15.
Время было около девяти, а я уже сидела в больнице рядом с операционной. Даже не помню, как долетела сюда и успела ли надеть кофту, а то все как-то странно поглядывали на меня. Опустила взгляд вниз.
«Ну, да, в кофте. Может лифчик забыла?» -подумала. -«Хотя, как бы они это заметили?»
Включила фронталку на телефоне и заметила крупное бардовое пятно на шеи.
«Ой, из-за этого, серьёзно? Может меня собака бешеная покусала».
Распустила хвостик, чтобы прикрыть телесные воспоминания о Тиме. О том что было вчера лучше вообще забыть. Было и было. С кем не бывает. Зато теперь он от меня отстанет.
Зашла в соцсети, сделать полный (почти) отчёт Энн и Кэр. Табличка с «Идёт операция» горела уже больше часа, поэтому больше часа я выдирала волосы, грызла ногти и, наверное, протёрла продолговатую дыру в полу, ходя туда-сюда. Это заметили все врачи с санитарами. Кажется, что я слышала, как они поговаривали про психиатрическое отделение. А как не нервничать, когда за стенкой решается жизнь твоего родного человека? Лезли самые плохие мысли, которые только были. Уже собиралась сама взойти в операционку и спросить:
«Что, как дела у вас?»
Только санитар внушительных размеров, трущийся там, мешал реализации моего плана.
Белые стены уже давили на сознание. Часы прошли одиннадцатый час. Волос на голове больше не оставалось, как и рук.
-Не нервничай ты. -прошла мимо какая-то медсестра.
Но от этого ещё больше захотелось запустить левый цветок в её рыжую голову. И опять же хмурый взгляд санитара.
Вонь лекарств разъедала изнутри. Вот-вот и я откинусь, но тут вышел, весь перепачканный, доктор. Я вылетела к нему, забыв как правильно ходить, поэтому в прямом смысле налетела.
-Тихо, тихо! -расставил руки он. -Всё прошло удачно. Состояние в норме. Через час разрешу навестить, а сейчас дайте ей отдохнуть.
Я мало, что могла выдавить, поэтому врачиха буквально отцепила меня от него. Сразу же позвонила Кэр. Та ответила с первого гудка.
-Всё хорошо.
И облегченный выдох. Сердце у обоих нормализовало ритм человека. Мы договорились, как только мама проснётся от наркоза, то позвонить сестре по видеосвязи. А сейчас ждать.
*****
Спустя два дня здоровье мамы нормализовалось. Операция внесла свой вклад. Понемногу, потихоньку, но с каждым разом всё уверенне она шагала на встречу новой жизни. Это пробирало до дрожи в теле. Те все усилия нашей семьи не пропали даром. Это стоило того, чтобы сейчас видеть маму с улыбкой, которой не было с момента аварии и похорон. Я невероятно горжусь тем, что она моя мама. Уверенна папа наблюдает за нами и тоже гордиться. И нет на свете ничего важнее, чем родные люди.
-Доча, -позвал, будто новый, обновлённый голос. -Спасибо.
Она стояла передо мной, немного опираясь на тумбу. Белые, на половину седые волосы, были собраны в неаккуратном хвостике. Глаза, не потерявшие свой насыщенный цвет, сейчас поблёскивали и слегка покраснели.
-Вы с Кэр это всё, что у меня есть. Прошу простите, что в таком юном возрасте на ваши плечи свалился такой груз. Из-за меня вы лишились всей прелести подросткового периода. Я знаю, как это было тяжело, но всё же я стою. Могу передвигаться. Пойти, куда захочу, не напрягая вас. -слезы засеребрились звучными ручьями. -Спасибо большое.
-Ма-ам, ты чего? Не смей называть себя грузом. Ты наш самый дорогой человек. Мы тебя никогда бы не бросили.
Я обняла её плечи и мы так простояли бы всю вечность, если не самолёт вечером. Уже собранные чемоданы стояли на крыльце больницы. Осталось дождаться такси и ехать домой.
Базель даже ничем и не изменился за наше отсутствие. Где-то гремела музыка , где-то выла собака, а на лавке, окруженной деревьями, под оранжевыми лучами фонаря сидел мужчина с мольбертом в руках. На город уже спустилась ночь. А вместе с ней прохладный ветер. По одному виду на небо можно было догадаться о его плохом настроении. Что на этот раз? Град, грозы, дождь? Хоть время было позднее, но Кэр с Энн излучали бодрость и активность. Даже накрыли маленький стол дома. Мама Энн постаралась на славу. Запечённая утка с картошкой, куча салатов и где-то в холодильнике два пирога. Виолетта Лутчер с заспанными глазами внимательно слушала наш рассказ про «чудо-отель». Только вот я не стала рушить рассказ жестокой действительностью. Был там Мерлоун или нет? Встретились мы с ним или нет? Это ненужная информация для них. А тем временем уже все разбрелись по кроватям в своих домах и сладко сопели. Я сидела на кровати, разгребая письма с почтового ящика. Розовые конвертики с серебряной надписью привлекли моё внимание. Адрес отправителя Мэнью-Стрит 76. Это же Мидалс Кэрри Хилбс Дон. Я хлопнула себя полбу, чертыхаясь. По договору с Кэрри должна была явится ещё позавчера, но операция затянулась, потребовались ещё дни. Телефон мой безучастно валялся. Было время, только отписывать сестре и подруги. Блин, как я могла забыть. Толком не отработала, а уже на увольнение наткнулась. Вскрыв конверт и прочитав содержание, пришла в удивление. На меня не орали за прогулы и не грозились увольнением. Меня звали работать в Питер.
«Дорогая Николь, понимаю тебе сейчас некогда, слышала здоровье мамы идёт на поправку, чему несказанно рада. Вчера мне позвонили с главного офиса Санкт-Петербурга, и ты не поверишь! Они восхищаются тобой, зовут на постоянную работу, место жительства даже. Обеспечат квартирой и все перелёты. Предлагают немалые деньги. Такой шанс выпадает не каждому, прошу подумай хорошенько и приходи с ответом.
Кэрри Хилбс Дон»
Письмо упало на кровать, оставляя шлейф сладких духов.
И что мне делать теперь?
****
Такс, не ругайтесь за маленькую главу. Экзамены успешно сданы, времени навалом, скоро будут конечные главы, пупсы :)