<|2|>
После окончания школы я сразу поступать в институт не буду. Мне нужно отыскать свою сестру, ты знаешь. Наверное, я мало рассказал тебе о ней.
Ева - Мария Пенс - моя младшая сестра. Все наше детство мы были дружны, бывает как, старший брат либо игнорирует сестру, либо ненавидит. Но у нас были взаимные отношения, мы любили друг друга как настоящие брат и сестра. Когда она прибегала вся в слезах, я ее обнимал крепко - крепко, насколько хватало сил. Ее короткие волосы приятно щекотали шею и уши. Она еще всегда так удивленно смотрела, если я начинал хихикать, когда ей плохо. "Просто я рад, что ты все еще делишься со мной своими секретами"- было всегда моим ответом.
Год разницы почти не ощущался, так и должно быть, нет? Все-таки, я знал, что в ответе за нее всегда. А еще помню, когда познакомился с твоим братом - Йеном, они тоже мило ладили, да. По моему, у них была взаимная симпатия. Как мне кажется. Только вот, два года разница...но ничего, это не так страшно. А я с ним были лучшими друзьями. Мне так кажется.
Мы все вместе играли, дружили, смеялись и плакали. Но случилось непоправимое - наши с Евой родители погибли в автокатастрофе. Долго рыдали, честно, я тоже плакал. И Йен плакал с нами, он был настоящим другом.
Самой ужасной трагедией стало то, что нас с сестренкой отправили в разные места проживания. Чертово агентство...! И сейчас я должен ее отыскать, просто обязан. Понимаешь?
...
Я помню, как ты радовалась, когда мы только стали встречаться и жить вместе, я все помню, даже как и сам чрезмерно был счастлив и сейчас тоже. Нам еще и восемнадцати нет, а уже вместе живем и думаем о будущем.
-Когда думаешь уезжать?-спрашиваешь ты меня с грустной улыбкой. Кажется, я - один из сотни знакомых могу различать твои эмоции, Джанетт.
-Скорее всего дня через два или уже завтра. Но зависит-то не от меня, а от авиакомпании. Никогда не знаешь, отклоняется ли твой полет, или нет,-прижимаю тебя к себе, чувствую твое сердцебиение, я знаю, ты любишь, когда я тебя обнимаю. И ты знаешь, что я люблю так делать.
-Понятно тогда. Я договорилась с Йеном, он приютит тебя как старого друга,-улыбаешься, так искренне веря, что у меня все хорошо. Но ведь...ничего не хорошо. Я покину тебя, слышишь?! Почему ты живешь ради других, не ради себя?
-Да, спасибо,-целую твое бледное лицо. Мне нравится так делать, тебе тоже нравится,-Ты не обижаешься, что не беру с собой?
-Нет, конечно, что ты! Эрнест, я всегда знала, что ты - дурак, но чтобы настолько,-смеешься, немного пропуская слезы из своих закрытых глаз. А я-то все вижу, знаю как тебе обидно. Прости меня.
Хочу, чтобы мы всегда вот так сидели, ни о чем не думая. Но так не будет. Ты всегда будешь думать обо мне, а я о тебе. Так и должно, наверное, быть. Просто мы этого еще не осознаем.
Говорим о всяких разностях, изредка перешептываемся, хотя в квартире одни. Кстати, помнишь, как выбирали квартиру, где жить будем? А я вот не забыл. Из пяти вариантов выбрали самый лучший. Мне нравится эта квартира, как и "Голубая скамейка". Обидешься, что про тебя не сказал? Но ведь ты мне не нравишься. Тебя-то я люблю. Настоящие, откровенные чувства. А еще, ты наверняка уже поняла, что не улыбаюсь я никогда, правда? Не умею я так делать, хоть ты тресни...Может, из-за смерти родителей, кто знает?
До полуночи я просидел с тобой, выжидая, пока уснешь, мое солнышко. А я будто бы вор - сбежал. Ну как, сбежал..., скорее просто ушел. Но не успев доехать до аэропорта, прямо с велосипедом попадаю под машину.
Уже в больнице. Капельницы. Вечно пикающие аппараты. Запах препаратов и спирта. Вижу, что рядом ты сидишь, вся в слезах такая, я прямо чуть ли сам не зарыдал.
-Ну привет, Эрнест - несчастный случай,-с неким сарказмом говоришь ты, все равно по-детски улыбаясь.
-Прости...,-все, что я могу выдавить из себя на данный момент. В мыслях я себя уже сто раз убил, так стыдно перед тобой.
-Я понимаю...ничего не говори,-берешь мое лицо в свои нежные мягкие ручки, невинно, будто в первый раз целуешь в губы и отстраняешься,-Мне нужно в институт. Я пойду.
-Хорошо, прости еще раз...,-ты умиляешься моему хриплому и болезненному голосу, машешь бледной ладонью и выходишь.
И внезапно я слышу легкий кашель откуда-то слева. Оказалось, я в палате не один. Тут еще один человек, парень...лет так 17, как и я, в общем. Волосы, напоминающие уголь, такие же темные глаза.
-Огастус Лавьер,-будто понял он, что я хочу узнать о его кашлеющей персоне побольше.
-Эрнест Пенс, рад знакомству,-кивает, это что-то вроде рукопожатия, но на расстоянии.
Так мы и разговорились.