Виски и берёзовый сок

Шерлок вернулся ближе к вечеру. Он сам не ожидал, что поход по продуктовому магазину займёт так много времени. Зайдя в квартиру, он сразу же очутился в объятиях взволнованной русской.
— Ты обещал, что будешь скоро, — тихо сказала девушка. Сердце в молодой груди со всей силой билось о грудную клетку, явно желая вырваться наружу, дабы не быть стеснённым рёбрами. Детектив почувствовал это и, ласково улыбнувшись, что было для него, считай, впервые, прижал девушку к себе, зарываясь в синие волосы.
— Я же тебе сказал не волноваться, — с лёгкой укоризной сказал Шерлок на ухо Соне. Та неожиданно всхлипнула и, отстранившись от детектива, внимательно посмотрела на него. В её взгляде золотисто-карего омута искрилась тревога за любимого человека, и на этих же прекрасных глазках выступили слёзы.
— Ну ты на звонки не отвечаешь, обещал скоро вернуться, но пришёл только вечером. Что я должна была подумать, и какая мысль должна была меня успокоить, чтобы у меня не было причин для волнения? — спросила она, вытирая скатившиеся по розовевшей от сна щеке алмазные капли.
— Ты уже спала, — заметил Шерлок, явно тронутый такой небывалой заботой. Он заправил выбившийся синий локон за аккуратное ушко девушки. Пройдя рукой чуть дальше по тонкой и по-детски нежной шее, Холмс заметил то, чего совсем недавно не было; то, на что он явно согласия не давал.
— Это что? — спросил он строго. От прежней нежности не осталось и следа – суровый сноб и грубиян уже был здесь.
— Это? Т-татуировка, — заикаясь, произнесла девушка, испуганно впиваясь большими глазами в строгий взгляд болезненно-холодных глаз детектива.
Холмс поджал губы и, отвернувшись от девушки, грубо спросил:
— Когда и зачем ты это сделала? — он был явно недоволен аккуратным рисунком на шее русской. Хотя, он скорее был недоволен тем, что к шее его Сони прикасался кто-то ещё.
— Позавчера.. — девушка была явно напугана. Она понуро опустила голову и всхлипнула. Она чувствовала вину за содеянное – Соня была уверена, точно так же чувствовала себя Наташа, кузина девушки. Дело в том, что у Наташи был жених – Андрей. Он уехал заграницу на год, давая девушке подумать над серьёзным решением. Вскоре его ждал отказ невесты, ибо та встретила другого, но тот оказался подлецом и вскоре бросил бедную Наташу. Девушка долго сокрушалась, так как отказала, не подумав. Тогда её преследовало точно такое же чувство вины.
Шерлок хотел было «отругать» Соню, но вовремя вспомнил, что она, всё-таки, носит под сердцем его ребёнка, а потому он смягчился. Обернувшись обратно, Холмс с удивлением обнаружил, что девушка, чувствуя вину, рыдала в три ручья.
— Ну, успокойся. Ты же знаешь, я не терплю слёз, — поморщился детектив, вытирая большими пальцами солёные дорожки на розовых щеках девушки. Но тут он обнаружил страшное. — Ты.. боишься меня? — спросил мужчина, поражённый своей догадкой. Девушка ничего не ответила. Она любила мужчину всем своим сердцем и когда она его видела, в груди расцветали огромные красные маки, приятно шевеля трепещущее сердце, которое с ропотом билось о рёбра. Но в то же время она слегка побаивалась детектива. Она боялась той неизведанности, которая всегда присутствовала в их отношениях; она боялась его реакции на её слова; она боялась, что он её ударит, ведь детство у девушки было непростое – до пятнадцати лет она жила со своим отчимом, который безбожно пил.
— Я тебя не ударю, не бойся, — Шерлок осторожно прикоснулся холодными пальцами к горячей после сна коже русской, как бы пытаясь наладить контакт с диким зверем, который боялся людей. Девушка вздрогнула от прикосновения. — Пожалуйста, не бойся меня. Я не принесу тебе вреда. Этого не случится даже если я буду под наркотой, — Холмс очень редко произносил такие междометия как «спасибо», «пожалуйста» и так далее.
Девушка пересилила себя и тепло улыбнулась Шерлоку. Она взяла одну его руку и положила себе на живот.
— Как я могу бояться того, кто осчастливил меня? Как я могу бояться того, кого люблю? — спросила Соня, смотря на детектива, который, улыбнувшись, подобно маленькому мальчику, обнял девушку.
— Вот и славно, — сказал мужчина, целуя девушку и оставляя на нежной шее Сони еле заметные следы. Вскоре про клубнику и рыбу все благополучно забыли.