Запрещённая страсть

ОБИ

Выгодные мы с Аароном провели вместе. То есть, на самом деле, вместе, как бы это для меня еще дико не звучало. Сказать, что все это было в новинку — ничего не сказать. Если пару недель назад я думала, что больше, чем раздражение и злость он вызывать у меня не мог, то сейчас ситуация изменилась в корни и я поняла, что все время себя обманывала. Не признавая свои чувства к этому мужчине, делала только хуже. А может не признавала, потому что не верила в реалистичность своих мыслей.

Мы даже из дома не выходили — просто не хотели. Смотрели фильмы, подолгу спорили, а потом... Господи, даже стыдно вспоминать о том, что было потом. Мне удалось забыть обо всем, что последние недели не давало мне покоя. Аарон Блейк обладал невероятным талантом, заполнять собой мою голову целиком и полностью. Его хриплый голос, низкий смех или уверенные касания заставляли мозг плавиться и превращаться во влюбленную дурочку, что даже слова нормально выговорить не могла. Мы так резко перескочили с ненависти на «мир», что я просто не знала, как реагировать на этого мужчину. Он же, как всегда, казался вполне уверенным, но теперь эта черта его характера не вызывала раздражения. Говорю же, все очень странно!

В воскресенье вечером Блейк уехал к себе домой, а я искренне этому обрадовалась, так как мне необходимо было время, чтобы все хорошенько обдумать. Собственное поведение мне очень не нравилось, когда я рядом с этим мужчиной, поэтому вечер в горячей воде и с игристым в руке хоть и не исправил всю ситуацию, но помог немного отвлечься. Тем же вечером Аарон написал мне сообщение о том, что завтра я могу приехать, чтобы написать заявление об увольнении. И если считал, что я пущу эту ситуацию на самотек, то он глубоко ошибался. Да, я согласилась играть по его правилам, но лишь для того, чтобы Блейк ничего не заподозрил и не исключил меня из игры преждевременно. То, как он каждый раз сжимал челюсти или темнел его взгляд, когда речь заходила о моем отце, мне жутко не нравилось. Вспомнилась забытая вражда в начале их сотрудничества, что вызвало еще больше вопросов. Неужели Блейк думает, что в фирме отца мне может быть небезопасно? Бред же.

Я согласилась написать это заявление и как попросил Аарон, ничего не говорить отцу об нашем разговоре, поэтому в понедельник утром направилась в офис.

Нервировало даже то, что мне хотелось выглядеть соблазнительно для него. Только в последний момент я заставила себя снять ту чертову короткую юбку, что при каждом шаге открывала вид на резинку чулок и одеть что-то более длинное. На зло себе, приправила все это плотной блузкой, застегнутой до самого горла. Довольная феминистка во мне радостно визжала, пока я ехала в такси, пока шла к лифту и даже, когда открывала дверь кабинета Аарона. Ровно до того момента я была довольна собой, пока не переступила порог и вместо мужчины увидела совсем неплохую женскую задницу. В тот момент феминистку грубо оттолкнула реалистка и начала жалобно скулить и просить те самые чулки с сексуальной стрелкой вдоль задней части ноги.

— Ты! — почти что прошипела она, резко повернувшись в мою сторону. Скорее всего, сбоку мы выглядели, как двое убийц с дикого запада, готовые в любую секунду напасть первыми, нервно шевелили пальцами на руках, сжимая воображаемое оружие. Одновременно хотелось засмеяться истерически и сломать что-то. Странно, говорю же. — Как же ты мне надоела...

Пфффф, а она, подумаете, своим светом озарила мою мрачную жизнь? Резких движений делать я не стала, хотя так и хотелось поставить ее на место. Лишь по двух причинах: я до сих пор не знала, поставил ли Аарон точку между ними (что заставило меня впервые хорошенько задуматься о своей глупости) и почему-то на подсознательном уровне чувствовала свое превосходство, то ли из-за ее неуверенности в глазах, то ли из-за жгучей безысходности. Что-то мне подсказывало, что Блейк еще с того вечера, как я подвернула ногу возле ресторана, определился с ее «судьбой». Да, и жаль мне было эту девушку, что наверняка сейчас унижалась, прийдя к Аарону Блейку в офис. К моему мужчине... Оххх, как звучит!

Ответить я все-таки не успела, ведь стоило открыть рот, как за дверью послышались тяжелые уверенные шаги. Аарон вошел, как всегда, почти бесшумно, но при этом очень ощутимо. Видели бы вы лицо этого мужчины, как только он узрел нас двоих в своем кабинете. Уже во второй раз за десять минут мне захотелось истерически захохотать.

