11. Глава "Дневник. Разлука. Одиночество?"
Хиро проснулся с ощущением, будто кто-то вставил ему в виски раскаленные гвозди. Голова пульсировала, дыхание было тяжелым, а горло саднило так, будто его поцарапали наждачной бумагой. Он медленно открыл глаза, пытаясь понять, где находится. Комната была незнакомая, но уютная: деревянные стены, мягкий свет, пробивающийся сквозь плотные шторы, и запах сосны, смешанный с едва уловимым ароматом кофе.
— Купер... — прошептал Хиро, вспоминая вчерашний вечер. Новогодняя ночь, загородный дом, шумная компания, смех, танцы, а потом... Потом все стало расплывчатым. Он приподнялся на локте, но резкая боль в голове заставила его снова опуститься на подушку.
"Черт, я точно простудился", — подумал он, с трудом глотая.
Комната была тихой, только где-то за стеной слышался слабый звук льющейся воды. Хиро огляделся. На тумбочке рядом с кроватью стоял стакан с водой, и он с благодарностью сделал несколько глотков. Затем его взгляд упал на шкафчик в углу комнаты. Дверца была слегка приоткрыта, и из нее виднелся край толстой тетради.
Хиро медленно встал, чувствуя, как каждый шаг отдается в его голове. Подойдя к шкафчику, он взял тетрадь в руки. На обложке было написано: "Личный дневник Купера. Не открывать".
Он колебался. Это было явно не его дело, но любопытство взяло верх. Хиро открыл первую страницу.
Страницы дневника были исписаны аккуратным почерком Купера. Хироши начал читать, сначала просто из любопытства, но с каждой строчкой его сердце сжималось все сильнее. Записи были о Юне. О ней. О его жене.
"Сегодня Юна снова улыбнулась мне. Она всегда такая... светлая. Когда она рядом, кажется, что весь мир становится ярче. Я знаю, что это звучит глупо, но я не могу перестать думать о ней. Она ведь даже не подозревает, что я чувствую. А как она могла бы? Мы просто друзья. Но иногда, когда она смотрит на меня, мне кажется, что в ее глазах есть что-то большее. Или это просто мои надежды?"
Хироши почувствовал, как его пальцы слегка дрожат. Он перевернул страницу.
"Сегодня наш класс праздновал окончание осеннего фестиваля. Мы все сидели в кафе, вспоминали прошлое. Юна рассказывала о Хироши. Она всегда говорит о нем с такой теплотой... Я знаю, что они вместе проходят "Супружескую практику". Но иногда мне кажется, что она заслуживает большего. Хироши — хороший парень, но... он не видит, как она смотрит на него. Он не замечает, как она старается для него. А я замечаю. Я вижу каждую мелочь."
Хироши закрыл глаза, пытаясь успокоить нарастающую тревогу. Он перевернул еще одну страницу.
"Я решил. После новогодней ночи я скажу ей. Я не могу больше молчать. Даже если она отвергнет меня, я должен попробовать. Я должен знать, есть ли у меня шанс. Я не хочу жить с сожалением."
Слова будто жгли его глаза. Хироши отложил дневник и сел на край кровати, чувствуя, как комок подступает к горлу. Его мысли путались, как будто кто-то встряхнул их, как стеклянные шарики в коробке.
— Купер... он любит Юну? — прошептал он себе, пытаясь осмыслить прочитанное.
Он вспомнил дни, проведенные с Юнией. "Супружеская практика" — это странный эксперимент, который проводился в их школе. Выпускников случайным образом объединяли в пары и селили вместе на год, чтобы они учились жить как супруги. Хироши и Юна попали в одну пару. Сначала это было неловко, странно, даже смешно. Но постепенно они сблизились. Они учились готовить вместе, убирать квартиру, планировать бюджет. Они спорили, смеялись, поддерживали друг друга. И в какой-то момент Хироши понял, что Юна стала для него больше, чем просто подругой. Она стала его опорой, его семьей.
Но теперь... теперь все это казалось таким хрупким.
Хироши встал и подошел к окну. За стеклом лежал снег, белый и чистый, как будто ничего не произошло. Но внутри него все было иначе. Он чувствовал, как его мир начинает рушиться.
"Что мне делать?" — спросил он себя.
Он любил Юну. Он был уверен в этом. Но что, если она... что, если она чувствует что-то к Куперу? Что, если она никогда не была по-настоящему счастлива с ним?
