Глава 12
- А как ты начал собирать корабли? - тихо, почти шепотом спросила Саша, опустив подбородок ему на плечо. - Ты с детства этим увлекался?Тимофей медленно повернул к ней лицо.- Нет, - его ответ прозвучал сипло и Тимофею пришлось откашляться. - Случайно наткнулся на рекламу журнала по моделям, когда пришел на почту за зарплатой для амбулатории, у Веры Семеновны тогда артрит обострился, вот и совместил осмотр и необходимое дело. Даже не знаю, зачем тогда подписался, просто дернуло что-то. А потом - интересно стало, начал модели заказывать, и отвлекало это..., - он пожал плечами.От этого движения его спина коснулась ее груди. Тимофей прикрыл глаза на мгновение. А она вовсе не собиралась облегчать ситуацию и, наоборот, нежно обняла руками его шею.- Разве ты не хочешь спать? - все тем же хриплым голосом уточнил Тимофей и уткнулся носом ей за ухо.- Нет, - Саша улыбнулась. - Совсем не хочу.- Ты же всегда рано укладываешься, - возразил Тимофей, щекоча нежную кожу словами.- А ты откуда знаешь?Она немного отстранилась и удивленно посмотрела на него.Тимофей усмехнулся и, отставив наконец в сторону бутылку с моделью, повернулся к ней и обхватил ее ноги своими коленями.- Признаюсь, я следил за твоими окнами, - лукаво и совсем без раскаяния сообщил он, обняв руками талию Саши.Она засмеялась.- А я за твоими, - так же честно призналась Саша. - Лежала в темноте и смотрела на свет в твоем окне, и мне становилось не так страшно, не так одиноко, - она с удовольствием перебирала пальцами его волосы.Он крепче обнял ее и прижал щеку к животу Саши.- Иди спать, Саш, - опять попросил он, но уже с какой-то сомневающейся ноткой.- Не хочу, у меня еще дела есть, - она весело улыбнулась, глядя на его макушку.- Дела? - Тимофей широко усмехнулся и вздернул бровь. - Какие дела? Ты уже даже молока ежам налила, - он с насмешкой посмотрел на нее.Она немного смутилась, ей казалось, что удалось проделать это тайком.- У тебя слишком доброе сердце, - словно жалуясь, пробормотал Тимофей и, подняв руки, обхватил ее щеки горячими ладонями. - Они сами должны добывать себе пропитание, это закон природы, - будто бы укоряя ее, добавил он, но при этом так нежно гладил по щекам пальцами и настолько ласково смотрел, что Саша ощутила себя счастливой.Протянув свои ладони, она повторила его жест, обняв пригоршнями щеки Тимофей. Он немного прикрыл глаза, даже потерся щекой о ее руки, но потом все же посмотрел с решимостью.- Иди, тебе надо отдыхать, - велел он тоном лечащего врача.Впрочем, Саша была готова к подобному и совершенно не собиралась уступать.- Я уже отдохнула за день, - она наклонилась и нежно коснулась губами его губ, пусть и ощущала, как напряглись его пальцы.И все-таки Тимофей не помешал этому поцелую. На какой-то момент даже сам сильнее прижал ее лицо к своему, углубляя ласку. Они оба знали, вокруг чего осторожно ходят, Саша видела это в его глазах, но Тимофей пока не собирался сдавать позиций. Как и она, впрочем.- Саша, у меня не железное терпение, - его голос стал низким, а дыхание потяжелело, когда он на миг отстранился от ее губ.Он пытался призвать ее к здравомыслию и осторожности.- А мне, наоборот, показалось, что ты очень терпеливый. И выдержка у тебя потрясающая, - Саша кивнула головой в сторону моделей. - Не останавливайся, - шепотом попросила она, ни капли не скрывая реакцию своего тела, не прятала, что самой не хватало дыхания от желания. - Со мной все хорошо, просто замечательно, серьезно, Тимофей, - Саша потянулась вперед, пытаясь снова достать его губы.Он помешал.Несколько долгих секунд его руки удерживали ее, а глаза просто впились взглядом в лицо. В комнате стояла тишина, нарушаемая только их надрывными вздохами. И тут Тимофей резко потянул Сашу вниз, едва ли не заставив сесть ему на колени. Правда, она подчинилась с огромной охотой. И тут же его рот накрыл ее губы, буквально набросившись с поцелуем. Словно кто-то щелкнул переключателем.