Глава 1
Девушка лежала на плоской коричневой кушетке, щурилась, смотря на падавший из оконного проёма и заливавший всю раму солнечный свет; она стёрла слезинку под глазом, пробежалась взглядом по массивному деревянному столу, однотонным обоям и книжным полкам, висящим на цепях. Девушка потёрла друг о друга подрагивающие вспотевшие ладони и прикрыла глаза.
Широкая, шире обычных, дверь открылась, и в кабинет вошла чуть согнувшаяся фигура во врачебном халате, из-под которого выглядывал классический костюм с рубашкой, верхняя пуговица которой была расстёгнута. Существо разогнулось, слегка наклонило голову со сплетением рогов, двинулось к столу. Олень, выпрямив спину, сел и перевёл взгляд на моргающую девушку. Шерсть выбивалась из-под его рубашки, стелилась по вороту халата светло-бурой полосой.
— Премного извиняюсь за бесцеремонную задержку, — промолвил он, и уголки его рта приподнялись, — Вы желаете продолжить прерванную вчера беседу?
— Да, давайте, — протянула переставшая щуриться и моргать девушка: массив рогов закрыл бьющий в глаза свет.
— В таком случае мне бы хотелось поинтересоваться о том, всё ли Вас устраивает: температура, освещение, слышимость, погодные условия, — медленно и с расстановкой изрёк врач, — быть может, имеются индивидуальные пожелания. Прошу, высказывайте.
— Мне солнце в глаза бьёт... Можно окно чем-нибудь зашторить, пожалуйста? — спросила девушка и опустила взгляд.
— Безусловно, — вымолвил Олень, немного наклонил голову, после чего гранённые рубиновые яблоки с проглядывающей янтарной сердцевиной и изумрудными листиками, подвешенные на тончайших золотистых ниточках к сплетению рогов, задребезжали друг о друга, издавая ксилофоновую симфонию. Девушка моргнула, и небо покрылось облаками, а окна прикрыли полуоткрытые жалюзи.
— Прошу, Майя, — продолжил Олень, — Ваши просьбы исполнены. После этого, полагаю, Вы готовы продолжить нашу беседу?
— Так намного лучше, спасибо, — уголки рта девушки приподнялись, она чуть наклонила голову. — Это было похоже на пение птиц, — Майя оглядела его рога.
— Да, этот звон довольно мелодичен и не лишён нот прекрасного, — врач помедлил. — Я рад тому, что сложившаяся атмосфера Вас полностью устраивает, — промолвил Олень и подвинул к себе несколько листов желтоватой бумаги. — В предыдущий раз нашу только начинавшуюся беседу, повторюсь, бесцеремонно прервал случай, который сегодня, надеюсь, не повторится, — его пальцы зашуршали по бумаге. — Благо, у меня имеются все записи наших с Вами недавних встреч. Прошу, говорите обо всём, о чём пожелаете, — врач положил на стопку бумаги вторую — чуть выше, и достал из чернильницы пушистое гусиное перо, покрутил между пальцами. — Всё Вами высказанное останется нашей общей тайной и не покинет границ этого кабинета.
— Так... — протянула Майя. — А я остановилась... — она наморщила лоб. — А, точно, вспомнила! — со смешком сказала девушка.
И Олень полностью обратился в слух.