В общем, с каждой секундой тишины посмеяться хотелось все меньше. Я понимала, что гневный взгляд Аарона совсем не на меня направлен, но по телу все равно бежали мурашки. Господи, какой же он красивый!

— Оби, выйди, пожалуйста. — уже хотела победно улыбнуться, но в следующую секунду до меня дошел смысл слов, и улыбка померкла. У этой выдры, так вообще все оттенки радости и безграничного счастья блистали на лице, переполненном несколькими слоями косметики. Так и хотелось расцарапать довольную рожу.

Перевела на мужчину взгляд, полный недоумения, но он в упор не желал смотреть на меня. В груди что-то предательски кольнуло, да так, что воздух невозможно было вдохнуть. Казалось, внутри больше нет места. Неужели он и вправду никакую точку не поставил? Сейчас скажет, что берет на мое место эту женщину, а то, что было — все мираж. Глупая фантазия. От этой мысли так больно стало, что я даже и слова вымолвить не могла.

«Не делай поспешных выводов, Оби» — повторяла, как мантру, пока пораженно закрывала за собой дверь в прихожую.

В горле моментально пересохло, и перед тем, как убежать из этой комнаты, подошла к кулеру, чтобы набрать воды. Руки дрожали, пока сознание подкидывало новые картинки возможных развитий событий за стеной.

Сделала уже первый шаг к выходу, но резко остановилась. За дверью послышались четкие слова, что долетали и до меня сквозь неплотно закрытую дверь. Не смогла уйти. Как последняя мазохистка впитывала в себя каждую фразу.

— Зачем пришла? — спросил резко и очень гневно.

— Что значит «зачем»? Понимаю, Аарон, что в нашу последнюю встречу ты был на взводе. Это глупо, ведь мы идеально подходим друг...

— Закрой рот, Адриана. — оборвал ее и я машинально представила синие глаза, в который пляшет гнев. Брови сдвинуты на переносице и губы сложены в тонкую полоску. — Не унижайся. Скажу тебе одно: если еще раз ты придешь сюда без разрешения, я дам охране твою фотографию, поняла?

— Это из-за нее, да? — почти что проскулила она и мне почему-то стало жаль ее. Если эта самая Адриана была тоже влюблена в Блейка, я могла лишь представить, как ранили его слова. Если бы он так сказал мне когда-то, это бы разбило мое сердце. И все равно, как пафосно звучала фраза.

— Это не твое дело. Уходи, пока я не вызвал охрану, потому что мне бы не хотелось заканчивать все «вот так».

— Из-за нее? — она плакала что ли? — Скажи мне! Неужели это правда?!

— Да! — не выдержал он, начиная повышать голос, а я даже дыхание задержала, в ожидании следующей фразы. — Я люблю ее... — пауза. — Уходи.

Минута и дверь резко открылась, ударяясь об противоположную стену. На лице той самой Адрианы, что вышла следом, виднелись потеки от слез. Я бы даже заметила с какой ненавистью она смотрела на меня, если бы голове не звучали слова Аарона. «Я люблю ее!» — он, на самом деле сказал это?

Она пронеслась, как вихрь и скрылась за поворотом, а внутри помещения воцарилась такая ошеломляющая тишина, что было слышно даже мое быстрое сердцебиение. Он сказал это... Я люблю...

На дрожащих ногах я вошла в кабинет Аарона, что в тот момент был повернут ко мне спиной. И хотя не видела его лица, могла с уверенностью сказать, что сейчас он совсем уже не злился. Обернулся медленно и посмотрел таким взглядом глубоким, что я закусила дрожащую губу, чтобы окончательно не расплакаться перед ним. Глаза наполнились предательской влагой из-за чего мне пришлось часто-часто заморгать.

— Извини за этот цирк. — тихо сказал он, подходя ближе. — Ты что, плачешь?

— Нет...

— Все слышала? — взял мое лицо в свои руки и поднял его, чтобы посмотреть в глаза, которые я предусмотрительно опустила, не желая показывать собственную сентиментальность. Кивнула, а на губах Аарона заиграла мальчишеская улыбка, обнажившая ряд белых зубов и я сама не удержалась. Улыбалась сквозь пелену слез. — Это правда, Оби.

Нежно коснулся своими горячими губами моих, но не спешил действовать. Он словно пробовал их на вкус и тем самым, предоставляя мне свободу действий. А я ничего не могла поделать, кроме как ответить ему взаимностью во всех смыслах этого слова. Впервые, без стеснения, делала то, что хотела: прочертила контур пухлых губ языком и втянув нижнюю в рот, тихо застонала от удовольствия.

— Я люблю тебя. — сказала тихо, продолжая поцелуй. Теперь он воспринимался мною совсем по-другому.