Хироши вспомнил, как Юна иногда говорила о Купере. Она всегда улыбалась, когда рассказывала о их школьных приключениях. Она называла его "надежным", "добрым", "настоящим другом". Хироши никогда не задумывался об этом. Для него Купер был просто другом. Но теперь... теперь он видел все иначе.
Он взял дневник снова, перечитал последнюю запись.
"Я должен попробовать."
Эти слова звучали как приговор.
Хироши сел на пол, прислонившись к стене. Он чувствовал себя опустошенным. Его голова все еще болела, но теперь эта боль казалась ничтожной по сравнению с тем, что происходило у него внутри.
"Что, если я потеряю ее?" — подумал он.
Он закрыл глаза, пытаясь представить свою жизнь без Юны. Но это было невозможно. Она была частью него. Она была его домом. Но что, если этот дом никогда не был его по-настоящему?
Хироши сидел так долго, пока свет за окном не начал меняться, а тени не стали длиннее. Он не знал, что делать. Он не знал, как поступить. Но одно он понимал точно: он не может просто сидеть и ждать. Он должен поговорить с Юной.
Раннее утро. Свет едва начинал пробиваться сквозь густые облака, окрашивая небо в бледно-розовые тона. Юна стояла на веранде, завернувшись в теплый плед. Ее дыхание превращалось в легкий пар, растворяющийся в холодном воздухе. Она смотрела на заснеженный сад, где каждое дерево, каждый куст казались застывшими в тишине.
Шаги за спиной заставили ее обернуться. Это был Купер. Он выглядел немного нервным, его руки были засунуты в карманы, а взгляд блуждал где-то вдалеке.
— Юна, — начал он, подходя ближе. — Можно поговорить?
Она кивнула, чувствуя, как внутри нее что-то сжимается. Она знала, что этот разговор будет важным.
Купер сделал глубокий вдох, словно собираясь с силами.
— Я давно хотел тебе это сказать, но... не находил подходящего момента. Ты знаешь, что мы друзья, и это для меня очень ценно. Но... в последнее время я понял, что мои чувства к тебе стали глубже. Я не могу больше скрывать это. Юна, ты мне нравишься. Больше, чем просто друг.
Его слова повисли в воздухе, словно снежинки, медленно опускающиеся на землю. Юна смотрела на него, чувствуя, как ее сердце начинает биться чаще. Она всегда знала, что Купер — надежный, добрый, искренний человек. Но сейчас, глядя на него, она увидела в его глазах что-то новое — настоящую, глубокую привязанность.
— Купер, — тихо сказала она, опуская взгляд. — Я... не знаю, что сказать. Ты для меня очень важен, но... я всегда думала о нас как о друзьях.
Он кивнул, стараясь скрыть разочарование.
— Я понимаю. И я не хочу на тебя давить. Просто... я должен был сказать тебе правду. Я не хочу жить с сожалением.
Юна молчала, чувствуя, как внутри нее борются разные эмоции. Она думала о Хироши, об их днях, проведенных вместе. Но в то же время она не могла игнорировать то, что чувствовала к Куперу.
— Дай мне время подумать, — наконец сказала она.
Купер улыбнулся, хотя в его глазах все еще читалась грусть.
— Конечно. Я не тороплю тебя.
Они стояли так еще несколько минут, пока первые лучи солнца не осветили веранду.
Хироши медленно спустился по лестнице, держа в руках дневник Купера. Каждый шаг давался ему с трудом, будто он нес на плечах невидимый груз. Внизу, на кухне, уже царила оживленная атмосфера. За столом сидели Купер, Юна и Диана. Аромат свежесваренного кофе и теплых тостов витал в воздухе, смешиваясь с тихим смехом и обрывками разговоров.
— Хиро! Наконец-то! — крикнула Диана, заметив его. — Мы уже думали, что ты решил проспать весь день.
Хироши попытался улыбнуться, но улыбка получилась натянутой. Его взгляд скользнул по лицам друзей, остановившись на Юне. Она сидела рядом с Купером, ее руки обхватывали чашку с чаем, а взгляд был устремлен в окно. Она казалась задумчивой, почти отстраненной.
— Привет, — тихо сказал Хироши, подходя к столу.
— Садись, завтрак уже готов, — предложил Купер, указывая на свободное место рядом с Юной.
Хироши кивнул и сел. Он чувствовал, как Юна слегка вздрогнула, когда их плечи случайно соприкоснулись. Она повернулась к нему, и на мгновение их взгляды встретились. В ее глазах он увидел что-то незнакомое — тень печали, которую он раньше не замечал.
