Глава 1. Чувства Арона. Часть 1.
Я тупо смотрел в стену, и не мог понять, что мне теперь делать и как жить дальше. И раз за разом возвращался мыслями к Игре и, конечно, к Лирайе. В первую очередь - к Лирайе.
Прошло уже два месяца, а я по-прежнему не мог выбросить её из головы. Я спал пять дней назад, и пройдёт две недели, прежде чем я опять смогу заснуть и выбросить её хоть на пару часов из головы.
А ведь начиналось всё банально. Я решил себя попробовать в роли защитника в наших Играх, и не особо задумывался над выбором человека, которого буду охранять. Мне просто вспомнилась статья, которую я увидел на одном из сайтов, посвящённых нам, и решение пришло мгновенном - я выбрал её. Выбрал, потому что автор этой статьи не питал особых и восторженных иллюзий по поводу нас, и старался смотреть реально на вещи, и даже проявлял к нам некоторую жалость, что было само по себе смешно. Дичь жалеет охотника - это было нечто. Меня это заинтересовало, а потом я нашёл её книги и, перечитав их, удивился. Человек имел свои взгляды на нас, которые мало походили на сложившиеся стереотипы, и к которым мы привыкли, и которые вызывали у нас смех и некоторую долю раздражения. Она, конечно, была неправа по многим пунктам, но были вещи, которые она описала вполне правдоподобно. И я выбрал её, надеясь на то, что она не будет падать в обморок каждые пять минут, и не будет визжать от ужаса и страха. Где-то в глубине души я надеялся, что она будет похожа на героиню своей книги. Но Лира оказалась совсем не такой, как я себе мог представить. К сожалению, она не была героиней из книги, но и не была трусливой девчонкой. Она проявила свой характер уже в первые сутки нашего знакомства. И меня это здорово раздражало в первое время. Если бы я не хотел выиграть эту игру, я убил бы её уже в тот момент, когда она нанесла мне удар в кадык. Подумать только, жалкая, сопливая девчонка посмела не только пререкаться со мной, она ещё и руки стала распускать. Мне большого труда стоило в тот момент сдержаться и не придушить её, а потом, когда мы встретили второго охотника, я понял, что её характер нам только поможет. Она даже стала вызывать у меня некоторую долю уважения. Вот тут я и совершил свою первую ошибку - я позволил себе посмотреть на неё как на личность. А затем оказалось, что если пытаться разговаривать с ней нормально, она становиться вполне терпимой особой, да ещё и с чувством юмора. Хотя её юмор местами был очень злым и саркастичным, злиться на неё становилось всё труднее и труднее. Она шутила зло, но с таким милым выражением лица, что это смягчало её выпады. Чего стоила только её выходка в магазине белья!
В том магазине она начала стесняться, чего я никак не ожидал, и я решил смутить её ещё больше, и чтобы позлить, выбрал самое вызывающее бельё, и предложил ей его купить. Лира естественно моментально встала на дыбы, и тут же предложила купить и мне бельё. Когда я увидел то, что она мне предложила, у меня чуть глаза кровью не налились, и я собирался проучить её вечером, чтобы она не пыталась так больше унижать меня в присутствии других людей, и вообще держала рот на замке. Но, когда мы выходили из магазина, и она позволила себе другие вольности, а потом так комично споткнулась и чуть не упала, что я рассмеялся и понял, что не могу на неё долго злиться. Когда же мы остановились на ночёвку в квартире, и я увидел выходящую её из ванны, мне почему-то в голову пришла странная мысль - а как она действительно бы выглядела в том белье? Это было моей второй ошибкой.
И что меня так зацепило в ней я так и не смог понять до сих пор. Её характер, или сила воли, или секс с ней. И до сих не понимал - зачем тогда с ней переспал, после убийства третьего охотника. По идее, мне должно было глубоко плевать на её душевное состояние и её слёзы, после того, как она всадила нож в затылок третьего охотника. Но я её пожалел в тот момент, потому что она спасла жизнь и мне. Ведь я мог тогда грубо сказать, что меня достали её слёзы и истерика, и постараться её заткнуть. А вместо этого я проявил жалость, и решил её успокоить, преследуя при этом, естественно, и свои интересы. Это было моей третьей и самой большой ошибкой.
После первой ночи с Лирой я понял, насколько она хороша.
Затем была вторая ночь с Лирой, а потом она отказала мне. В тот момент я готов был пойти на крайности, и взять то, что я хочу силой. Никто и никогда не смел отказывать мне. Но я вовремя остановился, потому что уже отчасти изучил её характер, и понимал, что если сделаю это, она исполнит свою угрозу, а Игра была моим основным приоритетом, и желание победить было сильнее. Первые двое суток после той сцены с ножом у сердца я бесился из-за её выходки, но всё же потом взял себя в руки, и решил действовать по-другому. Так сказать - добиться своего не мытьём, так катаньем. И у меня были для этого веские причины.
За все прожитые столетия я переспал со многими женщинами оборотнями, и всегда первое время меня охватывала к ним страсть и влечение, но со временем они мне надоедали и я, теряя к ним интерес, бросал их. А Лиру я пока не мог выбросить из головы, потому что хотел её, мне нужно было знать, что может мне наскучат эти ощущения или потеряют свою остроту, и я со спокойным сердцем вернусь к Марго. А чтобы получить доступ к телу Лиры, мне надо применить другую тактику, потому что запугиванием, силой или угрозами я ничего от неё не добьюсь. И я изменил к ней своё отношение, и стал вести себя более сдержанно, и более ласково, и стараться не проявлять превосходства и снисходительности. Это было моей четвёртой ошибкой, потому что она тоже стала вести себя по-другому. Я был готов к дальнейшим её выходкам и ироничным насмешкам, но оказалось, что если на них не реагировать, она становиться смирной, и даже больше того - нежной, ласковой и податливой.
Я до сих пор помнил день перед завершением Игры, когда Лира сидела в моих объятиях, и как мне было хорошо в тот момент. С ней было спокойно и уютно, как ни с кем и никогда до неё. И я до сих пор жалел, что задал тогда тот злосчастный вопрос о количестве её любовников. И даже больше - я не понимал сам, зачем его задал. Ведь никогда раньше меня не интересовало, сколько любовников было у той женщины, с которой я сплю, а здесь мне вдруг захотелось это знать. И хотелось, чтобы их было как можно меньше, хотя я догадывался, что может у нее был всего один, ведь она еще совсем молодая.
А потом меня затопила волна ярости, когда Лира сказала, что секс со мной для неё - это позор и унижение, потому что это было моим позором и унижением, но при всём при этом, я нисколько не жалел, что так низко опустился, а она похоже жалела, и это меня сильно разозлило. Я уже и сам не понимал, почему мне так важно её мнение.