этот вопрос, сэр. Я с ним знаком всего четыре дня. Возможно, мы станем друзьями в будущем, поскольку у нас много общего, в том числе и воспитание.
- О, да, я понимаю. Молодым аристократам с чистой кровью всегда найдется, что обсудить, не так ли? – профессор подмигнул Рэйвенусу. – Я буду рад видеть на вечеринке вас обоих, мальчик мой.
На этих словах он попрощался и, напевая какой-то прилипчивый мотивчик, вышел из кабинета через боковую дверь. Рэйв стремительно цапнул сумку, и хотел было пулей вылететь из класса, когда вспомнил, что ему нужны два компонента для Зелья Сущности. Положив вещи на стол, он прикрыл их заклятием невидимости, после чего сам скрылся за Чарами Хамелеона, после чего нырнул в хранилище. Необходимые вещества нашлись почти сразу, и, прихватив их с собой, юноша покинул, наконец, лабораторию.
В малом зале его уже ждали нетерпеливые одноклассники. Едва он вошел, Блейз с хохотом выдал:
- О, приветствуем вас, наш несравненный и величайший, столь похожий на выдающегося отца…
Рэйв с тихим рычанием призвал подушку, точным броском запустив ей в смеющегося однокашника. Тот не умолкал:
- Ах, какой великолепный бросок! Вы могли бы быть замечательным игроком в квиддич с такой точностью и ловкостью!
- Блейз, отвали!
- Какие восхитительные выражения… - Не выдержав, слизеринец повалился на пол от смеха. Рэйв невольно расплылся в улыбке:
- Мерлин, как же меня достал этот Слагхорн. Что бы я только не отдал, чтобы он прекратил. Я за сегодня столько нового о себе узнал, что прямо тошно.
Весь шестой курс дружно зашелся неудержимым хохотом. В гостиную просунулась заинтересованная мордаха кого-то из первокурсников:
- А можно мы с ребятами тут позанимаемся?
Переглянувшись, старшие студенты милостиво позволили малышам присоединиться к ним. Рэйв отлучился в новую комнату для тренировок, где в котле стояло его Зелье Сущностей. Спустя полчаса, когда он вернулся, в комнате уже сидели все начальные курсы, то тут, то там раздавались взрывы смеха и вскрики. Семи- и шестикурсники покровительственно улыбаясь, наблюдали за играми младших. Первым не выдержал сам Рэйв. Вскочив с дивана, куда едва успел опуститься, он присоединился к группе тринадцатилеток, оттачивавших умение использовать чары Сложной подчиненной левитации. Это было настолько скучно, что Ворон предложил изменить способ отработки, превратив ее в игру. В комнате появился мяч, который ребята стали перекидывать с помощью нужного заклятия друг другу так, чтобы команда противник не могла им завладеть. За каждое касание соперникам присваивалось пять очков, за захват – десять. Криков стало гораздо больше. Спустя еще минут двадцать к ним присоединились все малыши, которым поспешно объясняли, как создавать такие чары. Как ни странно, маленькие волшебники очень быстро освоили подчиненную левитацию и с радостными визгами включились в игру. В зале стало очень тесно. Посмотрев на мучения толпы, не способной развернуться в ограниченном пространстве, Милли, как самая здравомыслящая, предложила всем пойти на квиддичное поле, пока пустующее, поскольку команды не сформируют еще недели две. Предложение было воспринято на ура.
Завхоз Филч с немым удивлением наблюдал, как почти в полном составе факультет Слизерин отправился на поле. Крикнув им вслед, что до отбоя осталось всего три часа, а до ужина и того меньше – час – он погладил свою кошку и покачал головой. Очень давно он уже такого не видел. И тем паче, на Слизерине.
А студенты, засмеявшись этому предупреждению, гурьбой вывалились на поле. Каждый курс объединился в свою команду, и на поле разворачивалась целая эпическая битва. Малыши носились как угорелые, старшие, скинув мантии, с не меньшей прытью бегали следом… Смех наполнил звенящий осенний воздух.
