Я разобью твоё сердце

Шиганшина встретила прохладным ветром и голубым небом с большими, как сахарная вата, облаками. Постройки по большей части представляли собой невысокие пятиэтажные дома, в которых умещались как и жилые квартиры, так и уютные кафе с ресторанами. В одном из таких зданий расположился с виду непримечательный отель, однако, гордо носящий звание «пятизвёздочный». Внутри было просторно и светло, за ресепшеном обаятельно улыбалась администратор, особенно, мистеру Арлерту, а он, тем временем, не забывал улыбаться в ответ. Энни мысленно фыркнула, всё же придя к компромиссу в своей голове.

Армин Арлерт — бабник.

Получив ключи, они разошлись по своим номерам. О целях командировки Армин так ничего и не сказал, лишь упомянул, что ему необходимо встретиться с одним важным человеком. Об этом Энни и сообщила Райнеру по телефону.

Вечером Армин зашёл за ней и пригласил на ужин с тем самым важным человеком, сказав, что сегодня будет неформальная встреча. Такую возможность, Энни упустить, конечно же, не могла. Да и любопытство, обычно ей не присущее, вдруг заиграло в груди. Мистер Арлерт даже принарядился для такого мероприятия: белоснежная рубашка, галстук, часы на запястье и чёрные брюки. Энни же переоделась в простой нежно-голубой сарафан, взятый на всякий случай.

А всякий случай оказался девушкой.

Красивой, голубоглазой, маленькой девушкой. Важный человек значит… И зачем тут она? Настроение из приподнятого вмиг стало хмурым и оборонительным. Энни недовольно покосилась на Армина, окончательно запутавшись в его поступках.

— Мисс Леонхарт, познакомьтесь с моей давней подругой и партнёром по бизнесу Хисторией Рейсс.

— Хистория, это Энни — моя помощница.

Энни хотела спросить, а не многовато-ли у него подруг развелось? Но вместо этого вежливо поздоровалась. Когда эмоции утихли, она вспомнила, зачем здесь присутствует, и напрягла память. Хистория Рейсс, кажется, это была дочь крупного бизнесмена, занимающегося производством мяса.

— Армин! Как я рада тебя видеть! — Хистория крепко обняла Армина и звонко поцеловала в щёку, вызвав у Энни рвотный рефлекс.

Серьёзно, зачем она здесь? Посмотреть на счастливое воссоединение двух друзей? Или не друзей? Или Армин хочет таким способом показать, что совсем не переживает её отказ? Энни удержалась от желания выпить залпом бокал шампанского и лишь слегка пригубила его. Хистория что-то рассказывала о своих путешествиях, впечатлениях и прочей ерунде.

Когда речь, наконец-то, зашла о работе, Энни готова была сбежать в свой номер. Как выяснилось, у Хистории была своя пиар-компания, явно основанная не без помощи отца, но да ладно. Девушке стоило отдать должное: она отлично держалась на плаву, поэтому к ней было весьма трудно попасть, но только не Армину Арлерту.

— Мы сейчас готовим новое направление по доставке и очень надеемся на твою помощь.

Армин в общих чертах обрисовал свою задумку, а Энни запомнила каждое слово. Спустя четверть часа Хистория попрощалась, но пообещала встретиться на следующий день для обсуждения деталей. С её уходом дышать стало легче.

— А у вас много знакомых, — осторожно заметила Энни.

— Так вышло, что мы учились вместе. Я же вырос здесь. Мой старый дом был у пристани, мы часто гуляли по ней вместе с Эреном и Микасой.

— Почему переехали?

— Мой дедушка основал компанию и перебрался в столицу, ну а я вместе с ним.

— А родители?

Армин грустно улыбнулся: — их не стало, когда я был совсем маленьким.

Энни другим взглядом посмотрела на него и, поддавшись порыву, коснулась руки. Своих настоящих родителей она никогда не видела, знает лишь, что в младенчестве её удочерил человек, которого она сейчас зовёт отцом. Наверное, она должна быть благодарна, хоть её жизнь не всегда складывалась лучшим образом.

Армин заказал ещё выпить и закусок. Он посмотрел на Энни долгим взглядом и спросил:

— А что вы расскажете о себе?

— Я?

— Вы кажетесь мне загадочной личностью.

О, знал бы он насколько.

— Я не знаю, что рассказать о себе.

— Тогда я спрошу: почему вычислительная математика?

