Принадлежать Аллен Дуэль, Часть 1
Пальцы нежно надавили на дрожащую плоть в немом обещании грядущего удовольствия, заставляя Лию резко вздохнуть. Темнота, прежде сводившая её с ума, теперь казалась почти желанной, стоящей мучений, и дрожь пробежала по спине, заставляя шевелиться волоски на затылке.
Быстро облизнув языком сухие приоткрытые губы, Лия нарушила тишину в комнате своим хриплым томным голосом:
— Ты опоздала.
Губы коснулись её уха, и последующий смех, казалось, резонировал по всему её телу:
— И с чего ты это взяла? — спросила Аллен, перебирая пальцами узелок шёлкового шарфа, закрывающего глаза шатенке. — Кто-то себя плохо вёл? — сильным рывком шериф притянула голову Лии к своей груди, вызывая у женщины удивлённый вздох от внезапной смены позиции.
— Нет, — автоматом выдохнула Лия, потому что жульничать во время этой маленькой игры Аллен — последнее, что было у неё на уме. Она уже имела возможность на горьком опыте убедиться, к чему приводит неповиновение: к ничему абсолютно. И чёрта с два она откажется от всего этого. — Я всего лишь хорошо ориентируюсь во времени.
Аллен крепкой хваткой удерживала шатенку, раздумывая над словами Лии. Губы мэра изогнулись в самодовольной усмешке:
— К тому же, — продолжила Лия, — пунктуальность никогда не была вашей отличительной чертой, Шериф.
Аллен продолжала удерживать её правой рукой, левой же стала пробираться по нежной коже на шее Лии к её ключицам и ниже — к груди.
— И что же можно считать моей отличительной чертой, а, Лия?
Вопреки всем стараниям Лии, с губ всё же срывается глубокий вздох, когда она чувствует, как пальцы блондинки проскальзывают под материю блузки, мучительно медленно касаясь затвердевших сосков.
— Твоё воображение, — честно отвечает она, улыбаясь довольно и почти незаметно.
За свою жизнь Лие довелось поучаствовать во многих интимных отношениях, но они и близко не стояли с непредсказуемостью, с животной страстью Аллен Дуэль.
С ней определённо было интереснее.
Если бы Хэйден попытался оставить её на столе в офисе, с повязкой на глазах и связанными за спиной руками, да к тому же более чем на час, Лия бы рассмеялась ему в лицо и вдобавок наказала за нарушение субординации. Ни Уолтер, ни кто-либо другой никогда не имели над ней такой власти.
Разумеется, разница была в том, что они признавали своё место — у неё в подчинении, Аллен же напротив — никогда с подобным не соглашалась. Она воспринимала Лию как вызов, который можно принять, как приз, которым можно завладеть, и, в конце концов, она брала Лию — просто потому, что могла.
Потому что знала: всё это ехидство Лии, все её колючие издёвки скрывали под собой одно большое желание Стеффи найти равного, достойного её внимания и симпатии. Того, кто заслужил бы право называть Лию своей.
Спустя месяцы борьбы за право доминировать, после бесконечных вызовов друг другу, где они доводили друг друга до предела, Аллен вышла безоговорочным победителем, не знающим равных. Она брала, не задумываясь, относясь к Лие как к своей собственности задолго до того, как Мэр сама ей отдалась, и это жутко бесило Лию, пока однажды, неожиданно, она не обнаружила, что ей очень даже по нраву такая возбуждающая идея — принадлежать Аллен Дуэль.
После стольких лет доминирования, когда она просто брала что хотела, Лия смогла оценить такую же неистовость в лице Аллен. Она хотела её, она знала, как именно она хотела её, и именно так Аллен, так сказать, имела её; в конце концов казалось, что других вариантов и не существовало.
Возможно, это было бесчувственно, возможно, нетрадиционно, но Лию это возбуждало, а это главное.
Вдруг Аллен её отпустила и без объяснений отошла от стола.
Лия недовольно выдохнула, всем весом опираясь на связанные руки и пытаясь поймать равновесие.
Было слышно, как мягко ступают по гранитному полу, прежде чем в нескольких шагах от неё оказалась Аллен, нарочно сохраняя дистанцию, давая понять, что прикасаться к Лие она не собирается. Но всё равно, Лия почти физически ощущала близость Аллен, отчего начала ёрзать в волнительном предвкушении.
— Раздвинь ноги, — приказала Аллен, и Лия подчинилась без колебаний.
Тугая юбка задралась при движении, обнажив бёдра. Аллен какое-то время наслаждалась картиной, но потом недовольно цокнула языком.
«Трусики».
Сложно представить, как одно слово может содержать в себе столько упрёка.
— Знаешь, дорогая, прежде чем связать меня, ты могла бы дать мне немного времени на то, чтобы снять их, — тихо выдохнула Лия. Её ноги были раздвинуты так широко, насколько это было возможно в её нынешней позе — она не смела двигаться без четких на то указаний со стороны рядом стоящей женщины.
50⭐️