Глава 15
Ужин! Опять ужин с незнакомыми людьми! И с Рейфом, когда он в таком настроении.
– Проклятье! – выдохнула Шаан, в который раз пытаясь уложить волосы в аккуратный пучок. В конце концов девушка бессильно опустила руки и печально уставилась на свое отражение в зеркале.
На ней было платье, одно из тех, что купил Рейф в Гонконге, из натурального темно-оранжевого шелка. Ткань чувственно облегала каждый изгиб ее стройной фигуры. Платье было отделано черным кантом и украшено вышивкой из золотых нитей. Распущенные черные волосы придавали ей таинственный экзотический вид.
Совершенно неожиданно для себя Шаан поняла, что в зеркале она видит женщину, которая буквально каждой клеточкой излучает соблазн...
Она не может пойти в таком виде. Пальцы девушки потянулись к высокому вороту платья, чтобы расстегнуть его.
Что же с ней произошло? Шаан замерла, глядя на свое отражение. Куда делся тот кроткий робкий мышонок, которым она была до недавнего времени? Почему из всех нарядов, висевших в шкафу, она выбрала самое вызывающее платье?
«Я не знаю, – ответила она сама себе. – Даже не знаю, кто я или что теперь собой представляю!»
– Шаан! – Как всегда, при звуке этого резкого, нетерпеливого голоса, который, казалось, пронзал ее насквозь, она вздрогнула.
Снова Рейф командовал ею. Девушка вздохнула.
Дрогнувшие пальцы выпустили воротник платья, и вместо того, чтобы стянуть с себя этот наряд, Шаан медленно двинулась в комнату, бросив напоследок беспомощный взгляд на свое отражение и молясь в душе, чтобы Рейф не разглядел в ней то, что заметила она сама.
Рейф разглядел. Наверняка разглядел, потому что его холодные серые глаза злобно сверкнули.
Вслух же он лишь осведомился:
– Теперь мы можем идти? – Но таким саркастическим тоном, что Шаан безумно захотелось ударить его.
«Какого черта? – раздраженно думала девушка. – Ведь Рейф сам настаивал, чтобы я померила в магазине это проклятое платье! И не кто иной, как он, создал этого нового монстра по имени Шаан Дэнверс, который совсем не походит на прежнюю Шаан! Вот пусть теперь и терпит!»
Все это пронеслось в сознании Шаан, пока она шла за Рейфом к выходу, испытывая нервную дрожь во всем теле.
Рейф молча распахнул дверь и пропустил девушку вперед.
Она прошла мимо него с высоко поднятой головой. В ее черных глазах сверкал явный вызов. К тому времени, как Рейф запер номер, она уже подошла к лифту.
– Где ты была весь день? – спросил вдруг он.
– Иди к черту, – процедила Шаан. – У нас была возможность объясниться, ты ее упустил. Другой не будет.
– Скажи, по крайней мере, с кем ты была!
– Нет.
Двери лифта распахнулись. Шаан вошла в кабину и отвернулась, уставившись в стену, не обращая внимания на Рейфа.
Лифт тронулся. Они были одни в кабине, и напряжение между ними все росло и росло, заполняя целиком маленькое пространство кабины.
– В твоем сообщении говорилось только, что ты отправилась на экскурсию с какими-то новыми друзьями, – проворчал Рейф.
«В твоей записке было сказано и того меньше», – подумала девушка.
– Что за новые друзья? Тишина.
– Где ты с ними познакомилась? Шаан молчала. Но ее сердце сжалось, потому что она чувствовала переполнявшие его злость и разочарование.
– Это был мужчина?
– Да! – взорвалась Шаан. – Это был мужчина! Американец с чудесными манерами, внимательный до безрассудства! И он все время улыбался! А это намного приятнее, чем постоянные саркастические ухмылки и злобные взгляды!
Внезапно Рейф протянул руку, нажал на кнопку остановки лифта и резко повернулся лицом к Шаан.
– А теперь послушай, – прошипел он, опуская тяжелые ладони на плечи девушки. – Ты сейчас сердита. Я тоже. Нам нужно поговорить, но мы не можем этого сделать сейчас... И поверь, мне очень важно, чтобы у людей создалось впечатление о нас как о счастливой паре, понимаешь?
– Да. – Шаан отказывалась смотреть ему в лицо. Ее взгляд метался по стенкам кабины, пытаясь на чем-нибудь остановиться.
Внутри девушки все трепетало от непреодолимого желания освободиться от чего-то, может быть даже, от всего. Ее истерика прошлой ночью казалась теперь лишь каплей в море по сравнению с тем, что она ощущала сейчас. Ярость из-за того, насколько грубо и бесцеремонно обошелся с ней Пирс. Искреннее негодование на то, как ловко Рейф занял место своего брата, изобразив из себя рыцаря, спасающего девушку с разбитым сердцем! А потом... потом секс. «Головокружительный секс», – назвал его Рейф. «Восхитительный и незабываемый!» Значит, она не сможет забыть об этом сексе?