— Так вы читали анкету, я думала, что посмотрели её для вида, — Энни усмехнулась. — Это единственная вещь, в которой я сильна. Был, конечно, вариант пойти по стопам отца, но на жизнь этим особо не заработаешь.

— А чем занимается ваш отец?

— Он тренер по борьбе.

Энни посмотрела в глаза Армину, ожидая реакции, которая не заставила себя ждать. Он приоткрыл рот в удивлении.

— То есть вы…

— То есть я могу надрать зад любому мужику в два раза больше себя.

И тут случилось кое-что совсем неожиданное. Энни Леонхарт улыбнулась: самодовольно, даже гордо, выбив из лёгких Армина весь воздух. Он впервые видел, чтобы эта хмурая девушка улыбалась.

На следующий день Хистория пришла на встречу вместе со своей помощницей. Почти до самого вечера они все вместе обсуждали план по продвижению нового направления, а после Армин позвал всех в бар. Энни слишком хорошо помнила, чем закончилась последняя такая попойка, а потому пообещала себе больше не напиваться в присутствии Арлерта.

Как бы не так.

В баре она увидела человека, которого не хотела видеть никогда в своей жизни, но у судьбы было слишком извращённое чувство юмора. За барной стойкой сидел Бертольд Гувер — её первая и последняя любовь, по совместительству, лучший друг Райнера. Внутренний голос подсказывал, что без вмешательства Брауна здесь не обошлось. Всё же они работали вместе.

Мыслями Энни вернулась в прошлое, в те беззаботные школьные дни, когда она носила дырявые колготки и тяжёлые цепи. Их всегда было трое: она, Райнер и Бертольд. Они жили по соседству и выросли вместе в не самом хорошем районе Митры. В какой-то момент Бертольд начал проявлять знаки внимания: угощал обедом, предлагал понести рюкзак, делился своими мыслями и… чувствами. Они начали встречаться спонтанно, впервые поцеловавшись на какой-то тусовке. Бертольд был простым и надёжным человеком, но застенчивым и немного замкнутым. Рядом с ним Энни чувствовала себя нужной, желанной. Рядом с ним Энни узнала, что значит быть не одной.

Так продолжалось до выпуска из школы. Они поступили в разные университеты, разошлись по новым компаниям; встречи сократились, переписки угасли. Такое бывает, наверное. В какой-то момент одиночество укрыло девушку собой тяжёлым одеялом, а в душе начались заморозки. Пожалуй, она слишком сильно цеплялась за другого человека, забывая, что жизнь — вокруг, а не в ком-то.

— Всё в порядке? — спросил Армин, заметив её потухший взгляд.

— Я слишком мало выпила, чтобы говорить об этом. Мне надо выйти.

Энни вышла на свежий воздух и обняла себя за плечи; она думала, что давно пережила прошлое, что больше болеть не будет, но забыла, что шрамы всегда ноют в непогоду.

— Энни?

Ну, конечно.

— Чего тебе?

— Не ожидал тебя здесь увидеть, с кем ты?

— А то ты не знаешь? — раздражённо ответила она.

— Прости. Райнер попросил меня… Ладно. Я… рад тебя увидеть.

Энни ничего не ответила, не любила она такие встречи: всё равно, что с покойником. Неловкие разговоры, болезненные воспоминания и щенячьи взгляды. Уж лучше Армин со своей подружкой.

— Передай Райнеру, что всё под контролем, а я пойду.

Останавливать её Бертольд не стал. Когда Энни вернулась, то Хистория и её помощница уже уходили. А вот Армин выглядел крайне задумчивым.

— Ваш знакомый? — спросил он, когда они остались вдвоём.

— Можно и так сказать.

— Вы расстроены.

— Вам кажется. Давайте лучше выпьем.

Спорить Армин не стал, да и болтать без умолку тоже. Если честно, то Энни было плевать, ей просто хотелось забыться и забыть. В баре играла приятная музыка, кажется, это была виниловая пластинка; мягко и тепло горел приглушённый свет. В моменте Армин предложил потанцевать и протянул раскрытую ладонь. Энни недоверчиво на неё посмотрела, ей хотелось согласиться, но не хотелось обжечься. Всё их странное общение ураганом проходилось по сердцу.

И всё же плевать.

Он мягко обнял её за талию, бережно прижимая к себе, уткнулся носом в макушку. Энни позволила себе прижаться лбом к его груди и закрыть глаза. Музыка лилась медленной уютной мелодией.