10. Рука в руке
За руль его Галф снова не пустил. Только цыкнул зубом, мол, рано еще с больной ногой, а сам сел за руль. На резонное возражение, что нога как бы уже здоровая, только хмыкнул:
- Поэтому ты так аккуратно на нее ступаешь, словно боишься?
Уел, подлец.
И правда боится.
И правда бережет, потому что жива еще память о боли, что мучила еще несколько дней назад.
Но побурчать для вида надо, пока усаживается и пристегивается:
- Телохранитель я или нет?
- Телохранитель, телохранитель, - улыбается. - Только сейчас моя очередь позаботиться о твоем теле: еще немного.
Неожиданное тепло разливается внутри от этих слов, потому что совсем не такое ты готов слышать от этого парня, поэтому смущенно передергиваешь плечами и отворачиваешься к окну, наблюдая за знакомыми пейзажами по пути в его университет. И парковка тоже знакомая, от ее вида неприятный озноб, потому что тут же в голове всплывают моменты потасовки, которая привела к таким плачевным последствиям.
- Хочешь подать заявление в полицию на них? - видимо, замечает его тревожное состояние. - За то, что они тебя избили?
- Нет, мне некогда с этим разбираться, - Мью качает головой.
И правда: это не самая страшная травма в его жизни, а времени потратит уйму на дачу показаний и прочие юридические нюансы. Но есть другая проблема, куда более важная:
- Но они могут снова напасть на тебя, поэтому лучше, чтобы мы все-таки съездили и оформили все, как положено.
Галф смотрит на него внимательно, слишком внимательно для такого простого разговора:
- То есть для себя ты не будешь затевать, а для меня - готов?
Мью теряется.
В такой формулировке получается именно так, как озвучил парень. Но ведь дело же не в этом!
- Это моя работа - защищать тебя. В том числе это включает превентивные мероприятия. Поэтому я настаиваю, чтобы мы съездили в полицию и дали показания.
- Съездим, - странная улыбка украшает лицо его собеседника. - Дело уже открыто, мой адвокат передал записи с камер наблюдений, а также проследил за тем, чтобы показания дали свидетели. Нам осталось только подтвердить это самостоятельно, но я ждал, пока твоя нога заживет.
Пораженно молчит.
Но зачем тогда нужно было спрашивать?
- Вот видишь: ты говоришь, что тебе все равно на себя, но при этом волнуешься за меня. И это только работа, да?
- Да, - упрямо вздергивает подбородок, на что получает только довольный смешок.
Но затем Галф становится серьезным:
- Единственную проблему, которую видит адвокат - это что тебе могут припаять превышение самообороны, так как ты мастер спорта по тайскому боксу.
Черт, об этом он не подумал, поэтому почти шепчет растерянно:
- Но я же вполсилы их бил, только чтобы раскидать, а не покалечить. Там ничего больше синяков быть не должно. И я больше защищал...
- Я знаю, ты прикрывал меня, - Галф тянется, чтобы отстегнуть ремень безопасности, и теперь его лицо так близко. - Поэтому я уже позаботился, чтобы такого осложнения не было.
Мью все еще заворожен этими шальными глазами, но слова постепенно доходят до его мозга:
- Что? Что ты сделал?
- Просто настоял на медицинской экспертизе сразу после инцидента. Очень настоял, так, что они не смогли отказаться. Поэтому никаких "левых" травм не появится уже точно.
Несмотря на конфликт с отцом Галф - все-таки его достойный сын, потому что в такие моменты жесткость так и прет из парня. И какая-то несгибаемость.
И уже начинаешь думать, что тебе привиделся мальчик, который страдает от внутренней боли и ступает на путь саморазрушения из-за нее.
Потому что нынешний Галф - яркий, самоуверенный и сильный. Такого как будто и не надо больше защищать, может разве что только физически. А о защите души его никто и не просил...
Поэтому Мью наконец отстраняется и дергает дверь машины, чтобы наконец из нее выбраться и уже дожидаться своего подопечного, чтобы проводить его в молчании до аудитории. И смутное ощущение чего-то неправильного не покидает его, пока наконец его не озаряет: да это же просто Галф перестал от него бегать! И теперь вот так просто идет рядом, даже замедляет шаг, чтобы он поспевал.
И даже как будто случайно касается его ладони своей, заставляя выдохнуть сквозь сжатые зубы и отдернуть, словно обжегшись.
И затем уже почти покраснеть от довольной улыбки: знает, что так влияет, и пользуется этим.
- Подождешь меня тут?
Так, вот тут его остановка! Потому что такой милый и вежливый Галф вообще не вписывается в его привычную картину мира. Ибо это он обычно уламывает парня, чтобы тот никуда не сбегал и по сто раз повторяет, что именно здесь будет ждать, пока закончатся лекции.
Но тот срывается не в сторону входа в аудиторию, а рядом, в кафетерий, оставляя Мью смотреть в недоумении. И он уже хочет идти следом, но взгляд выхватывает знакомую темноволосую макушку, поэтому пока не спешит, раз не теряет его из вида. Тем более, что через пять минут Галф возвращается со стаканчиком чая и каким-то свертком:
- Держи, перекуси, пока я на занятиях. А через две пары сходим нормально поедим.