Он совершенно перестал сдерживаться. И теперь его губы жадно, отчаянно, ничуть не смущаясь целовали, поглощали ее рот, а язык Тимофея скользил по ее губам, проникая внутрь, дразня и воспламеняя Сашу.Его руки стали такими же алчными, как губы. Они гладили, сжимали, брали, и в то же время давали ей столько удовольствия от простых прикосновений, что Саша стонала, ощущая ласку шершавых ладоней на своей коже.Она не отставала от него, отвечая с такой же неистовостью. Саша с такой же жаждой целовала Тимофея в ответ, а ее руки скользили по его плечам, рукам, стремились забраться под футболку. У нее все пульсировало внутри от безумного желания, от потребности в нем. И ощущение его твердой, горячей плоти под ее бедрами заставляло терять любые остатки сомнений, скованности или неуверенности.Она хотела его. Он так же сильно желал ее. Они решили быть вместе. В какой-то момент это понимание принесло Саше ощущение совершенной правильности и простоты всего происходящего. И в то же время, такой многогранности и сложности, какой она еще не знала в сексе. В ощущениях и желаниях не омраченных болью, ревностью и обидой.- Тимофей, - она застонала, когда его пальцы обхватили ее груди под тканью футболки.Он, словно дразня, не снимал ту до конца, мучая отяжелевшую плоть одновременно и ласками пальцев и трением ткани.- Ммм? - невнятно проурчал он в ответ на ее стон, при этом целуя, прикусывая кожу на ее шее.Но Саша не могла выразить словами суть своей претензии. Она даже не знала, было ли то претензией. Невероятно чувствительную в этот момент грудь покалывало и жгло, но до чего же это было приятно. Настолько, что она выгнулась, ухватившись за шею Тимофей, словно требуя еще больше.И будто ожидая именно этого, он резко наклонил голову и ухватил зубами ее напряженный сосок, мягко сжав тот губами. Прямо так, через ткань футболки.Она вскрикнула, впервые поверив, что от желания и страсти можно сойти с ума. Ей было много, и все-таки, слишком мало. Саша ощутила, как по ее мышцам расползается дрожь, и только руки Тимофея, уже погрузившееся в ее волосы, удержали, дали опору. Его губы продолжали ласкать ее соски, пока Тимофей, наконец-то, с тихим, каким-то жадным вздохом, резко не сдернул с нее футболку через голову. И его рот набросился на ее плоть уже без всяких преград.- Ты невероятно красивая, - жарко прошептал он, оторвавшись только на секунду, когда Саша, следуя примеру Тимофея, стягивала его футболку.И тут же с горловым стоном вернулся к своему занятию, крепко прижав ее тело к своему.Их первый контакт кожи к коже потряс ее, заставил Сашу лихорадочно гладить, изучать, познавать этого мужчину. Словно в ответ на это, на ее движения, бедра Тимофея дернулись, и он вдавил свой напряженный член в ее лоно.Оба застонали из-за разочарования, что на них еще оставалась одежда.- Пошли в спальню, - прерывисто, покрывая его скулы и лоб жаркими поцелуями, попросила она.- Пошли, - Тимофей кивнул, позволяя ей приподняться.Но едва Саша привстала с его колен, как Тимофей пробормотал что-то сквозь зубы, и снова рванул к ней. Его пальцы обхватили ее бедра, а губы припали к обнаженному животу. Она ухватилась за его плечи, чтобы не упасть, и почувствовала, как скользят по бедрам домашние брюки под его настойчивыми пальцами.Слов не хватало, они молчали, но тела говорили сами за себя.Его язык ласкал впадинку ее пупка, а губы засасывали нежную кожу. Саша дрожала, вцепившись в его волосы, и могла только крепче прижимать к себе его голову. Руки Тимофея отправили ее трусики вслед за брюками на пол. Она стояла перед ним обнаженная. Или, скорее, почти зависла в воздухе, удерживаемая руками и бедрами Тимофея.Саша посмотрела на него, их взгляды встретились, обжигая друг друга всем тем, что пылало в них.Позабыв о спальне, обо всем, кроме немедленной потребности ощутить его в себе, Саша немного наклонилась и потянула пояс джинсов Тимофея, расстегнув пуговицу. В тишине комнаты громко прозвучал звук расстегиваемой молнии.И вдруг Тимофей застыл, сжав пальцы на ее бедрах. И тихо выругался.