Будь моей горничной

Понимая, что она буквально оседлала Нацу, девушка моментально залилась краской, а по ровной спине пробежала мелкая дрожь и холод. Драгнил же наоборот, казался очень спокойным и невозмутимым, на его лице, которого не было видно в темноте, красовалась довольная ухмылка.
Хоть и, не видя лица парня, ухмылку его просто нельзя было не почувствовать. В это время девушка не на шутку испугалась за свою жизнь, ведь розоволосый поднял голову вперед и показал свои серо-зеленые глаза, схожие с хищником, который загнал свою жертву в угол. В них четко читалось возбуждение. И это Люси поняла не только по глазам парня, но и что-то твердое упиралось ей во внутреннюю часть бедра. Поняв, что это, Хартфилия еще больше покраснела, если это было вообще возможно, и попыталась вырваться из натиска сильных мужских рук. Но все тщетно, все попытки увенчались крахом. Ухмылка розоволосого все больше показывалась на лунном свету, и тот не заставляя себя долго ждать, поднялся и впился в пухлые губки Хартфилии. Девушка не ожидала такого поворота и приоткрыла ротик, чем и воспользовался Драгнил, проникая внутрь. Он хозяйничал, доставая своим языком до неба светловолосой и ловко сплетая их языки воедино. От такого напора девушка поддалась и неловко ответила на столь порывистый поцелуй.
Вскоре обоим катастрофически перестало хватать воздуха, и они отстранились друг от друга. Возбуждение розоволосого передалось и Люси. В животе запорхали бабочки, спускаясь все ниже и ниже, потянула приятная нега, и предательски вырвался тихий стон. Драгнил был на пределе. Он перевернул их тела, так что бы он оказался сверху, и хотел было приступить к самому главному, но блондинка резво вырвалась и сбежала с кровати, попутно выбираясь из плена юноши. Тот же пытался побежать в след златовласой, но одеяло решило, что отпускать его будет уж слишком просто и тот запутался в белой пелене.

В одной из комнат на втором этаже гостиницы раздался громкий рык, который сразу же заглушили толстые стены здания. Парень наконец-то вырвался из плена и подбежал к двери в ванную комнату, но та уже была надежна заперта на замок изнутри. Еще один зловещий рев, и девушка по ту сторону двери всерьез начала боятся своего друга. Знакомым его точно не назовешь, ведь за малое время он стал ей близким другом и даже дорогим человеком.
Единственной преградой на пути к желаемому была белая деревянная дверь, которая скрывала за собой Люси, стараясь защитить ее от Драгнила. Железная ручка двери непрерывно дергалась, а вскоре в комнате послышались звонкие стуки. Понимая, что просто так дверь не откроется, Нацу решил ее просто выбить, даже не думая о последствиях. Разворачиваясь плечом к объекту ненависти, парень приступил за дело, но та не поддавалась его движениям и вскоре розоволосый устал. Он прислонился спиной к стене и стал медленно сползать вниз, попутно закрывая глаза.
По ту сторону двери девушка держалась, как могла. Слезы катились градом из шоколадных глаз, в которых поселился страх, а девичья ладошка прикрывала открытый от испуга рот. Внезапно попытки прервались и светловолосая с облегчением вздохнула. Она спустилась на холодный кафель и преклонила голову к стене. Выглядело очень похоже на позу Нацу. Если бы не стена, то они могли облокотиться друг на друга. Глаза устали от слез и медленно закрылись, погружаясь в царство Морфея. Розоволосый же поступил ее примеру и тихо сопел у стены.

Утро. Солнечные лучи нежно пробирались сквозь тонкую ткань на окнах. В ванной комнате послышался шорох. Это Люси уже встала и начала приводить себя в порядок. Закончив с водными процедурами, девушка неуверенно коснулась ручки двери и медленно опустила ее вниз, открывая дверь. Кареглазая обнаружила, что Нацу все еще спит, прижавшись к стене. Невольно улыбнувшись такой милой картине, Хартфилия пошла к неразобранному чемодану, чтобы переодеться.
Уже через некоторое время девушка была готова. Надев голубой сарафан без лямок, и взяв пляжную сумку, блондинка оставила другу записку и вышла из номера, чтобы не встречаться с тем, когда он проснется. Люси было немного стыдно и неловко из-за вчерашнего.