Пихает в руки добычу и теперь уже продвигается в сторону кабинета, оставляя своего телохранителя в аху... очень удивленном состоянии. Зеленый чай и порция спринг-роллов, его любимых - это снова явно не то, что он ожидал получить от своего подопечного. И откуда он вообще знает? Может просто угадал?
Но память услужливо подкидывает моменты совместной вынужденной изоляции, когда они завтракали, обедали и ужинали почти всегда вместе. И, видимо, хотя Галф поначалу старательно делал вид, что не интересуется меню своего телохранителя, но практика показывает, что все было с точностью наоборот.
Мью все еще растерян, но садится на скамью возле аудитории, чтобы развернуть закуску и все-таки приглушить голод, потому что утром он не захотел завтракать, а потом уже просто не было возможности. И Галф это заметил и ... побеспокоился? Странно, жутко и непривычно, аж мурашки по коже от этого состояния.
А когда через 4 часа они идут вместе в сторону кафе, то мысли путаются окончательно, потому что как будто нет больше двух людей, связанных статусами "охранник - объект", а есть... два приятеля? Да, наверное. Потому что Галф улыбается и безудержно болтает про занятия, сокурсников, делится шутками и смешными ситуациями, которые успели произойти с ним за это недолгое время в университете. А Мью - рядом молча офигевает, потому что его картина мира ломается слишком быстро, он просто не успевает к этому привыкнуть.
Конечно, выбирай все, что хочешь.
Конечно, берет только недорогие блюда, потому что деликатесы ему не по карману.
Конечно, Галф заказал кучу всего и его подкармливал.
Конечно, платить за себя не позволил, но Мью все равно назло это сделал.
Конечно, его совсем не тронуло обиженное выражение лица парня.
Тот - что, и правда расстроился? Из-за такой мелочи?
А Мью никак не может выбраться из этого состояния растерянности, потому что забота - это то, что выбивает его из колеи куда больше, чем попытки соблазнения.
Неудачные попытки. Почти. Он же - кремень и не сдается просто так какому-то сопливому мальчишке, который пожелал себе новую игрушку! И просто так вышло, что на роль этой игрушки присмотрели именно его...
- Пойдем в парк?
- Куда?
Наверное, он все еще не может контролировать свои эмоции, потому что заливистый смех становится ответом и:
- В парк. Гулять. Просто гулять, Мью. Я не буду зажимать тебя на лавочке на глазах у всех. Но если вдруг ты на это рассчитываешь...
- Вот уж нет!
И снова смеется, зараза!
Снова дразнит и провоцирует, но как-то тепло в этот раз, поэтому губы невольно раздвигаются в ответной улыбке, которую всячески пытается сдержать,но не получается.
Непривычно и странно идти вот так рядом с ним, а не поодаль, максимально незаметно и сопровождая его на свидании. Как будто сегодня и сейчас Галф гуляет тут именно с ним, а не с кем-то еще, хотя по факту просто его объект решил подышать воздухом, а он как телохранитель его сопровождает - просто находится чуть ближе, чем обычно.
Рука касается его ладони как будто случайно, а он сбивается с шага и спотыкается:
- Ты что творишь?
- А что я делаю? - снова невинная улыбка, которой можно было бы поверить, если бы Мью не знал так хорошо (и откуда?) этого человека. - Помогаю тебе не упасть, конечно. Ты такой неловкий после травмы.
И теперь уже явно чужая ладонь крепко сжимает его собственную, прикрываясь заботой ее обладателя о здоровье. Мью, конечно, делает попытки освободиться и шипит, что неприлично так делать, но его благополучно игнорируют. Хотел бы он тоже быть таким пофигистичным на мнение всего мира и делать только то, что хочется... Но очевидно, что это привилегия только богатых и облеченных властью. А его удел - смиряться с тем, что не все идет так, как он хочет, раз за разом. Поэтому продолжает тихо возмущаться "в усы", но руку уже не вырывает: проще так, чем на глазах у всех закатить скандал - а Галф может, о да! Ему ничего не стоит снова устроить шоу для желающих, как было недавно в больнице, чтобы заставить Мью смущенно краснеть, а самому только довольно улыбаться, потому что снова добился своего.
Поэтому остаток времени они просто идут по дорожкам, ловя удивленные взгляды случайных прохожих, на которые уже через 5 минут вырабатывает иммунитет, зато никак не на это сияющее радостью лицо. Тут вариант: только игнорировать это милое безобразие, что обращается к нему снова и снова, вовлекая в разговор.
По возвращении домой становится понятно: что-то не так.
Тревожно, беспокойно, как будто затишье перед бурей.
Дверь в кабинет Трайпипатанапона-старшего приоткрыта, а это значит, что это тот самый редкий момент, когда тот почтил присутствием эту квартиру. Об этом свидетельствует и голос, заставляющий вздрогнуть:
- Галф, зайди ко мне. Сейчас.
Парень тут же напрягается и теряет краски, что цвели в нем весь сегодняшний день. И к счастью (?) все-таки отпускает его руку, чтобы сделать первый шаг навстречу неприятной неизвестности, как:
- Кхун Суппасит, вы далеко не уходите. Нам нужно поговорить о том, как вы взаимодействуете с моим сыном.
Холодная струйка пота стартует на затылке и катится вниз по позвоночнику в тот момент, когда он ловит испуганный взгляд Галфа, чью руку сейчас ему впервые хочется сжать своей.