- У меня нет презервативов, - тяжело дыша прошептал он. - Я честно собирался дать тебе отдых сегодня...Он немного отстранился, похоже, собираясь отпустить ее.Саша не позволила ему такой глупости и улыбнулась уголками губ.- Со мной презервативы тебе не нужны, - передернула она плечами, и даже удивилась на миг, поняв, что не ощущает привычной горечи.Желание и страсть этого мужчины вытеснили из ее души другие чувства в этот момент. Все было так правильно, что не находилось места для боли.Он еще пару секунд пожирал ее взглядом, а потом надавил руками, вновь опустив на себя. Саша задохнулась от ощущения грубого шва ткани, вдавливаемого в самый чувствительный участок ее тела. Не сдержалась, скользнула вверх-вниз по его твердому паху.- Я здоров, Саша, - совершенно серьезно, несмотря на полный страсти голос, проговорил Тимофей, захватив губами мочку ее уха. - У меня было мало связей в последние годы, но я всегда предохранялся и регулярно проверялся...Она повернула лицо и подставила свои губы под его алчный поцелуй.- Я и не сомневалась в этом, - прошептала Саша ему в рот, а ее рука скользнула вниз, заканчивая стягивать его брюки и белье. - В тебе, - ее пальцы дрогнули, обхватив его напряженную и горячую плоть.Она так хотела его. Прямо сейчас.- Саша, - он застонал от этого касания, и нежно прикусил ее нижнюю губу.А потом его ладони приподняли ее бедра и член Тимофея толкнулся, проникая в нее. Это оказалось так хорошо, что она протяжно застонала. Сжав пальцы, он надавил, опуская Сашу на себя так, что оказался невероятно глубоко.Ей пришлось вцепиться в его плечи, чтоб сохранить равновесие. Она была на самом краю оргазма. Еще одно движение и...Но он замер, внимательно всматриваясь в нее. Саша видела, как выступил пот на лбу Тимофея, ощущала насколько напряжена каждая его мышца. Но он ждал.- Тебе не больно? - нежно спросил он, поймав ее взгляд.От его заботы, от такого внимания к ней, когда самому Тимофею настолько явно стоило титанических усилий сдерживаться, что-то надорвалось у Саши в душе. Нечто слишком большое и теплое затопило ее сердце.- Все просто великолепно, - прошептала она в ответ, обхватив его щеки руками, и ответила на поцелуй, которым он захватил ее губы. - Великолепно, - повторила Саша, пошевелив бедрами, чем вызвала его стон.И вот тут ей показалось, что его выдержка треснула. Обхватив ее со всей своей силой, Тимофей принялся неистово двигаться, все глубже погружаясь в нее. Заставляя Сашу ощущать себя нереальной, невесомой.Им должно было бы быть неудобно. Но оба не гнались в этот момент за комфортом, стремясь удовлетворить куда более сильную потребность. Она вцепилась в его плечи, а Тимофей держал ее, опираясь на спинку жалобно скрипящего под ними старого стула. Его губы целовали ее лицо, рот, шею. Он мучил ее грудь, делая наслаждение почти нестерпимым. И все же, Саша ошиблась - он продолжал сдерживать и контролировать себя, он думал о ней даже тогда, когда сам задыхался от потребности. И то и дело заставлял себя останавливаться, спрашивая ее о самочувствии.Саша не могла внятно говорить, но ее стоны и ответные движения, похоже, были достаточно красноречивы, заставляя Тимофея с новой силой целовать ее. И от такого его обращения, от такой ласки, граничащей с благоговением, она не выдержала. Тело Саши сжалось, обхватив его невероятно крепко, а потом она потерялась, разлетелась в сознании, ощущая, как крепкие руки Тимофея удерживают ее, как его губы выпивают ее крик удовольствия, и наполняют ее рот его стоном, когда Тимофей последовал за ней.В спальню они перебрались спустя какое-то время. Не заметив, едва не придавили Тихона, который возмущенно замяукал и, фыркнув в их сторону, выбежал из комнаты. Немного стыдясь, что согнала кота с нагретого места, которое он уже привык считать своей территорией, Саша все быстро отвлеклась и успокоилась. Слишком теплыми и уютными были объятия рассмеявшегося Тимофея. И чересчур хорошо оказалось закутаться в них, погружаясь в дрему, ощущая, как его губы целуют ее шею и покусывают ухо.