Американка?

Сегодня понедельник. Первый учебный день Лизы, после недельного отсутствия.

Киса, как она узнала позже, пришёл в школу только в среду, когда удостоверился, что Кудрявцевой точно не будет в школе и он не сможет никак с ней пересечься.

Даже учителя ничего ей не сказали, когда она зашла в класс. Казалось, что в одиннадцатом классе всем глубоко насрать на твои прогулы.

Первым уроком был классный час. Русая была на все сто уверена, что Кислов не придёт — подобные мероприятия или, как я это назвала ранее, уроки ему не нужны.

Какого было её удивление, когда за последней партой самого дальнего ряда восседала кудрявая макушка, что-то увлеченно печатая в телефоне.

Уверенной походкой, но в тоже время и спутанной, она направилась к его парте.

— Нужно поговорить. - сказала Лиза самым тончайшим фальцетом.

— Я тебя слушаю. - откладывая телефон на угол парты, параллельно обращая всё внимание на девушку. Она же осторожно села за его парту — словно боялась спугнуть и снова остаться в неведении.

— За что ты просил прощение? - прямолинейность - её второе имя.

Улыбка с лица Вани исчезла так же стремительно, как и появилась ранее. Всего доля секунды.

Длительное время он молчал. Пустыми глазами смотрел на Лизу, что все ещё ждала ответа. Чуть позже он наконец обнимает её и шепчет на ухо, обжигая своим дыханием:

— Я обещал бросить, больше не продавать. Мне, - он немного опешил. - нам. Нам нужны деньги, прости.

— И это всё? - отстранившись, смотрела на него уже она. - Кис, я думала ты мне изменил или ещё того хуже. - и снова обнимает его, запуская свои холодные пальцы под его свитер. Обжигает своим холодом его горячее тело.

Он продолжал что-то шептать ей на ухо. Шептал так, чтобы никто не слышал их диалог. Вдруг Локон подслушает, а после распространит какие-то слухи.

К слову, белобрысого в школе сегодня не было, а кроме него некому больше сплетничать. Разве что Рита.

***

— Не хочешь прогуляться? - подбегает Кислов, заставляя своим голосом вздрогнуть зеленоглазую.

После выяснения всех вопросов и недосказанностей, ей стало куда гараздо легче дышать полной грудью. В её глазах снова сияют искры, а в животе продолжают оживать бабочки.

Они шли по узкой тропинке, изредка наступая в лужи на мокром асфальте. После длительного дождя солнце светило ярче, чем утром, но на тропинку не могло пробраться из-за высоких деревьев вдоль.

— Я не против. - улыбается она, немного замедлив шаг.

К дому они шли всеми возможными кругами, чтобы, не дай Бог, мама Лизы не выглянула в окно.

Утром она согласовала с Кисой и была совсем не против его барыжества. Единственным её условием для него было не употреблять. Он охотно принял её слова и обещал накопить деньги, чтобы снять какую-то квартиру.

Может, в их жизни всё не так плохо?

— Мам, я дома. - кричит девушка, стоя уже на пороге своего дома. В ответ тишина.

В любой другой день она бы подумала, что в квартире, кроме сквозняка и скрипучих дверей, никого нет. Но шум масла на сковороде на кухне и приятный запах шарлотки, что отдавался в нос прямо у входа, говорил об обратном.

Мать решила учить её молчанием. Похоже, это принцип всех эсесесеровских детей. Впрочем, Лизе глубоко насрать на обиды матери.

Быстро прошмыгнув в свою комнату и оставив там рюкзак, она стремительно вылетела из квартиры и спустилась к Кисе, что терпеливо ждал её у подъезда.

— Идём? - сидя на покрашенной лавочке, он улыбался во все тридцать два.

— Лавочка покрашена. - шутит она, заливаясь смехом.

***

— Сейчас мы придём к берегу моря. Наступит вечер и мы, взявшись за руки, будем провожать солнце. Ветер подует на твои плечи, а ты покроешься мурашками. Тогда я сниму с себя куртку, накинув на твои плечи.

— С какого сайта ты это прочитал? - смеясь, со столь банально текста с романтическим посылом — на который Кислов не способен — остановилась русая.

— Романтика.ру - подглядывая в экран своего смартфона, сказал Киса и так же залился смехом.

— Неплохая идея встретить закат.

