42 глава
«О'кей, френды. Теперь я хочу кое в
чем сознаться. Бабушка не дает мне
покоя с тех пор, как я поделилась с ней идеей написать автобиографический роман. Говорит, что хочет во что бы то
ни стало прочесть его. Я пообещала ей, что попробую осилить хотя бы главу - романтическую главу для бабушки - и я ее написала! Это ее вы только что прочли: она полна романтики, нежности и, я уверена, понравится моей бабушке. Пожалуй, я даже скажу ей, что именно так все и было. Но с вами-то я могу быть честна?
Вообще-то наша с Виолеттой встреча
произошла совершенно иначе. Хотите узнать, как все было на самом деле?»
За неделю до апелляционного суда,
вымотанная ожиданием и волнением за исход дела, я снова слезно попросила начальство тюрьмы о встрече с Виолеттой.
Секретарь Славы, ответила
в тот же день, но письмо было до того странным, что пришлось перечитать его несколько раз, чтобы вникнуть. Она написала, что с радостью передала бы просьбу Славе, но не сделает этого, так как Виолу освободили сегодня днем
сразу же после короткого заседания
апелляционного суда. Около полудня она покинула тюрьму, и дальнейшее ее пребывание ей неизвестно.
Я перевела взгляд за окно, в
сгущающиеся вечерние сумерки. От
тюрьмы до Питера два часа езды.
Виола уже давно успела бы приехать ко мне, если ее действительно выпустили.
Рука сама потянулась к телефону: если суд перенесли на сегодня и Виолетту оправдали, то мой отец узнал бы об этом первым. И тут телефон зазвонил
сам. Это был Денис, который сообщил, что они с Лерой приглашают меня на
вечеринку в честь их помолвки, и онсам заберет меня из ветгоспиталя, если я не возражаю. Часов около шести.
«Вечеринка! - подумала я. - Именно
сегодня, когда Виолу освободили».
Наконец-то все фрагменты сложились в картинку, и я с облегчением рассмеялась. Кое-кто решил устроить мне сюрприз! Что ж, тогда, черт побери, я сделаю вид, что не видела никакого письма от секретарши!
Вечеринка мало отличалась от той, что я описала в «Главе для бабушки»: были и выпивка, и танцы, и игры, и Дима,
плавающий по бассейну на надувной утке, и Лера с Денисом, совсем ошалевшие от любви
друг к другу.
Все было практически так же, за
исключением нескольких моментов:
1. На вечеринке было куда больше
пьяного народу и неприличных игр.
Как минимум весь пятый курс и покер на раздевание.
2. На ней не было Софии.
3. Я не предавалась ностальгии и
не сидела спокойно в уголке, томно
попивая мохито. Я едва дышала от
волнения. Я не могла расслабиться,
веселиться и играть в игры. Ведь
Виолетта уже на свободе! И как
минимум двое - Денис и Лера - об
этом знают (не поверю, что вечеринка и освобождение Виолы - простое совпадение!)
Я места себе не находила и больше
всего хотела наконец получить свой
«сюрприз»! Почему мне еще не подали его? Где она? Прячется в подсобке?
Сейчас вынырнет из бассейна? Или
выскочит из-за барной стойки с
красным бантом поперек груди?
- Маша, правда или действие? -
обратился ко мне Денис.
- Действие, - сказала я.
- Иди-ка на клубную яхту, которая
пришвартована у берега, покрути
рулевое колесо и крикни: «Я капитан Джек Воробей! Я люблю ром и золото! И я отправляюсь в кругосветное путешествие! Йо-хо-хо!»
Целый полк мурашек замаршировал вверх по моему позвоночнику. Ну
наконец-то!
Я вскочила с места и вылетела на
улицу. Залезла на палубу «Венди»,
крутанула рулевое колесо и завопила:
- Я капитан Джек Воробей! Я люблю
ром! И золото! И я отчаливаю прямо
сейчас! Ты со мной?!
Волнение перекрыло кислород. Даже парус «Венди» перестал качаться на ветру в ожидании того, что должно сейчас произойти. Просто обязано произойти. Виола ждет меня здесь!
Где же еще?! И сейчас она сойдет с
палубы «Дороти» и заключит меня в
объятия. Ведь ошибки быть не может.