Или о Мэдлин... Это милое голубоглазое и светловолосое создание превратило ее жизнь в настоящий кошмар.
– Шаан...
– Прекрати это! – огрызнулась она, на какое-то мгновение встретившись с ним глазами, но тут же поспешно отводя взгляд.
– Прекратить что?
– Прекрати произносить мое имя тоном бонны, которая собирается сделать выговор ребенку! – Шаан с трудом сдерживалась, чтобы тут же, немедленно не излить на него весь свой гнев и возмущение.
Рейф нахмурился.
– Разве я говорю так?
– Постоянно.
– И тебе это не нравится?
– Нет.
– Тогда прошу прощения, – натянуто произнес он.
– Я уж думала, что никогда не дождусь этого, – проворчала Шаан, понимая, что сейчас действительно ведет себя словно ребенок, которому нужно сделать строгий выговор.
Рейф, наверное, подумал то же самое, потому что вдруг тяжело вздохнул, словно пытаясь овладеть собой.
– Думаю, нам лучше поехать, – мрачно проговорил он, – пока наш разговор не перерос в настоящую схватку.
– Как, снова? – дерзко заметила девушка. – Мне кажется, что не далее, как вчера ночью, у нас уже была одна схватка.
Лицо Рейфа моментально напряглось. Колкость Шаан достигла цели, но ей тут же стало стыдно своих слов.
Потом он двинулся к ней.
Схватив девушку за талию, Рейф прижал ее к стенке лифта, раньше чем она успела что-нибудь сделать. Глаза Шаан широко раскрылись, и в их глубине читалась неприкрытая тревога. Тревога неизвестности...
– Послушай... я сожалею о том, что случилось прошлой ночью, – наконец произнес Рейф. – Я не хотел обидеть тебя. И если ты этого не заметила, то знай: я и сам переживаю все, что произошло.
– Я... – Шаан вдруг ощутила раскаяние. – Я не понимаю, почему... из-за чего ты был тогда так сердит, – объяснила она, с трудом выговаривая слова.
Рейф коснулся пальцами ее щеки, и в этом жесте была поразительная, неподдельная нежность.
– Но ты здесь ни при чем. Я была зол на себя за то, что потерял над собой контроль.
– Я думала, что ты просто хотел видеть на моем месте Мэдлин.
Рейф закрыл глаза. Губы его сжались, а мощная грудь начала тяжело вздыматься.
– О, дьявол! – выдохнул он и посмотрел на девушку. – Шаан... При чем тут Мэдлин?..
– Нет! – Девушка поспешно закрыла рот Рейфа своими пальчиками. – Пожалуйста, не надо, – прошептала она, и в ее глазах блеснули слезы. – Я не вынесу, если... Думаю, нам лучше забыть обо всем случившемся и поехать на ужин...
Некоторое время Рейф смотрел на Шаан. Он заметил и слезы, которые навернулись ей на глаза, и дрожащие губы... А потом накрыл ладонью ее пальцы, до сих пор прикрывавшие его рот.
И вдруг хрипло пробормотал:
– Ты красивая глупышка. – И наклонился, чтобы поцеловать ее.
«Он мне говорил уже это однажды», – смутно пронеслось в сознании Шаан, когда она разомкнула свои губы, уступая его губам...
– Забудь о Мэдлин, – прошептал он, оторвавшись наконец от нее. – Я уже забыл.
«Так же, как и я вдруг осознала, что забыла Пирса?» – думала девушка, ощущая, как лучик надежды пробился в ее душу.
Надежды на что? Она не знала. И не хотела искать ответа на этот вопрос, потому что... вдруг снова почувствовала его глубоко внутри себя и отчаянно захотела, чтобы это чувство воплотилось в реальность...
– Нам действительно очень важно встретиться с этими людьми? – услышала Шаан свой хриплый шепот. – Я могу сослаться на головную боль, а ты сможешь положить меня в постель и укрыть одеялом так, как только ты это умеешь...
Рейф тихонько усмехнулся, и его руки скользнули вниз по ее бедрам, чувственно прижимавшимся к нему.
– Подумать только... А я-то считал тебя такой робкой и стеснительной.
– Ты разочарован? – спросила Шаан.
– Нет, очарован, – ответил он и жадно захватил ртом ее губы.