Через полтора часа все уже порядком выдохлись и с так и не выясненным счетом отправились на ужин, подхватив сброшенные в процессе соревнования мантии. Самых младших подсадили себе на плечи выпускники и одноклассники Рэйва. У самого Ворона на плечах сидел первоклашка, похожий на Драко – Амикус. Столь эффектного появления Дома Слизерин не видел еще никто. Ужин был в самом разгаре и студенты, как и преподаватели, недоумевали, почему за столом Змеиного факультета до сих пор пусто. Шум и смех у входа в Зал привлекли всеобщее внимание. А спустя пару минут челюсти большинства студентов глухо стукнули по поверхностям обеденных столов. В полном составе слизеринцы проходили в Зал, смеясь и перешучиваясь. Малыши радостно вопили, сидя на плечах старших товарищей и продолжали левитировать перед собой мяч. Рэйв, подняв руки, подхватил малыша с белыми волосами под мышки и спустил его на скамью. То же самое проделали и остальные старшекурсники. Организованно заняв места за столом, представители зелено-серебряного дома с невероятной скоростью уплели свой ужин, после чего все вместе так же поднялись и покинули Большой Зал.
Студенты остальных факультетов ошеломленно переглядывались, задавая друг другу вопрос, а что же это значило. Со столь же пораженным видом сидели некоторые преподаватели.
Прошло довольно много времени, когда, спохватившись, представители трех Домов, оставшихся в Зале, продолжили ужин.
А слизеринцы тем временем той же гомонящей толпой спускались обратно в свою гостиную. Первокурсники, сытые и усталые, едва плелись, поэтому выпускники сочли за благо вновь подхватить их на руки. Добравшись до подземелий и отправив малышей в спальни, старшие студенты взялись за выполнение домашних заданий.
Драко появился почти перед самым отбоем. К этому времени все, кроме Рэйва сотоварищи, уже разбрелись по своим комнатам. Устало проведя рукой по волосам, блондин упал на диван, пряча лицо от света пламени в камине. На него тут же накинулись с вопросами:
- Что произошло? Почему?
- Не знаю. Все было нормально, а потом резко стало слишком светло. Словно перед глазами зажгли Люмос Максима. Это было так больно…я почти ослеп и видел только размытые тени. Кто меня отвел в лазарет?
- Рэйв.
- Спасибо.
- Так что же это было?
- Не знаю. Мадам Помфри ничего не сказала. Велела только эту неделю не смотреть на яркие источники света. И особенно на огонь.
Посочувствовав пострадавшему, ребята переключились на Рэйва:
- Ты обещал выяснить наших зверей! Так как?
- Зелье я доварил…через полчаса можно будет проверять. Оно должно еще немного настояться.
Все кивнули и стали ждать, занимаясь своими делами. В комнате повисла уютная тишина.

* РЕТРОСПЕКТИВА *
Больничное крыло.
Мадам Помфри внимательно осмотрела своего пациента. Еще и десяти нет, а он уже оказался у нее. И, тем не менее, ее переполняла сложная смесь чувств. Здесь было и ликование, и озабоченность, и банальное женское любопытство.
Заполнив необходимые бумаги и внеся в них описание состояния пациента, она решила составить отчет о проделанной работе. Направившись к своему сундуку, она с усилием откинула крышку. Внимательным взором обозрев стопки любовных романов в сильно потрепанных мягких обложках, как магических, так и маггловских, она вытащила откуда-то из недр этого шкафоподобного чудища лист пергамента и самозаправляющееся перо. Усевшись за свой стол, она задумалась, как бы этот отчет начать:
«Многоуважаемый… Нет, не то. Какой он, к Мерлину, многоуважаемый….ВЫШЕ!!! Или… Разрешите обратиться… Нет, тоже не так… Ох… Обязана сообщить Вам… Да нет, никому я ничего не обязана… Тогда так: Мой Лорд… Хи-хи… А как звучит! Нет. Не поймут. А может…»
Взяв в руку перо, она задумалась. Хихикнула. Откусила кончик пера. Хихикнула еще раз. Выплюнула кусочек.
«Ну, муженек, ну, удружил! Как же я не доследила-то, а? Алкоголик несчастный! Это ж надо, такое мне подсунуть! Но все равно, какой талант! А как зелья свои варит! Любо дорого взглянуть!»
Приоткрыв ящик стола, она вынула оттуда небольшую плоскую фляжку. Скрутив крышечку, принюхалась.