— Как спалось? — спросила она, стараясь звучать естественно.
— Нормально, — ответил он, избегая ее взгляда. — Голова только болит.
— Это не удивительно, после вчерашнего, — с усмешкой заметил Купер, наливая себе еще кофе.
Хироши кивнул, но его мысли были далеко. Он смотрел на Юну, пытаясь понять, что она чувствует. Она была так близко, но в то же время казалась недосягаемой.
Завтрак прошел в легкой, почти привычной атмосфере. Диана рассказывала забавные истории из своей работы, Купер подшучивал над ней, а Юна изредка вставляла свои комментарии. Но Хироши чувствовал, что за этой видимой легкостью скрывается что-то большее. Он заметил, как Юна избегает смотреть на Купера, как ее руки слегка дрожат, когда она берет чашку.
После завтрака Юна встала и сказала:
— Хиро, может, поедем домой? Мне нужно кое-что обсудить.
Ее голос звучал спокойно, но в нем была нотка напряжения. Хироши кивнул, чувствуя, как его сердце начинает биться чаще.
— Конечно, — ответил он.
Они попрощались с друзьями и вышли на улицу. Снег мягко хрустел под ногами, а холодный воздух бодрил. Юна шла рядом, ее руки глубоко засунуты в карманы пальто. Она молчала, и Хироши не решался нарушить это молчание. Дорога домой была тихой, только шум двигателя нарушал молчание. Хироши чувствовал, как напряжение между ними нарастает с каждой минутой. Он знал, что Юна хочет что-то сказать, но не решался начать разговор первым. Когда они приехали домой, Юна первая нарушила молчание:
— Хиро, нам нужно поговорить.
Он не проронив ни слова, указал, что согласен. Они сели на диван в гостиной, и Юна начала:
— Сегодня утром Купер признался мне в чувствах.
Ее слова прозвучали как гром среди ясного неба. Хироши почувствовал, как его руки слегка дрожат. Он знал, что это произойдет, но услышать это от нее было совсем другое.
— И что ты ответила? — спросил он, стараясь звучать спокойно.
Юна опустила взгляд.
— Я сказала, что мне нужно время подумать. Но... Хиро, я не могу врать себе. Я чувствую что-то к нему. И я думаю, что нам стоит сменить пары для практики.
Хироши почувствовал, как всё начинает рушиться. Он смотрел на Юну, пытаясь найти в ее глазах хоть каплю сомнения, но она выглядела решительной.
— Ты серьезно? — наконец спросил он. — Мы столько времени провели вместе. Ты действительно хочешь все это бросить?
Юна вздохнула.
— Хиро, я не хочу тебя ранить. Ты для меня очень важен. Но я чувствую, что нам нужно двигаться дальше. Сегодня будет последний день, который мы проведем вместе. После этого я начну практику с Купером.
Ее слова звучали как приговор. Хироши чувствовал, как его сердце разрывается на части. Он хотел что-то сказать, но слова застревали в горле.
— Я понимаю, — наконец произнес он, опуская голову. — Если это то, чего ты хочешь, я не буду тебя останавливать.
Юна протянула руку и слегка коснулась его руки.
— Спасибо, Хиро. Ты всегда был для меня важным человеком. И я надеюсь, что мы сможем остаться друзьями.
Хироши кивнул, но внутри он чувствовал только пустоту.
Оставшийся день они решили провести вместе, как бы в последний раз. Они приготовили обед — их любимое блюдо, которое они всегда готовили вместе. Юна нарезала овощи, а Хироши следил за рисом. Казалось, что все идет, как обычно, но между ними витало невысказанное напряжение. День проходил тихо, как будто сама природа понимала, что происходит что-то важное. Хироши и Юна сидели за столом на кухне, обедая в почти полном молчании. Звук ложек, касающихся тарелок, потрескивание радио на заднем плане — вот все, что нарушало тишину. Хироши украдкой поглядывал на Юну, пытаясь уловить в ее глазах хоть что-то, что могло бы дать ему надежду. Но она была сосредоточена на своей тарелке, ее лицо выражало лишь легкую грусть.
— Помнишь, как мы в первый раз готовили это блюдо? — спросила Юна, пытаясь разрядить обстановку.
Хироши кивнул, слабо улыбаясь.
— Да, мы тогда чуть не спалили кухню.
