часть 4
Бетта очнулась утром следующего дня. Она пролежала в больничной койке почти целые сутки. Немного осмотревшись, она увидела спящую на кресле маму, и сидящего возле неë отца. Он не спал. Как только он увидел, что Бетта очнулась, он хотел разбудить жену, но девушка остановила его. Ей не хотелось никого тревожить, нужно было разобраться в себе. Не задавая лишних вопросов отцу, она принялась рассматривать палату в которой лежала. Привязанные к койке руки, решётки на окнах, белые стены, и лекарства на тумбочке, дали ей понять, что она находится не в обычной больнице. Это было ожидаемо. Прошлой ночью она пыталась покончить с жизнью. Но Бетта не помнила ничего. Все эти моменты как будто провалились в еë памяти. Отец рассказывал всë это осторожно, стараясь не упоминать о Майкле. Папа говорил о таких вещах, от которых у самой Бетты шëл холодный пот. Всë это было совсем на неë не похоже. У неë никогда не было суицидальных наклонностей, и она никогда не делала ничего подобного.
Чуть позже проснулась мама. Она очень обрадовалась тому, что еë дочь очнулась и с ней всë хорошо. Некоторое время они пробыли вместе. Позже девушка попросила родителей уйти. Она попросила не говорить никому о том, что она находится в больнице. Девушка не хотела чтобы об этом кто-то знал. Она не рассказала о случившемся даже своей подруге Элис, боявшись осуждения. Конечно, Элис узнаёт, но позже, от родителей девушки.
Какое-то время, под наблюдением врачей, девушка пролежала в психиатрической клинике. Примерно через месяц ей стало лучше. Врачи разрешили родителям забрать еë домой.
Молчать больше не было смысла, Элис должна знать правду. Но Бетта не хотела никого видеть. Находясь дома, она чувствовала себя как в клетке. Ей ничего не хотелось. Состояние апатии не покидало девушку. Антидепрессанты, прописанные еë лечащим врачом, она принимала строго по инструкции, но как бы девушка не хотела, они не помогали. Сложно было скрыть ситуацию от Элис. Подруга почти каждый день приходила к входной двери дома, и просила открыть дверь. Она умоляла родителей Бетты позволить поговорить с девушкой, но сама Бетта не могла допустить этой встречи. Ей было слишком тяжело. Сама девушка не понимала, почему она не может никого видеть и слышать сейчас, она была разбита. Морально разбита. Иногда это хуже, чем быть разбитым физически.
Вскоре, родители девушки не смогли отказать на мольбы подруги впустить её в дом, и подруги наконец-то встретились. Увидев Бетту, Элис была ошарашена. Совсем похудевшая, бледная, грустная девушка встречала еë в своей комнате. Элис подошла к девушке, и заплакала. Не говоря ни слова, подруга обняла Бетту. Они стояли в этом положении минут 10. Девушки не могли оторваться друг от друга. Возможно, именно этого не хватало им обеим. Они очень долго не виделись, им было что обсудить, но самым важным в тот момент, были объятья.
Конечно, когда обе девушки отошли, они обсудили всë что случилось. Бетта поделилась своими приключениями в больнице, рассказала о том, как она туда попала. Подруга слушала не перебивая. Когда Элис начала говорить, на еë глазах стали пробираться слëзы. Чуть ли не плача, она говорила о том, как сильно переживала и не могла найти себе места. В эту ночь подруги остались ночевать вместе. Им обеим нужна была поддержка. Две сломанные девочки снова воссоединились.