Глава 9
– В нашем случае все не так, – отрезал Рейф. – Поэтому дай сюда руку.
Господи, он был не чувствительнее, чем скала!
– Шаан!
Проклятье. Девушка робко протянула руку и безмолвно уставилась на кольцо, которое Рейф быстрым движением надел на безымянный палец ее левой руки. Темный камень, казалось, дразнил ее своим мерцанием. Он бесцеремонно улегся рядом с простым тоненьким колечком, которое Рейф надел ей на палец во время бракосочетания.
– Пошли, – бросил Рейф, не оборачиваясь, и двинулся к выходу из спальни.
Это был какой-то кошмар. Весь последующий вечер казался Шаан воплощением страшного сна. Сначала бесконечная, изнурительная череда теплых поздравлений и ответных благодарственных улыбок, потом – еще хуже – откровенно любопытные взгляды, из которых явствовало, что все присутствующие прекрасно знали, что Рейф женился на невесте своего младшего брата.
В довершение всего с того самого момента, когда они ступили на порог роскошного фойе одного из самых дорогих ресторанов Гонконга, Шаан чувствовала, что принадлежит совсем к другому кругу, чем все остальные гости.
Всего на встрече было четыре пары, включая Рейфа и Шаан. Все – англичане, эмигрировавшие в Гонконг. И все они принадлежали к тому же классу, что и Рейф. Неспособная участвовать в утонченной беседе умных и искушенных в жизни людей, Шаан чувствовала себя неуютно.
Мужчины оказались блестящими собеседниками. Аура власти и успеха, которая окружала их, распространялась и на их спутниц. Это были красивые, безупречно стильно и дорого одетые особы, тонко улыбавшиеся и мгновенно реагировавшие на остроумные замечания своих кавалеров.
Не удивительно, что Рейф приложил столько усилий, чтобы Шаан была одета соответствующим образом. Но все равно, по сравнению с этими женщинами, она ощущала себя совсем юной и неуклюжей, хотя, как она заметила, присутствовавшие вовсе не пытались заставить ее чувствовать себя подобным образом. Наоборот, дамы даже старались помочь девушке понять, что она одна из них. Их улыбки, когда они обращались к ней, были столь же теплыми и искренними, как и вопросы, которые они задавали, пытаясь вовлечь Шаан в свои изысканные разговоры.
Но она только робела и мучительно напрягалась, чтобы произнести хоть несколько слов. Присутствие Рейфа не смягчало ее неловкости. Ведь он тоже был для нее незнакомцем, как и эти люди.
Но когда все стояли вместе и угощались коктейлями, Рейф обвил рукой ее изящную талию, и Шаан на какое-то время ощутила, как спадает внутреннее напряжение благодаря чувству защищенности и поддержки, которое исходило от прикосновения его руки.
Подбадривали девушку и теплые улыбки, что время от времени посылал ей Рейф. А когда разлили шампанское и все поднялись, чтобы поздравить их, Рейф встал напротив Шаан и не отрывал от нее выразительный взгляд своих серых глаз, отчего в душе девушки возникло странное смятение. Рейф подождал, пока она сделает глоток из своего бокала, а потом наклонился и поцеловал ее.
Ощущение его теплых, чувственных губ вызвало у Шаан дрожь изумления. Она понимала, что Рейф всего лишь играет роль счастливого новобрачного, но вдруг со страхом осознала, что этот недолгий поцелуй был ей приятен. Поцелуй человека, чьи губы ей совершенно незнакомы...
«Разница во времени и смятение чувств как ее следствие», – в который уже раз пронеслось в ее мозгу, и Шаан опустила глаза, чтобы никто не увидел, что с ней творится. Конечно, только разницей во времени можно объяснить эту слабость в ногах и неведомое прежде внутреннее напряжение.
Но тут девушка вспомнила, что и раньше испытывала нечто подобное – в тот день, когда ее представили Рейфу как невесту его брата. Тогда ей показалось, что она испытала мощный удар тока, так мучителен был страх, который буквально рвал ее на части...
А Пирс... Пирс тогда торжествующе улыбался, обнимая ее. И вдруг сейчас Шаан поняла, что эта радость не имела ничего общего с ней лично. Просто Пирс был счастлив, что выиграл в той тайной борьбе со старшим братом, в которой была замешана Мэдлин...
– Шаан!
Девушка подняла глаза, в которых на этот раз были горечь и презрение к бывшему жениху. Рейф все понял и тотчас, обняв ее за талию, настойчиво притянул к себе. Его глаза сверкнули, и он закрыл ей рот своими губами при абсолютном безмолвии «зрителей».
– Забудь его, – злобно выдохнул он, коснувшись губами уха Шаан. – Пирс больше не твой, нечего мечтать о нем!
Мучительно покраснев и испытывая крайнее смущение от такого напора, Шаан прошептала:
– Но я не...
– Думаю, нам нужно побыстрее накормить и отпустить этих двоих, – шутливо заметил кто-то из гостей.