По набережной прогуливалась красивая девушка с пышной грудью, которая колыхалась, когда та делала очередной шаг. Она собирала море восторженных взглядов с мужской стороны, и много завистливых с женской. Люси всегда гордилась своей фигурой, которой могла позавидовать любая модель с обложки журнала. Она считала себя не просто симпатичной, а даже привлекательной, особенно она убедилась в своей красоте после того, как ее изнасиловали. Конечно, таким хвастаться не стоит и девушка до сих пор горюет, но не стали бы ее насиловать, будь она уродом. Хартфилия улыбнулась своим мыслям и продолжила путь. Проходя маленькое кафе, в животе у девушки заурчало, и та немедля двинулась к заведению. На улице около здания были маленькие столы, на которых красовались вазы с гладиолусами и большие зонты, создающие тень. Люси села за один из таких столиков и заказала себе на завтрак легкий салат и зеленый чай.

В гостиничной номере успел проснуться и Нацу. Обнаружив, что блондинке негде нет, он метался по комнате, находя свою одежду, попутно вспоминая вчерашние события. Сейчас парню хотелось хорошенько стукнуть себя по голове. Он не может контролировать себя, когда дело касается секса. Просто не привык. Найдя свои джинсы на диване, он нашел и рядом лежащий лист бумаги. Это была записка. Записка от Люси. На душе розоволосого стало легче, будто камень с души упал.
«Дорогой Нацу,
Вчера произошло, что-то необъяснимое. Я очень испугалась, испугалась за тебя. Раньше я не видела тебя таким. Ты всегда был мил и добр ко мне. Спасибо за это, но сейчас я хочу побыть одна. Я ушла прогуляться, буду вечером. Надеюсь, ты утолишь свою «жажду» до моего прихода.
Люси...»

Дочитав до конца, парень все-таки ударил себя ладонью по лбу со всей силы. Он не хотел ее испугать, настолько, чтобы она решила сбежать от него. Да вообще не хотел напугать. Он специально привез сюда именно ее. Он хотел узнать девушку получше. На сегодня он запланировал поход к морю вместе с ней. А теперь? Теперь она будет думать, что он с какой-то девушкой в номере «отжигает» пока ее нет. Боже, как стыдно-то. Ему и не хотелось ничего такого. Вот уже больше месяца у парня не было девушки. В любое другое время он кинулся бы на первую попавшуюся, но не сейчас. Ему просто не хотелось. У него появился замечательный друг, с которым ему весело.
Постояв так еще немного, парень выбежал из своего номера, попутно закрывая за собой дверь. Ага, сейчас прям. Так он ее и отпустил. Да ни за что. Парень твердо решил все исправить и отправился на ее поиски.

В маленьком городке наступил вечер. Темнело здесь быстро. За время прогулки блондинка обошла все библиотеки и книжные магазины города, а теперь решила вернуться в отель. Заворачивая за очередной темный переулок, Люси наткнулась на двоих высоких парней, которые выпивали. Поняв свою ошибку, кареглазая попятилась назад, чтобы убежать, но ее заметили. Один из парней быстрым шагом настиг Хартфилию и схватил ее за запястье, прижимая к стене. Вновь все повторяется. Вновь два парня и вновь в незнакомом ей городе. По слезам потекли слезы, а разум выдал тот ужасный день во всех его подробностях.
- Ты же та блондиночка,- сказал брюнет.
- Мы видели тебя сегодня на площади, - пояснил рыжий парень, который все еще стоял у стены и уже курил.
- Не надо,- сказала девушка, умоляюще смотрела в глаза.
- Смотри, а она умная, хоть и блондинка,- усмехнулся парень,- сразу поняла, что к чему.
- Я-я буду кричать,- смело заявила златовласка.
- Тебя никто не услы-ы-ы-шит,- весело протянул брюнет, спускаясь к шее светловолосой.
- Я услышу,- послышался голос из-за спины.
- Ааа? А ты еще кто?- спросил рыжий.
- Я - твой самый страшный сон,- заявил розоволосый, набрасываясь на парня с кулаками. От резкого удара под дых, изо рта пошла кровь, а в глазах потемнело, и рыжеволосый вмиг отключился. Переводя свой свирепый взгляд на брюнета, Нацу направился в его сторону и одним ударом сломал бедняге нос.
Из карих глаз перестали лить слезы, как только сильные руки парня обняли дрожащую девушку и увели из-за угла. Но позже полились с новой силой.
- Успокойся, я с тобой,- прошептал парень еще сильнее обнимая светловолосую, а та лишь еще больше разрыдалась.