— Привет! — слишком торопливо и громко проговорила в трубку то ли от волнения, то ли от еще чего-то. Странно, но я на самом деле волновалась, когда набирала номер Аарона.

— Привет, Оби. Ты на громкой связи.

— На громкой? — растерянно спросила я. — Ты не один?

— Нет, со мной Джейсон. — весело отвечает мужчина и я против воли представляю мальчишескую улыбку, обнажившую ряд белых зубов. На заднем фоне слышу приветствие брата Аарона и отвечаю ему тем же.

— Так вы приедете вдвоем? — волнение скрыть полностью не удалось.

— Нет, я слишком голоден, чтобы ждать, пока этот болван уберется из твоей квартиры. — прямо сказал Блейк и мне очень уж сильно захотелось треснуть его чем-нибудь тяжелым. Уши и щеки начали гореть от прямого намека в его словах. Придурок.

— Оби, не открывай ему, он одичал за эти семь дней! — закричал на заднем плане Джейсон и я начинаю смеяться, а внутри разливается тепло от того, какие хорошие отношения у этих двоих. Я рада, что у Аарона есть такой брат. — Ауч!

— Ладно, детка, я сейчас выкину его из тачки и приеду к тебе. У тебя ведь все хорошо?

— Да, да, все отлично. Просто соскучилась.

— Я тоже, родная. — улыбаюсь еще шире, пока брат Аарона бурчит о том, что сейчас его стошнит и совсем не узнает своего старого и доброго Блейка. Да, я и сама не узнаю его в последнее время, но мне это нравится. — Скоро буду.

Отключив телефон, я еще некоторое время пребывала в прострации, прокручивая в голове наш разговор. Мне было до одури приятно воспроизводить его низкий тембр голоса и то, как он растягивает вкусно мое имя. Безумно соскучилась за эти семь дней, что Аарон был в командировке. Нам оставались лишь скупые разговоры по телефону, что совсем меня не удовлетворяли. То есть, нет, удовлетворяли, но не полностью. Короче говоря, этого было мало.

Сотый раз за вечер поправила столовые приборы и тарелки, повернула вазу с цветами и положила еще немного фруктов на стол. Немного приспустила чулки, чтобы черная резинка соблазнительно выглядывала из-под подола облегающего платья и еще раз уложила волосы, придавая им объем.

Неожиданный стук в дверь заставил меня подпрыгнуть на месте, словно воровка пойманная на горячем. Сердце бросилось вскачь, пытаясь пробить грудную клетку и я на нетвердых ногах поплелась к двери. Такое впечатление, что мы не виделись целую вечность. Как будто меня полностью лишили кислорода на семь дней, заставляя вдыхать углекислый газ.

В голову пришла идея детской шалости от чего не сумела сдержать дражливую усмешку. Заглянула в дверной глазок, но из головы все вылетело, стоило увидеть Аарона. Черная рубашка и такие же брюки в сочетании со смуглой кожей и темными волосами, вызвали целый взрыв внизу живота. Все мое естество откликнулось на него нестерпимой истомой.

Резко открыв дверь, я больше физически не могла ждать. Плевать на ужин и мой внешний вил, над которым я трудилась два с половиной часа. Плевать на все, когда он так близко.

— Привет, дет...

Договорить я ему не дала, резко притягивая к себе за предплечье. Аарон с легкостью поддался не без удивления на лице и вскоре я получила такой желанный глоток воздуха. Целовала его с напором и страстью, как будто в последний раз. Вкладывала в поцелуй не только страсть и вожделение, но всю любовь, что чувствовала сейчас. Застонала от удовольствия, когда после небольшой заминки, Блейк взял все в свои руки... или губы. Он начал привычно доминировать и подчинять себе, а я млела от этого и с каждой секундой желала большего.

Торопливо подняла руки к пуговицам и буквально оторвала их, вдыхая аромат его кожи и сексуальную удивленную ухмылку.

— Неужели так соскучилась? — зарычал мужчина, прижимая меня всем телом к стене. Заставил обвить ногами торс резким движением, что я с удовольствием и сделала, нарочно потираясь о пах. — Ты сведешь меня с ума, Оби... — прошипел он сквозь зубы, словно дикая кошка.

— Не могу больше ждать... — шепчу ему в шею, оставляя красный кровоподтек над ключицей. Теперь этот пошлый жест стал моим любимым. Глупо пометила территорию. И пусть кто-то посмеет мне сказать, что это некрасиво. — Я приготовила романтический ужин... — вдруг вспомнила.

— К черту ужин. — хрипит он. — Я пожалуй начну с десерта!