Ее освобождение и эта вечеринка
совершенно точно взаимосвязаны.
- Я капитан Джек Воробей! -
прокричала я еще громче и обернулась вокруг своей оси, разглядывая волнующееся море.
Но ко мне никто не вышел. Никто мне не ответил. Лера, Денис и вся остальная компания таращились в окна и смеялись. Там, за окном, как ни в чем не бывало, продолжало литься пиво и продолжалось веселье.
К черту правду! К черту действие!
Просто объясните, почему Виолетта не здесь. Ведь она покинула тюрьму еще в полдень. Почти девять часов назад… Едва переставляя ноги от волнения, я вернулась в клуб, подошла к Лере и
шепнула ей:
- А почему Софа не здесь? Вы ведь
пригласили ее тоже? Она же никогда не пропускает твои вечеринки.
Лера только плечами пожала и
предположила, что у той очередная
фотосъемка. Или своя вечеринка. Или приятный вечер с другом…
- Вечер с другом? - охрипнув,
переспросила я. - Ты имеешь в виду
того доктора?…
- Ну кого же еще? - улыбнулась она
и побежала спасать подругу, которая
свалилась в бассейн.
Больше не в силах все это выдержать, я разыскала Дениса, сказала ему, что
очень устала и попросила вызвать
такси.
- Если только в программе не
намечается ничего интересного, -
многозначительно добавила я.
- Не хочу тебя расстраивать, но
стриптизеров не будет. - Денис громко расхохотался над собственной шуткой
и, убедившись, что я действительно
собралась домой, запустил в телефоне приложение по вызову такси. Я смотрела, как брат заказывает машину, и едва не плакала.
А что, если освобождение Виолетты скрыли от меня не для того, чтобы сделать сюрприз? Что, если произошло что-то плохое, и все просто боятся моей реакции? Что, если Виолетта не вышла
из здания суда, а была вынуждена
отправиться в больницу? Что, если она первым делом предпочла проведать кого-то другого? Что, если… Что, если…
Из машины такси я вышла, шатаясь,
как пьяная, хотя на вечеринке не
выпила ни капли. Я уже успела
позвонить отцу (он не взял трубку),
Виоле (ее телефон по-прежнему
был выключен) и даже зашла в
Инстаграм Софии, молясь не увидеть там фото с двумя бокалами вина и припиской «вечер в компании друга».
Никаких подозрительных фотографий я не увидела, но меня все равно захлестнула паника. Я наведалась в тот дом, где Виолетта и Лера снимали квартиру, и убедилась, что квартира пуста. Никого! Спустилась на подземную парковку: ее машина
находилась на том же самом месте, где стояла уже несколько месяцев, ожидая ее возвращения.
Я заглянула в «Теслу», желая
удостовериться, что Виолетта не лежит внутри, мечась от боли и запивая ее джином. Потом села на капот и разрыдалась.
Кто бы мог подумать, что в день
освобождения Виолетты вместо танцев и фейерверков у меня будет истерика на подземной парковке, слезы, которые я буду размазывать по лицу и одиночество - такое невыносимое, хоть
вешайся…
Болеметр стал легонько вибрировать, и меньше, чем через минуту, звонил мой
телефон. Я сползла с капота и побрела к своему дому, на ходу вытаскивая мобильный из сумки. Приняла звонок
и приложила телефон к мокрой от слез щеке, но так и не смогла выдавить ни слова.
- Ты цела? - запаниковала мама. - Где
ты? Ты уже приехала домой?
- Где Виолетта?! - всхлипнула я,
спотыкаясь на ступеньках. - Ее уже
нет в тюрьме, и я знаю об этом! Она
жива?! Она вышла оттуда сама или ее увезли в больницу?! Почему она не приехала ко мне?!
Я говорила так громко, что несколько дверей на этаже распахнулись и наружу начали выглядывать встревоженные соседи.
- Разве она не?… - начала мама и
осеклась.
- Ну же! Договаривай!
- Маша, я все расскажу, только,
бога ради, скажи, что ты цела!
Твой болеметр как с ума сошел и
сигнализирует, что ты как минимум
смертельно ранена!
- А я и ранена! Мне только что
вырвали сердце!
Я снова споткнулась и упала перед
своей дверью, разбивая об пол
колени. Телефон выпал из руки.
