Эпилог
Дублинская улица, Эдинбург
Два года спустя
Услышав осторожное покашливание, я взглянула в зеркало и увидела, что в дверях стоит Брэден.
— Ты зачем пришел? — возмутилась я, резко повернувшись. — Нечего тебе здесь делать.
Брэден улыбнулся, пожирая меня глазами. Я даже вспотела под этим взглядом. Мать твою.
— Классно выглядишь, детка.
Я оглядела свое платье и вздохнула:
— Поверить не могу, что это я. И как тебе удалось меня уговорить?
— Когда мне это нужно, я могу быть чертовски убедителен, — самодовольно изрек Брэден.
— При чем тут твоя долбаная убедительность? То, что я на это решилась… иначе, как чудом, не назовешь.
Слушай, я догадалась, зачем ты пришел! Проверить, не удрала ли я через окно?
— Ну уж нет, — состроил гримасу Брэден. — Я верю в тебя, детка. И не сомневаюсь, ты выйдешь отсюда как положено, через дверь.
— Тогда зачем приперся?
— По одной простой причине: не видел тебя несколько дней и жутко соскучился.
— Через полчаса насмотришься вдоволь. Что, подождать не можешь?
— Ну, там вокруг нас будет слишком много людей.
Он сделал ко мне шаг. Этот жадный взгляд был мне хорошо знаком.
О нет! Только не это! Сейчас не время.
— Ничего, подождешь. — Я выставила вперед руку. — Уж если ты втянул меня в эту авантюру… пустив в ход всю свою хваленую убедительность… я хочу выглядеть на все сто. Так что уноси отсюда свою похотливую задницу.
Брэден расплылся в ухмылке, но отступил.
— Будь по-твоему, — фыркнул он. — Сегодня ты босс. Увидимся через полчаса.
— Брэден!
В дверях возникла Элли. На ней было шелковое золотистое платье до полу.
— Жених не должен видеть невесту перед свадьбой. Это плохая примета. Ну-ка убирайся!
Она схватила его за руку и вытолкала в коридор.
— До скорой встречи, детка! — смеясь, выкрикнул он на прощание.
Я покачала головой. Голова слегка кружилась от волнения. Из зеркала на меня смотрела какая-то незнакомая девица в роскошном подвенечном платье цвета слоновой кости.
— Ты готова, Джосс? — спросила Элли, чуть запыхавшаяся после борьбы с Брэденом.
Рядом с ней возникла Райан в точно таком же золотистом платье подружки невесты. На лице играет насмешливая улыбка, на руке — два кольца, бриллиантовое, подаренное Джеймсом в честь помолвки, и золотой ободок обручального. Они поженились восемь месяцев назад.
— Правда, Джосс, долго ты будешь возиться?
Дело происходило в спальне, прежде принадлежавшей Элли. Теперь сюда перебрались мы с Брэденом. Из Виргинии мы привезли кое-какие семейные вещи — мамины драгоценности, плюшевого мишку Бет, несколько фотоальбомов и картин. Все остальное раздали или выбросили. На разбор вещей я потратила два дня и множество нервных клеток, но дело было сделано. После этого я смогла побывать на могилах родителей и Бет, попрощаться с ними. Сказать, что мне было тяжело, значит не сказать ничего. Не обошлось и без приступа удушья. Несколько минут мы с Брэденом сидели на траве, и он пытался привести меня в чувство. А потом я взяла себя в руки и попросила прощения у мамы, папы и Бет за то, что так долго пыталась забыть о них. Пройдя через все это вместе, мы с Брэденом стали еще ближе. После возращения в Шотландию почти не расставались. Элли с Адамом тоже были неразлучны. Положение, при котором две влюбленные пары живут в одной квартире, порождало множество неудобств, а то, что Элли с Брэденом — брат и сестра, только усугубляло неловкость. Сексом приходилось заниматься по-тихому. В результате Элли переехала к Адаму, а Брэден сдал свою квартиру в аренду и перебрался на Дублинскую улицу.
Год спустя он сделал мне предложение — в память о нашей первой встрече он додумался сделать это в такси, попросив водителя остановиться напротив Брантсфилдской евангелической церкви.
И вот теперь все готово к венчанию. После свадьбы мы с Брэденом полетим на Гавайи, где проведем медовый месяц. А на Дублинскую улицу вернемся уже как мистер и миссис Кармайкл. Сердце мое сладко екнуло, и я набрала в грудь побольше воздуха.
В последнее время Брэден часто заговаривал о наших будущих детях. Дети. Неужели это возможно? Я бросила взгляд на рукопись романа, лежавшую на письменном столе. Разослав его по издательствам, я получила штук двадцать писем с отказами. Но совсем недавно мне позвонил литературный агент, пожелавший прочесть роман целиком. Два дня назад я отправила ему текст по электронной почте. Целых два года этот роман был моим возлюбленным детищем. С ним было связано столько хлопот, столько сомнений и терзаний по поводу того, имею ли я право опубликовать историю родителей. Но теперь Брэден хочет настоящих детей. Когда он впервые об этом упомянул, я завопила, что слышать такого не желаю. Но он и бровью не повел. Попивал пиво и ждал, пока я выпущу пар. А через десять минут невозмутимо спросил:
— Согласись, идея не так уж плоха?
Брэден уже привык к моим заморочкам.
Я посмотрела на фотографию родителей. Они были так похожи на нас с Брэденом. Тоже любили друг друга, но постоянно выясняли отношения, спорили и ссорились. Но всякий раз мирились, потому что жить друг без друга не могли. Наверное, у них бывали тяжелые моменты. Но ведь жизнь — это не слащавый голливудский фильм. В жизни не обойдешься без проблем. Приходится сражаться за свое счастье, верещать от боли, выбиваться из сил, порой даже идти на жертвы… Мы с Брэденом к этому готовы.
Я кивнула Элли и Райан.
Иногда на небосклон жизни набегают легкие перистые облака. Иногда — свинцовые грозовые тучи. И то и другое — вполне естественно. Конечно, я солгу, если скажу, что больше не боюсь жизненных бурь. Но я точно знаю: рядом с Брэденом я сумею перетерпеть любое ненастье. Пусть вокруг хлещет ливень. Брэден, словно зонтик, защитит меня от дождевых струй.
Каким бы ни было будущее, я готова его принять. — Да. Я готова, — сказала я вслух.