— Понял. - и, приобняв за плечи возлюбленную, они двинулись к бухте.

***

Солнце больше не слепит и не освещает столь милую картину. Небо закрывает большой, яркий купол, давая возможность белой кляксе показаться из-под туч. А солнце, тем временем, опускается всё ниже.

Такое ощущение, что уходит на дно чёрного моря.

Пара стоит на берегу, изредка отходя назад из-за подступающих волн.

— Красиво. - шёпотом молвит Лиза, обнимая шатена за торс. Словно боится нарушить идилию.

Он поднимает её лицо за подбородок. Кончиком большого пальца проводит по уголкам губ, а после накрывает её нежные, мягкие и немного пухлые губы своими грубыми, шершавыми. Но до боли вкусными...

Хрупкое тельце прижимает ближе и каждой клеточкой своего тела ощущает напряжение. Проводит рукой по спине, надавливая на позвоночник, а она ухмыляется сквозь поцелуй.

Без слов всё понятно.

«Я люблю тебя» кричат искры в их глазах.

— Сука, - сгорбившись и державшись за живот, шипит Кудрявцева.

— Лиз?

— Живот болит, ничего особенного. - почти падая на мокрый песок, говорит русая.

— Ничего особенного? У тебя уже такое было и ты мне не сказала? - сжимает пальцы в кулак, создавая полумесяцы на ладони.

Старается держаться изо всех сил.

Держится, ради неё...

Ради них...

Впрочем, боль быстро проходит и она резко выгибается. Берет руку Кислова, выводя круги на тыльной стороне ладони.

— Прости. Мы тогда, вроде, были в ссоре. - улыбается одним кончиком губ, ощущая подбородок Кисы на своём плече.

***

Ещё недолго походив по бухте, разглядывая большие валуны и говоря о будущем, ребята даже не заметили, как оказались на базе.

— Думаешь, там пусто?

— Думаю, там Мел. - смеётся Киса, делая отсылку на всегда романтичного Меленина, который задерживается на базе до самого утра, а после, проходя около замысловатых граффити, отправляется домой. - Я же говорил.

— Привет, Лиз. - улыбается Мел, держа сигарету в правой руке.

— У тя че, мой косяк? - уставился Ваня на друга, которого прежде не видел с чем-то вредным.

Не считая алкоголь и табак.

— Нет. У Гены в заначке нашёл.

— Что такого могло случиться, что ты с гашем меж пальцев?

— Анжелка его кинула. - говорит Боря, что вышел из-за угла.

От таких слов Лиза сама уже сжала руки в кулак.

Да, Бабич её подруга, но та так неуважительно относится к такому ранимому парню как Мел.

Хотя, не совсем он и ранимый. Просто русая мало, что про него знает.

— Может, тебе стоит переключиться на кого-то помимо Бабич? - своим нежным голосочком почти пропевает Лиза.

— Например? - с ноткой грубости говорит шатен, опасаясь, что она имеет ввиду себя.

— Ну, Рита, допустим. - прекрасно зная о неравнодушности блондинки к Меленину, пытается натолкнуть короткостриженного парня на верный путь.

Лиза прекрасно понимает, что заставить человека любить лишь для того, чтобы тот закрыл свои любовные раны - неправильно.

Но, глядя на Егора и на то, как тот унижается перед шатенкой, понимает, что подруга не заслуживает такого человека рядом с собой.

Она не учитывает тот факт, что нельзя заставить любить. Это спонтанное чувство, которое приходит совсем неожиданно. Порой, ты даже не подозреваешь, что любишь.

Любишь и всё.

Меленин не считает Ритку какой-то плохой, несимпатичной или что-то в этом роде. Он видит её лишь как подругу и отношения с ней даже не рассматривает.

— Закрыли тему. - ощущая моральное давление друзей, вместо ожидаемой поддержки, говорит Мел.

***

Уже шёл десятый час, а Киса только довёл девушку до подъездной двери. Напоследок поцеловал и пообещал спокойной ночи.

Тихо, словно мышка, девушка прокрадывается в свою комнату.

— Мам, что ты делаешь? - заметя, как женщина агрессивно раскладывает вещи в открытый чемодан, спросила русая, опасаясь того, о чём подумала.

— Я тебе говорила перестать общаться с тем мальчиком? - Лиза коротко кивает. - Мы уезжаем.

Опасения подтвердились.