Глава 13. Анэт
Лицо фантома сделалось серьёзным и сосредоточенным, он выпрямился в кресле и громко хлопнул в ладоши. Свет в зале погас. Тяжёлый занавес с лёгким шорохом распахнулся. Открывшаяся троим замершим в ожидании зрителям картина больше походила на огромное окно в другой мир, чем на сцену театра.
За занавесом царила поздняя осень. Низкое небо было затянуто тёмными дождевыми тучами, медленно ползущими над маленькой заброшенной деревней. На покинутое поселение со всех сторон наступал лес, с лёгкостью отвоёвывая когда-то отнятое людьми пространство. Запахло прелой листвой, повеяло холодом. Под порывами ветра судорожно размахивали тонкими ветками обнажённые деревья, шелестела сухая трава, уныло скрипела видневшаяся вдалеке калитка. Куда ни падал взгляд, дворы и огороды сплошь заросли бурьяном. Заборы сгнили. Ветхие накренившиеся домишки хмуро смотрели на мир давно лишёнными стёкол узкими окнами. Обшарпанные стены покосившихся построек потемнели и местами поросли мхом. Прохудившиеся крыши просели, грозясь в скором времени и вовсе обрушиться. Всё это навевало не самые приятные мысли. Кругом не видно было ни души. Но вдруг дверь одного из домов скрипнула и на пороге появились двое: парень и девушка.
– Это что я? – с недоумением спросил Габриэль, беспокойно ёрзая в кресле.
– А кого ещё ты ожидал увидеть? Ты и Анэт, – спокойно пояснил Ворон.
– Просто это так непривычно смотреть на себя со стороны, – смущённо потирая пальцами лоб, признался парень и с любопытством повернул голову, чтобы посмотреть, как отреагировала на происходящее Вэллет.
Навострив украшенные чёрными кисточками уши, каракал во все глаза уставился на Анэт. Кошка заметно напряглась, нервно помахивая хвостом, словно собиралась вот-вот запрыгнуть на сцену, и внимательно следила за каждым движением хозяйки.
– Не беспокойся на счёт Вэллет. Она вполне понимает, что сейчас туда никак не попасть. Не отвлекайся, смотри на сестру! – посоветовал фантом, и Габриэль поспешно перевёл взгляд.
Парень с девушкой присели на ступеньки крыльца. Анэт повертела в пальцах сорванную травинку, потом сломала её, отбросила в сторону и пожаловалась:
– Я устала. Вечереет. Давай вернёмся и закончим завтра.
– Чего ради? Осталось совсем немного. Хочешь, посиди здесь, я сам управлюсь. Похоже, здесь никого нет. Осмотрим оставшиеся постройки, и не нужно будет никуда возвращаться, – возразил брат.
– Никуда я тебя одного не пущу! Местные даже днём не рискуют сокращать путь и ходить через эту деревню, не то что с наступлением сумерек!
– И что? Деревенские вечно что-нибудь навыдумывают, а потом сами же и бояться! Зеркало, которое дала нам Ба̀нетт, никакой нечисти не показало, а эта штуковина ещё ни разу не подводила. Беглый маг совсем мальчишка. Думаю, он побоялся бы здесь заночевать. Но проверить всё же стоит.
– Почему в тюрьме никто не заметил, что у мелкого воришки есть магические способности?
– Потому что не каждый воришка умеет так искусно их скрывать. А тюремный маг тот ещё разиня, бездарь и недоучка!
– Ладно, давай поскорее закончим и уйдём отсюда!
Брат и сестра встали. Уже заметно стемнело, поэтому Анэт достала из закинутой за плечо сумки небольшой стеклянный фонарь, открыла крышку и выпустила сноп магических искр:
– Чтоб его! Слишком сильный ветер! Помоги, пожалуйста!
Брат подержал фонарь, пока Анэт, прикрыв светильник одной рукой от ветра, второй снова запустила внутрь искры и быстро захлопнула крышку.
– Вон тот сарай выглядит довольно добротно. Если б я собрался здесь ночевать, пожалуй, там бы и остановился. Пошли посмотрим, – направляясь к видневшейся у самого леса постройке предложил брат.
– Хорошо, как скажешь, – неуверенно ответила Анэт и пошла следом.
В это время в зрительном зале все насторожились. Вэллет неуверенно потопталась на месте и направилась к Габриэлю. Кошка уселась у самых его ног, смерив Ворона вопросительным взглядом.
– Ничего, если она со мной посидит? – спросил Габи, поглаживая каракала по голове. – Вэл нервничает. Хорошая девочка. Ты же не будешь шалить?
– Она не единственная, кто нервничает... Ладно, – неохотно согласился Ворон. – Только ко мне пусть не подходит! Ииии... дай руку.
– Это ещё зачем?
– Спокойнее будет.