«Полынь, дымянка и… что-то такое знакомое…носки? Трехдневные?! Нет, пятидневные?! Он что, через них цедил, что ли?! Затейник!»
Сделав порядочный глоток и вздрогнув, она снова хихикнула.
«Нет, пожалуй, вообще десятидневные. Хи-хи. Но все равно, какой-то истинно славянской остринки не хватает. Медвежьего помета, что ли… Или мухоморчиков…маринованных…»
Сделав еще глоточек, на сей раз гораздо меньше, она отставила фляжечку на край стола и снова взялась за перо.
«Считаю своим долгом… Бр-р, каким долгом?! Нет, ну муженек! Подарочек, василиска ему в глотку, сделал. На день...хи-хи… юбилей, в общем... А раньше цветы дарил…Ну, или конфетки, на крайний случай… Дожили. Правда, последний раз курьез вышел… но все равно, заботливый, чтоб ему… Исправился. Хи-хи.
А как он тогда целую бутыль своей экспериментальной…э-э… экспериментального зелья об пол… Когда продегустировать решил. Из горла… Десять…нет…двадцать литров. На аромат все окрестные…э-э…коты сбежались. Хотя на валерьянку это было…не похоже. Ну ни капельки! Но все равно, талантище! Если не соп… в смысле… э-э…своими зельями не отравится. Совсем. Ну да ладно, о чем я там писала-то… хи-хи… Сударь… хи-хи… Нет, Доктор! Вот, отлично. Самое сложное позади. Доктор, я сумела вычислить… случайно, конечно…хи-хи… Нет, какой я все-таки гений! То есть…какая Я гений… Тьфук!» - Она выплюнула еще кусочек пера, неизвестным образом оказавшийся у нее во рту. Посмотрела на свой письменный прибор, пытаясь понять, почему он стал еще на пару сантиметров короче. Отложила его в сторону и вновь потянулась к фляжке.
«Имею полное моральное право! У меня... праздник, вот! Я, Помона Помфри, Спасительница Магического Мира!!! Хи-хи… Это надо отметить!»
Приложившись к заветному сосуду, мадам Помфри хихикнула еще раз.
«И чем эта дура опять занималась?! Снова ее на отчисление подали… Нет, решительно, она меня в могилу сведет. Я уже устала каждое лето договариваться в этом ее колледже, чтобы детоньку не отчисляли и переводили на следующий курс. Замуж ее выдать, что ли?! По состоянию здоровья… И кто бы мог подумать, что моя родная кровиночка… Решительно, это папашкины гены. Ничего! Теперь у нас шанс появился! Еще парочку проверочек… Но какой талантище! А как…хи-хи…зелья гон…варит! Эксп-периментальные…»
Перо укоротилось еще сантиметров на пять. Мадам Помфри недоумевающе посмотрела на него.
«И-ик- как прикажете таким огрызком писать?! Ладно, как-нибудь. На чем я остановилась… Ах, да. Я сумела вычислить вещество…Как его там… Змейка такая …зелененькая, гладенькая, чешуйчатая… противненькая…бр-р…где-то я такую видела….»
Куснув перо, мадам Помфри поняла, что больше ни сантиметра не осилит. Горестно вздохнув и так и не сумев сформулировать отчет, она скомкала листок пергамента, и, швырнув его в камин, подпалила заклятием. Ярко-розовое совершенно невероятного цвета пламя взметнулось вверх. Мадам Помфри, потерев кончик носа, принявший тот же оттенок, что и горящий в камине огонь, неудержимо захихикала.
«И вообще, м-мне за вс-се эти… трв-в…-волнения положен…покладен…подар’к! Надо себ-бе любимой коф-…фточку под’рить. В гор..горошек. Или в клеточку? Не-ет…в гор’шек лучше. В крупный! Решено. Пшла я…за коф-фточкой…нав-вестить…»
Продолжая хихикать, мадам Помфри покинула больничное крыло ведомым только ей маршрутом. Однако если бы кто-то следил за замком, то этот кто-то мог бы с уверенностью сказать, что колдомедик территории школы не покидала.
* КОНЕЦ РЕТРОСПЕКТИВЫ *
-------------------------------------------------------------
De actu et visu - (лат.)по опыту и наблюдениям.