День четвертый.
От лица Эрики.
Лёжа на полу в подвале, я вспоминала все моменты из своей жизни. Счастливые и не очень, грустные и весёлые. Я заметила одну вещь. Воспоминания о Стайлза одновременно и самые счастливые, и, в то же время, они приносят боль, много боли.
Я не знаю сколько времени уже здесь. Хотя такое чувство, что меня здесь и нет. Я так слаба, что не могу поднять даже руку, или повернуть голову.
Мои глаза видели только серую, обшарпанную стену. Уже несколько часов я просто считала каждый выступ и каждую царапину, покрывавшие верхний слой штукатурки.
По коже пробежал холод, и я съежилась. На мне осталось только моё бельё и все больше ничего не было. Волосы спутались, их покрывала грязь, а кое-где и листки с веточками, оставшиеся после пробежки в лесу. На моей коже ни осталось и свободного места, где бы не присутствовала царапину или синяк.
Я так устала от всего этого. Хочется просто закрыть глаза и не открывать их никогда. Почему? Зачем мне все это? Вся эта боль и издевательство?
Я прижалась порывы и закрыла веки. Меня ждала темнота.
Лето, море и пляж. Все что нужно для исполнения моей мечты. Но не каждому это дано.
Я лёжа на песке, вокруг никого нет. Только я. Я одна.
Но какое-то странное чувство посещает меня. Как будто только я и есть, больше никого в мире не существует. От этого по моему телу пробегает толпа мурашек, а за ними холод и боль одиночества.
Я одна.
-Эрика!
Славой Богу, нет. Он здесь со мной.
-Эрика! Очнись! Открой глазки!
Зачем мне их открывать, если я прямо сейчас смотрю на него. Он протянул мне руку. Я должна её взять, но я не могу, что-то удерживает меня, но я не знаю, что именно.
- Вернись ко мне, пожалуйста. Эрика!
Он продолжает стоять, но его взгляд стал злее, видно он хотел, чтобы я взяла его за руку. Хорошо, так тому и быть.
Я аккуратно при поднялась над песком и медленно стала притягивать ему руку. Наши пальцы почти соприкоснулись друг с другом, но я снова услышала его голос.
- Эрика! Очнись, пожалуйста! Эрика! Эрика! Я люблю тебя! Не покидай меня!
Он любит меня? Как? Что происходит?
Я резко открываю глаза и вижу обеспокоенные лицо Стайлза. Он здесь он нашёл меня.
Я уже не в подвале. Он держит меня, завернутой в плед, на своих руках. Мы на улице.
Я не совсем хорошо помню последнее, что происходило со мной. Но это не важно, главное, что он меня спас. Он нашёл меня и я этому очень и очень рада.
-Ты нашёл меня.
- Да. И больше никогда тебя не отпущу.
-Обещаешь?
-Клянусь нашей любовью.
-А почему именно ей?
-Я больше ни во что так не верю, как в неё.
Я улыбнулась ему, а он поцеловал меня.
От лица Стайлза.
Я держал её на руках, такую хрупкую, мою. Я никогда не позволю больше её у меня забрать. Она моя и я её люблю, жаль только, что понял это, только, когда её у меня похитили.
Когда я увидел её бенз сознания, лежащую в том подвале, меня чуть удар не хватил. Я думал она умерла, но Эрика очнулась.
Как же я люблю тебя.
Пол часа назад.
Дерек позвонил своим друзьям и собрал команду по спасения Эрике. Я у него в долгу. В очень и очень, и очень большом долгу.
Сначало мы поймали Мигеля. Его аристуют на несколько лет, но и этого ему мало. В особенности за то, что он сделал с Эрикой.
Младший брат сказал нам, где находиться моя любовь. Я пулей помчался в подвал, но когда открыл замок, замер на пороге.
Спиной ко мне, на полу, лежала девушка. Все её тело покрывали царапины и синяки. Волосы из светлых стали противного серого цвета.
Я подошёл ближе и пример с ней рядом. Её глаза были закрыты. Я прикоснулся к её руке, кожа была холодная на ощупь.
Её пульс был очень слабый, но он был.
Славой богу, я успел во время. Если бы я не успел, она могла бы погибнуть.
Я аккуратно поднял её на руки и вынес из этого проклятого дома. Завернули в одеяло и стал с ней разговаривать. Я хотел, чтобы она открыла свои прекрасные глазки и взглянула на меня. Мне нужна была её улыбка, её смех...
Её грудь медленно вздымалась и опадала. Это был признак, того, что она ещё жива. Ещё?
Нет. Она будет жить. Я покачивал её в своих руках, а сам, как молитву повторял слова.
-Эрика! Очнись. Открой свои глазки. Пожалуйста приди в себя. Эрика, пожалуйста.
Мои молитвы, казалось, были услышаны.
Реснички затрепетали, а глаза открылись.
Она очнулась.
Я посмотрел в её глаза и провалился в их глубину.