– Спасибо, мне и так нормально...
– Ладно, как хочешь.
– Уже скоро?
– Похоже на то.
Брат и сестра остановились у сарая. Габи забрал у Анэт фонарь, уверенно взялся за ручку. Дверь открылась на удивление легко и тихо, без единого звука. Габриэль зашёл внутрь, сестра робко последовала за ним.
– Глянь ещё раз в зеркало на всякий случай, – попросила Анэт. – Давай подержу фонарь.
– Я уже смотрел, пока мы были снаружи. У этого артефакта приличный радиус действия.
– Всё равно посмотри! Пожалуйста! – настояла девушка.
Габриэль недовольно вздохнул и вынул из внутреннего кармана куртки большое зеркало в серебряной раме, украшенной руническими узорами. Держа артефакт за длинную ручку перед самым лицом, парень шепнул над стеклом активирующее слово.
– Назааад! – неожиданный крик заставил Анэт вздрогнуть.
Девушка рефлекторно выпрыгнула из сарая, но брат снаружи так и не показался.
– Габи, что там? – срывающимся от страха голосом воскликнула Анэт, бросаясь обратно.
Тяжёлый фонарь дрожал в ослабевшей руке, когда девушка, не получив ответа, остановилась на пороге и начала осматривать сарай.
– Габи! Гаааби, отзовись!
Когда Анэт опустила фонарь пониже, яркий кружок света выхватил из темноты сначала лежавшее у самого входа зеркало, потом распластавшееся на полу тело. Девушку затрясло. Быстро поставив фонарь на землю, она, задыхаясь, с трудом выволокла брата из сарая. Уложив парня снаружи, принялась осматривать рану. Юноша не дышал, у него было разорвано горло. Руки, лицо и куртка Габи были перепачканы кровью, как и трясущиеся ладони побелевшей как мел Анэт.
У Габи, сидевшего в зрительном зале, перехватило дыхание. Глядя на «своё» мёртвое тело, парень невольно поёжился, и в этот самый момент с благодарностью ощутил, что на его похолодевшую, вцепившеюся в подлокотник руку мягко легла тёплая ладонь.
– Успокой кошку, – прошептал фантом.
Тряхнув головой, Габриэль с трудом отвёл взгляд от пугающего зрелища, опустил глаза и увидел, как испуганно оскалился и зашипел каракал, ещё теснее прижимаясь к его ноге. Маг погладил Вэллет по голове, и та затихла. Сбившееся дыхание парня постепенно выровнялось, и он снова перевёл взгляд на сцену.
Внутри сарая послышался шорох, и Анэт тут же выпустила в направлении звука широкую струю огня. Вспыхнуло лежавшее в углу сено, языки пламени заплясали, быстро разрастаясь и легко захватывая пространство. В свете разгорающегося пожара, девушка заметила, как кто-то стремительно пронёсся вдоль стены и в мгновение ока шмыгнул в дыру в полу. Хлопнула деревянная крышка – и тварь ловко скрылась под землёй.
«Упырь, – машинально отметил настоящий Габи, изо всех сил старавшийся отвлечься от созерцания своей не подающей признаков жизни копии. – Скорее всего, в сарай из леса ведёт подземный ход. Зеркало не сработало, потому что, почуяв добычу, хитрая тварь не спешила вылезать, и от действия артефакта её скрыл плотный слой земли, не пропускающий столь деликатную магию. Умно! Гнаться за нежитью теперь бесполезно, да и, судя по состоянию сестры, некому».
Анэт сидела рядом с телом брата с совершенно отрешённым застывшим лицом. Рана на шее юноши красноречиво свидетельствовала о том, что уже в момент нападения спасти его было невозможно. Просидев некоторое время неподвижно, девушка вяло подняла голову, тяжело встала. Она зажгла на ладонях зелёное пламя и направила его в сторону лежащего. Труп моментально вспыхнул. Анэт долго смотрела, как огонь не спеша поглощал распростёршееся на земле тело, и пустой взгляд её постепенно наполнился болью. Глаза девушки лихорадочно заблестели, она медленно подняла руки, несколько секунд разглядывала покрывавшую ладони запёкшуюся кровь, и вдруг послала струю огня себе в лицо.
Габриэль вскрикнул, подпрыгнув на сиденье. Кошка сорвалась с места и устремилась к сцене, но деревянная конструкция вдруг исчезла. Всё вокруг бешено завертелось, словно зрители оказались на раскрутившейся до невероятной скорости сумасшедшей карусели. Габи принялся беспомощно шарить руками в поисках опоры, и вдруг почувствовал, как кто-то обнял его сзади за плечи и прижал к себе. «Всё хорошо, не бойся», – раздалось у самого уха, после чего мир окончательно растворился в застлавшей всё вокруг мутной белёсой пелене.