А утром они оба проспали. Не катастрофично, но достаточно, чтобы подскочить с кровати и начать лихорадочно собираться. Но и, несмотря на суматоху, Тимофей проследил за тем, чтобы она выпила таблетки, и сам ввел ей новую ампулу препарата, не слушая ворчливых возражений "что уже ничего не болит"- В инструкции четко написана схема лечения, - сурово возразил он, делая укол. - А ты сама признавала, что раньше не применяла это лекарство, так что, не спорь.- Так и сказал бы, что просто нравится смотреть на мою попку, - пробурчала Саша в подушку, просто слишком устав за свою жизнь от инъекций и "схем".- Нравится, - голос Тимофея потеплел, и она ощутила, как он наклонился и нежно поцеловал ее спину между лопатками. - И я не хочу лишний раз тебя мучить. Но и лечиться надо нормально.Она зажмурилась от удовольствия и вздохнула, уже позабыв про секундную боль. Тимофей был прав. Просто в последнее время, махнув рукой на лечение, все равно не помогающее ей ни в чем, Саша сосредоточилась только на обезболивании. Вот и ворчала.Позавтракав на скорую руку хлопьями с молоком и пожарив омлет Тимофею, хмурящемуся при виде ее завтрака, Саша увязалась следом за ним в его дом, за бритвенными принадлежностями. Да только, видно судьба была такая у Тимофея, и сегодня пойти в амбулаторию небритым.Стоило им выйти на ее крыльцо, как их внимание привлекло ворчание Дика и тихое фырканье, доносящееся из-под скамьи, на которой они сидели позавчера вечером. Наклонившись, Саша с удивлением увидела ежика. Тот был еще довольно мал и прятался в тени, подозрительно косясь на всех вокруг.Ничего не понимая и удивляясь, что он не ушел ночью, Саша уже собиралась было обернуться за пояснением к Тимофею, как вдруг ежик неловко повернулся. И она заметила, что одна его лапка поранена и из раны торчит обломок косточки. Малыш просто не мог уйти, наверняка ему было больно. И потому, наверное, он остался у миски с молоком, которую Саша выставила на ночь.Осторожно протянув руку, она подхватила малыша под животик, ощущая, что Тимофей присел рядом, заинтересованный ее действиями. Ежик попытался свернуться в клубочек, но у него не вышло.- Смотри, - ощущая жалость и сострадание, она показала попискивающего малыша Тимофею, - у него лапка поломана...Саша осторожно погладила животик ежика и подняла глаза на Тимофея.Он смотрел на малыша с таким же сочувствием, как и она сама. А потом поднял глаза на Сашу. И вдруг нахмурился.- Нет, - заворчал он и покачал головой. - Я врач, а не ветеринар, женщина, - он с недовольством поджал губы. - Хочешь, отнесем его к ветеринару, здесь есть.Но она-то видела выражение его глаз.- Вряд ли его лапки так уж отличаются по анатомии, - Саша просяще смотрела на Тимофея. - Давай попробуем его вылечить, мне кажется, ветеринар даже не побеспокоиться о ежике, это же не дойная корова, в конце концов.Тимофей сердито вздохнул, но она не сомневалась, что угадала, никто бы там ежом не занимался.- Это природа, Саша, и есть такое понятие, как "естественный отбор", - все так же ворчливо пробормотал он, но протянул руку, рассматривая больную лапку ежика.- Но при чем тут перелом? - сделав вид, что не поняла намека, удивленно спросила она. И потянулась к Тимофею, прижавшись губами к его уху. - Ну, пожалуйста..., - прошептала она, нежно целуя его щеку и уголок рта.Тимофей фыркнул, показывая, что разгадал ее тактику, но тем не менее, выдохнул и пробормотал:- Ладно, - и забрал у нее ежика.Всю дорогу до амбулатории он ворчал себе под нос. Однако, в первую очередь занялся именно ежиком, с помощью Саши зашил и наложил тому подобие повязки и шины под удивленными взглядами медсестры и лаборантки. Даже пообещал Саше, что этот "ее питомец" должен скоро поправиться. А она была так благодарна за то, что Тимофей пошел ей навстречу, что искренне поцеловала его, ничуть не стесняясь наблюдения. И он остался явно доволен таким вознаграждением.