Голова закружилась, и показалось,
что я вот-вот потеряю сознание.
Меня окутала темнота, и почудилось, что я проваливаюсь куда-то глубоко под землю: сквозь бетон, сквозь перекрытия, сквозь этажи, сквозь чужие квартиры - в самый ад.
Распахнулась еще одна дверь, на этот раз совсем близко - аж волной воздуха обдало. Кто-то поднял меня рывком на ноги и прижал к груди. Чьи-то руки обхватили так крепко, что я едва.могла дышать. Чьи-то губы зашептали
на ухо: «Маша-Маша-Маша…»
- и это было уже не мое имя, а скорее
одна длинная молитва… Потом кто-то подобрал мой телефон, из которого продолжали звучать испуганные крики моей матери, и ответил ей:
- Это Виолетта. С ней все хорошо,Лена. Она со мной. Я перезвоню.
«Это со мной все хорошо?! Нет, со мной.все совсем не хорошо! И это правда.она, или у меня галлюцинации? И откуда она знает имя моей матери?
И как она поняла, что это она, если на экране моего телефона высвечивается надпись «Наркокурьер»?
Но вслух я ничего не смогла выдавить.Просто прижалась к груди Виолетты, сомкнула руки на ее шее и позволила унести меня в квартиру. Боже правый,
пусть дальше будет, что угодно, только не еще один обморок на ступеньках…
* * *
- Почему? Почему ты не сказала, что
сегодня состоялся суд? Почему я узнаю о том, что ты освобождена, от секретаря начальника тюрьмы, а не от тебя? - ревела я ей в шею, пока она переносила
меня через порог и ставила на ноги -
так аккуратно, будто мне еще никогда не приходилось ходить. - Почему?!
И тогда я увидела почему. На столе
стоял подсвечник с наполовину
оплавленными свечами, два столовых прибора и бутылка вина. Из колонок,что были подключены к макбуку Виолы, тихо-тихо звучала какая-то невыразимо красивая песня, и еще я уловила запах свежеприготовленной
еды - такой аппетитный, что пришлось сглотнуть слюну.
- Виолетта… - только и смогла
пробормотать я, чувствуя, как кровь
приливает к лицу. Глаза, ослепленные болью и отчаянием, наконец соизволили заметить, что Виола не только приготовила ужин, но и выглядела так, будто не из-за решетки только что выбралась, а вернулась со съемок. На ней была красивейшая темная рубашка и классные новые джинсы. Она готовилась к моему
приходу. Она хотела меня впечатлить…
- Предполагалось, что ты ни о чем не будешь подозревать, - пояснила
Виолетта. - Что вся эта нервотрепка
с апелляционным судом пройдет
без тебя. К чему нам новая порция
покалеченных охранников? -
улыбнулась она, стирая влагу с моих
щек. - И еще предполагалось, что
из ветеринарного госпиталя ты
отправишься на пару часов к Лере и
Денису, а у меня будет время привести себя в порядок и достойно встретить тебя… Твоя мама дала запасные ключи от твоей квартиры. Клянусь, я воспользовалась только твоей кухней, а пускать ли меня дальше - ты решишь сама. Вот такой был план. И если бы я
только представить могла, что секретарша может разрушить его одним пальцем, я бы давно приняла в клуб сообщников и
ее тоже… Когда ты узнала?
- Сегодня днем. Я попросила о
новой встрече, а она написала, что
тебя уже освободили… Сначала я
предположила, что ты будешь ждать
меня в дайвинг-клубе, но когда тебя
там не оказалось - я даже не знала,
что думать. Я чуть не двинулась,
раздумывая, куда ты могла отправиться…
- Куда же я еще могла отправиться,
Мария Смирнова? - вздохнула Виола, заключая меня в объятия. -
Сначала в свою квартиру поспать хотя бы пару часов… Я не спала всю ночь накануне суда… Потом в душ. Потом по магазинам, купить стейки, овощи и вино…
Впервые в жизни моя нервная система не могла решить, как именно следует отреагировать на сказанное: горько расплакаться или громко рассмеяться.
Боюсь, в результате я одновременно
делала и то, и другое, в то время как
Виолетта, покончив с объяснениями, наконец наклонилась и поцеловала
меня.