Она рассмеялась, но смех звучал немного натянуто. Хироши почувствовал, как его сердце сжимается. Он хотел, чтобы этот момент длился вечно, но знал, что это невозможно.
После обеда они устроились в гостиной и включили фильм. Это был их любимый фильм, который они смотрели бесчисленное количество раз. Но сегодня он казался другим. Хироши сидел на диване, а Юна устроилась рядом, завернувшись в плед. Они смотрели экран, но ни один из них не был полностью погружен в сюжет.
В какой-то момент Юна встала.
— Мне нужно начать собирать вещи, — сказала она, избегая его взгляда.
Хироши остался в гостиной, слушая, как она ходит по своей комнате, открывает и закрывает ящики. Каждый звук напоминал ему, что она уходит. Он удалился в свою комнату и сел на кровать, опустив голову в руки. Его мысли путались, ничто не могло объяснить его состояние. Он думал о том, как все изменилось. О том, как они вместе смеялись, спорили, поддерживали друг друга. И теперь все это заканчивалось.
Вечером они снова встретились на кухне. Юна положила перед ним заявление о смене пар.
"Нам нужно подписать это," — сказала она тихо.
Хироши посмотрел на документ, чувствуя, как его руки слегка дрожат. Он взял ручку и медленно поставил свою подпись, стараясь не думать о том, что это значит. Юна также подписала документ, несмотря на то, что ей это казалось неправильным. Она посмотрела на него, и в ее глазах читалась грусть.
— Спасибо, Хиро. Ты всегда был для меня важным человеком.
Он тяжело кивнул, ведь был не в силах произнести ни слова.
Перед тем как уйти, Юна обняла его. Ее объятие было теплым, но в то же время последним, прощальным. Хироши почувствовал, как его сердце начинает медленно останавливаться, но уже ничего не могло изменить их решения.
— Береги себя, — прошептала она.
— Ты тоже, — ответил он, стараясь сдержать слезы.
Она взяла свои вещи и вышла за дверь. Хироши остался один, чувствуя, что теперь его жизнь была потеряна.
После того как Юна ушла, дом опустел. Хироши остался один в тишине, которая казалась теперь громче любого шума. Он бродил по комнатам, пытаясь отвлечься, но каждый уголок напоминал ему о ней. Вот диван, на котором они вместе смотрели фильмы. Вот кухня, где они готовили еду, смеясь над своими неудачами. Вот ее комната — теперь пустая, с открытыми ящиками и слегка приоткрытым шкафом, как будто она просто вышла ненадолго и скоро вернется.
Но она не вернется.
Хироши сел на пол в гостиной, прислонившись к стене. Его голова была тяжелой, мысли путались, а сердце болело так, будто его сжали в кулаке. Он пытался понять, как все дошло до этого. Как они, такие близкие, стали чужими.
Ночь тянулась мучительно долго. Хироши ворочался в постели, не находя покоя. Его простуда только усугубляла состояние: голова раскалывалась, горло саднило, а тело ломило. Но хуже всего была пустота внутри. Он смотрел в потолок, слушая, как тикают часы в соседней комнате. Каждый звук казался громким, каждый шорох — навязчивым. Под утро он наконец заснул, но сон был беспокойным, прерывистым.
Хироши проснулся от легкого стука в дверь. Он открыл глаза, чувствуя, как его тело отказывается слушаться. Голова была тяжелой, а мысли — мутными. Стук повторился, на этот раз громче.
— Хироши? Ты дома? — донесся из-за двери женский голос.
Он узнал его. Это была Сина.
С трудом поднявшись с кровати, Хироши подошел к двери и открыл ее. На пороге стояла Сина, держа в руках пакет с продуктами. Ее волосы были слегка растрепаны, а на лице читалась легкая усталость, но она улыбалась.
— Привет, — сказала она, заглядывая ему в глаза. — Ты выглядишь... не очень.
Хироши молча отступил, позволяя ей войти. Сина прошла на кухню и начала раскладывать продукты на столе.
— Я слышала, что ты неважно себя чувствуешь, поэтому решила зайти. Принесла тебе супа и лекарств, — объяснила она, не глядя на него.
Хироши сел за стол, чувствуя, как его тело слабеет. Он смотрел на Сину, пытаясь понять, зачем она здесь.
— Спасибо, — наконец произнес он, хотя его голос звучал глухо.
— Сина повернулась к нему, ее лицо стало серьезным.
— Хироши, я знаю, что ты переживаешь. Ты... как тень. Что случилось?
Он опустил взгляд, чувствуя, как комок подступает к горлу.