– Значит, мы можем вернуться наверх? – с надеждой спросила девушка и, словно обнаружив в своем распоряжении новое оружие, начала осыпать лицо Рейфа нежными поцелуями, перемежая их хрипловатым «пожалуйста». Ее руки скользнули под пиджак Рейфа, соблазнительно поглаживая его спину, а бедра медленно двигались, поддразнивая его уже напрягшееся естество... – Пожалуйста!.. Пожалуйста, Рейф!.. Прошу тебя...
Ее поцелуи становились всю более настойчивыми и страстными. Когда Шаан поняла, что Рейф не собирается останавливать ее, она возликовала, осознав, что может заставить его сердце гулко биться от страсти, а его кожу гореть от дерзких прикосновений ее нежных пальчиков.
Но настоящий восторг она испытала, когда Рейф, хрипло простонав, протянул руку и нажал кнопку лифта, чтобы он унес их обратно в номер. Это был подлинный триумф женщины, которая поняла, что способна заставить мужчину хотеть ее больше всего на свете. Заставить его забыть о бизнесе, о деловых встречах, забыть обо всем...
– Ты маленькая колдунья... – прерывисто прошептал Рейф, вздыхая с видимым облегчением, когда наконец дверь номера захлопнулась за ними.
Но Шаан не слышала его. Ее пальцы уже расстегивали пуговицы на его рубашке. Она медленными движениями ласкала и слегка царапала покрытую жесткими волосами грудь, ощущая, как напрягаются мощные мускулы от ее прикосновения, чувствуя, как кипит в нем желание.
Шаан высвободила рубашку из брюк Рейфа и с самоуверенностью, поразившей ее саму, провела ладонями по его бедрам вниз, затем снова вверх и наконец слегка коснулась его возбужденного мужского естества, медленно поглаживая его.
По телу мужчины пробежала дрожь, и он, оторвавшись от губ девушки, застонал от наслаждения. И тогда впервые Шаан по-настоящему почувствовала власть своей женственности...
Потому что она видела, насколько самозабвенно этот мужчина отдается ее прикосновениям. Это придало ей еще большую решимость, и Шаан, не спуская горящих от возбуждения глаз с его лица и соблазнительно покусывая кончик языка белоснежными зубками, потянулась к молнии на его брюках, расстегнула ее... и прикоснулась к нему.
Впервые она сама соблазняла Рейфа своими дерзкими и самоуверенными прикосновениями.
– Не останавливайся, – хрипло попросил мужчина, когда ее пальцы вдруг замерли.
Но...
Шаан подняла глаза на Рейфа, словно умоляя его взять теперь инициативу на себя. Новообретенная отвага вдруг начала покидать ее.
Но Рейф лишь покачал головой.
– На этот раз это ты соблазнила меня, Шаан, – раздался его низкий голос. – Ты начала, тебе и заканчивать.
Он имел в виду то, что произошло прошлой ночью и что не понравилось им обоим. Теперь он уступал контроль над ситуацией ей.
Но Шаан неожиданно поняла, что не хочет этого. Ей нравилось, когда он ошеломлял ее, брал верх над ней, пожирал ее... Ей нравилось обманывать себя, думая, будто Рейф не оставлял ей выбора в этом диком, чувственном сумасшествии, которое стало основой их трудных взаимоотношений.
Непостоянная. Это слово вновь пронеслось в ее сознании. Непостоянная в своих чувствах, непостоянная в своей преданности.
Непостоянная.
Рейф шевельнулся, нежно запуская пальцы в гриву ее черных волос, и Шаан содрогнулась, трепетно вздохнула, ощущая, как набухают ее груди под шелковой тканью...
«Непостоянная или нет, неважно», – безнадежно подумала Шаан, просунув руки под рубашку Рейфа и жадно ловя его рот губами. Потому что она хотела этого – прямо сейчас, – хотела так остро, что все остальное меркло перед этим желанием.
Хотела испытать восхитительный, пьянящий восторг, который охватывал ее, когда руки мужчины ласкали самые интимные уголки ее тела. Ей нравилось ощущать, как трепещут его мышцы от ее прикосновений. И Шаан снова и снова захватывала губы Рейфа своим жадным и влажным ртом.
– А как же твои друзья? – Спросила она в какой-то момент между порывами все распаляющейся страсти.
– Я позвоню им, – прошептал Рейф, – позже... намного позже, – добавил он, подхватывая девушку на руки и унося в спальню.
Он был не из тех мужчин, что могли предоставить всю инициативу женщине. И то, что произошло между ними потом, можно было назвать медленным, болезненно-нежным обоюдным любовным насыщением, которое не имело ничего общего с любовной схваткой прошлой ночью.
Рейф словно стремился доказать Шаан, каким мягким, нежным и одновременно необузданно страстным он может быть. Он покрывал поцелуями все ее тело, пока Шаан полностью не потеряла способность воспринимать реальность. И только тогда он плавно скользнул в нее.