— Юна ушла. Она... она будет проходить практику с Купером.
Сина вздохнула, как будто ожидала этого ответа.
— Я знаю. Купер говорил мне.
Хироши посмотрел на нее, удивленный.
— Ты знала?
Она кивнула, опуская глаза.
— Да. И... я даже немного помогала ему.
Хироши почувствовал, как его сердце сжимается.
— Помогала? Как?
Сина села напротив него, сложив руки вместе.
— Куперу давно нравилась Юна. Он не знал, как подойти к этому, и я... я просто давала ему советы. Мы часто обсуждали это. Я думала, что если они будут вместе, то это сделает их счастливыми.
Хироши молчал, чувствуя, как его мир рушится еще больше. Он всегда думал, что Сина и Купер просто друзья. Но теперь все стало ясно.
— Почему ты не сказала мне? — наконец спросил он, стараясь звучать спокойно.
Сина вздохнула.
— Я не хотела тебя ранить. И я не думала, что все зайдет так далеко. Но теперь, видя, как ты страдаешь, я понимаю, что была неправа.
Она слегка коснулась его руки.
— Хироши, я хочу помочь тебе. Ты не должен оставаться один в такой момент.
Хироши посмотрел на нее, чувствуя, как его глаза наполняются слезами.
— Я не знаю, что делать. Она была... всем для меня.
Сина улыбнулась, хотя в ее глазах читалась грусть.
— Я знаю. Но ты сильнее, чем думаешь. И я буду рядом, чтобы помочь тебе.
Сина сидела напротив Хироши, ее руки все еще лежали на столе, а взгляд был полон решимости. Она понимала, что ее слова могут изменить многое. Также знала, что теперь она должна быть рядом с ним.
— Хироши, — начала она, стараясь звучать мягко, но уверенно. — Теперь, когда пары поменялись, нам предстоит проходить практику вместе. Я знаю, что это не то, чего бы ты хотел, но... обещаю, что сделаю все, чтобы тебе было легче. Мы справимся.
Хироши посмотрел на нее, чувствуя, как в его душе борются разные эмоции. С одной стороны, он все еще был опустошен из-за расставания с Юной. С другой — в глазах Сины он видел искреннее желание помочь. Она не была ему врагом. Она просто хотела быть другом.
— Спасибо, Сина, — наконец произнес он, его голос звучал тихо, но в нем была благодарность. — Я... я не знаю, как все будет, но рад, что ты здесь.
Она улыбнулась, и в ее улыбке было что-то теплое, успокаивающее.
— Мы начнем с малого. Сегодня я приготовлю тебе завтрак, а потом... посмотрим. Хорошо?
Хироши кивнул, чувствуя, как напряжение в его теле немного ослабевает. Он знал, что путь к исцелению будет долгим, но теперь у него была поддержка.
День прошел спокойно. Сина старалась сделать все, чтобы Хироши чувствовал себя комфортно. Они вместе готовили, убирали квартиру, а вечером смотрели фильм. Сина не давила на него, не требовала разговоров, но всегда была рядом, готовая поддержать.
Перед сном Хироши стоял у окна, глядя на ночной город. Его мысли были далеко. Он думал о Юне, о том, как все изменилось. Но теперь он понимал, что если хочет вернуться к ней, ему предстоит пройти через множество трудностей. Ему нужно будет стать сильнее, научиться справляться с болью и, возможно, даже измениться.
— Хироши, — раздался голос Сины за его спиной. — Ты не один. У тебя есть я, Лия, друзья... Мы все будем рядом.
Он обернулся и увидел, как она стоит в дверях, завернувшись в плед. Ее глаза светились теплом и пониманием.
— Спасибо, — сказал он, чувствуя, как в его сердце появляется искра надежды. — Я знаю, что это будет нелегко, но... я постараюсь.
Сина улыбнулась.
— Это все, что нужно. Один шаг за раз.
Хироши лег в постель, чувствуя, как его тело наконец расслабляется. Он знал, что впереди его ждут испытания, но теперь у него была поддержка. Сина, его новая супруга по практике, была готова помочь ему. Его сестра Лия, всегда такая заботливая, тоже не оставит его в трудную минуту. И даже друзья, которые, казалось бы, были далеко, всегда были готовы протянуть руку помощи.
Он закрыл глаза, представляя себе будущее. Возможно, однажды он снова будет рядом с Юной. Но для этого ему нужно будет пройти через многое. И он готов был начать этот путь.